Песочные стрелки

      Гарри находился в «Волчьем изумруде» и неторопливо допивал второй бокал пива, когда один из его брелоков на ключах завибрировал. Ему не нужно было вынимать связку из кармана, чтобы понять, что это послание от Гермионы. На первую годовщину победы над Волан-де-Мортом она подарила лучшим друзьям зачарованные галлеоны, прикреплённые короткой толстой цепочкой к кольцу для ключей. Монеты походили на те, что были у них на пятом курсе для сбора участников Отряда Дамблдора. Новые теперь вибрировали, когда приходило сообщение, и вдобавок можно было надиктовать короткое послание — не более пяти секунд. Чутьё Поттера подсказывало, что грядущая встреча будет отменена. Гарри допил пиво и встал из-за стола, предварительно оставив метку, что место занято, и направился на улицу, чтобы покурить и заодно прослушать сообщение от Гермионы. Вместо ожидаемой прохлады ночь встретила духотой, в которой смешался запах выхлопных газов с чем-то кислым и приторно-сладковатым. Гарри прижался спиной к стене и вынул связку с ключами. Он сделал круговое движение по поверхности зачарованной монетки большим пальцем: сначала три раза против часовой стрелки, затем два по часовой, после этого поднёс галлеон к уху.       — Гарри, сегодня у нас не получится встретиться. Возникла непредвиденная ситуация. Прости, что подводим, — пискляво протараторил ускоренный голос Гермионы.       Поттер недовольно прицокнул языком, затем перевернул монету, трижды ударил пальцем по её центру и сказал:       — Понял. Буду ждать новостей.       Гарри убрал ключи в карман и вынул оттуда пачку сигарет с зажигалкой. Закурив, Поттер сильно затянулся, наполнив лёгкие сигаретным дымом, после чего поднял голову вверх и, глядя в узкий прямоугольник ночного неба, медленно выпустил его. Теперь, после того как планы на вечер так рухнули, перед ним предстал выбор: вернуться в холостяцкую квартиру или пропустить ещё пару бокалов пива в одиночестве.       — Как же грустно, — раздался рядом с ним женский голос.       — Чего тебе, Паркинсон? — не отрывая взгляда от прямоугольного неба, грубовато поинтересовался он.       Пэнси ничего не ответила, но и не ушла, встала у той же стены что и Гарри и закурила. Только пряный запах её сигарет и аромат согретых солнцем яблок выдавали присутствие девушки. Стоило висевшему между ними молчанию растянуться до вызывающих чувство неловкости размеров — они даже успели докурить, — Поттер прервал его:       — Что ты имела в виду, сказав: «Как же грустно»?       — Ничего особенного, лишь мысли вслух, — ответила она. — Нахлынуло, наверное, скоро будет дождь. Мне всегда тоскливо перед дождём. А тебе?       — Не обращал внимания, — ответил он. — Почему ты решила, что будет дождь?       — Я всё-таки ведьма: могу дождь предсказать, а могу и наколдовать, — с иронией сказала Пэнси.       — А ведь и точно, — усмехнулся Гарри.       — Я тут разработала несколько коктейлей для нового меню…       — Хм… поздравляю.       — Не хочешь попробовать?       — Предлагаешь мне роль подопытной мыши? — съязвил Поттер.       — Если хочешь, можешь считать и так, — парировал Паркинсон. — Тебе выбирать: глушить пиво в одиночестве либо снизойти до роли подопытного во благо будущих клиентов…       — …твоего паба, — перебив её, закончил он.       — И это для тебя проблема? — с вызовом в голосе спросила Пэнси.       — Да не особо, — пожав плечами, уклончиво ответил Гарри.       — Тогда что?       — Допустим, я отравлюсь…       — Ну, тогда тебе устроят пышные похороны, а я окажусь в камере Азкабана, где, как ты считаешь, мне самое место, — сердито выпалила Паркинсон и, не став дожидаться ответа, стремительно ушла прочь.       Несколько минут Поттер находился в ступоре после её вспышки, затем мысли хлынули в онемевший мозг, закрутив в нём шестерёнки.       — Надо бы перед ней извиниться, — пробормотал он и пошёл обратно в паб.       Окинув взглядом зал и не обнаружив нужного человека, Гарри подошёл к барной стойке, за которой Забини обслуживал клиентов.       — А ты, оказывается, жив, — усмехнулся Блейз, увидев Поттера. — Пэнси столько не было, что я грешным часом решил, что она тебя не только убила, но и избавилась от твоего тела. Даже представил, какие статьи выйдут в Пророке и как они повлияют на репутацию «Волчьего изумруда».       — Кстати, где она? — дождавшись пока он выговорится, спросил Гарри.       Забини с любопытством посмотрел на него и подумал:       «Что этому звездуну нужно от Пэнси? Неужели у неё проблемы? Стоит ли мне вмешаться?» — и, решив, что ответы на все вопросы он получит, если подслушает их разговор, вслух сказал:       — Она на втором этаже, в своей лаборатории, — умолчав, что она поднялась туда в растрёпанных чувствах, указал большим пальцем себе за спину и добавил: — Лестница там, — затем дважды ударил палочкой, произнеся заклинание, и часть стойки растворилась, образуя проход. — Прошу, уважаемый клиент, — с подчёркнутой учтивостью произнёс он.       — Спасибо, — сухо бросил Гарри, проходя мимо.       Поттер быстро поднялся по лестнице и оказался в коридоре с рядом дверей.       «Вот и за которой находится её лаборатория?» — не без досады подумал он.       Чтобы не проверять каждую, колдун сделал пасс волшебной палочкой и произнёс первое пришедшее на память заклинание поиска, которое вскорости привело к нужной комнате. Гарри подошёл к двери и, прежде чем повернуть ручку, сделал глубокий вздох, чтобы подавить ту часть себя — рудимент выращенной в школьные годы неприязни, — что сопротивлялась его намерению извиниться.       «Я уже здесь, — подумал Поттер. — Даже если я уйду, Забини ей всё разболтает, и ситуация будет выглядеть ещё хуже».       Он повернул дверную ручку и, словно делал нырок в прохладную воду, зашёл в комнату. Паркинсон сидела за овальным столом к двери спиной и перебирала содержимое стоявших перед ней ящичков с кореньями и высушенными ягодами, но, судя по тону, с которым она заговорила, сразу поняла, кто пришёл:       — Что тебе нужно?       Гарри обошёл стол, занял место напротив девушки и сказал:       — Я вовсе не хочу, чтобы ты оказалась в Азкабане.       — Ага, верю каждому твоему слову, — с сарказмом сказала она, не отрываясь от своего занятия.       — Может быть, раньше и хотел, но это было очень давно, — откровенно признался Поттер. — Лет пять тому назад точно.       — Ну спасибо, — фыркнула девушка.       — У меня есть смысл просить у тебя прощения?       — Боишься, что потребую от тебя сатисфакции? — приподняв одну бровь, поинтересовалась Пэнси.       — А ты об этом уже думала?       — А если и думала? — уголки её губ дрогнули в лукавой улыбке.       — Рассказывай, что зародилось в твоей голове, — со вздохом произнёс Поттер.       — Решил добровольно принести себя в жертву? — с усмешкой поинтересовалась она.       — Уж лучше сейчас, чем позже и в неожиданный момент.       — О-о! Весьма разумно, — её улыбка стала шире и почти счастливой. — Тогда вернёмся к моему предложению попробовать новые коктейли?       — Хорошо, — кивнул Гарри, — но ты пьёшь со мной.       — Как пожелаешь, Поттер, — согласилась Пэнси.       Колдунья сделала несколько пассов волшебной палочкой и произнесла примерно столько же заклинаний, и вместо ящичков на столе появились бокалы и разномастные бутылки с алкоголем и соками, а также пара баночек с разноцветным содержимым.       — Так много всего? Ты точно будешь делать коктейли, а не готовить сыворотку правды? — с иронией заметил Поттер.       — Всё зависит от дозы и крепости алкоголя, плюс устойчивости организма, — смешивая первый напиток, ответила Паркинсон. — Сам знаешь, как легко разговорить пьяного и даже вывести на чистую воду.       — Надеюсь, мне допрос ты не устроишь, — с нервным смешком сказал Гарри.       — Знаешь что-то интересное и важное? — с вялым любопытством произнесла девушка и протянула ему бокал. — Раз мы пьём вместе, то и мне, получается, стоит опасаться тебя.       — Резонно.       — Твоё здоровье, Поттер, и смотри, не сболтни лишнего, — с плутоватой улыбкой произнесла тост Пэнси.       — Ты тоже следи за языком, Паркинсон, — шутливо поддержал её Поттер.       Их бокалы соприкоснулись с мелодичным звоном. Сделав глоток, Гарри не смог удержаться от восклицания:       — О, это действительно вкусно! Точно буду его заказывать, если он появится.       — Это только начало, — пряча довольную улыбку, ответила девушка. — Уверена, что ещё впечатлю тебя и не раз.       Дегустация коктейлей продлилась до глубокой ночи, которая вот-вот и стала бы ранним утром. В итоге их мысли и воспоминания в головах, словно алкоголь в бокалах, смешались. От этой ночи у них остались лишь хмельное веселье, пузырьки в напитках и искры в зелёных глазах.

***

      Ветерок, пропитанный влажной прохладой, коснулся разгорячённой во время сна кожи и разбудил Гарри. Стоило ему открыть глаза, как, крепко зажмурившись, Поттер в ту же секунду пожалел о многом: о том, что проснулся; о выпитом вчера в компании Паркинсон; о кондиционере для белья, который своей цветочной сладостью сворачивал желудок тугим узлом; об открытом окне… и проникшем через него вместе со сквозняком сигаретном дыме.       «Мои соседи начали курить?» — появилась первая мысль в его затуманенной голове.       Она покрутилась там, прежде чем ей удалось расшевелить вялый мозг, который дал импульс, заставивший хозяина сначала снова открыть глаза, а после того, как он убедился, что находится не в своей постели и комнате, резко сесть. Такая быстрая смена положения в пространстве заставила его очень пожалеть. Он простонал от острой боли и зажмурил глаза.       — Ты проснулся, — раздался слегка насмешливый голос, который точно не должен был звучать в его спальне.       Гарри повернул голову на его звучание и увидел на фоне бледно-серого окна женский силуэт, скрытый за трепещущим от легкого ветерка полупрозрачным тюлем. Паркинсон сидела на подоконнике и курила. Прохладное прикосновение дыхания сквозняка напомнило Поттеру о немаловажном факте: на нём не было одежды. Сложив этот факт с присутствием девушки в спальне и выпитым накануне, он получил вполне логичный вывод.       — Мы с тобой… — хрипло начал Гарри.       Смех Пэнси прервал его на середине фразы, слегка резанув своей громкостью его нервы. Отсмеявшись, она сказала:       — Успокойся, Поттер, мы вчера были так пьяны, что бурной эротической ночки у нас не было.       — Но почему я голый и в твоей постели?       — Во-первых, я не знаю, где ты живёшь, и мне пришлось забрать твоё вялое тело к себе, — приступила к объяснениям девушка. — Из-за приступа альтруизма думала, предоставлю тебе диван, и так оно и было поначалу, но ты с пьяной упорностью лез ко мне в постель. Во-вторых, я не собиралась пускать тебя в грязной одежде на чистые простыни, но ты не голый, то есть не полностью. Если ты ещё не заметил, то твои милые труселя всё ещё на тебе.       Гарри быстро заглянул под одеяло, и правда, трусы с танцующими на белом фоне пушишками с венками из остролиста — рождественский подарок от Рона — были на нём. В этот момент Поттер испытал жгучую неловкость, которая неожиданно притупила похмелье. Заметив его смущение, Пэнси иронично прокомментировала:       — Знаешь, кто-то из твоих друзей подарил тебе классный пояс верности.       — Угу… — односложно ответил он, мысленно проклиная себя за то, что он в своё время не сжег подарок друга, да ещё периодически носил его.       — Не переживай, если ты мне хорошо заплатишь, то я буду хранить твой секрет.       — Спасибо за предложение, — пробормотал Гарри.       Поттер сполз на край и отыскал взглядом штаны. Паркинсон не заморачивалась с тем, чтобы аккуратно сложить его одежду, она просто сбросила его вещи в одну кучу. Выудив из вороха штаны, он быстро натянул их, чтобы спрятать дурацкое нижнее бельё, затем подошёл к окну и, откинув в сторону тюль, присел на другой конец подоконника. Пэнси была одета в бледно-розовый, почти белый пеньюар и такого же цвета ночную сорочку, подол которой доходил до середины икры. Ногти на длинных, но не лишенных изящества пальцах ног были окрашены лаком мятного цвета. Несколько минут они молчали. Только звуки просыпающегося города и тихий стук крупных капель начинающегося дождя по стеклу. Пэнси потянулась в портсигар за ещё одной сигаретой. Зажигая её, с тихой печалью обронила:       — Я же говорила, что будет дождь.       После затяжки она вынула сигарету изо рта, выдыхая дым, посмотрела на взлохмаченного, слегка помятого Гарри и добавила с иронией:        — Ты, наверное, ждёшь, что я напеку тебе на завтрак стопку блинчиков? Разочарую тебя, ты просто спал рядом со мной, поэтому кормить тебя не буду.       — Что ж, переживу, но от сигареты я бы не отказался, — криво улыбнулся он.       — Держи.       Вернув в рот свою сигарету, Паркинсон протянула ему раскрытый портсигар. Когда Поттер вынул одну, девушка собиралась подать зажигалку, но Гарри наклонился к ней вперед. Его лицо оказалось напротив её. Разделяющее их расстояние едва ли превышало фут.       — Что ты делаешь, Поттер? — пораженно воскликнула Пэнси, едва не выронив изо рта сигарету.       — Хочу прикурить, — сжимая губами фильтр, обыденным тоном ответил тот. — Просто замри на пару секунд.       Гарри подался ещё вперед, и расстояние между их лицами сократилось ещё больше. Кончики их сигарет соприкоснулись. Поттер сделал вдох, чтобы переманить огонёк на свою. Веки Пэнси сами опустились, скрывая зелень глаз. Едва заметно трепещущий веер длинных чёрных ресниц полумесяцем лег на сливочного цвета кожу. Внезапно Гарри охватило желание прикоснуться губами к ее щеке. Рука сама собой убрала изо рта сигарету, и не прошло пары секунд, как лёгкий поцелуй коснулся щеки Пэнси. От прикосновения по их телам пробежался разряд тока. Поттер почувствовал, что хочет повторить. Паркинсон не стала ему противиться, принимая его порыв, нашедший в её теле отклик. Она избавилась от своей сигареты ещё до того, как цепочка робких поцелуев привела Гарри к её губам. Прежняя нерешительность пропала, её сменила голодная страсть, бьющая по нервам. Язык Гарри вторгся в её рот и требовал ответных ласк. Язычок девушки не только повторял заданный ритм партнёра, но и сам двигался жадно и повелительно. Чтобы стать ближе к ней, Поттер, не прерывая поцелуя, спустился с подоконника. Руки и ноги Пэнси сразу, словно лоза, оплели Гарри так же крепко, как и его ладони прижимали к себе её затылок и поясницу.       Их поцелуй мог бы перерасти в большее, если бы не проникший в приоткрытое окно порыв сырого ветра, охладивший пыл изголодавшихся по интимной близости партнёров. Гарри потянул Пэнси вглубь спальни, но ощущение холодных капель на горячей коже остудило девушку. Она положила ладони на его горячую обнаженную грудь, почувствовав под ними быстрое биение его сердца, отстранилась от него и заглянула в потемневшие глаза.       «Нужно остановиться, — приказал ей голос разума, который сумел пересилить бой её собственного сердца и отчаянно голодный жар распаленного тела. — Не сейчас. Позже возможно, но не сейчас».       — Ладно, уговорил, я приготовлю тебе яичницу на завтрак, — хриплым от волнения голосом произнесла Пэнси и ускользнула прочь из спальни.       Гарри смотрел ей вслед, испытывая одновременно разочарование и смятение. С его губ едва не слетела короткая, но полная надрыва фраза: «Не уходи…», но она застыла в горле и упала камнем в душу.       Чтобы совладать с охватившими чувствами, Гарри подошёл к окну и сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие прохладным воздухом с ароматом городского дождя. После предательства Джинни его не охватывало подобное желание. После развода у него было несколько женщин, но секс с ними был шаблонным, без подобных порывов, животного магнетизма и острой тяги раствориться в партнёре, стать частью его тела. И то, что произошло между ним и Паркинсон, несмотря на их долгую антипатию, просто перевернуло всё в душе Гарри с ног на голову.       Взгляд Гарри упал на пепельницу, в которой лежали две сгоревшие до фильтра сигареты. Единственное вещественное доказательство, что пережитые моменты волнующей близости с Пэнси не были всего лишь приятным сном.       «Может, пойти на кухню и вернуть её сюда, чтобы продолжить с того, на чём мы прервались? — подумал Поттер и тут же отмахнулся от столь сумасшедшей идеи. — Нет, так нельзя! Единственное, что сейчас нужно — оказаться дома и желательно под холодным душем», — и не стал тянуть с действием.       Он уже был почти одет, когда Пэнси вернулась в спальню. Ей хватило одного взгляда, чтобы догадаться о его планах.       — Убегаешь? — насмешливо бросила Паркинсон.       — Тебя это задевает? — не прекращая одеваться, ответил вопросом на вопрос Поттер.       — Могло бы и задеть, если бы между нами что-то было, — пожала плечами девушка, — а так я просто зря приготовила вторую порцию завтрака.       — Прости, но я слишком задержался у тебя…       — Что даже поцеловал меня, — с насмешкой сказала она.       — Да, — согласился он и с искренностью добавил: — но совершенно не жалею об этом. Ни капли.       На пару мгновений между ними повисло молчание.       — Будь я на твоём месте, тоже бы попыталась улизнуть, — призналась Пэнси.       В её словах звучала горькая мудрость. Поттер подошёл к Паркинсон и, приподняв её голову за подбородок, заглянул в глаза.       — Нам нужно время, — хрипло сказал Гарри.       — Нужно…       — Я готов поделиться своим, а ты?       — И я… — ответила она, затем с кокетливым вызовом прибавила: — Может быть, скрепим договор поцелуем?       — Как же я тогда потом убегу? — с самоиронией спросил он.— Это будет выше моих сил.       — А ты не думал, что я таким способом хочу поймать тебя в ловушку? — хитро улыбнулась Пэнси и, обвив руками его шею и приподнявшись на носочках, поцеловала Гарри в губы.