Как (НЕ) Пережить Своего Питомца из Мира Смерти

Инко считала себя терпеливой женщиной. Она вырастила сына, к сожалению, склонного к опасности, и много лет ладила со своим плаксивым бывшим мужем. Однако, когда синекожий инопланетянин перед ней начал пищать и уклоняться от ответов на её вопросы, она почувствовала, что последние остатки её терпения начинают лопаться. Потребовалось несколько циклов, чтобы починить потрёпанный космический корабль, и ещё несколько, чтобы вернуться на рынок, где Изуку был в последний раз. Она обыскала рынок, расспрашивая всех, кого могла, о молодом мужчине, которого видели там в последний раз. Никто не хотел разговаривать. Ответы пришли только после того, как Инко в отчаянии случайно разбила стол, ударив кулаком по нему. Последним, кто видел Изуку, был владелец магазина по имени Даг (переводчик, возможно, несколько волен использовать его имя), который после какого-то инцидента на рынке внезапно уехал. Теперь, выследив Дага по всей галактике, инопланетянин отказался с ней разговаривать. Инко возилась со своим переводчиком, в последний раз проверяя, не он ли стал причиной сбоя связи. Помимо кражи корабля, она также украла один из переводчиков Альдеры, и её бы не удивило, если бы он сломался, как и многое другое барахло на колонии. Однако аппарат работал исправно. Инко стиснула зубы. «Где этот человеческий мальчик?» Даг покачал головой и вытянул вперед многочисленные руки в защитном жесте. «Я знаю, что ты его видел!» — крикнула она, ударив руками по столу. Поверхность треснула, и от места удара пошла паутина трещин. Пронзительный крик вырвался из его уст, и люди на рыночной площади начали оборачиваться, чтобы посмотреть на них, а один или двое потянулись к оружию, висевшему у них на боку. «Ах, прошу прощения», — прервал их весёлый голос. «Я случайно заметил вашу беседу. Могу ли я чем-то помочь?» Инко повернулась на каблуках, готовая высказать прервавшему её парочку ласковых, но затем остановилась. Растрепанные светлые волосы, пронзительные голубые глаза, высокая фигура, скафандр, выполненный в красных, синих и желтых тонах — один из оживших комиксов Изуку. «Всемогущий», — с облегчением вздохнул владелец магазина. «Слава богу!» Всемогущий громко рассмеялся и упер руки в бока. «Во плоти», — заявил он. «Ты худее, чем в комиксах», — выпалила Инко и тут же закрыла рот руками. Всемогущий смущённо потёр шею. «А эти штуки ещё делают? Я всегда думал, что в них выгляжу как здоровяк, но издатель назвал это творческой волей. Впрочем, ты же меня знаешь, это упрощает дело. Так в чём проблема?» «Это… это… существо!» — сказал Даг. — «Появилось из ниоткуда и начало допрашивать меня о каком-то нападении человека, которое я едва пережил». «Нападение человека?» «Да! Он объелся моими товарами, разгромил мой стол и напугал моих клиентов. И только после того, как он окончательно разрушил мой бизнес, он отключился!» «Мой Изуку никогда бы этого не сделал!» — возмущенно воскликнула Инко. «Твой Изуку?» — спросил Всемогущий. «Мой Изуку. Мой сын», — сказала Инко, и к её глазам подступили слёзы. «Его отправили за едой, но он так и не вернулся. Я пытаюсь его найти, и этот человек — последний, кто его видел, и он не говорит мне, где он». Всемогущий посмотрел на Дага. «Где этот человеческий мальчик?» — спросил он. Даг покачал головой и замахал многочисленными руками в знак отказа. Всемогущий всё это время улыбался, хотя его губы оставались сомкнутыми. Медленно его губы раздвинулись, обнажив сверкающие белые зубы в улыбке. «Где человек?» — повторил он. От него исходило убийственное спокойствие, предупреждающее, что не ответить на его вопрос — неверный ответ. «Не знаю!» — простонал Даг. «Управляющий станции занимался локализацией и вывозом. Не знаю, куда они его увезли. Как минимум, очень далеко». «Где начальник станции?» «Он недавно вышел на пенсию! Судя по всему, он унаследовал крупную сумму денег и уехал на райскую планету Гаги, чтобы насладиться ею. Но обещаю, это всё, что я знаю! Спросите у управляющего станцией. Только не вмешивайте меня». «Хорошо, сэр», — сказал Всемогущий, сжав губы, скрывая зубы, и улыбка стала беззаботной. «Ваша помощь очень ценна. Пойдёмте», — сказал он, мягко поглаживая Инко по спине. Всемогущий с лёгкостью провёл её через рыночную площадь. Его массивная фигура должна была выделяться, но мужчина сгорбился, поджал руки и ноги и натянул капюшон на голову, снова став одной из фигур в толпе. «Мне нужно вернуться!» — прошипела Инко. «Я уверена, он скрывает информацию или, по крайней мере, лжёт. Мой сын никогда бы так не поступил». «Не думаю, что вы ещё чего-то от него добьётесь», — сказал Всемогущий, провожая её к выходу рынка. «И даже если он лжёт, мы сейчас мало что можем сделать. Ваш сын — наш главный приоритет». «Наш?» — спросила Инко. Всемогущий остановился и повернулся к ней. Капюшон закрывал большую часть его лица, но его голубые глаза сияли. «Конечно. Герой так поступает — помогает. Конечно, если ты примешь мою помощь?» После предательства со стороны колонии Альдера доверие Инко было подорвано. Она не знала Всемогущего за пределами комиксов, которые уже оказались преувеличенными, по крайней мере, в отношении его внешности. И всё же ей пришлось столкнуться с реальностью. В одиночку её шансы спасти Изуку были ничтожны. С появлением Всемогущего эти шансы резко возросли. «Хорошо», — сказала Инко, пронзив Всемогущего пронзительным взглядом. «Я позволю тебе помочь. Но только один раз перейди мне дорогу, и я тебя убью». Всемогущий рассмеялся: «Я и мечтать об этом не могу».

••••

Оставшись один, Изуку осмотрел украденную добычу. Плоский серебряный квадратик определённо был ключ-картой, но он никак не мог понять, что именно она открывает. Сколько бы Изуку ни бродил по острову, он не мог найти замок, куда можно было бы вставить ключ. Скорее всего, ключ Все за Одного открывал дверь, ведущую на другой остров. Изуку только выиграет, если сможет выбраться отсюда. Или, может быть, ключ открывал какой-нибудь бесполезный склад, но Изуку решил, что стоит закопать ключ-карту в землю рядом с раздатчиком еды, на всякий случай. Когда Все за Одного вернулся, Изуку был почти уверен, что пришелец ищет свою ключ-карту. Но Все за Одного лишь бегло осмотрел землю, прежде чем сдаться. Он не стал допрашивать Изуку. (Возможно, было небольшое преимущество в том, чтобы с ним обращались как с тупым животным.) Он не наказал Изуку. (Слава богу, одно воспоминание о металлической коробке заставило его похолодеть.) Это было к лучшему, но это также подтвердило опасения Изуку — ключ-карта не могла сразу открыть ничего полезного для побега. Изуку снова попытался обокрасть Все за Одного, но пришелец понял и воспринял это как игру. Когда Все за Одного мог легко использовать наркотики из своих щупалец, чтобы заморозить Изуку, игры всегда были подстроены в его пользу. Все за Одного относился ко всему как к игре. Если Изуку подыгрывал, то Все за Одного заставлял его гоняться за мячами и бегать по острову. Если Изуку сопротивлялся, то Все за Одного немного спарринговался с ним, прежде чем парализовать. Люди были известны по всей галактике своей чрезвычайной выносливостью. Изуку был шокирован, когда впервые узнал, что большинство видов считают сломанную кость смертельной травмой, и с трудом могли поверить, что люди продолжают двигаться даже со сломанной ногой. Большинство инопланетян не могли продержаться так же долго, как люди, без еды и не обладали такой же выносливостью и ловкостью. Но Все за Одного явно был таким же, как и люди из Мира Смерти. Даже без обмана в виде его щупалец он мог одолеть Изуку в бою. Человеческие жидкости имеют кислотные свойства для многих видов, но пот и слюна Изуку никак не повлияли на твёрдую оболочку Все за Одного. Пришелец был крупнее и намного сильнее. Эти драки всегда заканчивались тем, что Изуку парализововали, и его обнимали. Все за Одного шипел мелодичным голосом, который Изуку почти наверняка перевёл на свой язык как "милый". Всё, что делал Изуку, называли милым. Если Изуку играл в игры Все за Одного, пытаясь снизить его бдительность? Он был милым. Если Изуку выходил из себя и пытался выпотрошить своего похитителя веткой дерева? Он был милым. В тот раз, когда Изуку тщательно подготовил пантомиму, чтобы попытаться достучаться до эквивалента сердца внутри своего собрата из Мира Смерти? Он был милым. Когда Изуку разрыдался, потому что скучал по матери и так чертовски устал? Мило, мило, мило! Изуку возненавидел чуждое звучание этого слова. Каждый раз мягкое шипение и соответствующая привязанность в глазах Все за Одного заставляли волосы на затылке Изуку вставать дыбом, а пальцы сжимались в когти. И каждая встреча с Все за Одного заканчивалась одинаково: Изуку обнимали щупальца Все за Одного и он прижимался к нему. Пришелец не обращал на это никакого внимания. Это была дегуманизация. Изуку ненавидел, как Все за Одного всегда веселился. Он ненавидел, когда с ним обращались как с домашним животным. Больше всего он ненавидел, как дрожали его пальцы каждый раз, когда он набирался смелости дать отпор, потому что всё ещё боялся снова оказаться в коробке. По крайней мере, его новая клетка была лучше коробки, источника постоянных кошмаров Изуку. Но всё что угодно было лучше пыток. Слабая благодарность Изуку быстро улетучилась. Он пытался подыгрывать, пытался умиротворить своего тюремщика, пытался общаться. Но это не сработало. Очевидно, Все за Одного не интересовало ничего из того, что говорил его питомец. Любое сопротивление снова накачивало Изуку наркотиками. Но Изуку заметил, что парализующий эффект щупалец с каждым разом ослабевает чуть быстрее. У него постепенно вырабатывался иммунитет. Если он не сможет выбраться из этой клетки, то будет драться. Он докажет, что он не милый питомец.

••••

Подобраться к человеку оказалось сложнее, чем предполагал Айзава. Уйти от работы было легко. Стоило ему лишь пожаловаться на растяжение плеча или сказать, что он идёт проверить отдел BioDevOrgLip (что было полностью выдумано), и начальство рассеянно кивало и подталкивало его к действию. Правилом номер один при проникновении было действовать уверенно, поэтому Айзава ссутулился по коридорам со скучающим выражением лица, словно просто ходить по закрытым этажам было ниже его достоинства. Хитрость сработала, но лишь до поры до времени. Наблюдение за человеком ограничивалось Все за Одного, его безумным доктором и несколькими избранными членами Лиги, ни к кому из которых Айзава не хотел приближаться слишком близко. Это оставило ему неприятный выбор: осмотреть клетку. Однако Все за Одного, движимый либо крайним эгоизмом, либо идиотизмом, создал вольер для человека, прямо над своим подводным жилищем. Теоретически это имело смысл: Все за Одного мог бы проверять человека в любое время, а поскольку человек не был водным существом, он не мог напасть на него через воду. Однако Айзаве было бы трудно заснуть, если бы наверху отдыхал опасный обитатель Мира Смерти. Айзава сердито смотрел на металлическую дверь входа, перебирая в лапах "заимствованную" ключ-карту. Постукивание по ней открывало металлическую дверь, силовое поле отключалось, проход выдвигался, и Айзава мог осторожно проскользнуть внутрь, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Инстинктивно он потянулся за своим оружием захвата и поморщился от его отсутствия. Оружие захвата делало его слишком заметным для этой миссии, но он был бы рад его иметь. Даже если Айзава подозревал, что против человека оно бесполезно. Взглянув на свой коммуникатор, Айзава принял решение. Ему нужно было увидеть человека, и это было идеальное время для этого. Нажав на карту, он промчался через открытую дверь и отключил силовое поле, прежде чем оно снова замерцало, блокируя ему доступ. С ним всё было в порядке, поскольку карта у него, но скорость была необходима. Шпионаж за человеком раскроет его прикрытие, и ему придётся быть готовым немедленно сбежать. Но это было достаточно важно, чтобы оправдать его. Дорожка скользнула поперек, соединяя ледяную воду с маленьким островком. Цокая когтями по металлу, Айзава прокрался по ней. Холодок пробежал по его шерсти, и Айзава принял защитную позу. Но он не успел отреагировать на визжащего человека, который с ужасающей скоростью выскочил с глубины острова, размахивая веткой дерева. С воплем Айзава отскочил назад, забыв, где находится, и нырнул в ледяную воду.

••••

На Земле Изуку видел видео, как домашних кошек заставляют купаться. Они выглядели точно так же несчастными, как и инопланетянин, барахтающийся и визжащий в холодной воде. Сначала это было немного забавно. Потом голова пришельца опустилась под воду, и Изуку понял, что он не умеет плавать. У Изуку были все разумные причины оставить пришельца тонуть. Все, кто его похитил, обращались с ним как с тупым животным или монстром. Они не заслуживали его сочувствия. Изуку не знал, зачем этот странный новый пришелец вторгся в его вольер, но, судя по тому, как он закричал при виде Изуку, он не был похож на спасителя. Что ещё важнее, для Изуку был отличный шанс сбежать, когда появился мост. Его мать ждала его возвращения домой. Было бы глупо с его стороны спасать пришельца, который мог напасть на него и помешать его побегу. Но. Пришелец издал такой печальный, испуганный булькающий звук, когда погрузился под воду, что это разбило Изуку сердце. А руки Изуку двигались быстрее его мысли. Он протянул свою самодельную дубинку из ветки дерева, предлагая помощь. Кошачий пришелец тут же вцепился когтями в ветку. Адреналин придал Изуку необходимый прилив энергии, чтобы поднять пришельца на твёрдую землю. Кашляя водой и дрожа, пришелец присел на землю. Всё ещё опасаясь нападения, Изуку не дал пришельцу времени прийти в себя. Он даже не попытался вырвать ветку из когтей пришельца. Он повернулся и побежал. Изуку на мгновение пожалел, что не успел отыскать ключ-карту. Надеясь, она ему не понадобится. Вместо этого он потратил секунды на спасение одного из своих похитителей. И потерял оружие. Возможно, его акт милосердия был глупостью. Но Изуку знал, что поступил так же, как поступил бы Всемогущий. Это не помешало Изуку оставить пришельца позади и побежать к странному жёлтому полю. У пришельца были близкие, которые могли его спасти; у Изуку их не было. Как только Изуку коснулся жёлтых искр, его пронзил такой сильный удар, что у него застучали зубы. Мышцы свело судорогой. Он больше не мог бежать, но продолжал переставлять ноги. Если инопланетянин позади него догонит его, он пожалеет о своей пощаде. Тело онемело. Зрение затуманилось. Волосы встали дыбом. Мама. Изуку нужно было вернуться домой к матери. Искры плясали по его одежде. Он чувствовал запах палёных ниток, но не решался опустить глаза. Всё болело. Весь его мир сузился до бесконечности. На другом конце поля он ахнул, жадно вдыхая свежий воздух. Ему едва удалось ухватиться за металлическую дверь и захлопнуть её за собой.

••••

Ш'акан нервно ёрзал, торопясь к пролому в человеческой клетке. За ним следовали двое членов Лиги. Тога энергично подпрыгивала, её пухлое тело подпрыгивало в такт движениям, а Даби крадучись следовал за ней, одетый в безупречную куртку. (Ш'акан уже почти купил куртку в похожем стиле, но никто не придумал её для шестирукого.) «Не могу поверить, что мы увидим человека!» — хихикнула Тога. «Томура нам ещё не показывал, а он такой милый. Что думаешь?» — спросила она Ш'акана. Клешни Ш'акана щёлкнули от волнения. Охране было до смешного легко следить за человеком, пока существо отдыхало, расхаживало, ело или играло со Все за Одного. Ш'акан потерял интерес после нескольких скучных смен. По правде говоря, несколько охранников Ра начали играть в карты, пока следили за погрузочной площадкой, и прозевали момент, когда один из идиотов с погрузочной площадки пробрался к клетке человека, вероятно, чтобы поближе рассмотреть его на спор, и случайно выпустил его. «Всё будет хорошо», — протянул Даби, полуприкрыв глаза от скуки. «В худшем случае человек убьёт пробравшегося сюда идиота, а потом перебежит через проход. Но у человека нет никаких шансов преодолеть силовое поле». Завернув за угол ко входу в святилище, Ш'акан резко остановился, его клешни рефлекторно поднялись от страха при виде человека за пределами светящегося силового поля. Этот монстр… только что прорвался сквозь силовое поле. Это было невозможно. Это было чудо. Это был кошмар. Эта штука просто прошла сквозь него? Силовое поле — это не тканевая занавеска! Это был непроницаемый барьер, способный остановить плазменный бластер! Это кошмарное существо не могло быть из плоти и крови. Он вдруг вспомнил, что все охранники Ра на корабле контрабандистов были убиты или искалечены, а экзоскелеты были сорваны с их тел. Ш'акан отполировал свой экзоскелет только на прошлой неделе. Однако прошло одно, затем два, наконец, три моргания, и Ш'акан был жив. Он снова взглянул на человека и увидел, что тот лежит ничком на металлической земле, а странная шерсть на голове торчит во все стороны. Не было ни дёрганий, ни рычания – ничто не указывало на то, что человек пережил прохождение через силовое поле. «Вот дерьмо», — выругался Даби. «Оно мертво». «Не-е-ет, я хотела увидеть человека живым», — простонала Тога. «Удивительно, как он не сгорел дотла. У этого барьера было высокое напряжение. Большинство видов не могли до него дотронуться, не получив серьёзных ожогов. Пройти сквозь него, не превратившись в пепел, — это впечатляет». Ш'акан смотрел на светящееся силовое поле. Даже издалека он чувствовал исходящую от него энергию и не хотел с ним связываться. Человек должен был быть невероятно глупым, чтобы добровольно протиснуться сквозь него. Даби вздохнул. «Все за Одного устроит истерику, когда узнает о смерти своего питомца». Ш'акан вздрогнул. Как охранник, отвечающий за наблюдение за человеком, он должен был принять на себя всю тяжесть гнева Все за Одного. Хотя, судя по мрачным выражениям лиц Даби и Тоги, их тоже ждала та же участь. Человек вздрогнул, и все трое вздохнули с облегчением. Человек был жив.

••••

Тога всегда любила милые вещи. Её вид, Фиды, состоял из крупных, высокоэнергетических клеток, способных быстро менять свою структуру. В естественном состоянии она выглядела как жёлтый студенистый комок с четырьмя конечностями и гигантским ртом в середине тела. Её постоянно снедал голод, поскольку изменение формы требовало много энергии. Хотя Тога могла принимать любую форму примерно её размера, её второй рот всегда оставался с рядами чёрных зубов. Тога хотела стать человеком с того самого момента, как увидела его. Питомец был очаровательным, с блестящими зелёными глазами и густым мехом на голове. Чтобы изменить форму, ей нужен был кусочек его ДНК. Всего один маленький укус. Все за Одного ничего не заметит. Она была почти уверена, что люди способны отрастить пальцы. Все её попытки проникнуть в вольер были отбиты. Ей даже не удалось подкупить охранников, потому что они слишком боялись Все за Одного (и человека). Но теперь её беготня вокруг клетки в поисках возможности взглянуть поближе наконец-то принесла свои плоды. Очаровательный маленький человечек лежал на земле, так близко, что она могла встать на колени и укусить его. Любой ущерб, нанесённый питомцу, можно было бы списать на попытку побега. Даби ткнул человека задним когтем. «Нам, наверное, медицинскую помощь оказать или что?» «О, тебе не все равно», — радостно воскликнула Тога, подпрыгивая с хлюпающим звуком. Даби нахмурился. «Я просто боюсь реакции босса. Эта штука такая жалкая, кажется, она снова умрёт, если мы оставим её здесь лежать». Но Тога знала, что Даби тоже считает человека милым, иначе он бы не присоединился к ней в её попытках захватить вершину. Вид Даби любил маленьких, мясистых питомцев – и тех, и других. На самом деле, Даби родился от брака двух разных видов: его мать была кошкой со снежной планеты, а отец – хладнокровной рептилией с пустынной планеты. В результате его фиолетовая чешуя имела участки шерсти. Он получил худшее от обеих биологических особенностей: кучу различных аутоиммунных заболеваний, поражающих его органы, нервы и суставы, из-за чего у него была кривая осанка. Он постоянно страдал, что объясняло его ворчливость, по мнению Тоги. Никакая температура не была для него комфортной. Он злился на своих родителей за то, что они вообще решили размножаться. По крайней мере, у него были когти и мощный хвост. Слизистый след Тоги тянулся к человеку. Даби сердито посмотрел на неё. «Если ты его ранишь, у тебя будут проблемы с Все за Одного». «Только один кусочек», — взмолилась Тога, вцепившись вторым ртом в руку человека. Капля слюны вытекла из её рта и упала на кожу человека. Глаза человека распахнулись. Он ударил Тогу прямо в рот. Тога никогда прежде не испытывала такой муки. Ни одно существо не осмеливалось бросить вызов её многочисленным рядам зубов и ударить её с такой безошибочной точностью. Она упала назад, ударившись о металлическую стену. Её студёнистое тело распласталось. Голова болела, и она изо всех сил пыталась удержаться в сознании. Даби раскрыл рот. «Что случилось, Тога, у тебя несварение желудка?» «О нет», — стражник Ра отступил назад, поправляя плазменный бластер. «Нас всего трое». Даби рассмеялся. «Двое из нас — члены Лиги». Он двинулся на человека, выпустив когти. «Тихо возвращайся в свою клетку, пока тебя не ранили, малыш». Человек развернулся и пнул Даби в голову. Затем человек прорвался мимо и ударил охранника в экзоскелете. Падая, охранник пробормотал какую-то чушь о недавней полировке. «Хм, эта штука выглядит уже не такой милой». Даби отмахнулся от удара, щёлкнув зубами. Затем он двинулся. Хотя Даби, возможно, и был весь изранен, он был быстр. Прежде чем человек успел обернуться, Даби ударил его открытой ладонью по лицу. Крошечное существо пошатнулось и упало. Даби схватил человека и поднял его за воротник, мурлыча: «Извини, я играю не так хорошо, как Все за Одного. Ты же жив?» У человека на щеке был красный след, а на распухшей губе – порез. Он сплюнул едкую кровь прямо в глаз Даби. Даби отшатнулся назад, крича от боли. С трудом пытаясь восстановить своё тело, Тога прошептала: «Это не просто мило. Это прекрасно». Слёзы радости навернулись на глаза. Это существо было настоящим монстром. Ходячее воплощение смерти и разрушения. Возможно, она нашла свою вторую половинку. Человек пнул Даби в горло, прервав крики и повалив его на землю. Кровь брызнула на его любимую куртку. Затем человек пнул Тогу в голову. Прежде чем потерять сознание, она увидела, как тот выхватил плазменный бластер у упавшего охранника. «Жёсткий», — подумала она.

••••

Изуку бежал по коридору. Сейчас ему оставалось только одно направление. Но ему нужен был план, чтобы хоть как-то сбежать отсюда. Он всё ещё не знал, находится ли он на планете или на космической станции. Стены мерцали серебром и металлом, что ещё больше усиливало ощущение, будто он в космосе. Воздух пах фильтрованным, но это ничего не доказывало, поскольку место, где обитает множество разных видов, часто меняет его дыхательную способность. Над головой светились световые панели. Главный коридор разветвлялся. Изуку замешкался. Безопаснее было бы пройти по одному из более узких проходов, но если он пойдёт по главному коридору, то с большей вероятностью доберётся до центрального узла. Там может быть информация, а ещё лучше – до ангара космического корабля. Целью Изуку было не просто сбежать из своего заточения, а вернуться домой. Он должен был рискнуть. Он пошёл по главному коридору. Где-то вдалеке раздался сигнал тревоги. Должно быть, это был Изуку. Он побежал быстрее. К сожалению, он наткнулся на другую группу насекомоподобных охранников. Изуку научился с ними справляться, сражаясь со многими. Оказавшись на спине, они уже не могли подняться. У плазменного бластера сбоку были спусковой крючок и колесо. Методом проб и ошибок он определил максимальную силу и оставил охранников дымящейся грудой позади. Охранники стояли перед металлической дверью, и Изуку предположил, что за ней должно быть что-то важное. Он стащил ключ-карту у павшего охранника и открыл её. Перед компьютерами сидели двое инопланетян. Они взглянули на павших охранников и с криками и чириканьем бросились бежать. Изуку отпустил их. Ему не нужны были лишние драки, да и сигнализация уже кричала о его присутствии. Чёрт возьми, Изуку понятия не имел, как пользоваться ни одним из этих компьютеров. Столы были слишком высокими для него, а клавиши, казалось, не были предназначены для человеческих пальцев. Он побежал по проходу, нажимая кнопки наугад. Из одной из стен донёсся скрежет, но он проигнорировал его. Ещё одна кнопка включила второй визг сирены. Ещё одна кнопка заставила всю комнату скользнуть вбок. Интересно, он, должно быть, в какой-то диспетчерской. После нескольких сотен случайных нажатий кнопок Изуку наконец-то повезло. На экране появилась карта со светящейся красной точкой в его текущем местоположении. Как и предполагалось, он находился на космической станции. Ангар корабля находился на другой стороне станции. Но вокруг были повсюду спасательные капсулы. Изуку запомнил маршрут до ближайшей спасательной капсулы. Распылив бластер по дуге, Изуку расстрелял все компьютеры. Надеясь, что ему удастся повредить что-нибудь важное в диспетчерской. Если получится, он хотел уничтожить станцию настолько сильно, чтобы они не смогли за ней погнаться. Это был обдуманный риск. Изуку понимал, что может уничтожить что-то, что может ранить его самого, но он также понимал, что у него нет шансов сбежать в крошечной безоружной капсуле, если только он не убедит станцию в более серьёзных проблемах, чем его повторный захват. Как однажды сказал Всемогущий со старой Земли: Дайте мне свободу или дайте мне смерть. Изуку не хотел знать, какое наказание его ждёт, если его снова поймают. Он не собирался возвращаться в коробку. Слыша позади себя эхо взрывов, Изуку побежал к спасательным капсулам.

••••

Томура услышал человека, прежде чем нашёл его. Звук взрывов пронзил его чувствительные собачьи уши. Что делали эти глупцы? Где остальные члены Лиги? Если Тога и Даби нашли человека, то питомца наверняка поймали бы. Но сейчас рядом с Томурой был только Твайс. Не то чтобы Твайса было недостаточно. Его народ, Цезор, относился к Мирам Смерти первой категории: земноводные ракообразные с болотистой планеты. Они, естественно, рожали близнецов ради выживания. Близнецы были настолько близки, что даже не осознавали себя как двух существ, скорее как единое целое. Это также могло их раздражать. Левая голова Твайса жаловалась: «Охранники не справятся?», а правая говорила: «Будет весело! Наконец-то мы увидим этого человека. Каким он был вживую? От него пахло?» «Я не заметил этого сразу. Слишком много насилия», — проворчал Томура, перешагивая через тела охранников к открытой двери диспетчерской. Его встретила картина настоящей бойни. Мониторы были разбиты вдребезги. Был ли этот человек глупым или совершенно безумным? Повреждения могли случайно лишить космическую станцию кислорода или отправить её в метеоритный пояс! Хуже того, это означало, что у человека было оружие. Шерсть Томуры встала дыбом, когда он вспомнил свою последнюю битву с человеком. На мгновение он подумал вернуться в свою комнату и сделать вид, что не услышал сигнал тревоги из-за шума игр. «Человек должен быть где-то рядом». Твайс помчался по коридору, хотя его другая голова жаловалась: «Или он может быть быстрее нас». Верность другу заставляла Томуру двигаться вперёд. Уф, Даби и Тога попадут в серьёзные неприятности, если даже не явятся на бой. Он напомнил себе, что человек, вероятно, не умеет стрелять из плазменного бластера, и ему просто повезло. Они вдвоем догнали человека на его коротких ногах. Томура предпринял последнюю попытку убедить его, крикнув: «Стой! Тебя меньше, и ты никогда не выберешься со станции». Уродливый питомец обернулся. Обучение обращению с плазменным бластером требовало многих лет, но человека это не смущало. С неестественной скоростью существо сунуло свои жуткие конечности в курок и выпустило жёлтый заряд — смертельный для большинства видов. «Это безумие», — сказала правая голова Твайс. «Нет, это гениально!» — сказала левая. «Нет, по нам стреляют! ЛОЖИСЬ!» Ещё один выстрел угодил в стену возле их голов, отчего металл раскалился, а расплавленный комок упал на землю. Большинство разумных существ не стали бы сразу включать плазменный бластер на максимальную мощность хотя бы потому, что при таком режиме оружие, как правило, взрывалось и убивало пользователя. Однако человек либо не знал об этом, либо ему было всё равно, потому что в него было выпущено ещё пять выстрелов. «Где Мастер?!» — закричал Томура. Его учили управлять частью огромной империи Все за Одного, но это… его не учили с этим справляться. Ему уже доводилось сражаться с обитателями Мира Смерти, однако он сомневался, что сможет победить человека в бою один на один. «АТАКАААА!» — раздалось сзади, и Томура с ужасом наблюдал, как отряд солдат ному бежал по коридору, держа плазменные бластеры наготове. «РАССТРЕЛЯТЬ ЧЕЛОВЕКА!» — закричали они, и в человека ударила очередь синих пуль. Зарычав, человек открыл ответный огонь, пригибаясь и перекатываясь, чтобы уклониться от выстрелов. «Мы спасены?» — воскликнула левая голова Твайс. Жёлтый заряд врезался в ближайшего солдата ному, отбросив его к стене с тошнотворным хрустом. «Нет, мы погибли», — воскликнула правая голова Твайс. Томура должен был мчаться в бой. У него было оружие DK, органическая форма жизни наверняка бы перед ним пала, но его ноги не двигались. Солдаты Ному были генетически модифицированы — безумный доктор, с помощью, Все за Одного, попытался создать в лабораторных условиях обитателей Мира Смерти. Большинство видов галактики мгновенно погибли бы, столкнувшись с одним из них, но человек смог отразить семеро. «Хуже быть не может», — подумал Томура. Выстрел человека прошёл в сторону, достигнув потолка и прямо в механизм, управляющий гравитацией в этой части космической станции. Они мгновенно начали отрываться от пола, несмотря на отчаянные попытки удержаться на нём. «Может быть, он не сможет сражаться», — сказала левая голова Твайса с глупо слепым оптимизмом. Однако, словно существо, восставшее из огненных пепла родного мира Томуры, человек взмыл в воздух. Перевернувшись в воздухе, человек выстрелил в землю, отчего его тело взлетело к потолку. Однако, прежде чем оно успело превратиться в кашеобразную пасту, он крутанулся, оттолкнулся от поверхности и полетел обратно к солдатам Ному. Со своей стороны, солдаты Ному кружились в невесомости, не в силах выровняться, пока человек обрушивал на них шквал выстрелов. «Стреляй! СТРЕЛЯЙ!» — закричал Томура. Выстрел попал в грудь солдату Ному, забрызгав раскаленным ихором чистую дорожку. Это сработало лучше любого приказа, и солдаты снова отчаянно начали стрелять. Один из выстрелов попал человеку в ногу, вызвав шипение, но существо... встряхнулось. Это. Прочь. «Мы уже мертвы», — сказала правая голова Твайса. Томура полностью согласен. Битва с человеком медленно продвигала их всё дальше по коридору, всё ближе к спасательным капсулам, о которых, судя по блеску в глазах человека, он знал. Выругавшись на родном языке, Ши-Мура, он взмахнул руками и неуклюже оттолкнулся от стены и упал на пол. Щёлкнув выключателем, Томура обрушил свой DK на землю, направив разрушительную силу на спасательные капсулы. Жуткие глаза человека метнулись в сторону и яростно сузились. Он направил плазменный бластер на него, готовый уничтожить Томуру, но бедное оружие слишком сильно пострадало. Он взорвался с треском, и шипящая энергия рикошетом прокатилась по залу, лишив сознания оставшихся солдат ному. Только Томура и Твайс, находившиеся дальше от эпицентра взрыва, оставались в сознании, но когда энергия обрушилась на него, Томура понял, что будет чувствовать её ещё несколько дней. [Восстановление гравитации] — раздался весёлый голос компьютера. Летающие солдаты Ному, Твайс и человек упали на землю, а Твайс врезался в Томуру. «Они не могли сделать этого раньше?!» — воскликнула правая голова Твайса. Левая лишь застонала. Морщась от боли, Томура с трудом поднялся на ноги, лишь в последний момент вспомнив о необходимости выключить своё оружие DK. Четверо солдат Ному были тяжело ранены, в воздухе витал резкий запах гари, но остальные трое были мертвы. Доктор, должно быть, будет недоволен, подумал Томура, но расстроить доктора было ничтожно мало по сравнению с тем, чтобы расстроить Хозяина. Человеку нельзя было позволить сбежать. Но теперь оно безжизненно лежало на земле, его пугающе плоская морда была прижата к полу, а конечности раскинуты. «Оно мертво?» — спросили обе головы Твайса. Томура не знал, что будет хуже. Принять наказание от Все за Одного, если человек умрёт, или если человек выживет, и им придётся жить с этим. Человек судорожно вздохнул, а затем его глаза широко распахнулись, ядовито-зеленые, почти светящиеся. «Это монстр», — в ужасе выдохнул Томура. «Это идеально», — сказал Все за Одного. Томура напрягся, готовясь к удару, но его хозяин спокойно прошел мимо, подойдя к шевелящемуся человеку. Он зарычал на него, но Все за Одного лишь рассмеялся. Нависнув над человеком, он прижал его голову к земле своими чешуйчатыми конечностями. Человек скрежетал зубами и махал конечностями, но Все за Одного аккуратно прижал их к земле. Он молча наблюдал с лёгкой улыбкой на лице, как существо боролось и извивалось, издавая леденящие душу вопли. Пару раз человеку удалось вцепиться когтями в шкуру Все за Одного, вытащив капли черного ихора, но Все за Одного поправил хватку и продолжал улыбаться. «Какая ворчливая штучка», — проворковал Все за Одного. «Маленькая, ворчливая штучка, которая пытается быть такой пугающей». Хотя человек не обладал умственными способностями понимать речь, он, должно быть, уловил тон слов Все за Одного, потому что завизжал, сбросил хватку Все за Одного со своей головы и вонзил зубы в его руку. Рядом с Томурой заскулил Твайс. Такое оскорбление заслуживало мгновенной смерти. Но Все за Одного рассмеялся, сверкнув острыми зубами. «О, ты само совершенство», — сказал он, заставляя человека разжать челюсти и выпустить его. На родной планете Все за Одного, Морслехаке, драка была знаком привязанности (вероятно, поэтому этот вид практически вымер). Неудивительно, что ему нравился этот человек, подумал Томура в оцепенении от ужаса. «Идеально», — повторил Томура шёпотом. «Оно вырвалось из неотвратимой клетки». Все за Одного, должно быть, услышал, потому что повернул голову: «Конечно. Всё прошло даже лучше, чем я ожидал». Руки Томуры тряслись, когда он смотрел на своего безумного босса. «Об этих людях известно так мало; проверка их возможностей жизненно важна. Кто бы мог подумать, что он сможет пробиться сквозь силовое поле или сразиться с солдатом ному. И всё же, почти сбежать…» — он покачал головой с ухмылкой. «Мне понадобится ваш полный отчёт и все отснятые материалы». Изо рта Томуры вырвался сдавленный звук, когда вся боль, ожоги, ушибы и страдания, вызванные попыткой человека сбежать, навалились на него. «А теперь», сказал Все за Одного, снова обращая своё внимание на всё ещё бьющегося человека, «давай вернем тебя в клетку».

••••

OMAKE TIME! Оmаке: Ложная память Томура: Может, этот человек не так страшен, как мне помнилось. Лига с ним справится. Даби: Ааргх, помогите моим глазам! Томура: Ох, кто-нибудь, спасите меня…