Голод: тактильный, эмоциональный и физический

      А утром Шон огорошил меня известием о свадьбе.       Я, едва разлепившая глаза и все ещё сонно тычущаяся ему в шею носом, только зевнула и кивнула, мол, свадьба так свадьба — придем, поздравим, поедим и пойдем отдыхать дальше, — сможет же жених выделить хотя бы один день на то, чтобы наконец-то позаниматься со мной? Ну или не день, а хотя бы пару часиков и лучше вечером, чтобы потом, закончив, усесться рядышком у камина и до самой ночи читать что-нибудь очень интересное или просто разговаривать.       Вчерашний массаж сказался на мне самым положительным образом. Тело чувствовало себя расслабленным и немного неповоротливым, в мыслях была тишина, а в планах на день — буквально ничего. Сон рядом с любимым человеком восстанавливал силы не только моральные, но и физические, и теперь мне, разомлевшей и расслабившейся, было просто тепло, уютно и хорошо.       Мозгов спросить, на чью же все-таки свадьбу мы собираемся, мне хватило только после завтрака, когда мы, сыто откликнувшись на спинки стульев, стали пить тайру.       Шон шмыгнул носом, как-то странно на меня посмотрел и, чуть поджав губы, сообщил, что вообще-то наша.       Все благодушие и ленность с меня снесло одним мгновением. Ладони вспотели, в висках закололо, а перед глазами поплыл туман.       — Как… наша? — едва смогла выдавить из себя я, тихо радуясь тому, что не успела откусить кусок от булки, которую уже поднесла ко рту. — С-сегодня?       — Вот так, — Шон развел руками. — Ты вчера сказала — сегодня, значит сегодня. Или… — он опустил плечи. — Ты… не всерьез?       Я постаралась вспомнить, когда это я умудрилась так интересно высказаться, припомнила фразу про «Хоть сейчас» и его ответ о том, что «Только когда буду стоять на ногах», сопоставила факт своего сегодняшнего прямохождения и его вчерашнего обещания про «завтра», и захлопнула рот.       Мда.       Мда-а-а.       Вот знала же, что Шон — человек слова. Знала, что тормозить не любит. Знала, что если он за что берется всерьез, так решает быстро и без проволочек. Но чтобы… так?       То мы шесть лет вокруг друг друга кружим, не решаясь сблизиться, а то женимся одним днем.       Неплохой, надо сказать, разгон. Очень в духе Шона.       Учитель опустил взгляд и отвернулся. Кривоватый нос повис, а в уголках глаз обозначились морщины.       — Ты не подумай, — тихо сказал он, — я не тороплю. Не хочешь — не надо, просто подумал, что если… Но если нет, то…       — Нет.       Я вдохнула, выдохнула, прочистила горло, собираясь с мыслями, а потом твердо повторила:       — Нет. Сегодня — отличный день. Я уже говорила — хоть сейчас.       Шон расслабился и улыбнулся, повернувшись ко мне лицом, и я вновь ощутила, как на меня накатывает щемящая нежность пополам и грустью. Неужели он подумал, что я могу передумать? Да, это немного спонтанно, я бы даже сказала, внезапно, но менять своего решения я не собираюсь. И вообще — с ним хоть на край света, не то, что замуж.       — Правда, — я прикусила костяшку пальца, задумавшись о том, как будет выглядеть само торжество. — Колец нет, да и Тин с Асом не успеют…       Шон мотнул вихрастой головой.       — Успеют, — заверил он меня, — я за ними сбегаю и приведу. И подружку твою, и жениха ее, и того, белобрысого, тоже. Выходить замуж нужно в компании людей, с которыми потом будет весело праздновать, и лишать тебя свадебной попойки я не собираюсь. Кольца… У тебя твое есть. Мое… сделай болванку, потом доработаешь — оно ведь амулетом будет, а их постоянно переделывают, так что это не проблема.       Я кивнула. Да, действительно — не проблема. И здорово, что друзья и семья будет, хотя…       — Астер нас прибьет.       Шон поморщился, почесал в затылке и скрестил руки на груди.       — Да… Бель — это проблема, — согласился он. — Если ей сказать сейчас — она, своей вредной императорской волей, отложит это все минимум на месяц, чтобы подготовить пышную, полагающуюся нашему статусу, церемонию. Прием, выкуп, торжество на пять сотен душ, бал, всенародный пир не только в наших герцогствах, но и в столице… — жених скривился и я вторила ему, уже чувствуя, как бежит холод по ногам.       Ну да. Мы с ним оба — правящие герцоги. Нам по статусу положено все важные события проводить на глазах у нашего народа, с присущей помпезностью и торжественностью. Обязательные атрибуты — куча гостей, среди которых большая часть — люди, которых я в жизни ни разу не видела, пышное, такое, чтобы было видно всем желающим, платье, долгие речи и церемония на несколько часов.       И среди всего этого — мы, как две марионетки на веревочках.       Кошмар.       Вспомнить хотя бы свадьбу Тин и Росса — сколько нервов было ухлопано, сколько времени потрачено… И сестра даже не герцогиня, так, принятая в род девушка, и организовывала её бракосочетание не императрица.       А ведь Астер, так долго ожидавшая того момента, когда её лучший друг наконец-то решит жениться, расстарается не на шутку — я уже не раз слышала её задумчивые хмыканья по поводу нашей свадьбы.       — Тогда может ей не говорить? — аккуратно предложила я, ёжась. — Просто, по-тихому…       Шон нахмурился и мотнул головой:       — Права не имею. Она мне, как сестра, Тим. Это предательство и, к тому же, свинство. Если я ее не приглашу…       В его голосе послышался лёд, но я, окрыленная внезапно вспыхнувшей идеей, замахала руками.       — Ты не понял! — я вскочила со стула и зашагала по комнате. — Я не предлагаю ее не звать — ты что! Астер ведь и моя подруга тоже, и я ей стольким обязана… Я предлагаю другое. Вот, смотри.       Я посмотрела Шону в глаза и мысленно передала только что сочиненный план действий.       Шон сначала вскинул брови, потом приоткрыл рот и, когда я закончила, просветлел лицом и тоже вскочил.       — Тогда… — он зашевелил губами, расхаживая вслед за мной, — Тогда… Сегодня на закате, да? В главном храме. Арисия я предупрежу, пожалуй, заранее, чтобы он подготовился. Потом к Шао и Аршиссе. Ты дуй в Нарвал, скажи сестре. Аса я к тебе отправлю через, — он прищурился, — Через часа два. Друзей твоих тоже туда же, вместе с Ри — сама им все объяснишь и договоришься, ладно? А я ближе к вечеру вас всех заберу.       Я кивнула и Шон, просияв, щелкнул пальцами, создавая портал. Почти шагнув туда, он вдруг развернулся, рванул ко мне, крепко обнял и поцеловал в лоб.       — Ты такая умница, Тим, — прошептал он, — я тобой горжусь.       Я смущенно потупилась. Не то чтобы идея, придуманная мной, отличалась особым изяществом, но…       — Беги, — я привстала на цыпочках и поцеловала его в щеку, — у нас мало времени.       Шон кивнул и нырнул в портал, а я так и осталась стоять посреди кухни, размышляя о том, чем нам всё это безобразие обернется, и что собираюсь сказать Тин.       Разговор обещает быть непростым.

***

      — Мири… — Тин неодобрительно покачала головой, — Почему? Ты точно уверена?       Я пожала плечами. Потому что люблю и потому что хочу именно так. Без белых лепестков, парада и сотен неискренних заверений об уважении и преданности.       — Мне с ним хорошо, Тин, — тихо сказала я, — всегда было хорошо. И ему со мной. Мы счастливы.       Сестра тяжело вздохнула и, отложив вязание, которым занималась во время моих объяснений, поднялась с кресла. Уже сильно округлившийся животик — восьмой месяц как-никак, — немного перевешивал, поэтому Тин двигалась медленно и неуклюже.       — Я с самого начала чувствовала, что этим все и закончится, — сказала она, по-утячьи переваливаясь в сторону шкафа, стоявшего в углу их общих с Россом покоев. — Вот когда в первый раз его увидела, тогда, в таверне, и поняла: добром дело не кончится.       Я нахмурилась.       — Шон тебе тогда помог. Он хороший человек, прекрасный мужчина, невероятный друг и… И вообще. Ничего у нас не кончается — ты мне сама сколько раз говорила, что «Жизнь после свадьбы — есть»?       Сестра поджала губы и отвернулась, открывая дверцы, чтобы по плечи зарыться в глубины шкафа.       — Я не сомневаюсь в том, что ты его любишь, — сказала она, вынимая длинную и плоскую коробку, — и даже уверена, что он любит тебя. Это всегда было видно. Но стоит ли так торопить события? Вы сколько вместе — месяц? Не перебивай, я говорю не о том, как долго вы знакомы, а о том, как долго вы вместе. Между этими понятиями есть разница. С Аскани ты была помолвлена почти пять лет, у тебя было достаточно времени, чтобы познакомиться с ним, сблизиться и понять, что вы — больше брат и сестра, чем что-то еще. Ты оттягивала замужество и, в конце-концов, оказалась в этом права. А сейчас ты ни с того ни с сего, вот так, в один день…       Я фыркнула. Не то чтобы Тин не была права — была, да еще как, но с Аскани все было по-другому.       С ним я изначально не чувствовала той правильности, того единения, что испытывала рядом с Шоном. Мы постоянно бодались, постоянно ссорились и ругались, никак не находя компромисса. Либо он меня продавливал, либо я вспыхивала и уходила, хлопнув дверью. С Шоном же мы всегда могли поговорить, обсудить и решить проблему вместе. Без скандалов и профилактических тычков.       Но как объяснить это сестре, которая с самого начала относилась к нему подозрительно?       — К тому же, — продолжила она, ставя коробку на стол и снова отходя к шкафу, — он — твой опекун. То, что тебе нет пока восемнадцати — даже не половина проблемы, а вот то, что он тебя, фактически, растил…       — Растила меня ты, — я сжала кулаки. — Ты, потом, частично, Росс. Шон… Он учил. Был другом и…       — И кумиром. — Тин хлопнула дверцей чуть сильнее, чем это было необходимо. — Тем, на кого ты равнялась, тем, за кем ты следила, распахнув рот.       — Это другое. Я до сих пор им восхищаюсь и как человеком, и как магом. Но я еще и люблю его. Как… Как мужчину, понимаешь? Я могу разграничить эти чувства, потому что знаю, чем они отличаются друг от друга. Потому что, как ты помнишь, был период, когда я была в него влюблена, просто как в… Как в символ. И сейчас — это не так.       Сестра посмотрела на меня долгим, пристальным взглядом, а потом, видимо разглядев что-то у меня на лице, кивнула, снова подойдя к столу.       — Хорошо.       Она открыла коробку и развернула её ко мне, демонстрируя сложенные там мешочки, скляночки и бумажные свертки.       Я подняла брови.       — Что это?       Сестра улыбнулась, опустилась на стул и стала аккуратно перебирать содержимое коробки.       — Редкие травы, сборы тайры, коренья и засушенные цветки. Немного хороших лекарств, кое-какие настойки и вытяжки. А еще, — она отодвинула ткань, закрывающую толстый блокнот в кожаном переплете, — копия нашей семейной книги. Это — твое приданое, Тим.       У меня отнялся язык.       — Т-тин?..       — Я не понимаю твоего выбора, Тим, — мягко сказала она и, протянув руку, погладила меня по голове, — но я поддерживаю тебя. Ты уже совсем выросла и вправе сама принимать решения. Аскани наверняка предложит гораздо более ценные вещи, возможно, земли, возможно, деньги — все же ты герцогиня, а не дворовая девка, но… Я отдаю замуж не герцогиню, а сестру. И это — её приданое.       Если бы сестра не была беременна, я бы кинулась на нее с объятиями и наверняка бы сбила с ног. Но, учитывая ее положение, приходилось проявлять аккуратность — я просто аккуратно обвила её руками и прижалась ухом к животу, позорно всхлипывая.       — Спасибо.       Тим погладила меня по голове.       — Ну что ты, Мири. Не нужно. У тебя скоро свадьба — как ты на нее с заплаканными глазами пойдешь? Кстати о свадьбе…       — Тимиредис тер Ансаби, — прозвучал от двери ледяной голос Аса. — Ты охренела?       Я поглубже зарылась лицом в ткань платья сестры.       — Спрячь меня, — прошептала я, — пожалуйста.       Та хихикнула, а голос Аскани мало того, что приблизился, так еще и прибавил в громкости.       — Какого драного гхыра, твой (непереводимое прилагательное на трольем, самый близкий приличный синоним которому — дурацкий) жених только что вырвал меня из, мать его раз так и раз этак, эльфийского леса и сообщил, что вы два (тоже слово плохо поддающееся переводу, более всегда определяющееся понятием «оригиналы») сегодня женитесь?! У вас что, мозги через уши полезли? Не прикрывайся беременной женщиной — тебя все равно видно! Тим!       Я тихонько застонала. Почему-то в Галарене мне казалось, что самой большой проблемой будет объяснение с Тин. Как бы не так. Кажется, мой дорогой кузен и друг решил компенсировать спокойствие собственной истерикой.       — Ну у тебя совесть есть? — продолжил он, — Какого фига?! Почему так быстро? И что значит «никому не говорить»?! Тим! Ты же, блин, герцогиня, а не сенная девка, чтобы замуж вот так выскакивать! А кто переоформлять герцогство будет? А торжество? А гости? Знаешь, что Астер с вами за такое сделает?       Я оторвалась от Тин и взглянула на Аскани. Выглядел он ровно так, как должен выглядеть человек, которого только что вытащили из леса, в котором он провел последние две недели без доступа к драконьей и человеческой (такие были условия практики) магии. Одежда на нем поистрепалась, на лицо налипла грязь, а в волосах застряли ветки, делая его похожим на немного пьяного оленя.       Я совершила ошибку и хихикнула.       — Она еще и смеется! — Ас воздел руки и его лицо начало стремительно краснеть. — Нет, Тин, ты слышала? Она смеется!       — Слышала, — спокойно ответила сестра, продолжая гладить меня по голове. — Ты в зеркало-то хоть посмотри. Может, тоже посмеешься.       Ас быстро глянул в зеркало над туалетным столиком, поморщился и вырвал ветки, теперь, из-за растрепанных волос, став похожим на разбуженного во время спячки медведя. Я снова хихикнула и глаза Аскани метнули молнии, но разразиться новой гневной тирадой ему не дала Тин.       — Аскани, — мягко сказала она, — успокойся и не нервничай так. Да, она сегодня выходит замуж, и ты с этим ничего поделать не можешь. Смирись и лучше подумай, какие документы она должна оформить, чтобы переход из статуса герцогини Сайгирн в статус герцогини Дейл прошел максимально ровно и без эксцессов.       — Но!..       — И прости ей смех. У девочки сегодня свадьба, она невеста, она имеет право на капризы и чудачества.       Аскани шумно набрал воздуха в грудь, надувшись, будто рыба пузырь, а потом долго и с присвистом выдохнул. Молча прошел к столу, отодвинул стул и сел на него задом наперед, грохнув головой по спинке.       — Скажи честно, — сказал он уже гораздо спокойнее, но все еще с вполне слышимой нотой гнева, — ты беременна?       Я закашлялась. Беременна? Я?! Это с чего такие выводы?!       Хотя… С Шоном, в тот первый и единственный раз, мы никак не предохранялись… Но ведь почти сразу после этого у меня были женские дни! Не может же быть, чтобы я вот так, сразу… Нет. Точно нет. Я бы знала.       Под оценивающим взглядом Тин я покраснела и замотала головой.       Аскани чуть опустил плечи и уже почти нормально спросил, заглядывая мне в глаза:       — Тогда почему такая спешка?       Я облизнула губы. Какой бы найти аргумент, чтобы он и логично прозвучал, и не навлек бы на меня новую волну гнева брата?       «Просто я поняла, — ментально начала я, — что сейчас — самое время. Не завтра, не через месяц, а сейчас. И без толпы чужаков и не нужных никому празднеств. Я так долго боялась брака, Ас, ты же знаешь. Боялась и избегала, а сейчас… Сейчас мне больше не страшно. Я хочу. И Шон хочет. Но чтобы это было только нашим, понимаешь? Нашим и наших близких. Ни он, ни я, не любим пафоса и не хотим быть скоморохами для толпы. Поэтому все так быстро. А еще потому что… Потому что нам это нужно».       Аскани прикрыл глаза, снова тяжело вздохнул.       «Ты уверена?»       — Да.       Брат пожевал губами, постучал по спинке стула пальцами и вдруг поднялся.       — Ставь телепорт в Сайгирн.       Я оторопело захлопала глазами, не понимая, зачем, и Ас, не церемонясь, отодрал меня от сестры и поставил на ноги.       — У нас мало времени, Тим, — сказал он, собирая волосы в хвост, — Шон сказал — на закате по Ларану. У нас есть всего пара часов на все про все. Ты должна написать отречение, это дело быстрое, но чтобы оно было завизировано и принято, с ним должны ознакомиться минимум три знатных лорда герцогства. Один сейчас гостит в замке, а до двух других мы доберемся на крыльях примерно за час. Дальше. Я должен принять титул — тут все менее заморочено, в герцогстве меня знают, ко двору представлен, но это тоже — куча бумаг и подписей. Нужно будет с Кремнем обсудить некоторые вопросы. После этого — твое приданое. Пятьдесят процентов прав на месторождение голубого серебра тебе и твоим будущим детям — это раз, пара деревень на границе с Дейлом — это два, и пять тысяч золотом — это три. Рот закрой и не спорь. Я тебя с голой задницей замуж выдавать не согласен. Все это нужно, опять же, написать и оформить. Что еще?       Он глянул на сестру и та пожала плечами.       — Подумай, как это сделать так, чтобы императрица не узнала до начала… торжества. А то она может заинтересоваться, чем вызваны такие резкие перемены и разрушить планы этой маленькой интриганки.       Аскани потер лоб и поморщился.       — Тут сложнее. Об отречении Кремень обязан информировать сразу же по амулету связи. Хотя… Это устное правило и если мы отправим эту информацию по старому обычаю письмом…       Он что-то быстро забормотал, потом осекся и строго глянул на меня.       — Телепорт. Живо.       Я растерянно посмотрела на Тин и та, пожав плечами, повторила приказ:       — Живо, Мири.

***

      Вернуться из замка мы успели едва-едва. Бумаги действительно заняли непомерное количество времени и умотали меня до состояния едва державшейся на ногах жижи. Ас больше не ругался и даже не проявлял видимого неудовольствия, но я чувствовала, что он злится.       — Ас, — спросила я, когда мы наконец со всем закончили и уже почти собрались отправляться обратно в школу, — ты на меня сердишься?       — Сержусь, — он кивнул. — Но не на тебя.       — На Шона? Почему? Ты же радовался за нас, когда мы…       Ас опустил голову, потер руками лицо и, выпрямившись, мрачно глянул мне в глаза.       — Я и сейчас рад, что вы вместе, просто… Тим, этот встрепанный засранец уломал тебя меньше, чем за месяц, когда я не смог за пять лет. Я чувствую себя… глупо. Не потому, что у нас ничего не сложилось, не подумай, а потому, что… Даже не знаю как сказать…       Я поняла, о чем он говорит и, тихо рассмеявшись, обняла его.       — Тебя задевает тот факт, что ты, прирожденный дипломат, не смог меня уговорить, а он — да?       Аскани дернул плечом.       — Глупо, да? Понимаешь, меня даже не так расстраивает и удивляет ваша спонтанность — где-то в глубине души я знал, что «традиционной» свадьбы у вас не будет, а вот это…       Я привстала на цыпочки, поцеловала его в щеку и усмехнулась.       — Если я скажу, что это я его уговаривала, причем шантажом и угрозами, тебе станет легче?       Ас задумчиво наморщил брови и пожал плечами.       — Не уверен. Хотя… Хотя. Если воспринимать это как победу моего на тебя влияния над его холостой жизнью… Пожалуй, да. Легче.       Я хихикнула и мы шагнули в телепорт, оказавшись в Серебряном Нарвале, где нас уже ждали сбитые с толку Бри, Зак, Киран, девушка Аскани Наяра и Ри. Принцесса выглядела задумчивой, а вот мои друзья, кажется, были в шоке.       — Тим, — поздоровалась Ри, опуская чашку с тайрой, которую держала в руках. — Объясни, пожалуйста, чего ради Шон вырвал меня из дедушкиной библиотеки и отправил сюда, взяв слово ничего не говорить маме и папам?       Я обвела взглядом друзей, сжала ладонь Аскни, привычно на него опираясь и, собравшись с духом, сказала:       — Я выхожу замуж. Сегодня. Вы все приглашены.       Друзья вытаращились на меня, открыв рты, а Наяра стремительно побледнела.       — Вы с Аскани… Опять… Вместе?.. — прошептала Бри едва слышно и чашка в руках Наяры треснула и разбилась на мелкие осколки, окатив её ноги исходящим паром кипятком.       Она даже не вздрогнула.       Мы с Асом переглянулись, глянули на наши сцепленные руки и одновременно рявкнули:       — Нет!       Брат тут же высвободился из моей хватки и подошел к своей девушке, присев перед ней на корточки и вытянув над обожженными ногами светящиеся зеленым ладони. Глядел он ей при этом в глаза и, как я думаю, успокаивал ментально.       — Значит, — протянула Ри, — ты выходишь замуж за Шона. Верно?       Я кивнула.       — Ага… А маме не говорить, чтобы она не начала… — Ри досадливо поморщилась. — Блин, Тим! Ты хоть знаешь, как много она успела придумать за последний месяц?!       — Предполагаю, — ответила я, чуть дернув плечами. — И именно поэтому ты ей ничего и не скажешь.       Ри страдальчески застонала, а Бри, кажется пришедшая в себя быстрее всех, всплеснула руками и задала вопрос, о котором я не думала совсем:       — А где твое платье?!

***

      Платье пришлось кроить из шторы, пожертвованной школой.       Росс, смеясь, сказал, что это — подарок от серебряного Нарвала его самой яркой ученице и, подумав, вручил мне несколько серебряных монет для изготовления кольца.       Пока я занималась плавкой металла и обработкой болванки, друзья творили платье.       Командовала всеми Бри, быстро смекнувшая, что со мной сейчас заводить длинные разговоры не стоит, и отложившая все вопросы на потом. При помощи Зака она соорудила мой фантом в полный рост и вместе с Ри, лучше всех владеющей трансмутацией ткани, стала творить нечто праздничное и подобающее невесте. Я в их сторону старалась не смотреть, активно вырезая из кругляша кольца задуманное перышко — надену, что дадут, главное, что не голая. Киран смылся на кухню и, вернувшись с тарелкой бутербродов, стал меня ими кормить, приговаривая, что хлопаться в обмороки на собственной свадьбе — плохая примета. Ас же ушел в оранжерею, выращивать мне букетик.       К моменту появления Шона, взмыленного как загнанная лошадь, мы были почти готовы. Платье, сменившее цвет с темно-бордового на снежно-белый, застыло на манекене, кольцо лежало у меня в кармане, букет из, почему-то, мяты и белых роз, стоял в графине с водой, а бутерброды кончились.       Жених осмотрел нас немного безумным взглядом, моргнул, сосредоточившись на мне, и спросил:       — Готовы? У нас есть полчаса максимум — дольше их Шао задержать не сможет.       Мы кивнули. Шон шмыгнул носом, поманил меня пальцем и, сдернув с руки мое кольцо, сказал:       — Все, кроме Тим, в портал. Выйдете прямо в храме — Арисий скажет, что нужно делать. Брианн и Элдред уже там, вместе с Владыкой и Аршиссой. Остальные тоже.       Друзья и Тин с Россом послушно шагнули в телепорт, а вот Ас задержался. Осмотрел учителя с ног до головы, поморщился и, дернув того за измазанную в пыли мантию, сказал:       — Сделай портал для Тим в каморку перед входом. Она там переоденется и я её оттуда заберу, чтобы отвести до алтаря. А сам найди нормальную одежду и в душ.       Наставник оторопел, вытаращившись на Аса, но тот только повелительно махнул рукой.       — И быстрее, сам сказал, времени нет.       Шон уставился на меня, приоткрыв рот.       — Это он чего раскомандовался?       Я пожала плечами:       — Имеет право. Он же теперь не абы кто, а целый герцог.       Шон растерянно моргнул.       — Так я вроде… Тоже?       — Ты, — сказал Ас, хлопая наставника по плечу, — теперь, прежде всего, мой зять. И я тебе не позволю взять в жены мою сестру, благородную леди, попрошу заметить, в этом мешке из-под картошки и с паутиной в волосах. Портал. Одежда. Душ. И быстро.       Шон шмыгнул носом, снова посмотрел на меня:       — С таким шурином и тёщи не надо.       Я хихикнула, а Ас закатил глаза и ткнул Шона пальцем в бок.       — Ну?!

***

      Переодеваться в длинное платье в тесной кладовке было жуть, как неудобно, но я справилась. Смогла даже сделать себе кое-какую прическу и наложить иллюзию легкого макияжа. Да, для большинства присутствующих на празднике, она не станет преградой — все же я только учусь магии, а тут, учитывая круг наших знакомств, будут те, кто ей живет, но…       Не думаю, что при всей совокупности факторов, именно отсутствие на лице невесты должного боевого окраса, станет причиной для сплетен.       Когда я закончила, до прибытия Императоров оставалось не больше пяти минут, и вот именно тогда я наконец-то осознала, что вообще-то собираюсь выходить замуж, и запаниковала. Раньше как-то было не до этого, дела, дела, а вот сейчас…       О Боги, я выхожу замуж. Сейчас. За Шона. Замуж.       — Ой мамочки, — прошептала я, прислоняясь лбом к двери, отделяющей меня от входа в зал. — Ой, мамочки…       «И не думай сбежать, — хихикнули в голове. — Я тебя сдам».       Ой. Мамочки?       «Не думала же ты, что я откажу себе в удовольствии и не посмотрю на это эпохальное событие хотя бы одним глазком? Не нервничай, Тим, все будет хорошо».       «А может…»       «Не может, — хихикнул другой голос. — Такая потеха…»              Я зажмурилась и начала тихо поскуливать. Ну замечательно. И Лариша тут. А еще кто-то будет, или мы ограничимся двумя божественными сущностями?       «Будет, — заявил новый голос, мужской и раздраженный. — Лично я советую тебе сказать «нет» и выбрать кого-то более… Нормального. Да, не спорю, он талантлив в магии, но…»       Мною овладело непреодолимое желание спрятаться в стоящий неподалеку ящик с тряпками.       О Боги… Что вообще происходит?       В дверь постучали и я стремительно отпрыгнула в угол помещения, стараясь спрятаться за ветошью. Кого там принесло?!       Ручка опустилась и дверь приоткрылась, явив мне лицо Арисия. Главный жрец главного храма страны выглядел безупречно — волосы были аккуратно заплетены в косу, а на лбу сиял изумрудом золотой обруч. Кажется, из всех присутствующих здесь сегодня, он был единственным, кто был по-настоящему спокоен.       — Леди Ансаби, — улыбнулся он мне, — как вы тут? Готовы?       У меня задрожали губы, но я, стараясь превозмочь накативший ужас, кивнула.       — Д-да…       Арисий осмотрел меня с ног до головы и чуть поморщился. Я неловко переступила с ноги на ногу. Да, наверное, в свете своего чуть зеленоватого светлячка, я, стоящая в обнимку со шваброй, выглядела не совсем так, как полагалось выглядеть счастливой невесте.       — Не переживайте, леди, — жрец добродушно улыбнулся и зашел в каморку, плотно прикрыв за собой дверь. — Гости уже собрались. Прибытие Астер с мужьями ожидается с минуты на минуту. Все пройдет хорошо.       Я пожала плечами. В последнее утверждение верилось все меньше и меньше.       — Как вы думаете, — спросила я, — она сильно на нас обидится?       Арисий чуть нахмурился.       — Леди Астер — добрая и великодушная женщина, — сказал он. — И, кроме того, лучшая подруга Шона. Я думаю, что она будет несколько… М-м-м… Опечалена… — Я вздрогнула и Арисий быстро добавил: — Но она не станет сильно злиться или, тем более, прерывать обряд. Узы брака — священны, а вы с Шоном любите друг друга. Астер не станет мешать вашему счастью. Тем более, — он хмыкнул, — что она всегда может настоять на второй, а то и третьей свадьбе. Благо опыт есть. Кстати, леди, а где ваша фата?       Я страдальчески поморщилась. Фаты у меня не было. Росс предложил взять тюль, но мы едва успели закончить с платьем, так что…       — Я так и думал, — усмехнулся Арисий и вытащил из кармана жреческого одеяния какой-то сверток. — Вот, прошу. Это — палантин из наших запасов. Стандартное решение для таких случаев.       Я удивленно вытаращилась на ткань, а Арисий усмехнулся.       — Поверьте, леди, вы не первая пара, так стремительно пожелавшая сочетаться браком. Мне как-то раз пришлось венчать двух влюбленных ночью, в День середины зимы. Я даже несколько удивлен тем, что ваш жених дал мне время на подготовку.       Я приняла сверток и развернула его, удивленно разглядывая. Он был простым, хотя и не лишенным изящества белым полотном, расшитым по краям символами богов. Вот рыбка киства моей любимый Лариши, вот вязь дубовых листьев — Дианур, вот пшено и меч — Богиня-Мать и Бог-Отец…       — Боги вам благоволят, — мягко улыбнулся жрец, — сегодня в храме чувствуется особая атмосфера. Присутствует ощущение, они собираются пристально наблюдать за тем, что будет здесь происходить.       Я выстрадано искривила губы в улыбке. Знал бы он, насколько прав…       За дверью раздался шум нескольких голосов и Арисий наклонил голову.       — Их Величества изволили посетить сегодня наш храм, — иронично улыбаясь сказал он, — пожалуй, мне стоит встретить их и спросить, какая же нужда их сюда направила.       Жрец чуть склонил голову, обозначая поклон и вышел, а я дрожаще вздохнула и попыталась натянуть на голову фату. Пальцы дрожали.       — Арисий! — приглушенно прозвучал из-за двери голос Астер. — Шон сказал, что ты хочешь нас видеть. Мы, правда, не одни, а с принцем Шаорраном — он был крайне заинтересован ознакомлением с человеческими богами. Надеюсь, он нам не помешает?       — Что вы, леди Астер, ничуть. Вопрос не конфиденциален. Я бы даже сказал, что наоборот. Впрочем, не будем стоять тут — пройдемте в общую залу.       Астер что-то ответила и голоса стали стремительно удаляться, а я попыталась вспомнить, как это — дышать ровно.       О Боги. Я выхожу замуж. Я. Выхожу. Замуж.       О Боги.       О…       — Тим? — в снова открывшуюся дверь заглянул Аскани. Выглядел он теперь почти нормально — недавние путешествия по лесам Мириндиэля выдавали только не аристократический загар на щеках, да чуть растрепанные волосы, которые он заплел в косу. — Ты готова?       — Не-е-ет, — простонала я, оконательно запутываясь в фате.       Ас шагнул внутрь, сдернул с меня полотнище, развернул его, встряхнул и накинул на голову, тут же прицепив непонятно откуда вытащенными заколками к волосам.       — Все, — сказал он, оглядев меня, — пошли. Или передумала?       Я заскулила и прижалась к нему.       — Не передумала, но… Ас, мне страшно.       Брат приобнял меня, погладив по спине, и коротко поцеловал в лоб.       — Не трусь, — сказал он, — это же Шон. Он тебя не обидит, а если… — жених карикатурно нахмурился, — То ты всегда можешь вернуться. Ты же знаешь это?       Я кивнула.       — Знаю. Я не боюсь его, я боюсь… Я не знаю, чего я боюсь.       Аскани хихикнул и повел меня к выходу.       — Это мандраж, Тим. Все пройдет, как только ты увидишь Шона.

***

      Церемония запомнилась мне тремя вещами: квадратными глазами Астер, отвисшей челюстью Лорда Ардена и покрасневшим от едва сдерживаемого хохота Тиану. Все остальное — удивленные вздохи понявших, куда и зачем они пришли, гостей (было их всего человек тридцать, из которых я знала почти всех), торжественная и нежная музыка, которую наигрывал на скрипке рыженький мальчик, стоящий в углу, и даже напутственные слова Аса — вылетели из головы, потянувшись туманом.       Впрочем, нет, вру. Еще я запомнила Шона.       Он ждал меня у алтаря, одетый в простой, но красивый темно-серый костюм, с мокрой, но чистой головой и сияющими глазами. Аскани, который довел меня до него, не забыв ментально хихикнуть о том, что сдал с рук на руки, — тихо посетовал на то, что сушить волосы наставника — гиблое дело и передал мою руку в его, тоже чуть дрожащую и холодную.       «Это что? — ментально хихикнул жених, осматривая мое платье. — Штора?»       Я повела плечом.       «А что, так заметно?»       Шон приподнял бровь и шмыгнул:       «Не особо. Ри хорошо постаралась над изменением цвета. Просто рисунок плетения характерный».       Я мысленно махнула рукой. Рисунок как рисунок — маленькие аккуратные ромбики, ничего криминального. Сам, между прочим, в настоящей одежде, или это иллюзия?       «В настоящей, — Шон вздохнул, — Аскани не отстал, пока я её не нашел. А искал долго — на балах-то я в иллюзии хожу, оригинал пылился последние лет десять в доме в Ларране, в самом углу шкафа. Если бы не Мраки — ни в жизнь бы не вспомнил, куда я его засунул».       «А его моль не сгрызла?» — спросила я, с подозрением оглядывая ткань. Видимых прорех не было, но, зная талант моего жениха…       «Я восстановил, — хихикнул он, а потом выпрямил спину и улыбнулся мне. — Все, дракошка, потом обсудим. Начинается».       Мы обернулись к Арисию, смотрящему на нас с легким снисхождением и приготовились слушать.       — Сегодня, — начал он хорошо поставленным голосом, — мы собрались здесь, чтобы приветствовать в мире новый союз. И хотя, — он чуть улыбнулся, — для многих он мог стать неожиданным и даже внезапным, — в зале кто-то шумно вздохнул. В воздухе разлился запах озона, но я не обернулась, хотя очень хотелось, — я не могу усомниться в искренней любви между этими людьми.       В зале застыла торжественная тишина и я сглотнула. Вот сейчас все и случится, да?       — Лорд Шон тер Дейл, герцог Дейл, согласен ли ты взять в жены леди Тимиредис тер Ансаби?       Шон улыбнулся и, спокойно кивнув, сказал:       — Да.       — Клянешься ли ты в том, что решение это добровольно и продиктовано лишь твоим желанием, а не волей других людей?       — Клянусь.       — Клянешься ли, перед ликами Богов, любить её, оберегать и идти с ней рука об руку до конца своих дней?       — Жизнью и магией. Клянусь.       Шон теперь выглядел серьезным и у меня по спине побежали мурашки. Клятва жизнью и магией — не шутка. Её так просто не дают.       «Это не просто, — ментально отозвался жених, — но я уверен. А ты?»       Арисий кивнул и обратился ко мне:       — Леди Тимиредис тер Ансаби, согласна ли ты взять в мужья Лорда Шона тер Дейла, герцога Дейла?       Я сглотнула и хрипло выдавила их себя тихое:       — Да.       Арисий ободряюще мне улыбнулся.       — Клянешься ли ты в том, что решение это добровольно и продиктовано лишь твоим желанием, а не волей других людей?       — Клянусь.        — Клянешься ли, перед ликами Богов, любить его, оберегать и идти с ним рука об руку до конца своих дней?       В горле запершило, в ушах зазвенело, а края зрения сузились. Ох, Боги…       «Всегда можно передумать, — прозвучал в голове голос Дианура. — Лично мне ты…»       И это придало мне сил и уверенности.       Передумать? Ха. Ни за что. Не нужен мне больше никто. Богам — богово, а мне — мой встрепанный ворон.       — Жизнью и магией. Клянусь.       В голове прозвучал разочарованный вздох и я, уловив то, как Шон нахмурился, хихикнула. Да, не соскучится он со мной и моими… М-м-м… Влиятельными знакомыми. Ну ничего, справится, он же сам согласился. Вот только что.       — Тогда, — Арисий кивнул, — Перед ликами Богов и собравшихся здесь людей, эльфов и драконов, я объявляю вас мужем и женой. Лордом и Леди… — он скосил на меня взгляд и я поняла, что он не знает, какую фамилию называть.       — Дейл, — шепнула я.       В конце концов, несмотря на то, что Ансаби я по крови, в душе я никогда не была северной герцогиней. Да простят меня мама, папа и все поколения достопочтенных предков, но лучше оставить их фамилию тем, кто будет править и жить на севере. А мне… А мне, пожалуй, подойдет фамилия Шона.       Жених, видимо не ожидавший с моей стороны такого, удивленно распахнул глаза, а Арисий, довольно улыбнувшись, кивнул.       — Лордом и леди тер Дейл. Теперь, новобрачные, обменяйтесь кольцами.       Шон вытащил из кармана колечко — за последний час оно не успело претерпеть никаких изменений, — и, подняв мою руку, надел его на моей безымянный палец. Его руки были чуть влажными. Он… Нервничает?       «Конечно, — хмыкнул Шон. — Не каждый день женюсь, Тим. Ты, кстати, успела что-нибудь сделать? Или мне фантом организовать?»       «Успела.» — я достала из лифа (ну не было на свежескроенном платье карманов, не было!) его кольцо и, подняв его руку, надела.       Оно, еще не готовое и не отполированное, смотрелось все равно удивительно гармонично и правильно. Хорошая идея с пером — на пальцы мага оно село как влитое.       — Теперь, — продолжил Арисий, — как муж и жена, поцелуйте друг друга, скрепив ваш союз.       Мы с Шоном развернулись друг к другу. Его глаза сияли.       — Ну что, — шепнул он, — все? Не страшно было?       Я почувствовала, как к глазам подкатили слезы и мотнула головой.       — С тобой — нет.       Он хмыкнул, наклонился, откинул фату и, подцепив кончиками пальцев мой подбородок, прижался губами к губам. Внутри требовательно и радостно зарычала Ази и ей, рокоча, вторил Мрак.       Я привстала на цыпочках и углубила поцелуй, зарываясь в волосы моего… Мужа?       Гости зааплодировали, кто-то (я почти уверена, что это был Киран) засвистел и среди общего гомона мне вдруг послышался звенящий колокольчиками смешок, которому вторил другой, звонкий, как ручей. Волосы Шона под руками вдруг высохли, а платье потяжелело.       Мы с Шоном разорвали поцелуй и с удивлением уставились друг на друга. У него на голове, придерживая волосы, сверкал золотистый обруч с радужным алмазом, а мое платье вдруг стало длиннее и изящнее. Ткань преобразилась, став легкой и сияющей. Перед глазами замаячила какая-то цепочка и я, потрогав её пальцами, поняла, что это — часть тиары, закрепляющей фату в волосах.       — Охренеть, — в повисшей тишине голос сидящего в первом ряду сухощавого мужчины, которого я не узнала, показался громом. — Это… как?       Первым пришел в себя Арисий. Он развел руками и, широко улыбнувшись, объявил:       — Боги засвидетельствовали ваш союз. Поздравляю. Пусть будет он, несмотря ни на что, долгим и счастливым.       Я скосила взгляд на Императоров. Тиану радостно улыбался, Лорд Арден тоже не выглядел недовольным, а вот Астер… Императрица посмотрела на нас таким многообещающим взглядом, что у меня скрутило живот, но, чуть мотнув головой, она встала со своего места и громко рассмеялась.       — Ну вы и поросята! Хотя, этого стоило бы ожидать. Горько!