Принцы и драконы

Когда Дэмиан вернулся в свои покои, там еще суетились слуги и лекарь. На этот раз лечением занимался пожилой дворцовый врач. Он драконов не боялся. А может, дракон, лежавший на ковре посреди комнаты, был настолько немощен, что мало кого напугал бы. Тем не менее, Дэмиан был на взводе после того, что увидел и услышал во дворце, а поэтому мельтешившие в его владениях слуги вызвали лишь раздражение. — Убирайтесь, — скомандовал он, указав на дверь. И добавил, глянув на лекаря: — Если у моей ручной ящерицы опять разойдутся швы, я вам самолично что-нибудь заштопаю, чтобы показать, как надо. — Ваше Высочество, — лекарь низко наклонил голову. — Дело не в качестве проделанной работы. Ему нельзя напрягаться… — Я сам решу, что ему можно, а что нельзя, — фыркнул Дэмиан. «Сам виноват, — подумал он, бросив взгляд на распластавшееся на узорчатом шерстяном ковре тело. — Мог бы просто не сопротивляться магии. И вообще, служить принцу Халмора — удовольствие, а не пытка». Наконец слуги и лекарь откланялись и испарились. После них в воздухе остались запахи спирта и лекарственных мазей, а еще горький аромат сонных трав. Завтрак тоже убрали. На темном лакированном столе рядом с диваном остались стоять только графин с лимонной водой и пара хрустальных стаканов. Дэмиан плеснул себе прохладной воды и осушил залпом. Затем прислонился бедрами к столу, скрестил руки на груди и уставился на свое новое приобретение. Ненадолго покинув дворец, чтобы прогуляться по улицам столицы вместе со стражей и встретиться с отцом, Дэмиан сделал еще одно открытие об их с Жаном связи. Стоило ему отдалиться на какое-то расстояние, внутри противно засвербело, а грудь будто сдавило тисками. Его тянуло назад, а в голове забилась паническая мысль, что он забыл что-то ценное. Дэмиан первым делом проверил перстень с гербом, но тот был на пальце; затем перебрал в уме тысячу важных и не очень мелочей, которые могли бы его беспокоить. И даже мысленно обругал поваров за то, что они подали испорченный завтрак, от которого теперь крутило в животе. А потом вдруг догадался, что неприятное ощущение имеет магическую природу; и сразу же вспомнил про чужеземца-дракона, с которым он несколько дней назад связал себя древней магией. С одной стороны, полученная информация ему понравилось: если Жан испытывал то же самое, если не хуже, то это значило, что пленник не сможет убежать. С другой стороны, становилось сложнее от него избавиться, если он надоест. Жан, лежавший на полу, чуть шевельнулся, и откинул плед, которым его кто-то заботливо укрыл. Затем перекатился на бок с тихим стоном боли и приложил ладонь к животу. Его мундир валялся рядом, а рубашка была расстегнута, отчего Дэмиан мог видеть бинты. Принц недовольно цыкнул языком. Ему не нравилось, что тот, кто должен его защищать, в таком плохом состоянии. Особенно, учитывая то, что враг вот-вот доберется до дворца. Его бы воля, он хотел бы продолжать ничего не знать о приближавшемся противнике; но события развивались так стремительно, что даже младшему сыну короля приходилось вдумываться в происходящее и попусту растрачивать драгоценные силы на волнение. — Отец приказывает мне бежать из города на юг, — произнес Дэмиан то, что без остановки крутилось в голове последний час. Жан сел, тяжело оперевшись на руку, и как-то обреченно глянул на него из-под упавшей на лоб челки. У пленника тоже были волнистые темные волосы; но отличали его нечеловеческие глаза, чуть заостренные уши и сероватая, будто пыльная кожа. — Здравая идея, — сквозь зубы выдавил Жан. Было ясно, что он хотел сказать куда больше, но экономил силы. — Халмор не падет, — насупился Дэмиан. — Халмор не может пасть. Посуди сам, они встанут у стен крепости, и… что? У нас еще много воинов. Моего отца слушаются. Мой брат хорош в политике… — Они ворвутся во дворец и убьют твоего отца, твоего брата и тебя, а ваших женщин заберут в плен. Таковы законы войны, — медленно ответил Жан, проговаривая каждое слово. — А вместе с тобой убьют и меня. Знаешь, я не хочу умирать. Поэтому убраться отсюда — здравая идея. Дэмиан фыркнул и стал нервно возить носком сапога для верховой езды по длинному ворсу ковра. Если бы его учили действительно нужным вещам, а не философии и манерам, он бы не сидел в своих покоях, гадая, как быть. Отец сказал, что сестру и мать уже вывезли из дворца на рассвете, и потребовал, чтобы Дэмиан последовал за ними. Но он не хотел прятаться под женскими юбками. Пусть он и был младшим в семье, он оставался мужчиной, принцем, наследником. Он не желал покидать свой дворец из-за каких-то кагартонцев, которые только недавно были для него областью на карте в кабинете географии. — Вот что, — решил он и снова поглядел на Жана. — Я дам тебе меч. Ты будешь драться за меня, как и остальные. И вообще… Им не ступить во дворец. У нас хорошая армия. Жан грустно улыбнулся и покачал головой. Дэмиан уже приготовился как следует приложить его магией, но его слуге хватило ума не выражать свое несогласие. Вместо этого Жан протянул ему свои руки раскрытыми ладонями вверх, показывая сковавшие запястья браслеты с эльфийскими знаками. — Ты знаешь, как их снять? Дэмиан безучастно мазнул взглядом по наручниками. Если бы он не знал, что это, то принял бы за украшения. — Не интересовался. Жан опустил руки и зло прищурился. — На твоем месте, я бы не рассчитывал на меч, когда сюда войдет войско из Кагартона, — проговорил он. — Без этих железок я бы смог защищать тебя куда лучше, маленький принц. «Хитрая ящерица, — раздраженно подумал Дэмиан. — Если я позволю ему вернуть магию, то потеряю над ним контроль». — О железках мы поговорим позже, — Дэмиан помотал головой. И, отлипнув от стола, решительно объявил: — Пойдем, займемся твоим оружием. У тебя ведь был хороший меч? — Лучший. Я выковал его сам. А твои солдаты… — Тогда он должен быть в оружейной с прочими трофеями, — перебил Дэмиан. Недолго думая, принц направился к дверям. Он слышал, как Жан с шумным вздохом поднялся, а вот шагов не различил. Пришлось обернуться. Слуга стоял прямо за его плечом. Дэмиан вздрогнул от неожиданности, но ничего не сказал. То ли ковер так глушил звук шагов, то ли дракон умел передвигаться бесшумно. — Ваше высочество, — стражники низко склонили головы, стоило Дэмиану выйти из покоев. — А это?.. — один из воинов указал на Жана. — Мой новый слуга и телохранитель, — четко ответил Дэмиан. — Но это не значит, что вы все можете расслабиться. Особенно сейчас. За мной! Темные коридоры дворца выглядели иначе. Дэмиану не нравилась суета, поселившаяся в них, но он ничего не мог поделать, и это злило еще больше. Сновавшие туда-сюда стражники и прислуга забывали кланяться; кое-кто сквозь зубы бросал «вашвысочество» или коротко кивал. Раньше Дэмиан не задумался бы об этом, но разговор с Жаном поселил в душе гадкую, угнетающую мысль: что станут делать все эти люди, годами служившие их семье, если во дворец ворвутся кагартонцы? Станут ли защищать, или разбегутся? А может, кто-то из его же личной охраны уже думает о том, как поднимет против него, принца Халмора, меч, как только король погибнет. Его передернуло от мысли, что отец и брат могут умереть. Дэмиан холодно общался с отцом, потому что король Халмора никогда не считал младшего сына достойным чего либо, кроме как ходить на балы, а потом жениться, чтобы укрепить политические связи с кем-нибудь из соседей. С братом и сестрой было сложнее; Фредерик и Амалия обижали его в детстве и подшучивали над ним, отказываясь брать в свои взрослые игры; но, как-никак, брат оставался для него примером. Представлять, что их всех может не стать в один день, было странно и страшно. Как и думать о том, что его дворец, его дом займут какие-то чужаки с запада. Впереди показались обшитые железом увесистые двери в дворцовую оружейную. Возле нее суетились люди, одетые в доспехи и плащи от дождя. В распахнутые окна длинного коридора врывался холодный ветер, принося с собой мелкую морось и горький запах дыма. Все вокруг кричало о том, что вот-вот произойдет нечто страшное. Что ж, значит ему точно следовало хорошо вооружить своего телохранителя. Было грустно осознавать, что единственный, кому он может по-настоящему доверять, это привязанный к нему магией чужак. Хотел Жан этого или нет, ему придется защищать принца до последней капли крови. Дэмиан обернулся. Жан, послушно следовавший за ним, выглядел неважно. «Сильно же его потрепали в темнице, — подумал Дэмиан, хмурясь, и тут же отметил, что при виде солдат рука пленника беспокойно легла на бедро, где раньше был меч. — Как бы он не сцепился со стражей…» Додумать Дэмиан не успел. Он услышал возгласы приветствия, обращенные явно не к нему, и повернул голову. По коридору шел Фредерик, и стражи расступалась и почтительно опускали головы, видя его. — Мой маленький брат, — улыбнулся Фредерик, подойдя ближе. — Разве отец не отослал тебя с мамой и Амалией? Дэмиан отметил, как блестит начищенный стальной нагрудник поверх его мундира. Фредерик был при параде, и при этом оделся по-военному, будто собрался встречать не слишком добрых гостей. Так оно и было. — Я не собираюсь сбегать из своего собственного дворца, как девчонка, — Дэмиан гордо вскинул голову. — Да ты возмужал, — хохотнул брат. — Я слышал, ты обзавелся личным рабом. Это он? Дэмиан не успел ничего ответить. Жан вынырнул из-за его плеча и тут же оказался перед Фредериком. — Вынужден служить его высочеству, — проговорил тот так, будто это не он совсем недавно бесился от того, что оказался в подчинении у принца. «Подлая ящерица, — зло подумал Дэмиан и мысленно дернул Жана за невидимую цепь. — Хочешь заинтересовать его, чтобы он забрал тебя у меня и освободил!» Тот скривился, но не более. Зато Фредерик удивленно заулыбался. В детстве он и Амалия всегда отбирали у Дэмиана то, что ему особенно нравилось. Им доставляло удовольствие лишать его вещей, к которым он привязался. Первыми стали деревянные лошадки, которых подарил отец. Затем шахматы, где каждая фигурка выглядела как удивительное южное животное. Его первый кинжал, лошадь, золотой набор для письма… — Он мой, — заявил Дэмиан, не дав брату раскрыть рот. — Даже не думай. Я провел ритуал, теперь он принадлежит только мне. — Ну-ну, — усмехнулся Фредерик, явно потеряв к ним обоим интерес. — Ладно, так и быть, развлекайся. Дэмиан стиснул кулаки и проводил брата взглядом. Затем снова глянул на своего пленника. Тот перенес унижение с каменным лицом. — Ты что, стал бы служить ему, если бы он тебя освободил? — прошипел Дэмиан уже входя в оружейную. — В данный момент у него больше шансов выжить, чем у тебя, — отстраненно отозвался Жан. Его чуть хриплый низкий голос утонул в гомоне толпы. Дэмиан с трудом протиснулся через закованных в броню воинов и юркнул в узкую дверь, ведущую в склад трофейного оружия. Жан последовал за ним. Внутри было просторно, темно и холодно, как в леднике; едва пробивавшийся в узкое окошко свет пасмурного дня ложился холодными бликами на бесчисленные ряды лезвий и ножен. Большие и маленькие, длинные и короткие, изогнутые и прямые, сабли, гладиусы, фалькаты, клейморы, палаши, рапиры — все они находились здесь, чтобы больше никогда не оказаться в пылу сражения. Их дарили и передаривали, ими любовались короли и знать; некоторые из них никогда не видели в своей долгой жизни даже капли крови. — Ваше высочество, — молодой помощник главного оружейника низко поклонился, увидев принца. — Что вас сюда привело? Юноша тряпицей полировал украшенные сапфирами ножны от полуторного меча. Такое Дэмиану было по вкусу; но, увы, подобный меч он умел лишь носить на поясе, а вот управлялся с ними плохо. — Дай мне нож. Покрасивее, — потребовал он. — Слушаюсь, господин, — юноша отбросил тряпицу и тут же испуганно уставился в сторону: — Эй! Не смейте… Дэмиан обернулся на грохот и скрежет, и обнаружил, что Жан уже подтащил деревянный стол к одному из шкафов с оружием и, взобравшись, пытался дотянуться до самого верха. — Пусть берет, — Дэмиан остановил оружейника жестом. — Я разрешаю. — Это очень ценное оружие, — возразил юноша с ужасом. — Аскалонская сталь, тончайшая работа… Его приготовили в подарок для вашего брата, принца Фредерика. — Это меч моего слуги, — отрезал Дэмиан, нахмурившись. — Что непонятного? Займись делом, пока я не наказал тебя за пререкание. Юноша стиснул зубы и послушно отошел в сторону. Дэмиан еще недолго проследил за тем, как Жан разглядывал свой меч, возвышаясь на столе, будто какая-нибудь скульптура, достойная тронного зала. А потом повернулся туда, где оружейник раскладывал на багровом бархате всевозможные ножи и кинжалы. Недолго думая, принц схватил короткий кинжал с золотой рукоятью, украшенной мелкими рубинами, похожими на брызги крови. Оружие приятно легло в ладонь. Недолго поиграв клинком, Дэмиан сунул его за пояс. Это был не первый его кинжал, но прежде он не держал оружие при себе и уже не помнил, в каком из сундуков с его добром оно спрятано. — Идем отсюда, — скомандовал он Жану. — И прихвати по дороге какие-нибудь доспехи или что там тебе нужно. А затем решительно зашагал к выходу. Вернувшись в покои, Дэмиан сразу приказал подать обед на двоих. Жан пришел чуть позже, волоча на себе не только свой меч, но и тяжелые сверкающие латы, кожаные наручи и поножи, какие-то ботинки, плащ из вощеной ткани и даже нечто с меховым воротником. «Он готовится к бегству. Хитрая ящерица уже похоронила Халмор и всю мою семью заодно в своей голове», — понял Дэмиан, едва увидел своего слугу, втащившего в его изысканно обставленные покои эту груду металла и тряпок. Он даже подумал о том, что неплохо было бы заставить Жана есть на полу, как настоящего раба, чтобы напомнить ему его место и научить уважать младшего принца; но затем передумал. Это было слишком скучно, и он уже проделывал такое в юности: бросал еду на пол и заставлял слуг подбирать и есть. Для личного ручного дракона можно было придумать что-нибудь поинтереснее. А еще стоило дождаться, пока он восстановит силы. Сломать свою игрушку Дэмиан не хотел. Обед прошел в мрачном молчании. Дэмиан невольно бросал взгляд на латы в углу и меч, прислоненный к стене, и думал о судьбе своего королевства. Жизнь, к которой он привык, часто бывала скучной. Особенно, когда приходилось заниматься географией и философией, или разучивать танцы. Но это была его жизнь, его дворец, его королевство. Дэмиан любил свои уютные покои, любил своих друзей, конные прогулки, гулять по роскошным залам дворца, веселиться на банкетах, проводить часы в зимнем саду, где росли целебные травы и диковинные растения из разных уголков мира. Он не хотел этого менять. Но теперь в его жизни появился дым от костров за окном, кинжал за поясом, а еще слуга-чужеземец, одним своим видом заставлявший думать о худшем. Толком не поев, Дэмиан вышел из-за стола. Он так увлекся своим новым слугой, что забыл заглянуть к Анжеле. Она-то точно знала, как обстоят дела с кагартонцами, потому что ее отец был генералом. Вскоре он стоял у дверей ее покоев. Но там не было стражи, а дверь оказалась чуть приоткрытой. Дэмиан заглянул внутрь и тут же наткнулся на служанку. — Госпожа уехала сегодня утром. Я не знаю, куда, — грустно проговорила девушка. Ее глаза испуганно бегали. Все во дворце знали о надвигающейся беде. Затем она всплеснула руками: — Совсем забыла! Госпожа оставила вам записку… — Давай сюда. Из кармана фартука возник аккуратный конверт, запаянный зеленым сургучом. Дэмиан торопливо выхватил его из рук служанки. Разорвав конверт, он вынул единственный небольшой квадратик писчей бумаги и прочитал: «Беги из Халмора. А.»