Отсчёт до счастья

      Тяжёлым шагом Лю Цингэ вошёл в кабинет товарища. Он злился из-за того, что какой-то тёмный заклинатель так самонадеянно смеет вести с ним беседу. Видимо, тот не понимал: если Лю захочет, то не только вышвырнет его, но и сдаст ордену. Тёмные заклинатели — буквально олицетворение несчастья, и состояние Вэй Ина тому подтверждение. Его нахождение на хребте не сулит ничего хорошего. — Му Цинфан! Прости, но сидеть сложа руки я не могу. Этот Вэй должен покинуть школу, нам не нужны проблемы из-за него, — с хлопком распахнув дверь, лорд Байчжаня ворвался к младшему, нарушив его уединение.       Отложив свиток, тот взглянул на вошедшего. Прошла неделя, и Му Цинфан почему-то думал, что Лю Цингэ станет легче принять Усяня, но нет, они не сдвинулись ни на шаг. — Благодарю, что держишь меня в курсе его благополучия. Рад, что он не сбежал, — с лёгкой улыбкой произнёс лорд Цяньцао, а затем посерьёзнел: — Лю Цингэ, я не изменю своего решения. Отныне он под опекой моего пика, и надолго — смирись. — Почему? — негодовал лорд Байчжаня. — От него не будет ни выгоды, ни пользы. Ты и так достаточно ему помог. Подумай о репутации школы, — он стоял на своём. — Поэтому и говорю тебе: прими это. Ты же не думал, что я приютил Вэй Ина без разрешения главы? Он дал согласие, пока это не мешает школе. Сейчас Усянь всё время сидит в комнате и только сейчас впервые нормально вышел на прогулку. Не заставляй его чувствовать себя нежеланным гостем.       Сжав губы в тонкую линию, Лю не мог больше ничего сказать. Ему ясно дали понять: молчать и терпеть. И раз просят, он попробует... Попробует, но дальнейшее зависит лишь от самого Вэя. — Хорошо, прости, что побеспокоил, но отвлеку ещё ненадолго. У тебя есть успокаивающий чай? — наконец выдохнул он и разжал кулаки. — То-то ты слишком раздражителен, — Му Цинфан встал из-за стола и направился к полкам справа от него. — Снова ци бушует?       Лю промолчал. Хоть проблемы с внутренней энергией у него и были давно, признаваться в этом было тяжело даже самому себе. Это слабость, которая мешает. — Шэнь этот ублюдок опять острит. Ему слово не скажи — найдёт, к чему придраться, и устроит словесную перепалку. Когда-нибудь не сдержусь и вцеплюсь ему в глотку, — скрипя зубами поведал Цингэ причину.       Му лишь вздохнул в ответ: ничего нового. Взрослые люди, занимают высокие должности, а ссорятся, как дети. Никто не уступает — оба упёртые бараны. — Вам пора прекращать. Иначе кто-то точно отправится на тот свет.       Взяв с третьей полки баночку с травами, он аккуратно отсыпал немного на маленький клочок тонкой ткани и поставил баночку обратно. Завёрнутые в ткань травы Му Цинфан бросил в пустую чашу на столе, а затем залил водой, придерживая края ткани. Когда чай заварился, он вытащил ткань, развернул и убрал сушиться на подоконник. — Пей. — Спасибо, — взяв чашу, Лю Цингэ залпом выпил неприятный на вкус отвар. — Что-то ещё? — возвращаясь к свиткам, спросил Му. — Нет, — качнул головой лорд Байчжаня и вышел из кабинета.       Небо потемнело, когда он вновь оказался на улице. Постепенно стали видны звёзды. Вэй Ин, должно быть, уже вернулся в свои покои, но что-то подтолкнуло Лю Цингэ вернуться на место их разговора.       Светлячки мерцали в траве, закат уступил место ночи, всё изменилось, но Усянь всё ещё сидел там, где он его оставил. Невольно Лю замер у дерева, вспоминая слова младшего. Он не любит всё, что противоречит правильному пути заклинательства, но, может, и вправду стоит умерить свой пыл. Вэй Ин не сделал ничего, кроме того, что пытался защищаться, когда сбегал. Не он напал на них, когда уходил, а они преградили ему путь, направив оружие из страха. Возможно, стоит просто подождать и посмотреть, что будет дальше. — Долго там стоять будешь? — не оборачиваясь, спросил Усянь. — Садись, если хочешь, — он похлопал по месту рядом с собой. — Я ведь не кусаюсь.       Приняв приглашение, Лю Цингэ присел поодаль от Вэя. — Мог бы ещё дальше сесть. Да чёрт с тобой, сиди где хочешь, — вздохнул Вэй Усянь.       На время воцарилось молчание, нарушаемое стрекотом сверчков. Лю размышлял о своём, а Усянь любовался небом. Он не задавался сложными вопросами, ведь сейчас всё равно не смог бы получить на них ответ, отсиживаясь на пике. Об этом стоит думать, когда он покинет хребет.       Внезапно тишину нарушил лорд Байчжаня: — Не буду делать поспешных выводов о тебе. Ты ведь никого не убил. Пока что.       Удивлённо обернувшись, Вэй Ин попытался переварить услышанное. Что за странное «пока что»? Если хотел сказать что-то нормальное, мог бы ограничиться двумя предложениями. Последние слова Цингэ вызвали смех, как и предыдущие, если задуматься. — Я уже убивал, и не раз. Не возлагай на меня светлых надежд, лорд, раз не можешь поверить своим же словам, — усмехнулся он, отвернувшись.       Зачем Лю Цингэ начинал красивую речь, если закончил двуличными словами? Только испортил настроение. — Совсем не можешь себя контролировать, раз не дашь слово сидеть тихо и не пакостить школе? — недовольно огрызнулся Цингэ. — Поверишь, если скажу, что и вправду не могу это контролировать? — Глупости. Даже животные умеют сдерживаться. Не опускайся ниже их. — Какой же ты идиот, — снова усмехнулся Вэй.       Удивительно, как люди могут занимать важные должности, чтобы помогать другим, но при этом не в состоянии принять элементарные вещи. Если когда-нибудь он увидит, как лорд Байчжаня не контролирует себя, обязательно припомнит ему его же слова. — Следи за языком, — бросил Лю Цингэ, поднимаясь с земли. — Не засиживайся, не заставляй Му Цинфана за тобой бегать, — прежде чем уйти, промолвил он и, повернувшись спиной, вскоре скрылся из виду.       Вэй Ин не смотрел ему в след, а просто прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться в мыслях на пустоте. Про себя он вёл отсчёт, сколько примерно находится в таком состоянии, чтобы не уснуть. Когда небо заполнилось созвездиями, он тоже не спеша отправился назад в свои покои.       С Му Цинфаном вышло увидеться только через два дня. Он не заходил, а Усянь его и не ждал. Лишь когда его схватила сильная головная боль, что невозможно было лежать, он соизволил встать с кровати. Спросив у первого попавшегося дорогу к месту, где сейчас находится лорд Цяньцао, заклинатель, терпя резкие волны боли, дошёл до нужного кабинета. Правда, дважды он спутал двери, но, к счастью, быстро сориентировался, что ошибся. — Му Цинфан, будь добр, позволь попросить у тебя обезболивающее. Желательно посильнее, иначе твои успокоительные будут пустым местом, — держась за голову одной рукой, зашёл в кабинет Вэй Ин, предварительно постучавшись. — Голова болит? — резко встав со стула, спросил лорд. — Поэтому и говорил тебе почаще на свежий воздух выходи или хотя бы просто с кровати поднимайся. — Это не из-за этого, — воспротивился тёмный заклинатель. — А из-за чего тогда? Питаешься раз через раз, в кровати лежишь целые сутки, не раскрывая штор, — проворчал Му Цинфан, но всё же начал искать нужные травы.       Их беседу невольно подслушали. Помимо них двоих, в комнате, элегантно облокотившись одним локтем на подлокотник кушетки и обмахиваясь веером, словно император на троне, восседала третья персона. Мужчина был одет преимущественно в зелёное, на голове — гуань с развивающимися лентами, а веер закрывал нижнюю половину лица. Он пристально смотрел на вошедшего, ничего не говоря, но по взгляду было ясно, что он крайне недоволен. — Это тот самый? — невзначай спросил незнакомец, обращаясь к старому товарищу.       Быстро поняв, что речь о нём, Усянь нахмурился ещё сильнее. Снова какой-то выскочка. Если бы голова не болела и были силы, он бы сказал, что он не «это», а у него есть имя. — Да, это Вэй Усянь. Вэй Усянь, это Шэнь Цинцю, лорд пика Цинцзин, — быстро ответил Му, не отрываясь от поисков. — Наслышан о тебе, — уже обращаясь к Вэю, промолвил Цинцю. — А я о вас, к счастью, нет, — бросил Усянь, отводя взгляд к Му Цинфану.       Эти слова можно было счесть за насмешку: «А ты не особо известен, да?» Именно это и услышал Шэнь Цинцю. Скривившись, он одарил его колким взглядом из-за веера, который Усянь проигнорировал.       С первого взгляда было ясно, что лорд Цинцзина не расположен к дружбе. В отличие от Лю Цингэ, он казался тем, кто никого не станет слушать. А значит, Му Цинфан не сможет его остановить. Вэй Ин не хотел тратить силы и предпочёл игнорировать. Он едва успел войти, как его уже попытались испепелить, так что о нормальном разговоре не могло быть и речи. — Вот, — Му Цинфан выпрямился, доставая банку с пилюлями. — Трав не нашлось. Возьми одну и прогуляйся. — Дорогие? — покосившись, поинтересовался Вэй. — Нет, самые простые, но действенные. Таких много, — не задумываясь, ответил лорд Цяньцао. — Тогда можешь отсыпать про запас, чтобы каждый раз к тебе не бегать?       Вэй Усянь не стал бы спрашивать, если бы лекарства оказались дорогими, но раз они обычные, то почему бы и нет. — Нет, — отрезал Му. — Давать психически неустойчивому пациенту лекарства сверх нормы? Мой мозг пока работает нормально. Кто знает, что ты с ними сделаешь.       Его довольно быстро раскусили. Хотя он и правда хотел взять их про запас, чтобы лишний раз не двигаться, такой вариант развития событий он тоже предусмотрел.       Расстраиваться из-за отказа он не стал. Если человек захочет умереть, его ничто не остановит. — Шэнь Цинцю, ты ведь собирался уходить? Проследи тогда за ним, пожалуйста. Вам по пути, — искренне попросил лорд Цяньцао. — Вэй Усянь, ты тоже иди.       Знал бы он, что зря доверился шисюну, отправил бы Вэя раньше.       Вэй Ин, приняв лекарство, благодарно кивнул и быстро вышел, не желая больше мешать. Теперь, когда у него есть пилюля, сон должен нормализоваться. Выйдя из комнаты, он увидел прямую элегантную спину в тёмно-зелёной накидке. Она удалялась, но внезапно остановилась и исчезла, сменившись нахмуренным лицом лорда Шэня, скрытым за веером. Он был мрачен. Причина стала ясна сразу. Вздохнув, Усянь продолжил идти, но путь ему преградила выставленная рука, громко захлопнувшая веер. Хлопок заставил его замереть и посмотреть на открывшееся лицо старшего. — Проваливай отсюда, — сухо бросил Шэнь Цинцю, резко выставив руку вперёд.       Он хотел уйти, но не смог промолчать. В нём кипела ненависть ко всему неправильному на пути заклинательства. — Забавно... — тихо пробормотал Вэй Усянь, оценивая лорда с головы до пят. — Что смешного в моих словах? — надменно прищурился Шэнь.       Тёмный заклинатель усмехнулся, подбирая слова: — Просто вы с лордом Лю так похожи. — Похожи? — процедил Цинцю, сжимая веер до хруста. — Мы с ним? Не неси чушь! — Разве я говорю что-то не так? — насмешливо бросил Вэй. — Думаю, на этом стоит закончить диалог. Всего хорошего, — его голос был мягким, но язвительным. — И не стоит меня провожать. Иначе боюсь, первым, кто пострадает от моей руки, будете вы, — растянув губы в улыбке, он обошёл лорда и, не оглядываясь, ушёл в свои покои.       Шэнь Цинцю не успел ничего ответить, как Вэй исчез в светлом коридоре. Ему оставалось лишь проглотить возмущение.       Вернувшись в комнату, Вэй Ин сразу же проглотил пилюлю и запил её стаканом воды, чтобы избавиться от горечи во рту. После этого он лёг в постель. Эффект наступил не сразу, но после долгого ожидания ему всё же удалось уснуть.       На следующий день его разбудили на рассвете. Наглый гость распахнул шторы, впуская яркие лучи, которые хоть и не попадали на Вэя, но от света и шума он не мог не проснуться. Открыв глаза, он увидел Му Цинфана, деловито осматривающего комнату: то поправит вещи, то повертит их в руках. Заметив, что пациент проснулся, лорд доброжелательно улыбнулся, словно собирался сообщить что-то важное. — Доброе утро.       Усянь устало закатил глаза, не понимая радости старшего. — Утро не бывает добрым, когда тебя насильно будят. — Ты достаточно выспался, даже больше, чем нужно, — упрекнул Му. — Сегодня день прогулки, и они будут регулярными.       Новость была настолько неприятной, что Вэй Усянь зарылся головой в подушку и плотно закрыл уши, действуя правилу: «Ничего не слышу — ничего не будет». — Выбирай, куда пойдёшь.       К сожалению, хоть голос и был приглушённым, он всё ещё был слышен.       Делая вид, что его слушают, Му Цинфан продолжал: — У тебя двенадцать вариантов. Любой пик школы, но за пределы нельзя. Могу предложить пик Байчжань, навестишь Лю Цингэ. — Нет, — сразу же отказался тёмный заклинатель, отмахнувшись рукой. — Тогда Цинцзин. — А это чей пик? — выглянул он из-под подушки. — Это...       Му Цинфан не успел договорить, как его перебили. Его глаз задёргался от незаинтересованности Вэя. — Да какая разница, всё лучше, чем тот конь. Дай мне ещё полшичэня. Ты ведь не отстанешь от меня, так хоть немного смилуйся, — Усянь говорил так, словно его отправляли на верную смерть, а не на обычную прогулку.       Его можно было понять. Организм требует глубокого и продолжительного сна для восстановления, и чем дольше спишь, тем меньше хочется возвращаться в реальность. Но такой образ жизни может привести к серьёзным проблемам. — Ты сам так решил, запомни. Даю тебе время, но ты должен успеть умыться и переодеться. Короче говоря, быть готовым, а не собираться, когда время выйдет, — поставил условие лорд, соглашаясь.       Капризничать больше было нельзя, и Вэй Ину пришлось смириться со своей участью. Расслабившись, он принялся отдыхать, пока мог.       Время пролетело в одно мгновение. Как только с Вэй Усяня слетело одеяло, стало ясно, что отдых окончен. — Так и знал, — прозвучал тихий голос над ним. — Вставай и одевайся. — Неужели это так необходимо? — вяло скидывая ноги с края, простонал тёмный заклинатель. — Ты не представляешь, насколько, — ответил Му Цинфан, заправляя за Вэя постель.       Дальнейший разговор был бесполезен: если он так говорит, его не переубедить.       Вроде бы и отлично, что лорд Цяньцао столь внимателен к пациенту, но, с другой стороны, этот же пациент был бы счастлив, если бы о нём забыли и дали спокойно поспать. Желательно вечно.       Ханьфу оказалось тем же, что и в прошлый раз. Аккуратно сложенное, оно висело на спинке стула. Без колебаний Усянь скинул пижаму и принялся облачаться в уличную одежду. Завязав пояс и обув низкие сапоги, он накинул накидку. — Расчеши волосы и умойся водой из лохани в углу.       Еле сдержавшись, чтобы не закатить глаза, Вэй Ин терпеливо выполнил указания. После умывания и расчёсывания он стал больше похож на человека. О его болезненном состоянии говорили лишь бледность кожи, уставший взгляд и тёмные круги под глазами от нерегулярного сна.       Собравшись, он ждал дальнейших указаний, точнее, куда ему идти. Убедившись, что Вэй готов, Му Цинфан вывел его на улицу, прямо к одному из мостов, соединяющих пик Цяньцао с другим пиком.       Навесные мосты связывали пики между собой, но не все. От Цяньцао и Цюндина отходило одиннадцать мостов, так как они были самыми важными: один лечил, второй являлся сердцем хребта. — Просто иди прямо по мосту, а когда выйдешь на пик, прогуляйся и возвращайся. И ни за что не ходи в бамбуковый дом у бамбукового леса, — серьёзно предостерёг Му. — Без проблем, половины шичэня для прогулки хватит?       Вэй Ину было всё равно, куда идти, он просто найдёт тихое место и посидит там нужное время. Как только Му Цинфан убедится, что с ним всё в порядке, раз он спокойно выполняет сказанное, его наверняка отпустят. Он бы, конечно, и сам ушёл, но ему чуть ли не ежедневно промывают мозги, давя на совесть. Ну, главное, кормят, поят, дают ночлег, остальное не так уж и важно. — Что ж ты прицепился к этим получасам, — проскулил лорд. — Да хватит уже, иди, пока не пнул для скорости. — Поднимешь руку на пациента, который ещё и гость? Как некрасиво. Где врачебная этика? — процокал Вэй Усянь, делая шаг за шагом. — Катись отсюда, — фыркнул Му Цинфан.       Старший стоял и смотрел, пока Вэй не стал едва заметен, лишь после этого он вздохнул и развернулся ко дворцу. Он надеялся, что Вэй Ин найдёт общий язык с кем-то на хребте, привяжется хоть к кому-то, чтобы уменьшить шансы побега. По его виду не скажешь, что он готовится уйти, но он ежедневно приходит и старается надавить на его больные места. Да, это подло, но этого требует будущее, которое он пообещал Вэнь Цин.       Медленно идя по деревянным доскам моста и ведя ладонью по прочному толстому канату, выполняющему роль перил, Вэй Усянь смотрел вдаль, на вид, открывшийся с высоты птичьего полёта. Ветер шатал мост, но не настолько сильно, чтобы можно было упасть. Увидь он это в свои семнадцать, он смог бы насладиться этой красотой, но, к сожалению, сейчас это было невозможно.       Когда он дошёл до конца моста, ему сразу бросилось в глаза, что большинство домов сделаны из бамбука. Ступив на пик, Вэй Ин начал осматриваться, ища место, где можно укрыться. Отказа от его предложения он не услышал, а значит, Му Цинфан согласился. Даже если это не так, менять что-то уже поздно. Пройдя вдоль тропы, ведущей вверх, он услышал шорох и тихие детские голоса. Из любопытства он решил пойти к ним, чтобы узнать, как выглядят ученики этого пика. Людей с Цяньцао он видел, а вот с остальных пиков — нет, не считая лордов. На миг он усмехнулся своим мыслям: интересно получается, сначала знакомиться с важными персонами и лишь потом с обычными. Раньше всё было наоборот.       Не спеша он вышел на нужный путь, и чем дальше он шёл, тем отчётливее слышал разговоры. Когда слова стали разборчивыми, он пожалел, что пошёл туда. — И что Нин Инъин в тебе нашла? — презрительно толкнув в плечо, промычал пухлый юноша с коротким хвостом на голове. — Ты ей наверняка надоедаешь, вот она и не может тебе отказать, бедняга!       Мальчишка, которому были адресованы эти слова, терпел. Он сидел на земле, прислонившись спиной к дереву, с рассечённой губой и опущенной головой. — Смотри в глаза, когда с тобой говорят! — прошипел обидчик, взяв товарища по учёбе за воротник.       «Что за поколение пошло...» — пробормотал про себя Вэй. — «И куда смотрят их учителя, раз допускают такое. Надо вмешаться... Нет», — он резко остановил себя от мысли стать чьим-то спасением. — «Я не должен вмешиваться». — Отвечай же что-нибудь! — продолжал угрожающе требовать юноша.       Избитый мальчишка молчал, словно понимал, что, независимо от его ответа, его всё равно изобьют. — Ах ты, гадёныш! Смеешь меня игнорировать? — замахнувшись, пухлый юноша собирался ударить паренька по лицу, и, вероятно, не в первый раз, ведь его щёки уже слегка покраснели.       Глубоко вздохнув, Усянь, противореча своим словам, быстро вмешался: — Парни, он что-то сделал, раз вы его избиваете? — вышел он из тени, напугав подростков своим появлением.       Занесённая ладонь застыла в воздухе, на мгновение обидчик испугался: видимо, подумал, что их поймал учитель. — Ты ещё кто такой? — оскалившись, спросил малец. — Ты не с нашего пика, я тебя никогда не видел. — Во-первых, говори уважительно со старшим, недоросль, а во-вторых, это не твоё дело. Отвечай, когда с тобой разговаривают, а не переводи тему, — повторил тёмный заклинатель недавние слова юноши.       Несмотря на светлое ханьфу, которое должно было смягчать его ауру — не зря же говорят, что одежда отражает человека, на нём это правда почему-то не работало. Сообщники пухляша сразу же поджали хвосты и отступили назад, продолжив тихо наблюдать со стороны. Сам же пухляш, окрылённый адреналином, видимо, ничего не замечал. — Если шицзунь узнает, что на пик явился чужак, он быстро тебя прогонит! — Да ну? И кто же твой учитель, который сможет меня прогнать?       Словно преданный фанат, глаза парня внезапно засияли гордостью. Он оттолкнул избитого юношу и с большим уважением начал лепетать о своём учителе: — Мой учитель — сам лорд Цинцзина! Великий и неповторимый Шэнь Цинцю! Его сила и ум превосходят всех, он... — Замолчи, раскудахтался тут. Шэнь Цинцю твой учитель? Что-то знакомое...       Не отличаясь хорошей памятью, все неважные вещи Вэй Ин мог легко забыть. Всплывшее в разговоре имя казалось знакомым, но он никак не мог вспомнить, кому оно принадлежит. Напрягая мозг, он принялся вспоминать. Потребовалось несколько фэней, прежде чем в голове сложилась хронологическая цепочка недавних событий, и ответ был найден. — Этот напыщенный индюк — твой шицзунь? Теперь понятно, в кого ты такой, — фыркнул Усянь. — Как ты смеешь! — возмутился юноша, услышав, как его учителя сравнивают с индюком. — У меня есть причины так его называть. Короче, отпускай мальчишку и убирайтесь отсюда, пока я не наслал на вас проклятие. — Ты и проклятие? Не смеши, ты и на заклинателя-то не похож, — высокомерно рассмеялся толстяк. — Наверное, потому что я тёмный заклинатель, вот и не похож на обычных, — с наигранной улыбкой легко ответил Вэй, радуясь мелькнувшему в глазах парня страху. — Неужели не слышал, что в Цяньцао временно обосновался тёмный заклинатель, на чьём счету множество жизней, особенно на войне?       Неприятный комок подступил к горлу юноши, не давая что-либо ответить. Он смотрел, как серые глаза наливаются алым цветом, и уже не смел сомневаться в правдивости слов собеседника. Дрогнув, он отступил на шаг, а затем бросился прочь, оставив своих приспешников. Те, не растерявшись, тут же ринулись следом.       Смотреть на убегающих детей было забавно. Он поступил совсем не по-взрослому, но другого способа припугнуть их, раз слова не действуют, он не видел.       Подойдя к мальчишке, сидевшему на земле, он протянул руку, предлагая помощь. — Ты в порядке? — Да, — тихо ответил тот, явно опасаясь его.       Это было ожидаемо. Исполнив роль спасителя, теперь можно было спокойно присесть где-нибудь. Вряд ли кто-то сунется сюда в ближайшее время. Если у этих парней есть хоть капля мозгов, они не приведут сюда старших, чтобы те увидели место, где избили их товарища. — Вот и отлично, тогда обработай раны. И не позволяй всяким идиотам издеваться над собой.       Отвернувшись, Вэй Ин принялся искать место, где можно прилечь, стараясь не думать о том, что мальчик продолжает смотреть на него. — Простите, — робко начал младший. — Что? — не оборачиваясь, спросил Вэй. — Спасибо вам за помощь. — Не стоит благодарности за такую мелочь, любой нормальный человек не смог бы остаться в стороне, видя, как кого-то избивают.       Он сказал это, не задумываясь, ведь для него это было естественно. Однако для подростка позади эти слова приобрели особое значение.