Голод: тактильный, эмоциональный и физический

      Свое первое утро, в новом качестве — мужа и главы пополнившегося на одного человека рода — Шон тер Дейл, многоуважаемый (кем-то) придворный маг, герцог и член Советов Магов и Лордов встретил со стоном.       — О, троллья мама…       У него болела голова. У него болели глаза. У него болел живот. У него болело… Пожалуй все. Тело, распластанное на чем-то мягком, отказывалось слушаться, глаза не открывались, а мыслях и памяти царил невероятный бардак. Боги… Что вчера было?       — Пьянка, — ответили откуда-то слева, — Ужасающая в своих масштабах пьянка.       Шон попытался нащупать говорившего, чтобы закрыть ему рот — слишком громко для его измученной головы! — но наткнулся на что-то волосатое и вздрогнул. Что это?       — Наш подарок на свадьбу, — ответил тот же голос, став чуть тише, — Не полноразмерный, но очень мягкий. Не знаю откуда Ас его вытащил — честно говоря, даже знать не хочу, — но теперь он будет жить с нами.       Шон поморщился и попытался открыть глаза. Они не послушались. Боги, что с ним?       — У тебя жестокое похмелье, — сообщил голос, — Вызванное передозировкой этилового спирта и… Честно говоря, я не знаю название той смеси, которую вы курили с почтенным Алроэлем.       Шон перевернулся, спрятал голову под подушку и тихонько застонал. Он… Курил? О Боги! Он курил с Алроэлем?! Зарекался же десять раз!       Бывший однокурсник Тиану, с которым Шон познакомился еще в пору студенчества, был эльфом невероятно прогрессивным и широко мыслящим. В академическом сообществе он получил известность благодаря открытиям в области преобразования человеческих заклинаний в эльфийские, став одним из пионеров этого направления, но прославился, в основном, благодаря неимоверной любви к смешиванию и воскуриванию галлюциногенных трав.       Шон попробовал лишь единожды и, поняв, что разнузданность сознания для человека, способного творить порталы на Луну и (при большом усилии и долгой подготовке) двигать горы, это недопустимо, больше никогда не притрагивался к самомесам Роэла.       До, судя по всему, вчерашнего вечера. Ох, и что он натворил?       — Но учитывая, что именно после нее вы полезли на крышу Магии, — немилосердно продолжил голос, — не используя левитацию — как это делают настоящие эльфы, — могу предположить, что она оказывает эффект не слабее гномьего самогона, который вы, между прочим, и употребили после третьего падения. Знаешь, я еще никогда так не радовалась тому, что умею плести страхующие сети. На кой фиг тебе потребовалось снимать щиты, а? Неужели ты так быстро разочаровался в жизни в браке, что решил покончить с ней таким оригинальным образом? Так вроде я не успела показать себя настолько плохой женой.       Шон вытянул руку снова, в этот раз наткнувшись на чью-то руку, пощупал её, убеждаясь в том, что она — человеческая, поднялся пальцами по предплечью до плеча, оттуда к шее и лицу. Потрогал чужой рот и нос, пробежался по скулам и, сделав предположение, хрипло спросил:       — Тим?       Лицо под рукой дернулось, отстраняясь. На спину легла теплая ладонь.       — Ага, — ответили ему, — Она самая. Ты, кстати, помнишь, что мы вчера поженились? Или вообще память отшибло?       Шон стиснул зубы, прогоняя тошноту, и стал перебирать воспоминания о вчерашнем дне.       — Помню Арисия, — выдавил он из себя, — Потом… Потом я летал к Шао, потом… Э-э-э… Потом Бель сказала, что я — придурок… Ой нет. До этого был храм, да. Я надел тебе кольцо. Потом платье из шторы, и душ. Или… М-м-м-м…       — Все с тобой ясно, — рука сместилась на шею и от нее вниз по телу побежала прохладная и оттого ужасно приятная энергия. — Лежи тут, я сейчас заварю тебе настойку и вернусь. Как, оказывается, оказалась Тин права со своим приданным…       Шон не понял, к чему были сказаны эти слова и просто согласно мыкнул. Голова трещала.       Что же вчера было? Свадьба, да? Да. Его и Тим свадьба. Из гостей — самые близкие друзья. Из торжества — одна короткая церемония. Подарки от богов… Кстати, какие? Кажется, Тим подарили платье, а ему… Ох… Как сложно думать! А потом они полетели в Тэр-Шэррант отмечать. Аршисса подарила бутылку игристого, а Владыка небес — какой-то самогон, который нужно было распить пятом там и весь, в знак уважения к каким-то там мохнатым традициям. Потом… О, потом был подарок от Нейли. Тоже какой-то алкоголь, который пить нужно было сразу. Потом… Потом…       — Потом были гномы, — голос вернувшейся Тим был невыразимо грустен, — После них почтенные члены Совета Магов, после них — Императоры, после императоров твоя подруга Ал’Ри, а после неё мои друзья. Знаешь, у внезапной свадьбы, к которой гости не могут подготовить достойные подарки новобрачным, есть один существенный минус — они все дарят алкоголь. И каждый требует выпить с ним лично.       — У-у-у, — застонал Шон, чувствуя, как тошнота поднимается вверх по пищеводу, — И мы… Пили?       — Пил, в основном, ты, — ответила девушка, — Как глава семейства. Мне, как потенциально беременной, дали только вина и то, капельку. Так что за нас двоих приходилось отдуваться тебе. Я, кстати, поражаюсь твоей печени — выдержать все это… Великий подвиг, который еще не скоро смогут повторить.       Шон дернулся, вытаскивая голову из-под подушку и едва сдержал крик. Боль пронзила мозг шилом, зайдя через нос и вырвавшись у затылка. В распахнутые глаза ударил немилосердный солнечный свет. Время было послеобеденное — скорее даже вечернее. Лучи солнца были оранжевыми и мягко освещали покачивающийся и то и дело раздваивающийся силуэт Тим.       — Ты… — прокаркал Шон, пытаясь собрать образ любимый в одно целое — Беременна?       Тим тяжело вздохнула и подставила стакан, в котором бултыхалась какая-то синяя жидкость к его губам.       — Пей, — сказала она и чуть наклонила емкость.       Шон машинально отпил и поморщился — горечь несусветная!       — Пей, — настойчиво повторила Тим, — Это отличное лекарство от похмелья. Нужно выпить все.       Шон страдальчески поморщился, обхватил трясущейся рукой руку Тим, наклонил стакан и в два глотка выпил его содержимое, стараясь не обращать внимание на вкус.       Тошнота на мгновение усилилась, заставив его задуматься о местонахождении ближайшего тазика, а потом медленно отступила. Перед глазами все поплыло и Шон без сил повалился на подушку, снова закрывая глаза. Тим положила руку ему на больную голову и стала медленно перебирать пряди.       — Тим?.. — повторил Шон, когда почувствовал, что может говорить без подступающей икоты, — Ты беременна?       — Нет, — спокойно сказала девушка, — Я не беременна, уж можешь мне поверить. А если не можешь — спроси у Астер, Тиану, Ардена и доброй половины наших друзей — благо каждый из них в той или иной форме меня проверял.       — А почему тогда…       — А потому что такие внезапные свадьбы обычно устраивают только если невеста в положении. Гостям, особенно настолько пьяным, было не объяснить правдивую причину такого поспешного бракосочетания, так что они сами её придумали.       Шон помолчал, собираясь с мыслями, и переспросил:       — То есть… Ты не беременна?       — Не беременна.       — О, — напряжение, засевшее в мышцах отпустило так внезапно, что у него закружилась голова, — Хвала Богам.       Тим хмыкнула, убрала руку от его головы и прижалась к боку, положив голову Шону на плечо.       — Я, честно говоря, тоже этому рада. Все же в тот раз мы были непростительно беспечны. Вот только ребенка нам до кучи еще сейчас не хватает. Но на будущее: нужно будет придумать как… М-м-м… Предохраняться от таких внезапностей. Не то чтобы я не хотела от тебя детей — однажды обязательно! Но только после Академии и того, как мы разберемся с орками.       Шон почувствовал как внутри растекается тепло. Как же замечательно, что Тим не только не обиделась, но и сама подняла такую важную тему. Разумеется, он тоже хотел детей и был невероятно рад, что его (О Боги, как же странно об этом думать!) жена их тоже хочет, но сейчас действительно было бы несколько… Неправильно их заводить. У Тим Академия и аспирантура, у него самого — Ри, за которой он должен присматривать еще три года…       — Есть способы, — решил сосредоточиться на на более насущной теме Шон, — Контрацепции.       — Знаю, — пробормотала Тим, — Меня уже просветили. Но они мне все как-то… Не нравятся.       Шон нахмурился — это кто же успел? — а Тим продолжила:       — Большинство травяных сборов для женщин на драконов не действуют, а те, что действуют - провоцируют прыщи и головные боли. Заклинания тоже держатся недолго и имеют печальную тенденцию исчезать в самый неподходящий момент. Презервативы… Ну, насколько я поняла, для женщин они — не проблема, но у мужчин забирают часть удовольствия. Это как-то… Не честно что ли? Я уже кое-что придумала, но мне нужно будет твое мнение, как ты в себя придешь.       Шон решил отодвинуть расспросы о личности просветителя до более благоприятных времен и спросил о другом:       — Когда мы закончили праздновать? И вообще, где это мы?       — В нашей избушке, — ответила Тим, — Это было единственное не заваленное пьяными тушами место. А закончили… Часов в шесть утра? По крайней мере именно в это время я смогла тебя спеленать нитями и уволочь в портал.       Шон представил себе сцену переноса и почувствовал, как краснеет. О Боги, он что-то натворила, да?       — Я что, — пробормотал он, — так сильно буянил? Зачем ты меня связывала?       — Ну-у-у, — протянула Тим, подпитывая его ужас, — как тебе сказать. Сначала ты просто веселился, как и все. Мы танцевали, пели и скакали между городами. Потом мы полетели на Шангари. Там тоже было весело, хотя, чтобы ты знал, я не одобряю прогулок по лаве в нетрезвом виде. Дальше мы пошли во дворец в Ларране. Ты… Слушай, ну я понимаю, что подземелья без скелетов — это не совсем традиционно, но зачем было поднимать соседнее кладбище?       Шон застонал и укрылся одеялом. Тошнота совсем прошла, боль в голове и теле притупилась, а вот стыд всколыхнулся штормовой волной.       — Закрывал гештальт двадцатилетней давности, — выдавил он, — Астер сильно ругалась?       — Из-за кладбища? Нет, не сильно, ты ж потом их всех обратно уложил. Но вот когда вы с Тиану полетели драконами на Красную Звезду…       — Все. — Шон вслепую прихлопнул ладонью, прерывая жену. — Молчи.       — Да ладно, — хихикнула она, — Не долетели же. Ази и Нара устроили перехват, так что все обошлось. Правда жители столицы, я думаю, надолго запомнят этот день. Как и жители Лариндейла, Гномьих гор, дворца султана…       — Мы что, к зарифам летали? Зачем?!       — Ты сказал, что это… Э-э-э… Как же ты сказал… А. Вот. Выражение взаимоуважения и соседского гостеприимства. Мудрейший и Арден согласились. Султан был впечатлен.       - У-у-у-у…       Тим погладила его по лбу.       — Не переживай. У них, оказывается, свадьба — это тоже очень пышный обряд. Почтенный Аль’Бархим был крайне обрадован тем, что мы пригласили его на попойку. Он тебя даже в какие-то визири произвел — в качестве свадебного подарка. Значительная должность, типа посла. Теперь он хочет все дела через тебя согласовывать — до этого, вроде, тебе не по статусу было — неженатый мужчина у зарифов не считается достаточно зрелым. А теперь ты, вроде как, достоин. Он тебе даже своих дочерей сватал. Для гарема, полагающегося «Такому важному мужу».       — И я?..       — Отказался, конечно. Султан попытался обидеться — это все же большое неуважение вот так отказываться от подарков, но ты его успокоил, сказав, что я тебе и так пять женщин заменяю.       — Это каких же?       — Жену, ученицу, напарника, соучастницу и друга. Султану это понравилось и он решил одарить уже меня.       — И чем? Тоже гаремом?       — Нет, — Тим тихо рассмеялась, — Женщинам гаремы не положены. Он из своей сокровищницы золота принес, в мой вес, и до кучи сверху тканей разных, пару верблюдов, одного слона…       — Хватит, — Шон скрючился, — Не говори мне больше ничего. Пожалуйста.       Тим откинула одеяло и поцеловала в Шона в щеку.       — Ладно, — сказала она, — Все равно большая часть зверинца еще не приехала. Слона-то ты сразу в Галарен отправил, а вот остальные придут с первым обозом. Оказывается, что нерешительность султана, связанная с проложением торгового пути была связана именно с тем, что он не понимал, с кем дело имеет. А как только он с нами выпил — понял и проникся к нам теплыми чувствами.       — Это… Он тебе сказал?       Шон смутно припоминал низенького пухлого мужчину, обряженного в белые шелка, масляно смотревшего на Тим.       — Нет, — жена фыркнула, — Его первая жена. Мы с ней и Алэри отлично поболтали, пока вы с султаном выясняли, как провести торговый путь через кусок земли, вплотную граничащий со степями. Они мне много чего интересного рассказали и насоветовали.       Шон почувствовал, как у него по спине пробежал холод.       — Алэри? — спросил он, надеясь на то, что имя подруги ему почудилось.       — Ага, она. Твоя подруга, верно?       Голос у Тим был спокойным, но Шону почему-то стало очень не по себе.       — Верно, — пробормотал он, — А…       — А еще та девушка, к которой ты ходил. Да, я знаю. Она рассказала. Это, и еще много чего интересного.       — Тим… Это…       — Ой, ну не переживай ты так, — Тим хмыкнула, — Я не злюсь и не ревную. В конце-концов, именно благодаря ней все случилось, как случилось. Кроме того, она очень приятная и интересная девушка. И очень опытная. Она просила передать тебе привет и поблагодарить за то, что не забыл о ней и пригласил на свадьбу.       Головная боль совсем утихла и Шон рискнул приоткрыть глаза, чтобы посмотреть на Тим. Та лежала рядышком и мягко улыбалась.       — Ты правда не злишься? — спросил он.       Тим, конечно, умная девушка и понимающая, но знакомство с бывшей любовницей твоего мужа на собственной свадьбе, это даже для нее как-то чересчур.       — Правда, — она хмыкнула, — В конце-концов, ты же со мной, а не с ней. К тому же сведения, ей предоставленные относительно одного герцога, оказались очень… — Она приложила палец к губам, хитро улыбаясь, — Интригующими. Она мне столько идей подкинула…       Шон завозился.       С одной стороны то, что Тим не ревновала было хорошо — он слабо себе представлял, что может сказать в свое оправдание, кроме «ну, тогда ты была просто моей ученицей», но с другой… О Боги, что же ей рассказала Алэри? Не то, чтобы Шону было чего стыдиться — за исключением того, последнего раза, он всегда оставлял девушек довольными, но…       — Хочешь есть? — неожиданно переменила тему Тим. - Лекарство уже должно было полностью подействовать, а ел ты вчера мало.       Она поднялась с кровати и Шон с удивлением опознал в её пижаме одну из своих туник. Тим она была великовата — прикрывала бедра, но сползала с одного плеча, показывая тонкую ключицу с расцветающим под ним засосом.       — Э-э-э? — вопросительно протянул он, гадая, как это он умудрился в том состоянии, в котором был, еще и реализовать первую брачную ночь.       Тим покраснела и прикрыла пятнышко рукой.       — Это Шаоран, — объяснила она и, наткнувшись на полный шока взгляд Шона замахала руками, — В смысле это ты! Просто виноват Шаоран! Перед тем, как мы собрались улетать — из гостей только императоры, да он остались, он сказал, что… Ай! Неважно, что он сказал — сам у него спросишь! Но у тебя, если что, все так же!       Шон покосился на свое тело. Спал он, оказывается, в одних портках и носках, так что взгляду предстала живописная картина из расписанной следами поцелуев груди. Он потер одно из пятен и понял, что это — помада.       — Ты ж вчера не красилась, — задумчиво пробормотал он, — Вроде только иллюзию наложила.       — Астер одолжила, — тяжело вздохнула Тим, — Я даже не знаю, как буду смотреть ей в глаза после этого. «Метки дракона — метки дракона!» Позорище! И ведь я-то почти не пила!       Шон фыркнул и почувствовал, что его собственные смятение и стыд чуть гаснут.       — Забей, дракошка, — он улыбнулся жене, — Там же только самые близкие были — сама сказала. Астер не осудит, её мужья тем более, а Шао наверняка еще будет страшно мне завидовать.       «А остальное — подумал Шон, — Мы творили вместе, так что и ответственность на всех лежит. Хотя так пить больше нельзя. И курить. Вообще.»       Тим опустила плечи и выдохнула. Румянец её никуда не ушел, но выглядела она менее напряженной.       — Будет, — сказала она, — Его вчера Ри отшила. Представляешь?       Шон поперхнулся на вдохе и уставился на девушку, не веря своим ушам. Что сделала Ри?       — Да-да, — Тим кивнула, — Ри отказала Шаоррану. Он к ней полез — на звезды смотреть зазывал, пока Арден и Тиану тебя из пруда вытаскивали, а она сказала, что звезды все и так видела. Принц расстроился и попытался быть понаглее, но ты ж Ри знаешь, она за словом и делом в карман не лезет.       — И что… Что с Шаорраном?       Тим хихикнула.       — Влюблен по уши. Я думаю, ему Ри уже некоторое время нравилась, но теперь, когда она ему еще и отказала… Он попытается её завоевать всеми доступными методами.       Шон потер лоб и нахмурился.       — Так она же… Уже?       — Но он-то об этом не знает, — Тим задорно ухмыльнулась. — Он думает, что она пережила детскую влюбленность. И никто, — она выделила это слово голосом, — ему рассказывать об ошибочности этого убеждения не будет. Да?       Шон помотал головой. Неисповедимы пути женской логики! Хотя… Чисто по-справедливости, Шао заслужил некоторую долю личной драмы. Вот как докажет, что чувства у него к Ри настоящие, а не вызванные азартом или сиюминутной придурью, тогда и…       — Да, — он улыбнулся Тим и, потрянув руку, погладил её по обнаженному бедру, — Ты права. Никто. Но как же хорошо, что мы с тобой уже женаты.       Тим, подошедшая поближе и склонившаяся для того, чтобы поцеловать его в лоб, недоуменно нахмурилась.       — Не то, чтобы я была не согласна, но… Почему?       Шон пожал плечами и, не удержавшись, потянул её на себя, заваливаясь обратно на подушки.       — Потому что, — он фыркнул ей в ухо, — Твое коварство растет день ото дня. Сначала массаж, потом соблазнение и тайная свадьба… Страшно думать, что ты могла бы придумать дальше.       Тим немного отодвинулась и, хитро улыбнувшись, мягко прошептала ему в самые губы:       — О… Ты и половины не знаешь. Но тебе, я думаю, понравится.