4
9 сентября 2025 г., 12:00
— Ну что ж… — говорит Гарри, разглядывая пергамент. Назвать это просто «бумагой» язык не поворачивается.
— Ну что ж… — вторит Мерлин, проводя язычком по потрескавшейся сургучной печати на брошенном конверте.
— Хогвартс… Звучит как нечто магическое, — замечает Гарри. Он снова пробегает глазами текст. В письме нет того, что, по его мнению, должно было быть. Например… — Где, чёрт возьми, мне взять котёл? — морщится он.
Мерлин делает свой фирменный жест — загадочно пожимает плечами.
— Хрен его знает, — отвечает она.
Гарри вздыхает. Мерлин нахваталась ругательств, подслушивая разговоры в учительской. Ругать её бесполезно — уж слишком ей нравится осыпать Дурслей проклятиями. В конце концов, ругаться всё же лучше, чем душить.
Гарри на секунду представляет себе декоративную подушку с этой фразой, но тут же отгоняет глупую мысль. Сейчас нужно думать о важном. Например:
— Как думаешь, у них есть стипендии? Или какая-нибудь финансовая поддержка?
Мерлин снова пожимает плечами.
— Может, просто напишешь и спросишь?
— И как? — раздражённо фыркает Гарри. — Они хотят, чтобы я послал сову! А у меня только ты.
Мерлин сердито тычется в него носом.
— Я тебе не принадлежу! Если уж на то пошло, это ты принадлежишь мне! — гордо вскидывает она голову.
Гарри охватывает внезапная нежность, и Мерлин с удивлённым шипением позволяет ему себя обнять. Она терпит это ровно секунду, затем ловко выворачивается и указывает на письмо.
— Серьёзно, стоит попробовать ответить. Только подумай: Хогвартс — это же школа-интернат! Десять месяцев в году без Дурслей! И столько магии, которую ты сможешь освоить!
Мерлин так воодушевлена, что Гарри решает попытаться. Он не хочет позволять себе надеяться, но должен попробовать. Наверняка школа волшебства не станет возражать против магической змеи в качестве компаньона.
С новой решимостью Гарри достаёт из потрёпанного рюкзака короткий карандаш. Он вырывает листок из тетради и (при активном участии Мерлин) пишет:
Уважаемая заместитель директора Макгонагалл,
Благодарю за приглашение в Хогвартс. Мне очень интересно ваше предложение, но у меня есть несколько вопросов.
Подскажите, пожалуйста, где можно приобрести необходимые школьные принадлежности? В письме я не нашёл этой информации.
И ещё: существует ли программа финансовой помощи для тех, у кого нет средств, но есть стремление учиться? Если нет, то, боюсь, я вынужден отказаться.
Ещё один важный момент: со мной постоянно находится компаньон для эмоциональной поддержки. Это не сова, не кошка и не жаба. Если для него нельзя сделать исключение, я вынужден буду отказаться.
И последнее: где находится Хогвартс и как до него добраться?
Ещё раз благодарю за возможность учиться в вашей школе.
С уважением,
Гарри Поттер
Когда оба — и Гарри, и Мерлин — остаются довольны текстом, он аккуратно складывает письмо, вкладывает в конверт и прижимает печать, выпуская в неё крошечную порцию магии.
— Расплавься, — шипит он (Гарри давно заметил, что магия охотнее подчиняется, когда приказ отдают на змеином языке). От размягчённого сургуча поднимается лёгкий пар. Вышло неидеально, но конверт надёжно запечатан.
Подумав, Гарри переворачивает конверт и выводит на лицевой стороне: «вернуть отправителю». Он надеется, что этого будет достаточно — даже если сову не найдут и придётся обойтись обычной почтой.
Честно говоря, волшебники пока не производят на Гарри впечатления разумных людей. С этой мыслью он бесшумно выскальзывает из чулана во двор.
Он не решался достать письмо, пока Дурсли не уехали по своим делам. Гарри считает, что им повезло: те убрались именно сегодня и оставили его одного. Конечно, они заперли чулан, но Гарри быстро справился с замком при помощи магии.
К удивлению Гарри и Мерлин, у почтового ящика действительно сидит сова.
Выглядит это странно: птица восседает на заборе средь бела дня и явно поджидает письмо от мальчика с огромной белой змеёй. Гарри с лёгким злорадством наблюдает, как это ненормальное зрелище разворачивается прямо перед домом номер четыре.
Сова явно нервничает из-за Мерлин, но демонстрирует профессиональный подход: взъерошив перья, она решительно протягивает лапку.
Гарри замечает верёвочку на лапке, аккуратно привязывает письмо и закрепляет его. Он осторожно гладит птицу и, чувствуя себя немного глупо, приказывает отнести письмо заместителю директора Макгонагалл.
Сова, кажется, кивает и взмывает в небо — предположительно, в сторону Хогвартса.
— Как думаешь, сколько уйдёт времени на доставку? — спрашивает Гарри Мерлин.
Мерлин пожимает плечами. Гарри считает это самой разумной реакцией за весь день. Довольный, он перебрасывает хвост Мерлин через плечо, словно дорогую шаль, разворачивается и направляется обратно в чулан.
Оказалось, сове требуется всего пара часов. Увидев ту же птицу, кружащую над садом тем же вечером, Гарри вынужден признать: это куда удобнее, чем сорокавосьмичасовой цикл обычной почты.
Гарри понимает, что у него всего несколько минут, пока Дурсли не вернутся с прогулки и не запрут его в чулане надолго. Они всё ещё злы на него из-за инцидента в зоопарке — отсюда и «ограничения», если можно так назвать разрешение выходить во двор только для работы. Поэтому он спешит к сове.
Сова издаёт удивительно нежный звук и протягивает лапку с новым письмом. Гарри видит, что письмо новое — печать не тронута.
Гарри хватает конверт и снова гладит птицу. Сова смотрит на Мерлин (Мерлин смотрит в ответ), после чего снова взмывает в небо.
Гарри бежит в чулан, вскрывает письмо и читает:
Уважаемый мистер Поттер,
Благодарю за оперативный ответ. С нетерпением жду нашей встречи в Хогвартсе.
Будьте уверены: финансовые трудности не станут препятствием для вашего обучения. Что касается остальных вопросов, я договорилась о вашей встрече с представителем школы.
Приготовьтесь к выходу в предстоящую субботу, 27 июля, около девяти утра. Представитель проведёт вас в магический торговый район Лондона, где вы сможете приобрести всё необходимое и получить ответы на вопросы о Хогвартсе и волшебном мире.
Что касается вашего «компаньона для эмоциональной поддержки»: официально я не могу одобрить отступление от правил.
Неофициально замечу: это скорее рекомендации. Пока ваш фамильяр не представляет собой нечто экстраординарное, его присутствие вполне допустимо.
С уважением,
Заместитель директора Макгонагалл
P.S. Если предложенная суббота вам не подходит, сообщите об этом как можно скорее — я скорректирую время встречи. Если дата устраивает, ответ не требуется, я сочту это согласием.
Гарри испытывает облегчение. Нет, он в восторге! Он не позволял себе по-настоящему надеяться, но теперь Хогвартс становится реальностью, а не просто мечтой. Он быстро пересказывает письмо Мерлин — та извивается от нетерпения.
— Насчёт родственников беспокоимся? — спрашивает Мерлин, наконец успокоившись.
Гарри кривится.
— Ещё как беспокоимся. Надеюсь, они куда-нибудь уйдут. Если случится худшее, придётся их припугнуть. Может, представитель школы нас поддержит.
— Может быть, но лучше на это не рассчитывать, — говорит Мерлин. Её глаза загораются при одной лишь мысли о возможности пригрозить Дурслям.
Гарри молча соглашается. Кроме как попытаться улизнуть и перехватить представителя до стука в дверь, он не видит другого плана. Придётся импровизировать.
Он делится этой мыслью с Мерлин, и та соглашается. Пожалуй, это и правда лучший вариант — планы Дурслей на субботу пока остаются загадкой.
С каждым днём, приближающим субботу, напряжение нарастает.
Гарри замечает, что Петуния становится всё более нервной и теперь первая хватает почту, опережая остальных. Это настораживает, но если окажется, что она всё это время знала о магии… что ж, она совершала против него и похуже. И если уж винить Петунию в чём-то, то чулан в том списке стоит куда выше, чем сокрытие магических тайн.
Мерлин считает его слишком мягким и по-прежнему мечтает придушить Петунию. Гарри приходится сдерживать её пыл, чтобы не допустить кровопролития. Она, конечно, недовольна.
В пятницу вечером Гарри начинает готовиться.
Он не слышал, чтобы Дурсли собирались куда-то на весь день, но он и Мерлин всё равно надеются на удачу.
Мерлин уговаривает его собрать вещи — словно они и вправду готовятся к побегу. Вещей у Гарри удручающе мало, но он признаёт: мысль о том, что в случае бегства у него будет самое необходимое — пусть и скромное (три пластмассовых солдатика, смена одежды, старая зубная щётка и жалкие сбережения) — придаёт уверенности.
Зато свободного места в рюкзаке предостаточно, так что Мерлин легко умещается внутри. В итоге получается бесформенная сумка с подозрительным хвостом, торчащим из молнии. Гарри доволен результатом.
Оба пытаются уснуть и отчасти преуспевают, но большую часть ночи проводят в тревожной полудрёме.
Наконец наступает утро. Ровно в восемь Петуния грубо стучит в дверь чулана и приказывает Гарри приготовить завтрак. Из-за нервов он пережаривает бекон и роняет тост.
Без десяти девять Петуния суёт Гарри его ежедневный список дел. Он хмурится, пробегая глазами задания, но внутри ликует: сегодня не придётся надрываться во дворе под палящим солнцем.
Дадли уже ушёл гулять с друзьями. Тётя с дядей тем временем усаживаются смотреть телевизор. В гостиной. Прямо у входной двери.
— Чёрт, — шепчет Гарри. Он обычно не ругается, но сейчас случай самый что ни на есть подходящий.
Часы бьют девять, и тут же раздаётся сдержанный стук в дверь.
Гарри сжимает кулаки так, что ногти впиваются в ладони, и хватает рюкзак с Мерлин, который заранее пристроил у входа. Петуния движется открывать, а он в это время отчаянно пытается силой воли стать невидимым. Должно быть, сработало — хоть отчасти, — потому что Петуния, распахивая дверь, будто бы не замечает его…
