5
12 сентября 2025 г., 12:00
Она снова захлопывает дверь, поворащает ключ и резко оборачивается к Гарри. Глаза Петунии сверкают, она подходит и хватает его за руку так, что кости хрустят.
— В чулан. Немедленно, — шипит она, пытаясь оттащить его к лестнице.
Гарри упирается ногами в ковёр, пытаясь вырваться. В этот момент в дверь снова раздаётся стук.
— Отпусти, — говорит он с непривычной яростью. — Я ухожу, и ты меня не остановишь!
Петуния, похоже, не замечает тихих угроз, доносящихся из сумки за его плечом.
— Ещё как остановлю, — цедит она сквозь зубы.
Снаружи стучат в третий раз.
— Что тут происходит? — надвигаясь, ворчит Вернон.
Он окидывает сцену тяжёлым взглядом, багровеет и заносит руку, чтобы ударить Гарри.
Гарри поднимает руку — то ли для защиты, то ли чтобы швырнуть в тупое лицо Вернона сноп огня. Внезапно дверь с грохотом распахивается, заставляя всех троих вздрогнуть. Вернон резко оборачивается, а Петуния смертельно бледнеет.
— Прошу прощения за вторжение, — говорит вошедший в дом мужчина.
Он высокий — хотя для Гарри почти все взрослые кажутся великанами — с длинными тёмными волосами. Кожа неестественно бледна, а глаза темнее, чем у Мерлин. Строгие чёрные рубашка и брюки завершают образ: он скорее смахивает на вампира, чем на волшебника.
И тут Гарри осеняет: а вдруг это хитрый план, чтобы его похитить? Беда в том, что Вернону, по сути, всё равно.
Воспользовавшись неразберихой, Гарри вырывается из цепких пальцев Петунии и, словно молния, уворачивается от запоздалого замаха Вернона. Он уже готов рвануть на улицу и бежать без оглядки, но рука незнакомца ложится ему на плечо.
И тут его осеняет ужасная мысль: этому человеку наверняка понадобится разрешение родственников, чтобы забрать его за покупками. Конечно, он поверит Петунии и Вернону, а не Гарри. Они наверняка представят его как сумасшедшего — проблемного ребёнка с трудным прошлым, а потом скажут: «Очень жаль, что потратили ваше время, сэр».
Пока Гарри сдерживает порыв поджечь всех и вся (кроме Мерлин — её он никогда не тронет), незнакомец смотрит на него и говорит:
— Мы уйдём через секунду. Если подождёте на улице, я поговорю с вашими… родственниками.
Его взгляд скользит к шраму на лбу Гарри, и Гарри замечает на лице незнакомца мелькнувшее недоумение. Словно он ожидал увидеть кого-то совсем другого.
Гарри яростно кивает, и мужчина отпускает его. Гарри выскальзывает на крыльцо и присаживается у почтового ящика — кажется, это удачное место, если придётся бежать. Он уже твёрдо решил: даже если незнакомец поверит, что он преступник, они с Мерлин навсегда уйдут из дома номер четыре на Тисовой улице.
Можно просто сбежать в Лондон — он сам найдёт дорогу в Хогвартс. Разве это так сложно? В крайнем случае, будут жить на улице и показывать фокусы с Мерлин. Хоть немного денег, но это лучше, чем ничего.
Он ждёт, затаив дыхание. Две минуты, затем пять. Кажется, он разучился дышать.
Мерлин тихо шипит утешения («Давай убьём их, подожжём, это будет легко, мы сильные, забудь их, всё будет хорошо» и так далее), пока Гарри отчаянно пытается вдохнуть побольше воздуха и усмирить свою магию.
Неужели его сердце всегда билось так громко? Гарри не помнит.
Смутно ощущая утешительную тяжесть Мерлин на плече, Гарри чувствует, как её язык касается его щеки. Он хватается за её кольца и зарывается лицом в прохладную чешую. Слёз нет, но они близко.
— Не хочу вас пугать, Поттер, но, кажется, вокруг вас обвилась гигантская змея, — раздаётся голос мужчины, внезапно оказавшегося рядом. Он присаживается на корточки и, похоже, не слишком встревожен присутствием Мерлин — в его руке зажата странная палочка, направленная в её сторону, и Гарри не хочет рисковать.
— Всё в порядке, она дружелюбная! — торопливо говорит Гарри, пытаясь затолкать её обратно в рюкзак. Мерлин нисколько не облегчает задачу: выворачивается из его рук и шипит в сторону незнакомца.
— Так-так. Полагаю, это и есть тот самый «компаньон для эмоциональной поддержки», о котором упоминала Минерва?
Гарри на секунду замирает, вспоминая, что Макгонагалл подписалась как Минерва. Сообразив, он с облегчением выдыхает и кивает. Заметив, что Гарри снова дышит, Мерлин наконец позволяет затолкать себя обратно в сумку, хотя всё это время не сводит с высокого бледного мужчины недоброго взгляда.
— Она сказала, что можно взять Мерлин с собой, — говорит Гарри.
Мужчина приподнимает бровь и после короткой паузы кивает.
— Что ж, придётся поверить вам на слово. Я видел и куда более странных фамильяров, — отвечает он.
В письме Макгонагалл тоже называла Мерлин фамильяром.
— А фамильяр — это животное, которое умеет говорить и питается магией? — уточняет Гарри.
Мужчина замирает и долго смотрит на Гарри с непостижимым выражением, прежде чем ущипнуть себя за переносицу. Он бормочет что-то вроде: «Клянусь богом, если он попадёт на мой факультет, я уйду в отставку — как он уже стал такой угрозой?» — но Гарри не вполне понимает смысл этих слов, так что решает разобраться позже.
Мужчина резко выпрямляется, и Гарри тут же вскакивает на ноги. Пока что незнакомец ведёт себя прилично, но если он попытается вернуть Гарри к Дурслям, нужно быть готовым к бегству.
Незнакомец слегка склоняет голову и представляется:
— Я профессор Снейп, преподаватель зельеварения в Хогвартсе. Я бы предпочёл не мешкать, так что, как только будете готовы, мы отправимся.
У Гарри ёкает сердце.
— Вы не заставите меня вернуться к ним?
Профессор фыркает себе под нос.
— Это было весьма ёмкое описание характера Петунии.
Гарри не сразу понимает, к кому обращается профессор Снейп, но в сумке Мерлин начинает смеяться.
Профессор качает головой.
— Нет, профессор Макгонагалл попросила меня сопроводить вас за покупками, и именно это я и намерен сделать. Разве что вы сами хотите вернуться?
Гарри яростно трясёт головой.
— Вот и славно. Тогда в путь, — говорит профессор Снейп и протягивает руку.
Немного озадаченный, Гарри осторожно берёт её.
Снейп кивает.
— Сейчас я трансгрессирую нас в Косой переулок. Предупреждаю: телепортация, особенно с пассажиром, может быть неприятной для новичка. Постарайтесь, пожалуйста, приземлившись, блевать подальше от моих ботинок.
Однако, по мнению Гарри, это предупреждение явно недостаточно. Снейп же считает иначе — и тут раздаётся оглушительный хлопок. У Гарри возникает ощущение, будто его с невероятной скоростью переваривает удав.
Гарри с размаху шлёпается на булыжную мостовую и давится. К счастью, последние пару дней он не ел ничего, кроме подгоревшего тоста, так что блевать ему по сути нечем.
Потом он охает.
— Мерлин! Ты в порядке? — Гарри лихорадочно раскрывает сумку.
— Теперь я на собственной шкуре знаю, что чувствует моя добыча, и это знание мне совершенно ни к чему, — стонет Мерлин, высунув голову.
Гарри хрипло смеётся.
— Я о том же подумал!
На лице Снейпа застывает брезгливая гримаса, но, заметив взгляд Гарри, он тут же натягивает привычную бесстрастную маску, которую, кажется, не снимает почти никогда.
Гарри только успел подумать, что бы это могло значить, как Снейп откашливается.
— Во избежание недоразумений считаю нужным предупредить: змееусты, то есть те, кто способен говорить со змеями, встречаются крайне редко. Большинство магического сообщества считает их приспешниками тёмных сил.
Гарри замечает, что чем более неловко чувствует себя этот мужчина, тем вычурнее становятся его выражения. И тут до Гарри наконец доходит смысл сказанного.
— Что? Но это же глупо! Змеи не злые, они просто драматичные.
Хвост Мерлин шлёпает Гарри по затылку.
— Ты же сама знаешь, что это правда! — упрямо шипит он.
— М-да. Как бы то ни было, Тёмный Лорд тоже был змееустом, так что отношение к этой способности вряд ли улучшится в обозримом будущем.
— Погодите, какой Тёмный Лорд? В смысле, как Дарт Вейдер?
Гарри буквально видит, как в голове у Снейпа что-то щёлкает. Тот проводит ладонью по лицу — уже не просто потирая переносицу, а именно смахивая усталость. Гарри чувствует лёгкое удовлетворение, но в основном — полную растерянность.
— Вы не знаете о Тёмном Лорде, — констатирует Снейп безразличным тоном. Это не вопрос, поэтому Гарри молчит. — Сначала Петуния, а теперь вот это? Я прикончу Альбуса. Это будет нетрудно. Подсыплю необнаружимый яд в его чёртовы лимонные дольки. «Какой Тёмный Лорд?» Чёрт побери. Минерва будет должна мне столько выпивки…
Гарри уверен, что Снейп думает, будто бормочет это вполголоса, но за годы жизни с Мерлин он научился различать даже почти беззвучное шипение. Он не верит, что Снейп говорит это всерьёз (разве что про выпивку), но мысленно решает в ближайшем будущем обходить лимонные дольки стороной.
Гарри шатко поднимается на ноги и перестаёт обращать внимание на Снейпа, предпочитая осматриваться вокруг.
Косой переулок яркий и кипит жизнью: ведьмы и волшебники в мантиях снуют туда-сюда по своим делам. Гарри никогда в жизни не видел столько людей, а уж магов — и подавно. Мимо проплывает дама с разноцветными волосами, бросающими вызов гравитации; мужчина в мантии, что меняет цвет с каждым шагом; пробегает пара детей с пёсиком, весело виляющим двумя хвостами.
Но поражают не только люди — сами здания словно живые: светлые, праздничные, полные красок. На одной только вывеске, кажется, больше цветов, чем во всём доме номер четыре на Тисовой улице. Да и из чего они только не построены: вот магазин, сверкающий, будто обёрнутый в пищевую плёнку, а рядом — сложенный из рыхлых разноцветных камешков.
Люди то и дело заходят в многочисленные лавки и выходят оттуда с сумками, набитыми всяческой магической всячиной. И это что — настоящий летающий игрушечный дракон? У самого уха Гарри слышится одобрительное шипение Мерлин. Косой переулок — это нечто сказочное. Он изо всех сил старается не задерживать взгляд на каждой диковинке дольше пары секунд. Поэтому так вздрагивает, когда чувствует руку на своём плече.
Снейп убирает руку, едва привлёк внимание Гарри, и бросает:
— Если вы нагляделись, у нас есть дела поважнее.
