13
11 октября 2025 г., 12:00
— Выражайся приличнее, — машинально бросает Драко и тут же заливается румянцем.
Рон смотрит на него с побелевшим лицом.
— Серьёзно? Именно это сейчас волнует тебя больше всего?
— Заткнись, — огрызается Драко.
Гарри сидит, уткнувшись лицом в ладони, а Мерлин тем временем заливается смехом прямо у него над ухом.
— Так и знала, — напевает она. — Я знала, что ты не удержишься. Ты только что выиграл для меня тридцать галлеонов у Хэдвиг.
Гарри вздыхает и съезжает по сиденью ещё ниже.
— Мы уже это проходили. Хэдвиг не умеет делать ставки.
Мерлин покачивает головой, словно пожимая плечами.
— Научится, — шипит она.
— У Хэдвиг и денег-то нет!
— Теперь уж точно не будет, — смеётся Мерлин.
Гарри отрывает лицо от ладоней и окидывает взглядом пассажиров в купе.
— Кстати, я умею разговаривать со змеями.
Рон замирает, смотрит на него, а потом с тихим стоном зарывается лицом в ладони. Гарри вдруг с щемящей ясностью понимает: вот он, момент, когда он теряет своего первого друга.
— Прости, я не хотел, — пускается в отчаянные объяснения Гарри, хотя сам уже не вполне понимает, чего именно он не хотел.
— Да нет, всё нормально, — Рон откидывается на спинку сиденья, устало глядя в потолок. — Просто, чёрт возьми, дружище, ты стопроцентно попадёшь в Слизерин.
— А что в Слизерине плохого? — защищается Гарри. Ведь он наследник. Он должен им быть, независимо от того, на какой факультет его определят.
— Да, Уизли, что же такого ужасного в Слизерине? — вкрадчиво вступает Драко.
Рон краснеет.
— Ну, э-э… сам знаешь. Например, это факультет Того-Кого-Нельзя-Называть.
Драко закатывает глаза, а Рон бросает на Малфоя сердитый взгляд.
— Это ещё и факультет Мерлина, — резонно замечает Гарри. — Я имею в виду настоящего Мерлина.
— Ха! — злорадствует Драко. Крэбб и Гойл кивают в унисон.
— И ещё, — Гарри колеблется, но всё же решается продолжить. — Рон, а что, если… ты тоже мог бы оказаться в Слизерине?
— Возьми свои слова назад! — вырывается у Рона и Драко одновременно, и они с ужасом смотрят друг на друга.
— Гарри, — Драко вновь обретает дар речи, обращаясь к нему с подчёркнутой холодностью. — Уизли всегда попадают в Гриффиндор. Это аксиома.
Рон машинально кивает, а затем с отвращением зажмуривается — он только что согласился с Малфоем.
Гарри припоминает, что Ремус говорил нечто подобное. И свой собственный ответ тогда:
— Чушь собачья.
— Это не чушь! — почти захлёбывается Рон.
Гарри внутренне съёживается — если он хочет сохранить дружбу с Роном, нужно тщательнее подбирать слова. Но и промолчать он тоже не в силах.
— Прости, но это чистой воды чушь. То, что твои родители попали на определённый факультет, ещё не значит, что тебя ждёт то же самое. Да и наш первый разговор был как раз о твоих амбициях.
— Гарри, — шипит Рон, бросая взгляд на Драко, — ну не при враге же!
— Рон, Драко мне не враг, — спокойно отвечает Гарри.
На лице Малфоя расцветает самодовольная ухмылка, и Гарри изо всех сил сдерживает раздражённый вздох. Если он не сумеет помирить этих двоих — и чем скорее, тем лучше — эта вражда ему быстро надоест.
— Тогда он мой враг, — рычит Рон.
— Вы знакомы всего десять минут! — восклицает Гарри.
— Что ж, Уизли, не просветишь Гарри, почему мы с тобой враги? — интересуется Драко.
Гарри с тревогой надеется, что Драко не станет провоцировать Рона намёками на отца, поддерживавшего Волдеморта. Оптимизма это предположение не внушает.
Однако Рон, кажется, не поддаётся на провокацию. Он поворачивается к Драко с насмешливо приподнятыми бровями.
— Ладно, Малфой, — говорит он. — Если мы такие друганы, ты не возражаешь, если я приглашу твоих родителей на ужин в Нору?
Драко сужает глаза.
— Довод принят, — нехотя признаёт он.
— Предатели крови, — шепчет Крэбб Гарри, ошибочно приняв его облегчение за недоумение. Гойл бьёт его локтем, и Крэбб снова замирает в той позе, которую Гарри мысленно окрестил «режимом телохранителя».
— Итак, — Гарри возвращается к главному. — Я просто хочу сказать: не может же быть, чтобы четверть школы состояла из одних злодеев.
Рон фыркает.
— Ну, это же очевидно. Все знают: если в Хогвартсе и заведётся злодей, то наверняка из Слизерина.
— Сириус Блэк был гриффиндорцем, и именно он убил моих родителей, — без колебаний бросает Гарри.
Все вздрагивают. Драко выглядит особенно неловко. Гарри с запозданием припоминает, что они с Сириусом Блэком чуть ли не кузены.
— Послушайте, — наконец говорит Гарри. — Я просто прошу сохранять непредвзятость.
— Полагаю, у меня не так уж много выбора, если мой лучший друг окажется слизеринцем, — ворчит Рон.
Сердце Гарри подпрыгивает, и на его лице появляется улыбка. Выражение Рона смягчается, и он отвечает тем же. Ремус был прав — Уизли действительно хорошие. И Гарри, похоже, умудрился заполучить одного из них в лучшие друзья.
— Погоди-ка, — внезапно оживляется Драко. — Давайте вернёмся к парселтангу.
Крэбб и Гойл в унисон кивают, а Рон перестаёт улыбаться и смотрит на Гарри с нескрываемым любопытством.
— Да тут, в общем-то, и рассказывать нечего, — отводит глаза Гарри. — Всё, что я знаю: я умею разговаривать со змеями с тех пор, как себя помню.
— Но как это возможно? — не сдерживается Драко. — Это фамильный дар, идущий от самого Салазара! А я почти уверен, что Поттеры никак не связаны со Слизерином!
Гарри водит носком ботинка по полу, стараясь не встречаться с Драко взглядом. Он уже выдал свою способность к парселтангу и не хочет выдавать тайну своего наследия.
— Ведь так? — уже неуверенно спрашивает Драко. — Гарри? Гарри?..
— Нет, ты прав, — быстро соображает Гарри. — Может, я получил часть его сил, когда это случилось? — он смущённо жестикулирует в сторону шрама.
Они с Ремусом действительно предполагали, что парселтанг перешёл к нему вместе с наследием Слизерина, так что, по сути, Гарри лжёт лишь умолчанием.
— То есть по праву завоевания? — уточняет Драко.
Гарри упорно избегает его взгляда, лишь растерянно пожимая плечами.
К несчастью, это заставляет его смотреть в сторону Рона. Выражение лица Гарри заставляет глаза Рона округлиться.
Вот чёрт.
— Да ё-моё, дружище, — с изумлением выдыхает Рон. — Ты и вправду будешь слизеринцем, да?
Драко, кажется, осознаёт сказанное на секунду позже Рона, и его лицо озаряется торжеством. Гарри внутренне съёживается.
— Ты хочешь сказать, — произносит Драко с язвительной ухмылкой, — что Мальчик-Который-Выжил — наследник Слизерина?
Гарри не успевает опровергнуть это, как раздаётся новый стук в дверь, и она тут же отъезжает. Гарри тихо стонет. Ну что ещё? По крайней мере, на этот раз постучали, мельком думает он, бросая взгляд на Драко.
В распахнувшемся проёме стоит девочка с торчащими вперёд зубами и пышной шапкой вьющихся волос. У неё тёмно-коричневая кожа и сияющие карие глаза. Она стоит, уперев руки в бока, и осматривает купе. За её плечом робко выглядывает пухлый мальчик с волнистыми русыми волосами и розовыми щеками, и он кажется крайне растерянным.
— Кто-нибудь видел жабу? — звонко спрашивает девочка. — Невилл свою потерял.
Невилл за её спиной заливается румянцем до корней волос.
Лицо Драко за несколько секунд превращается из сияющего в каменное. Крэбб и Гойл выглядят ещё более угрожающе, чем обычно. Даже Рон смотрит на девочку и Невилла с нескрываемым раздражением.
— Э-эм, — пытается смягчить ситуацию Гарри, — вроде нет?
Девочка фыркает, явно не впечатлённая их реакцией.
— Наверное, это и к лучшему, а то ваша змея могла бы её до смерти напугать, — заявляет она, втаскивая Невилла в купе и позволяя двери закрыться. — Я никогда раньше не видела таких змей. Очень красивая. Это королевский питон? Говорят, из них получаются отличные питомцы.
— Мерлин — не питомец, — ледяным тоном отвечает Драко.
Мерлин в ответ грозно шипит. Гарри бросает на них обоих сердитый взгляд.
— К тому же, она мой фамильяр, — добавляет Гарри.
Мерлин щёлкает хвостом в его сторону, затем скользит обратно в сумку, любезно освобождая место. С её стороны это необычайно великодушно. (Возможно, ей и самой было не слишком удобно.)
Драко с разочарованием провожает её взглядом, затем поворачивается к девочке.
— А ты кто такая? — бросает он, смерив её высокомерным взглядом с ног до головы.
— Гермиона Грейнджер, — чопорно отвечает она и протягивает руку Драко.
Тот смотрит на её ладонь так, будто она предложила ему подержать слизняка. Гарри, охваченный паникой, перевешивается через Драко и энергично пожимает руку девочки, прежде чем тот успевает что-либо сказать.
— Приятно познакомиться. Это Драко Малфой, рыжий — Рон Уизли, эти грозные — Крэбб и Гойл, а я — Гарри Поттер. Можешь звать меня просто Гарри.
Грейнджер ахает и тут же переключается на него, забыв о Драко. Гарри именно этого и добивался.
— Неужели? Я много читала о тебе.
Гарри невольно корчит гримасу.
— Не сомневаюсь, — вздыхает он.
Грейнджер усаживается рядом с Роном (который получает по лицу прядью её волос) и аккуратно разглаживает складки на юбке. Невилл съёживается под тяжёлыми взглядами Крэбба и Гойла и робко устраивается рядом с Драко. Тот смотрит на него с нескрываемым отвращением, и бедный Невилл кажется на грани обморока.
— Итак, на какой факультет, по-вашему, вы все попадёте? — бросает Гарри, стараясь скрыть нарастающее отчаяние в голосе.
Рон и Драко синхронно бросают на него возмущённые взгляды, но Гарри в ответ лишь умоляюще смотрит на них.
— Полагаю, меня определят в Когтевран, — деловито заявляет Грейнджер. — Хотя я бы предпочла Гриффиндор. Директор учился на Гриффиндоре, вы знали?
Гарри натягивает фальшивую улыбку. Разговор идёт всё лучше и лучше.
— Ну, знаете, как говорят: на каждом факультете есть и хорошие, и плохие люди, — произносит он как можно дипломатичнее.
Драко, Крэбб и Гойл синхронно поворачивают головы и смотрят на Гарри с немым укором. Даже Невилл бросает в его сторону испуганный взгляд. Ладно, возможно, Гарри выражается не так убедительно, как хотелось бы.
— Не припоминаю, чтобы в книгах встречалось подобное мнение, — задумчиво замечает Грейнджер.
— Моя семья, — фыркает Рон, выплёвывая прядь волос Грейнджер, — всегда была в Гриффиндоре.
Слава богу за Рона Уизли, мысленно вздыхает Гарри.
— Слизерин для меня и для этих двоих, — бросает Драко, кивая в сторону Крэбба и Гойла. — Это само собой разумеется.
— А как насчёт тебя, Гарри? — подхватывает Грейнджер.
Гарри собирается ответить, но Рон и Драко опережают его.
— Точно Слизерин…
— О, он будет слизеринцем…
Они снова обмениваются взглядами, полными взаимного отвращения, и замолкают.
— А как насчёт тебя, Невилл? — переводит тему Гарри, выдержав паузу.
Невилл выглядит так, будто готов провалиться сквозь землю, но всё же собирается с духом и отвечает:
— М-мои родители были… о-они оба были гриффиндорцами, но я, н-наверное, окажусь в Пуффендуе.
Драко выглядит так, будто очень хочет отпустить ядовитое замечание. Гарри поспешно вставляет:
— В Пуффендуе нет ничего плохого! Вперёд, барсуки, да?
Драко, Рон, Крэбб и Гойл смотрят на Гарри так, будто у него выросла вторая голова. Невилл, кажется, немного расслабляется, а Грейнджер одобрительно кивает, так что Гарри считает это маленькой победой.
— Честно говоря, меня устроит любой факультет, кроме Слизерина, — заявляет Грейнджер, сводя на нет все дипломатические усилия Гарри. — Очевидно, многие слизеринцы считают, что волшебники, рождённые от магглорождённых родителей, якобы «менее достойны» магии. Нелепо, правда? — она бросает вызывающий взгляд на каждого из мальчиков, словно ожидая возражений.
(Если она не окажется в Гриффиндоре, Гарри отдаст Хэдвиг пятьдесят галлеонов.)
Драко громко фыркает, и сердце Гарри сжимается от досады.
— Хочешь что-то сказать, Малфой? — бросает Рон ледяным тоном.
— Что? — говорит Драко. — Я не виноват, что это правда.
— О, пошёл ты, Малфой, — вдруг вырывается у Невилла. Тут же он бледнеет, словно осознав сказанное, и съёживается. Крэбб и Гойл угрожающе смотрят на него.
Рот Драко на мгновение беззвучно открывается и закрывается, пока он уставился на другого мальчика. Затем его взгляд переключается на Гарри, разрывающегося между желанием поддержать Невилла и желанием провалиться сквозь землю от стыда.
Драко смотрит на Гарри в немом ожидании. Тот моргает. Неужели ему придётся всё разжёвывать? Серьёзно?
Ладно.
— Драко, — произносит Гарри. — Моя мама была не только магглорождённой, но и к тому же уничтожила лорда Волдеморта. Если кто и был достоин магии, так это она.
Драко смотрит на него с обиженным видом. Гарри вздыхает и рассеянно трёт шрам.
— Я бы хотел с тобой дружить, честно, но ты должен понять: я не могу дружить с тем, кто так предвзят.
Драко бледнеет так же резко, как прежде Невилл, а затем заливается густым румянцем. Он резко поднимается с места.
— Крэбб, Гойл, мы уходим, — бросает Драко, выходя из купе. Его спутники безмолвно следуют за ним, как тени.
— Просто постарайся быть непредвзятым! — умоляюще бросает им вдогонку Гарри.
— Пошёл ты, Поттер, — отрезает Драко — теперь уже Малфой, с горечью предполагает Гарри, — прежде чем захлопнуть дверь купе.
На мгновение воцаряется тягостная тишина.
— Что ж, — наконец нарушает молчание Грейнджер. — Полагаю, нам стоит продолжить поиски твоей жабы, Невилл.
Невилл всё ещё выглядит несколько ошеломлённым, но кивает и встаёт вместе с ней.
— Вам, мальчики, стоит переодеться, — на прощание бросает Грейнджер, снова отодвигая дверь. — Думаю, мы скоро приедем.
С этими словами она выходит. Невилл покорно следует за ней.
— Постой, Невилл, — останавливает его Гарри. Тот оборачивается, смотря на него без особого интереса. — Э-эм... — Гарри внезапно теряется.
С Роном всё вышло как-то само собой, но Гарри всё ещё не знает, как правильно заводить друзей. А с Невиллом ему очень хочется подружиться.
К счастью, рядом есть Рон.
— Чувак, это было потрясающе, — оживлённо говорит Рон. — Ты видел его рожу?
Лицо Невилла вытягивается.
— Н-не напоминай мне, — бормочет он. — Это была… это была ужасная ошибка. Он теперь сделает мою школьную жизнь невыносимой.
Гарри хмурится.
— Если он попробует, я натравлю на него Мерлин, — заявляет он. Невилл фыркает, явно удивляясь собственному смеху, и Гарри чувствует прилив уверенности. — Что скажешь? Друзья?
Невилл расплывается в широкой улыбке.
— Я бы н-не отказался, — говорит он. — Увидимся.
С этими словами Невилл выходит, спеша догнать Грейнджер.
