Мир на краю Вечности

Врата, к которым привели их Кинто и Зензи, выглядели как обычная каменная арка. Разве что, тропинка, ведущая к ней и под ней, была лишена травы. Но выглядела она заброшенной. –Вы давно не путешествовали?– полюбопытствовал Сэм, рассматривая арку и тропу. –На моей памяти нет, Сем, – ответил Кинто, – и на памяти моих наставников тоже. Но давно, еще во времена Великого Сошествия, здесь было много беспокойных. Они искали пути, что привели бы их в безопасность. И был еще один, родившийся у Госпожи Матушки, подобный им. –И что с ними случилось?– Сэм поежился, обхватив себя за плечи руками. –Они не пожелали очищения от Великой Матери, – в голосе Кинто прозвучала безутешная скорбь, – их поселение было неподалеку, вон за теми скалами. Но Слово Матери не коснулось их, и они умерли один за другим. Сэм снова неуютно поежился. Отчего-то слова голомозгого создания показались ему бесконечно жуткими. –От чего они умерли?– спросил Джай. Кинто глубоко вздохнул, пошевелив половинками мозга. –От той хвори, что принесли с собой. Страшной хвори. Матерь могла бы излечить их, но они презрели Её помощь и отвергли её. –Надеюсь всё же, что по ту сторону Врат нас не ждет хворь, – задумчиво произнес киборг. –Нет, о древний, – по-птичьи наклонил голову вбок Кинто, – ни одна хворь не коснется вас, потому что вы приняли благоволение Матери. -А тот, кто родился у Госпожи Матушки?- спросил Сэм. -Он был отдан тому, кому был подобен. Зензи, его сестра, иногда слышит его и беседует с ним. Он счастлив в своей приемной семье.      Вечер сгустился над дорогой, выложенной из белоснежных каменных плит и наполовину занесенных песком. Огромное красное солнце почти наполовину скрылось за горизонтом. Открыв им Врата, засветившиеся синевой внутри каменной арки, оба голомозгих создания были вынуждены остаться по другую сторону её, чтобы удерживать их открытыми. Сэму слабо верилось, что в течение тех одиннадцати дней, что были им обещаны, они смогут чего-то добиться, да хотя бы разузнать, что к чему, но страшно почему-то не было. Быть может, виной этому спокойствию была высокая сильная фигура киборга, шедшего на пару шагов впереди. Отблески алого солнца играли в его рыжей шевелюре, превращая её в сполохи пламени. Он был так непохож на Ника, и это было просто прекрасно. –Смотри, там, кажется, что-то вроде деревушки, –заметил Джай, вглядываясь в невысокие скалы по левую руку от них, – нам надо найти ночлег. Плохая идея шариться по незнакомым местам ночью. Сэм поравнялся с ним и кивнул. Джай положил руку ему на плечо, и чувство покоя снова коснулось сердца. А самое странное было в том, что ничто внутри не протестовало против этого властного жеста, против чужой накатывающей силы. Хотя с Джаем они по сути были знакомы всего несколько часов, от этого ничего не менялось.    До крошечной деревушки, прилипшей к подножию скал, было не так далеко. Солнце еще не успело полностью уйти за горизонт, когда они вошли в первый из давно покинутых домиков–пещер. То, что деревня была покинута давно, не вызывало сомнений. Не было видно ни единой души, ни один звук кроме их собственных шагов не нарушал покоя этого места.    Домик оказался просторным, состоявшим из одной небольшой полукруглой комнаты с самой простой обстановкой. Большая круглая кровать из каменной плиты и набросанных на неё досок, покрытых шкурами, круглый стол с четырьмя скамейками, в углу очаг, в другом углу что-то, напоминающее унитаз, выточенное из цельного куска камня. На полу также были набросаны звериные шкуры. И кругом огромный слой пыли, нанесенной, видимо, в узкие оконца, больше похожие на бойницы.    Вдвоем они довольно быстро очистили комнату от пыли, вытрясли шкуры и постель, вымели начисто пол. Затем Джай отыскал источник чистой воды, бивший из скалы неподалеку от деревушки, и принес воды в большом деревянном ведре. По счастью возле очага была сложена горка каких-то брикетов, которые загорелись мгновенно. Сэм разыскал в одной из ниш над очагом древний медный сосуд, напоминавший индийскую лоту, налил в него воды из ведра и поставил на огонь. –Жаль, чая нет или кофе, –вздохнул он, – ну, зато есть еда, которую дали Кинто и Зензи. Он достал из круглой сумы, что дал им Кинто, несколько странного вида кругляшей, покрутил их в руках, и предложил один Джаю. Тот откусил небольшой кусочек и вздохнул с выражением такого счастья на физиономии, что Сэм немного напрягся. –Попробуй, – сказал Джай, отломив кусочек и протянув ему, – насыщает мгновенно и малыми дозами. Сэм убрал в сумку остальные кругляши и взял предложенный кусочек. Это была сладкая смесь, таявшая во рту и напоминавшая по вкусу сладкий цветочный нектар. Ощущение сытости наступило почти мгновенно. Сэм аккуратно собрал крошки и закинул в рот. Удивительное ощущение легкости и почти что счастья заполнило его целиком. –Интересно, там что-то наркотическое?– спросил он, свернувшись клубком на постели из шкур и пытаясь натянуть на себя краешек. –Не думаю, –покачал головой Джай, – скорее, что-то того же толка, что излечило тебя и дало мне… жизнь. Он присел на край постели и задумчиво уставился на потрескивающий огонь в очаге. –Джай… –Да, Сэм? –Ты хоть примерно знаешь, что мы должны сделать? –Понятия не имею, – ответил киборг, глядя на жарко пылающее пламя, – доберемся до Ахласарона, решим уже там. Подождав, пока закипела вода, они бросили в сосуд немного спрессованной смеси, подаренной Кинто, и по очереди приложились к горячему отвару. Сэм с наслаждением ощутил разливающееся по телу тепло. Голова слегка кружилась, но он не мог бы сказать, был ли тому причиной чудесный отвар, или это было близкое присутствие Джая Илеан Кира.      Утро встретило их тишиной, багровым светом непомерно разросшегося Солнца, струящимся в прорези окон. Сэм пробудился от сна, в котором была маленькая голомозгая Зензи, что–то щебетавшая на своем странном наречии. Тревогой был наполнен её писклявый голосок, и эта тревога передалась ему. –Ты в порядке?– спросил Джай, повернув голову и глаза на него своими пронзительными глазами. –Снилась Зензи, – ответил Сэм, с трудом разминая одеревеневшее от холода тело, – она пыталась о чем-то предупредить. –Она говорила о том, что черный луч черного летающего дома уже коснулся нас, – сказал Джай, легко спрыгивая с постели, – не смотри так на меня, мне тоже она снилась… или не снилась? Сэм с трудом сполз и поджал пальцы на ногах от холода. Его слегка знобило. Джай уже разжигал огонь в очаге и ставил на него лоту с остатками вчерашнего питья. –Интересно, что за черный луч из черного дома?– пробормотал Сэм, устраиваясь у очага и грея руки о весело потрескивающее пламя. Джай в задумчивости бросил взгляд на входную дверь. –Вероятно, речь шла о каком-то воздействии пирамиды, которую мы видели, – сказал он, помолчав с минуту, – возможно, так обитатели пирамиды подпитываются. Сэм поежился. Даже мысли об этом отчего-то будили ледяной страх. Он придвинулся к Джаю, уткнувшись в его плечо лбом, надеясь, что это не вызовет никаких ответных отрицательных эмоций. Сейчас ему бы не помешала хорошая встряска, но просить малознакомого киборга о взаимодействии он бы не рискнул даже под страхом смерти.    Джай размешал в кипятке немного крекеров и они выпили по несколько глотков. Сэм ощутил, как вместе с горячим сладким напитком в тело вливается изрядная порция силы и сытости. Пожалуй, теперь он был готов к сколь угодно сложному пути.