Forgive me, Father, for I have sinned

Вернувшись домой, Минхо надолго засел во дворике при входе. Сидел, размышлял обо всем, что узнал за последние пару дней. Он по-прежнему не понимал, как подступиться к Джисону. Чего он не знал — так это того, что Джисон тоже не понимал, как подступиться к Минхо. Именно поэтому, услышав какое-то шебуршание во дворе, Хан выглянул в окно и обнаружил там священника, сидевшего на скамейке около дома. Углядев возможность, он взял из холодильника пару бутылок газировки, которую на днях купил Гынхо, и тоже вышел во двор. — Привет. Я присоединюсь, не против? Минхо поднял на него удивленные глаза. — А, да, конечно. Хан присел чуть поодаль и протянул Ли бутылку. Тот внимательно ее осмотрел, затем перевел вопросительный взгляд на гостя. — Что? — Открывашку ты взял, надеюсь? — Кого?? — Понятно все с тобой, — вздохнул Ли, и, на удивление Джисону, стукнул краем горлышка о скамейку. Крышка тут же открылась с характерным звуком и отлетела куда-то в кусты, — На, — он протянул ему открытую бутылку, а закрытую забрал себе и повторил процедуру. Хан смотрел как завороженный. — Что ты так удивляешься? — Минхо немного отпил и блаженно закрыл глаза. — Не знаю, я много чему удивляюсь. — Например, деньгам и работе? Дедушка мне рассказал. И не надо так на меня смотреть! Ты буквально появился из ниоткуда. Я должен был узнать. — Ну и что, узнал? — С легкой издевкой спросил Хан. — Не особо. — А хотел бы? Минхо резко повернулся. «Что это за вопросы такие? Он ведь по-любому правду не скажет. Но, может, стоит попробовать? Какую игру он затеял? Смогу ли я подыграть?» — Думаю, да. Ты странный, Хан Джисон. — Это я-то странный? Сказал человек, посвятивший себя Богу. — А что в этом странного? — А что в этом нормального? Нормальные люди, вон, занимаются собственными жизнями, строят карьеры, семьи, предаются разным удовольствиями, которые доступны только людям… Что в этом плохого? — Ничего. Как ты и сказал, это нормально. Мне нравится нормальное, но не для себя. Для других. — Но почему? Чем ты хуже? — Ничем. Я не лучше и не хуже. Я просто другой. Всегда был. Простое признание, но Хану оно показалось знакомым. Он ведь тоже всегда был другим. Не таким, как другие бесы и демоны. Всегда стоял особняком и постоянно чувствовал себя не в своей тарелке. — Хм, я тоже, вообще-то. Но, слушай, неужели тебе никогда не хотелось попробовать пожить обычной жизнью? Просто для себя. Просто… насладиться всеми благами, что тебе доступны. — Ты уже второй раз это упоминаешь. А что, тебе эти блага недоступны? Ауч. Кого-то поймали за хвост. Как бы извернуться? И… хотелось ли? — Ну, в каком-то смысле. Ты не ответил на вопрос. — Если отвечу, ты ответишь на мой? — Но ты его не задал. — Вообще-то задал. Но это не главный вопрос, его я задам потом. Ну так что? — Ну ладно, давай попробуем. У вас вроде игра такая есть, нет? — Опять это «у вас». Да, есть. Итак. Если честно, то да, хотелось. Что я, не человек, что ли? Но я понимаю, что у меня здесь своя роль. И я покорно ее исполняю. — Но ведь ты не обязан? Можно было бы поддаться соблазну… — Так, теперь мой черед. Откуда ты? По-настоящему. — Из очень далеких и жарких краев. — Это все? — Ну да. — Ну нет. Так не пойдет. Если ты ждешь от меня развернутого и честного ответа, будь добр и сам так отвечать. — Уверен, что хочешь знать? — Глаза Хана вспыхнули ярким пламенем, но Минхо не успел его поймать. — Да. — Думаю, ты уже знаешь ответ, — бес попытался проникнуть в мысли Минхо, как и собирался сделать чуть раньше. Ему было интересно, что же тогда все-таки произошло, и был ли священник замешан в том провале его способностей. И снова его выкинуло, прямо как тогда у церкви. Неприятное чувство. Но значит ли это, что у этого священника тоже есть какие-то силы? Неужели и правда посланник? — Это невозможно, — категорично ответил Ли. — То есть, ты веришь в существование какого-то всемогущего мужика, живущего на Небесах, решающего судьбы всех когда-либо живущих, но не веришь в балансирующую это всевластие сторону? Такая формулировка поставила Минхо в тупик. Дьявол всегда был синонимом совершенного зла, тогда как Бог был символом добра и всепрощения. Но что, если… «Так, стоп. Как так произошло, что он одной своей фразой подорвал все мои убеждения? Хотя, если он тот, кто я думаю, то он как раз-таки в этом мастер. Это его сущность — совращать умы и подрывать веру в людях, сбивать их со своего истинного пути. Может, он здесь именно за этим?» — Я не отрицаю эту сторону. Зло без добра не может существовать, ровно как тень не может существовать без света. — Но…? — Но… Сложно поверить в то, что это может быть осязаемым. Кому-то суждено встретится с Богом, кому-то с Дьяволом, но только после смерти. Здесь, в мире людей… Разве это возможно? Спокойствие, с которым Ли и Хан общались, удивляло их обоих. Тем не менее, эта беседа не напрягала ни того, ни другого, что было еще более удивительно. Это скорее напоминало философские дебаты, которым Минхо иногда предавался с одногруппниками во времена учебы в семинарии. В спорах, как известно, рождается истина, поэтому они часто увлекались подобным на досуге. — Все возможно, Ли Минхо. Нужно просто поверить, — в этот раз Хан убедился, что Минхо застанет огонь в его глазах; они вспыхнули красным, а сам бес улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую был способен. Он ожидал чего угодно: криков, распятий в лицо, шока, неверия, просьб о помощи… Однако то, что Минхо прикоснется своей рукой к его щеке, он совсем не ожидал. Теплая, мягкая ладонь странным образом согревала. Очень согревала. Даже как-то слишком… — Ай! Жжется! Ты что делаешь? — Хан вскочил, недовольный подобной наглостью, — Ты это специально? — И да, и нет. — И как это понимать? Больно-о! — Приложи бутылку, она, вроде, еще холодная, — Минхо, казалось, не был удивлен. Он уже видел его рога и хвост, что ему еще и красные глаза? К тому же, Хёнджин его уже предупредил. — Я не понимаю, ты ангел? Если да, просто скажи прямо, и я уйду. — Почему ты уйдешь? На секунду бес задумался. — Ну, если ты ангел, то тут я бессилен. Мне придется покинуть твою территорию, хотя я и не слышал, что ангелов пускают на землю… Но таковы правила. — Подожди, ты можешь нормально объяснить? Зачем ты вообще сюда приехал? — Ну, этого я тебе сказать не могу… — Это ты совращал души Чонина, Хёнджина, и еще кучи людей, которые поприезжали сюда со всей страны? Ты пришел их забрать, да? Джисон оторопел от такой проницательности священника. Откуда он мог узнать?? — Откуда ты..? — И так круглые глаза сделались еще круглее, а пухлые губы слегка приоткрылись. «Ну какой же он бес? Так, совсем еще бесёнок» — подумалось Ли при виде такого растерянного выражения на лице Хана. — Элементарно, Ватсон. Сложил два и два, тут гением быть не надо. Зачем бы ты еще сюда приезжал? Хотя, должен признаться, эта мысль показалась мне крайне абсурдной. — Это еще почему? — В какой момент Минхо взял контроль над разговором? Это Хан должен был вести диалог в нужное ему русло! А в итоге что? — Ну, сам посуди. Зачем вылезать из Ада ради нескольких душ? Вообще, я даже не знал, что из Ада можно вылезти, начнем с этого. — Ну, такое возможно, но очень редко. Обычно сюда никто не рвется… «Ну-ка! Надо перестать болтать, я так все производственные тайны выдам! Потом еще влетит». — А ты зачем вырвался? И вновь Джисон был наглым образом поставлен в тупик. А правда, зачем? — Ну, я хотел вернуть души… Мне было странно, что они все вдруг срывались в одно и то же место и начинали вести праведный образ жизни. Это же подозрительно? Но никому в Аду не было до этого дела. Плюс, это, по большей части, мои души… — То есть — твои? — Совратить их было моей задачей. Но они почему-то начинали исправляться и уходили от меня. Я ничего не понимал. Ну и подумал, что, если разберусь и верну души, то меня станут уважать в Аду… «Почему я выкладываю ему все как на духу? Что это за магия вне Хогвартса?» — А, так тобой завладел интерес! Очень по-человечески, — Минхо рассмеялся, а Хан покраснел от негодования, — Отвечая на твой вопрос: не думаю, что я ангел. Крыльев никогда не было, нимба тоже, глаз всего две штуки, да и те плохо видят, так что-о-о… очень сомневаюсь. — Но ты меня обжигаешь! И в мысли твои я влезть не могу… — Так вот что это было за странное чувство! Как будто мурашки пошли по затылку. Сегодня в церкви было похожее, кстати. Это тоже ты? — Я хотел к Хвану залезть. Но меня вытолкнули. Впервые в жизни! Видимо, в тебе все-таки есть что-то Небесное. Другого объяснения у меня нет. — Ну, у меня его тоже нет, — Минхо ненадолго задумался. Стоит ли попытаться отговорить Хана от его миссии? — Неужели нет другого способа доказать свою важность? — Хотелось добавить «как специалиста», но он вовремя себя одернул. — Не знаю. Мне просто хочется… чтобы меня тоже признали. Понимаешь? — Хан обратился глазами к Минхо в какой-то странной невысказанной надежде. — Да, думаю, что понимаю. Удивительно, но понимаю.