Песочные стрелки

      Гарри смотрел на хаотичный танец теней на потолке и медленно проваливался в сон. Несмотря на то, что Поттер испытывал полную умиротворённость, какое-то странное ощущение мешало ему. И дело тут было не в том, что он лежал не в своей постели, а в чужой спальне, полной непривычных ароматов, — в предыдущие ночи у него таких проблем не было.       «Что-то должно произойти», — билась одна и та же мысль в его голове, словно мошка об стекло зажжённого фонаря.       Рядом зашевелилась Пэнси. Во сне девушка легла на бок и прижалась к нему спиной. Гарри повернулся и обнял её. Тепло и соблазнительная мягкость женского тела перевели поток его размышлений в иное русло.       «Интересно, как крепко она спит…» — вкралась в его голову проказливая мысль.       Поттер уже собирался проверить это на опыте поцелуем в плечо, как краем взгляда заметил серебристое свечение патронуса. Прозрачная лисица сидела в ногах, на уголке кровати. Едва он обратил на неё внимание, раздался хрипловатый голос Эндрюс:       — Новая жертва по делу коллекционеров. Следует явиться по следующему адресу…       Закончив сообщение, патронус рассеялся в воздухе.       «Вот откуда взялись эти смутные предчувствия!» — воскликнул внутренний голос.       Гарри тихо вздохнул: от приятных планов придётся отказаться в пользу работы. Он аккуратно отодвинулся от Пэнси и, выбравшись из постели, принялся на ощупь в полумраке собирать одежду и попутно одеваться.       — Ускользаешь посреди ночи, Поттер, — с насмешливыми интонациями сказала девушка, когда Гарри почти закончил сборы.       — Прости, что разбудил… — начал Поттер.       — Вот как раз этого я и ждала, но тут появился патронус, — перебив его, капризно произнесла Паркинсон.       — У меня такая работа, — безэмоционально сказал он и застегнул последнюю пуговицу. — Могут поднять и среди ночи.       Воспоминания о похожих ситуациях, когда ночные вызовы будили Джинни, всколыхнулись: как она возмущалась, винила его и коллег в том, что не выспится и будет на тренировке или на матче словно мешок картошки, а ещё подозревала, что часть вызовов была ненастоящей или от его любовниц. Эти воспоминания наполнились красками и зародили в нём неприятные ожидания. Пэнси широко зевнула и сонно сказала:       — Если что, завтрак я накрою на двоих.       Уже который раз её слова становились сюрпризом для него. Прежде чем он нашёл что ей ответить, девушка с томной ленцой сказала:       — А ещё я хочу поцелуй, прежде чем ты уйдёшь.       Предложение Пэнси пришлось ему по душе. Порою действовать легче, чем что-то говорить. Гарри подошёл к кровати и, наклонившись к девушке, поцеловал её в губы. От их соприкосновения по его телу пробежала волна тепла, которая разожгла в нём искушение и желание. Прервав поцелуй, Паркинсон сказала:       — Хороший мальчик, — она нежно погладила Поттера по щеке и шутливо добавила: — А теперь проваливай на свой вызов, я спать хочу.       — Как бессердечно, — поймав её руку, фыркнул Гарри, затем на несколько секунд прижался губами к кончикам пальцев Пэнси и добавил: — Может быть, я вернусь до завтрака.       — Буду знать.       Поттер трансгрессировал в заброшенное здание, находящееся в пяти минутах ходьбы от адреса, что сообщил ему патронус Эндрюс. Подойдя к нужному месту, он увидел отъезжающую от дома машину «скорой помощи», полицейскую машину и стоящую вокруг жёлтой ленты толпу зевак, которая собралась, несмотря на глубокую ночь. Среди собравшихся людей Гарри заметил мощную фигуру, чем-то напоминающую медведя, — своего коллеги Магнуса Лангарма. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания и ловя попутно слова и фразы, которыми обменивались окружающие, Поттер подошёл к нему.       — Где Эндрюс? — обменявшись приветствиями с Лангармом, спросил он.       — В квартире Руперта Хартли, — глядя по сторонам, ответил мракоборец. — Я вышел тебя встретить.       Фамилия умершего показалась Гарри смутно знакомой. Его терзали смутные сомнения, что он совсем недавно слышал это имя. Отогнав на край сознания попытки вспомнить, почему оно такое знакомое, Поттер сказал:       — Тогда пойдём к ней.       Магнус кивнул, и они, лавируя между зеваками, вошли в здание. Пересекли просторный, отделанный белым и тёмно-серым мрамором вестибюль и остановились у лифта. Нажав на кнопку вызова, Гарри поинтересовался:       — С полицией всё уладили?       — Само собой. Всё в точности как по методичке. И с соседями тоже поработали       — Отлично.       Под мелодичный звон прибыла кабина лифта. Двери плавно разъехались в сторону, и мракоборцы вошли внутрь.       — Пока шёл, услышал, что Хартли выбросился из окна. Почему его причислили к делу коллекционеров? Ведь предыдущие смерти были похожи на естественные и не были самоубийствами, — заметил Гарри.       — Если бы не наша неугомонная Эндрюс, то всё оставили бы магловской полиции, если не считать надзора со стороны стирателей памяти, — ответил Магнус. — Всё-таки у Хартли в коллекции есть парочка специфических экспонатов — мало ли что может произойти и куда могут залезть любопытные пальцы маглов. Наша гиперактивная девчонка настояла на том, чтобы её отправили сюда на проверку. А нам с тобой приходится быть няньками, потому что она ещё стажёр, — угрюмо закончил он.       — Когда-то и мы такими были, — снисходительно сказал Поттер.       — Точно не я. Во мне никогда не играл дух авантюризма и желание следовать за своей чуйкой, — ответил Магнус. — Предпочитаю работать с железными доказательствами.       — Кто знает, может, твоё общество повлияет на неё. Охладит пыл.       Лифт остановился на нужном этаже.       — Нам направо, — сказал Лангарм, когда они вышли в коридор.       В прихожей сидели двое полицейских с отсутствующими лицами и, что-то бормоча, записывали в блокноты. Эндрюс они обнаружили в гостиной, из окна которой выбросился хозяин. Колдунья водила волшебной палочкой, кончик которой светился бледно-голубым, периодически выбрасывая искры, по находящимся там предметам, а их было столько, сколько не в каждом музее имеется.       — Я почти закончила, — заметив краем взгляда коллег, сказала она.       Эндрюс вынула из кармана склянку и, бормоча витиеватое заклинание, опустила палочку в сосуд. Он медленно стал наполняться густым синим дымом.       — Мистер Хартли был не один, — закончив, произнесла девушка. — Нужно будет проверить показания соседей, — имея в виду те, что у них взяли до того, как им почистили память стиратели памяти. — За час-два управимся.       — Угу, — односложно ответил Магнус.       — Вам не кажется, что цвет какой-то странный? — не отрывая пристального взгляда от сосуда, заполненного синим дымом, заметил Гарри.       — Так может, что-то прицепилось от имеющихся артефактов, — предположил Лангарм.       — Тогда цвет был бы зелёным, — отрицательно покачал головой Поттер.       — Похожий оттенок был и при сборе энергетики в предыдущих местах, — задумчиво произнесла Эндрюс.       — Тогда поздравляю: это твоё доказательство того, что самоубийство Хартли — часть дела убийств коллекционеров.       — Если подумать, то смерть Руперта Хартли — не самоубийство, а тоже убийство, — сказала она и с энтузиазмом добавила: — Нам нужно поскорее проверить показания свидетелей: скорее всего, в них наконец-то мы найдём нашего главного подозреваемого.       — Как только всё здесь закончим, — резонно заметил Магнус.

***

      Гарри шёл к дому, в котором жили Гермиона и Пэнси, и пытался выбрать, кого из них сначала навестить. С первой он целую неделю нормально не разговаривал и особенно хотел узнать у неё про свидетеля, с которым так и не встретился. Просмотр воспоминаний соседей Руперта Хартли, несмотря на возлагаемые на них надежды, не дал совершенно никаких результатов. Это говорило о том, что гость, навестивший коллекционера перед его смертью, посетил квартиру магическим способом. А по второй девушке Гарри просто соскучился. В нескольких зданиях от своей цели Поттер заметил впереди знакомую спину. Её обладательница медленно шла, потому что была нагружена покупками.       — Давай помогу, — нагнав девушку, сказал Гарри и протянул руки за пакетами, которые она держала в руках.       — Не думай, что один рыцарский поступок исправит то, что вчера утром я съела двойную порцию завтрака, — проворчала Пэнси, но всё же не стала отказываться от его помощи.       Поттеру стало некомфортно из-за её упрёка — знал, что виноват, — и он начал извиняться:       — Прости, случайно уснул в штабе, занимаясь с материалами дела…       — Не надо пояснений, они не спасут меня от лишних дюймов на талии и бедрах, — перебила она и с широкой улыбкой продолжила: — Да ладно тебе, Поттер, не заморачивайся так. Мне ведь не пять лет, и я не ждала твоего появления, как визит Отца Рождества.       — И всё же…       — Ты и я — взрослые люди со своими обязательствами, от которых никуда не деться. Сегодня, к примеру, я буду занята весь вечер и до поздней ночи в «Волчьем изумруде», так что мы поквитаемся.       Несколько минут они шли молча.       — И зачем ты столько продуктов накупила? — поинтересовался Гарри. — Планируешь устроить вечеринку?       — Самое смешное — у меня закончилось молоко. А потом вспомнила, что и сахар, а также мука и кое-какие специи. Походила между стеллажами… и произошла настоящая магия, — она преувеличенно громко вздохнула и со смешком добавила: — В итоге у меня оказалась полная корзина, — затем, откровенно поддразнивая его, спросила: — Тебе, наверное, тяжело?       — Настолько переживаешь за меня и теперь хочешь, чтобы я вернул тебе пакеты? — шутливо ответил он.       — Ну уж нет, — покачала головой Пэнси. — Тем более у нас опять сломался лифт.       — Вот же гадство! Я ж помру где-то на середине, — с наигранным драматизмом простонал Поттер.       — А с виду ты сильный и крепкий… — насмешливо начала девушка, но оборвала фразу восторженным восклицанием: — Ого!       — Что?       — Да ничего особенного, — быстро отмахнулась Паркинсон.       — Но, судя по твоему голосу, всё как раз наоборот. Рассказывай, что ты увидела.       — Кажется, в моём доме поселилась знаменитость, ну или обладатель самого красивого профиля и задницы во всей Британии.       — Даже так? — приподняв бровь, произнёс Гарри.       — Клянусь тебе именем Слизерина, его задница — это просто нечто. Если бы ты не смотрел по сторонам, то сам увидел бы…       «Я смотрел на тебя, а не по сторонам», — едва не вырвалось у Поттера возражение, но он успел прикусить язык.       — …и, даже несмотря на то, что ты мужчина, оценил бы его задницу.       — У меня нет привычки оценивать чужие задницы, — угрюмо сказал Гарри.       — Ха, какой же ты плохой врун, — беззлобно усмехнулась Паркинсон. — А я ведь столько раз слышала, как вы с Уизли обсуждали фигурки наших официанток и посетительниц «Изумруда».       — Я только поддерживал беседу… — чувствуя, как горят уши, начал он.       — Да-да, и то чисто с эстетической точки зрения, — прервав его, с иронией закончила девушка. — Представь, что вместо Уизли — я.       — Не смогу.       — Почему же?       — Просто потому, что глядя на Рона, я не хочу поцеловать его в губы, — выпалил Гарри.       Они вошли в дом и направились сразу к лестнице.       — Нельзя такое говорить… — с укором произнесла она.       — Почему?       — Потому что твои слова до противозаконного милые и сексуальные, — игриво подмигнув, пояснила Паркинсон.       — Прямо как ты.       — Ого, кто-то здесь решил заработать очков…       От появившейся в её голосе хрипотцы по его телу пробежали мурашки предвкушения. В голову пришла мысль бросить пакеты на ступени лестницы, чтобы освободить руки и прижать Пэнси к себе. Ему хотелось не просто обнять Паркинсон, а крепко поцеловать и тем самым доказать правдивость своих слов. С трудом поборов искушение, Гарри бросил:       — Прекращай дразнить меня, или я тебя поцелую.       — А ты разве не боишься, что нас могут застукать? — её брови насмешливо дрогнули. — Ведь твоя подружка живёт на следующем этаже. Она даже может сейчас выходить из своей квартиры…       И тут, словно по заказу, сверху раздался сердитый голос Гермионы:       — Ты?! Как ты здесь оказался?       Они невольно застыли на месте и напрягли слух. Ей ответил мужчина, но слов нельзя было разобрать       — Неважно. Просто уйди. Я не хочу…       Гарри и Пэнси переглянулись. Злость, звучавшая в голосе подруги, озадачила Поттера, а вот у Паркинсон разыгралось любопытство. Оно толкнуло её на то, чтобы продолжить подъём по лестнице.       — Ты куда? — шёпотом прикрикнул Гарри вслед ей, когда девушка преодолела половину лестничного пролёта.       — Ты понимаешь, что таким образом зря тратишь своё время?! — на повышенных тонах сказала собеседнику Гермиона.       — Разумеется, на гору Броккен, — приглушив голос, бросила Паркинсон.       — Убирайся, прошу! — голос Грейнджер дрожал от злости.       — Пэнси, не надо!..       Та быстро махнула рукой, словно отгоняла надоедливое насекомое, и сказала:       — Вдруг ей нужна помощь…       «Ага, очень верю я в твой альтруизм», — хотел сказать ей Гарри, но не успел.       До них донёсся звенящий звук, который нельзя было спутать ни с чем другим: кто-то наверху отхватил пощёчину. Ноги Поттера сами собой помчались вверх, прежде чем в голове созрела мысль, что Паркинсон оказалась права.       — Ты не поверишь… — начала Пэнси, которая оказалась на лестничной площадке этажа Гермионы раньше, чем Гарри, из-за бывшей у неё форы.       — Где?.. — тяжело выдохнул он, глядя в пустой коридор.       — …твоя подруга только что втянула того красавчика к себе.       — А-а? — недоумевая, протянул Поттер.       Он поставил пакеты на пол и решительно направился в сторону квартиры Гермионы. Ситуация, которая нарисовалась у него в голове, ему откровенно не нравилась. Им двигало желание защитить лучшую подругу. Гарри преодолел половину пути, когда Пэнси вцепилась ему в руку в попытке задержать и сказала:       — Постой, Гарри!       — Зачем? Ты же сама сказала, что Гермиона с тем сомнительным типом в одной квартире!       — Ты можешь помешать, — ответила девушка и, поймав его недоумевающий взгляд, пояснила: — Уверена, мы застали банальную ссору парочки. И вполне возможно, они уже со страстью мирятся.       Её слова не были лишены смысла. Возможно, так оно и было. Последнее время Гермиона где-то пропадала, а в их общении появилась какая-то отстранённость и недосказанность, будто она что-то скрывала. Может, как раз новые отношения. И всё же сомнения и желание убедиться, что дорогой ей человек в безопасности, победили.       — Как лучший друг, я должен испортить им всё удовольствие, — криво улыбнулся Гарри и разомкнул пальцы Паркинсон.       — Не буду осуждать, если Грейнджер тебя убьёт, — фыркнула Пэнси. — Даже поаплодирую. — Она повернулась к нему спиной и пошла к пакетам с продуктами, холодно бросив через плечо: — Расскажешь потом, чем дело кончилось.