Hunted and Bound

К тому времени, как Джордж вернулся в свою комнату в общежитии, он промок насквозь несмотря на то, что зонт и куртка Макса все еще свободно висели у него на плечах. Запах кожи и сандалового дерева упорно держался за ткань, слабый, но достаточно сильный, чтобы у Джорджа защемило в груди. Он закрыл за собой дверь и на мгновение прислонился к ней, резко выдохнув. — Черт возьми, — пробормотал он. Поездка на машине была… прекрасной. Тишина, если не считать тихого гула двигателя и того, что Макс время от времени задавал ему вопросы своим ровным, обдуманным тоном. «Тебе нравится Монако?» «Ты всегда хотел учиться здесь?» «Какой твой любимый цвет?» Глупости. Обычные вещи. Но то, как Макс задавал эти вопросы — словно каждый ответ Джорджа имел значение, — вывело его из себя. А потом начались эти взгляды. Джордж поймал его взгляд раз или два, голубые глаза скользнули по нему оценивающим и, как ни странно, покровительственным взглядом. Как будто Макс не просто смотрел на него — он читал его мысли. — Мы не друзья, — твердо напомнил себе Джордж, снимая пиджак и бросая его на спинку стула. — Мы не что-нибудь ещё. Он Чистокровный Альфа, а я… Он замолчал, проведя рукой по влажным волосам. — Я просто сумасшедший, раз сидел в его машине. Рухнув на кровать, Джордж схватил ноутбук и включил Netflix. Может быть, он смог бы погрузиться в какое-нибудь бессмысленное шоу и перестать думать о высоких широкоплечих альфах с опасными ухмылками и дурацких быстрых машинах. Но даже когда пошли вступительные титры, мысли Джорджа продолжали возвращаться к тому, как Макс произносил его имя в машине. Медленно. Осторожно. Словно проверял, каково это на вкус. Джордж закрыл лицо подушкой и застонал. Это плохо. Это так, так плохо. *** Джордж прогуливался по двору кампуса, расправив плечи и высоко подняв голову, чтобы казаться уверенным в себе, хотя и чувствовал, что за ним следят десятки глаз. По его следу волнами прокатывались шепотки, одни любопытные, другие недоверчивые, третьи, от которых волосы у него на затылке вставали дыбом. Он не обращал на них внимания. Пусть смотрят. Пусть говорят. Он здесь не для того, чтобы прятаться. Проверив расписание, он тихо застонал, увидев название своего первого занятия. Конечно. Он совершенно забыл, что Макс делил с ним эту пару. Джордж прикусил губу, входя в класс, чувствуя, как на него устремляются все новые и новые взгляды. Как обычно, как только он вошел внутрь, начался ропот. — Это действительно омега? — Он сумасшедший, раз пришел сюда. — Храбрый… или глупый. Джордж не обращал внимания на голоса, крепче сжимая блокнот и уворачиваясь от тонко завуалированных «приглашений», которыми его осыпали некоторые из самых смелых альф, разбросанных по комнате. Он даже не взглянул на них, направляясь к тому же месту, которое занимал раньше — в конце зала, поближе к окну. Его взгляд инстинктивно метнулся к месту, которое обычно занимал Макс. Пусто. Джордж моргнул, затем слегка нахмурился. Он почти ожидал увидеть Макса уже там, развалившегося на своем месте с таким видом, будто это его комната. Он покачал головой и сел. Не важно. Не его проблема, если он опоздает. Но Макс так и не пришел. Когда урок закончился, Джордж на мгновение задержался у своего стола, делая вид, что проверяет сообщения. Он просмотрел короткий разговор с Оскаром о планах на обед и быстро набрал ответ. Да, ребята, встретимся там через десять минут. Когда он выходил из здания, его взгляд невольно метнулся во внутренний двор, где Макс обычно околачивался в этот час. Каменная скамья у фонтана была пуста. Не было высокой фигуры в дорогом пиджаке. Не было пронзительных голубых глаз, следящих за его движениями, как хищник за своей добычей. Странно. Отбросив эти мысли, Джордж направился в кафетерий. Когда он пришел, в столовой уже вовсю кипела жизнь. Студенты заполнили все столы, но заметить полукровок было нетрудно. Они собрались на своем обычном месте в центре зала: Ландо неприятно смеялся над чем-то, сказанным Шарлем, Карлос откинулся на спинку стула с таким видом, будто он здесь хозяин, Даниэль добродушно улыбался, а Чеко с задумчивым видом потягивал кофе. Джордж окинул взглядом группу один раз. Затем второй. Макса не было. — Привет, — прервал его мысли голос Алекса. Джордж повернулся, когда Алекс махнул ему в сторону, где он, Оскар и Логан сидели в стороне. Джордж опустился на стул рядом с ним, все еще рассеянный. — Где Ферстаппен? — Спросил Джордж, прежде чем смог остановить себя. Алекс удивленно поднял бровь. — Почему ты…? Джордж моргнул. — Мне просто любопытно. Обычно он здесь, не так ли? Алекс небрежно пожал плечами. — Сегодня не заходил. Понятия не имею почему. — Ммм… — Джордж опустил взгляд на свой поднос. Его желудок неприятно скрутило, хотя он и не мог сказать почему. Почему меня это вообще волнует? подумал он, вонзая вилку в еду чуть сильнее, чем нужно. Так будет лучше. Чем меньше перед моим лицом будет Чистой крови, тем лучше. Но все же какая-то часть его продолжала ждать. *** Джордж не мог избавиться от этого чувства. Ноющее чувство в груди не покидало его весь день и с каждым часом становилось все сильнее. Он старался занять себя чем-нибудь — занятиями, обедом с Алексом и Оскаром, даже ненадолго уединился с книгой в библиотеке, — но это не прекращалось. Что-то было не так. Когда закончился его последний урок, он вышел в тускло освещенный коридор, перекинув сумку через плечо. И тут он заметил их. Ландо и Даниэля. Они стояли, небрежно прислонившись к стене, кудри Ландо были влажными от продолжительного моросящего дождя, широкие плечи Даниэля слегка подрагивали от смеха, когда Ландо что-то бормотал себе под нос. Слишком близко. Слишком легко друг с другом. Джордж заколебался, замедляя шаг. Что может случиться в худшем случае? — спросил он себя. Тебе нравится Ландо. Оскар сказал, что Даниэль порядочный человек. Ты просто… задашь вопрос. Это все. Он расправил плечи и подошел к ним, стараясь выглядеть беспечным. — Привет, — тихо поздоровался он. Две пары глаз уставились на него. Ландо удивленно моргнул, затем оправился и улыбнулся, изогнувшись по краям, как кот, который только что заметил свою добычу. — Что ж, смотрите-ка, кто решил проявить храбрость, — протянул Ландо. Даниэль склонил голову набок, его теплые карие глаза окинули Джорджа оценивающим взглядом, от которого по коже побежали мурашки. Но затем он улыбнулся — широко, во все зубы, обманчиво дружелюбно. — Джордж Рассел, верно? Я слышал о тебе, — сказал Даниэль легким голосом, но проницательным взглядом. Джордж не обратил внимания на то, что взгляд Даниэль задержался на нем слишком долго, и кивнул. — Да. Приятно познакомиться. — Мне тоже очень приятно, приятель, — спокойно ответил Даниэль. Джордж переступил с ноги на ногу и перевел взгляд с одного на другого. — Мне просто интересно… — начал он, на мгновение заколебавшись. — Почему Макс сегодня не пришел? Атмосфера изменилась. Легкая ухмылка Ландо на секунду погасла, а затем вернулась, теперь более резкая и нарочитая. — У Ферстаппена были… дела, о которых нужно было позаботиться, — спокойно сказал Ландо, бросив быстрый взгляд темных глаз на Даниэля. Улыбка Даниэля стала шире, как у хищника, почуявшего запах. — Почему тебя это так волнует? — спросил он небрежно, хотя в его словах чувствовалась скрытая ирония. Джордж сжал челюсти. — Не волнует, — твердо сказал он, хотя в груди у него предательски защемило. — Просто спросил. — Конечно, — промурлыкал Даниэль, отталкиваясь от стены, чтобы выпрямиться. Когда Джордж повернулся, чтобы уйти, Даниэль окликнул его. — Хэй, Джорджи, хочешь его номер? Джордж замер на полуслове и оглянулся через плечо. Даниэль держал в руке телефон, экран которого слабо светился в тусклом свете прихожей. Его улыбка была игривой, но глаза… нет. На мгновение Джордж чуть было сказал «Нет». Чуть было ушел. Но потом он вспомнил, как Макс смотрел на него вчера под дождем — спокойно, сдержанно, но в то же время что-то искрилось в этих ледяных голубых глазах. И по причинам, которые он не мог до конца объяснить, у него сжалось в груди. — Хорошо, — пробормотал Джордж, отступая к ним. — Давай. Брови Ландо поползли вверх, а Даниэль тихо присвистнул, передавая телефон Джорджу. — Не думал, что ты на самом деле согласишься, — поддразнил Даниэль. Джордж проигнорировал его, ввел номер Макса в свои контакты и вернул телефон. — Спасибо, — коротко сказал он, поворачиваясь, чтобы уйти. — В любое время, дорогой, — со смехом крикнул Даниэль ему вслед. Низкий смешок Ландо последовал за ним по коридору. Джордж не оглянулся. *** На следующее утро Джордж сказал себе, что не будет искать его. Но глаза выдали его, как только он ступил на территорию кампуса. И вот он там. Макс Ферстаппен стоял у фонтана, увлеченный разговором с Шарлем Леклером. Руки Чистокровного Альфы были лениво засунуты в карманы, выражение его лица было спокойным и бесстрастным, как будто он не исчез на весь предыдущий день. Как будто ничего не произошло. Джордж выдохнул, напряжение, которое он даже не осознавал, что сдерживал, медленно сползало с его груди. Он ненавидел себя за то, что почувствовал облегчение. Жалкий, ругал он себя, поправляя сумку и направляясь к аудитории. К тому времени, как он уселся на свое место в конце аудитории, Джордж заставил свое сердцебиение успокоиться. Он сосредоточится. Сегодня не на что отвлекаться. Или ему так показалось. Стул рядом с ним внезапно со скрипом отодвинулся, и Джордж поднял взгляд — только для того, чтобы его грудь предательски дрогнула. Макс. Чистокровный грациозно опустился на стул рядом с ним, его пронзительные голубые глаза озорно блеснули, и он откинулся на спинку, словно ему принадлежала вся комната. — Слышал, кто-то беспокоился обо мне, — пробормотал Макс низким и дразнящим голосом. Щеки Джорджа вспыхнули, и он резко наклонил голову вперед. — Это был не я. — О, так это был не ты? — Протянул Макс, ухмыляясь и вытягивая свои длинные ноги под столом. — Странно. Даниэль сказал мне, что вчера ты спрашивал обо мне. Даже взял мой номер телефона. Джордж резко повернулся, свирепо глядя на него. — Он предложил. Я не хотел этого. — И все же ты взял его. — Я… — пробормотал Джордж, покраснев еще сильнее и отведя взгляд. — Забудь об этом. Макс тихо рассмеялся, и от этого звука по спине Джорджа пробежала странная дрожь. — Знаешь, ты мог бы написать мне, — небрежно сказал Макс, подперев подбородок рукой и наблюдая за Джорджем так, словно он был самым очаровательным существом на свете. — Это быстрее, чем спрашивать Ландо или Даниэля, куда я пропал. Джордж нахмурился. — Зачем мне писать тебе? Макс ухмыльнулся, наклоняясь чуть ближе. — Может быть, потому, что тебе не все равно. — А мне всё равно, — парировал Джордж, хотя в его голосе не было уверенности. — Мм, — промычал Макс, забавляясь. — Ты мог бы одурачить меня. Джордж крепко скрестил руки на груди и уставился в свои записи, отказываясь удовлетворять его ответом. Макс, казалось, не возражал. На этот раз его поддразнивания звучали мягче, что-то нежное таилось за дерзкой ухмылкой. Как будто он не ожидал, что Джорджу будет не все равно, и теперь, когда он узнал, он не был уверен, что с этим делать. Но это не помешало ему наклониться и прошептать: — Я занимался делами. Это все. Ничего опасного… пока. Джордж быстро взглянул на него, прежде чем снова отвести взгляд, делая вид, что его это совершенно не волнует. Джордж попытался сосредоточиться. Он действительно пытался. Но это было невозможно, когда рядом с ним сидел Чистокровный Альфа, развалившийся так, словно ему принадлежал сам воздух. Голос профессора звучал глухим бормотанием на заднем плане, пока Джордж яростно строчил в блокноте, решив не обращать на Макса ни малейшего внимания. Но Макс, казалось, ничего не замечал — или ему было все равно. — У тебя аккуратный почерк, — пробормотал Макс рядом с ним, понизив голос так, что его мог слышать только Джордж. Джордж напрягся, но не поднял глаз. — Я молодец, — пробормотал он себе под нос. Макс тихо засмеялся, его длинные пальцы лениво забарабанили по столу. На краю блокнота Джорджа появился сложенный листок бумаги. Почему ты не написал мне? Джордж моргнул, а затем бросил на него сердитый взгляд. Макс ухмыльнулся, склонив голову набок с притворной невинностью. Джордж раздраженно нацарапал в ответ: Потому что я не хотел. Он положил листок обратно, но Макс едва взглянул на слова, прежде чем написать снова. Лжец. Ты думал об этом. Джордж сжал челюсти, яростно записывая ответ. Нет. Макс прочитал его и улыбнулся, выражение его лица было невыносимо спокойным. Он без спроса взял ручку со стола Джорджа и написал свой следующий ответ прямо на полях записей Джорджа: Ты сейчас думаешь об этом. Джордж отдернул блокнот, его уши горели. — Прекрати это, — прошипел он себе под нос. — Что прекратить? — Тихо пробормотал Макс, все еще развалившись, как хищник, который уже одержал победу. Джордж вернулся к своим заметкам, стараясь не обращать на него внимания. Мгновение спустя Макс наклонился, и его теплое дыхание коснулось уха Джорджа. — Ты такой милый, когда злишься. Ручка Джорджа замерла на полуслове. — Заткнись, — хрипло прошептал он, его лицо пылало. Макс усмехнулся, откидываясь на спинку стула. До конца урока он не произнес больше ни слова, но Джордж все время чувствовал на себе его взгляд — пристальный, удивленный и слишком сосредоточенный. К концу лекции плечи Джорджа так напряглись, что казалось, будто он таскает тяжести. *** Неделю спустя Джордж был удивлен, что все еще стоит на ногах. Когда он впервые переступил порог этого кампуса, он думал, что самое сложное — это завести друзей, влиться в коллектив и постараться не привлекать к себе внимания. Но все оказалось не так просто. Каждый день альфы смотрели на него, как на добычу. Голодные взгляды преследовали его по коридорам, их глаза были темными и собственническими, как будто они имели право так на него смотреть. Некоторые даже не потрудились скрыть свои намерения, бормоча предложения или прямо приглашая его на свидание с самодовольной уверенностью. Беты были ненамного лучше. Многие из них относились к нему с плохо скрываемым отвращением, как будто само его присутствие здесь оскорбляло их. Это было утомительно. Но постепенно… с большим трудом… потом стало легче. Алекс, Логан и Оскар позаботились об этом. Эти трое почти сразу же взяли его под свое крыло, и от их постоянного присутствия в кампусе стало не так душно. Джордж был добавлен в их групповой чат — «Уголок хаоса», как назвал его Логан, — и теперь его телефон постоянно пищал от мемов, новостей о занятиях и ежедневных жалоб Логана на еду в кафетерии. А потом случились сами Оскар и Логан. Джордж не был слеп; он заметил напряжение между ними. Взгляд Оскара задержался на Логане всего на мгновение дольше, чем следовало. Улыбка Логана смягчилась, став почти застенчивой, когда он поймал пристальный взгляд Оскара. Они еще ни в чем не признавались друг другу, но Джордж видел, что что-то назревает. Нико был еще одним спасательным кругом. Верный своему слову, Нико Росберг присматривал за ним и вел его по лабиринтам университета. Однако чего Джордж никак не ожидал, так это того, что у Нико будет свой круг друзей — Льюис Хэмилтон, Себастьян Феттель и стойкий финский альфа по имени Кими Райкконен. Они были старше, увереннее в себе, и, в отличие от других альф в кампусе, никого из них, казалось, не волновало, что он омега. И все же Джордж был осторожен. Он избегал Чистокровных, насколько мог. Но Ландо… Избежать встречи с Ландо было сложнее. Полукровка-британец заполз в личное пространство Джорджа, всегда ухмыляясь, всегда поддразнивая его. Да, он был несносным, но безобидным — и раздражающе обаятельным, когда хотел. Макс, однако, представлял собой совершенно другую проблему. Джордж не знал, что с ним делать. Чистокровный Альфа не был похож на остальных, и все же все в нем говорило об опасности. Макс бесконечно флиртовал с ним, всегда с ленивой ухмылкой и пронзительным взглядом, который, казалось, раздевал Джорджа до трусов. Джордж сказал себе, что не боится его — потому что это было так. Но он был настороже. В Максе Ферстаппене было что-то такое, что подстегивало его инстинкты. Часть его хотела бежать. Но другая часть — маленькая, предательская часть омеги, спрятанная глубоко в его теле, — хотела подчиниться. И это пугало его больше всего. Джордж начал замечать закономерности. Не то чтобы его это волновало — по крайней мере, он продолжал себя в этом убеждать, — но Макс больше не появлялся в классе. Второй день за неделю обычное место Чистокровного Альфы пустовало, и его присутствие ощущалось в комнате сильнее, чем когда-либо, когда он действительно был там. Джордж попытался не обращать внимания на грызущую его мысль в глубине сознания, попытался сосредоточиться на своих заметках, а не на странном изменении в воздухе. Но даже полукровки казались… были не в себе. За обедом Джордж заметил, как Чеко рычал на бедного бету, который прошел слишком близко к их столику. Карлос тем временем уставился на свой телефон так, словно хотел разломать его пополам. Алекс ворвался в столовую, бормоча себе под нос: «Сайнс такой засранец, клянусь…», и Логану пришлось силой усадить его на стул. И Ландо… Ландо тоже был сам не свой. Обычно британский альфа дразнил кого-нибудь, разбрасывал по столу скомканные салфетки или громко высказывал свое мнение о еде. Но сегодня он молчал. Он сидел, сгорбившись над телефоном, сжимая его так сильно, что костяшки пальцев побелели. Его челюсть была плотно сжата, а темные кудри отбрасывали тень на глаза, но от Джорджа не ускользнули искорки гнева и разочарования, написанные на его лице. Что-то происходило. И Джордж ненавидел себя за то, что был настолько любопытен, что это его волновало. Пока Алекс и Логан спорили, пропускать им следующее занятие или нет, рука Джорджа скользнула в карман, пальцы неуверенно нащупали телефон. Он прокрутил страницу до номера, который дал ему Даниэль, и прикусил губу, когда его большой палец завис над экраном. Это была плохая идея. Он знал это. Но прежде чем он успел задуматься, Джордж быстро напечатал:

Что происходит?

Пауза. Затем, словно осознав, как резко это прозвучало, он добавил:

Ты пропустил еще один день. Что-то не так?

Он долго смотрел на экран, прежде чем, наконец, нажал «Отправить». Сообщение со свистом исчезло. И теперь Джорджу оставалось только ждать. Телефон Джорджа зазвонил почти мгновенно. От скорости ответа у него скрутило живот. Макс: Уже скучал по мне, милый? Джордж нахмурился, его большие пальцы замерли над клавиатурой. Он практически слышал ухмылку в этом сообщении, чувствовал, как голос Макса сочится весельем. Он нахмурился и быстро напечатал ответ:

Джордж: Не льсти себе. Я только что заметил, что все сегодня ведут себя странно. Что происходит?

Появилось окно ввода текста. Остановился. Появился снова. Макс: Заметил, да? Джордж раздраженно фыркнул, уставившись на свой телефон.

Джордж: Да. И я задал вопрос.

На этот раз ответ пришел быстро. Макс: И мне нравится, каким требовательным ты становишься. Милый. Лицо Джорджа вспыхнуло.

Джордж: Макс.

Макс: Расслабься, милый. У меня были дела. Нечего забивать твою хорошенькую головку. Джордж еще больше нахмурился, глядя на экран.

Джордж: Не называй меня так.

Макс: Что? Хорошеньким? Но ты такой и есть. И упрямый к тому же. Джордж с раздраженным стоном сунул телефон в карман, чем заслужил любопытный взгляд Логана. — Кто вызвал у тебя такой вид, будто ты хочешь швырнуть свой телефон через всю комнату? — Спросил Логан, приподняв бровь. — Никто, — пробормотал Джордж, вонзая вилку в тарелку с большей силой, чем это было необходимо. Но его мысли продолжали возвращаться к словам Макса, к его тону. Нечего забивать твою хорошенькую головку. Это прозвучало пренебрежительно. Но в то же время это прозвучало как предупреждение. И Джордж ненавидел себя за то, что какая-то часть его души трепетала от такого внимания. *** На следующий день Макс вернулся. Джордж увидел его, как только тот вошел в класс, и почувствовал легкое покалывание под кожей, когда Чистокровный альфа как ни в чем не бывало занял свое обычное место. Ни единого взгляда в его сторону. Ни единого слова. Это не должно было его беспокоить. И все же… так оно и было. К обеду Джордж отогнал от себя эту мысль. Его телефон зазвонил, когда он пересекал кампус по направлению к кафетерию. Логан: Не смогу прийти на обед. Дурацкий проект с Алексом. Алекс: То же самое. Выживи без нас, Джорджи. ❤ Джордж вздохнул и сунул телефон обратно в карман. Почти сразу же пришло еще одно сообщение. Оскар: Встретимся за нашим столиком. Не жди, пока я принесу еду. «Наш столик», — подумал Джордж со слабой улыбкой. Это был уже не просто столик для бет, а ведь Оскар был альфой. Наш столик - звучит отлично. Он проскользнул в столовую, не обращая внимания на взгляды, которые провожали его. Его присутствие по-прежнему вызывало перешептывания, несколько альф по-прежнему напрягались, когда его запах доносился слишком близко, но Джордж уже привык к этому. Он скользнул на свое обычное место у стены, надел наушники и, ковыряясь в тарелке, стал просматривать страницы в телефоне. Стул напротив него громко заскрипел. Джордж вытащил наушники, собираясь поприветствовать Оскара. — Ты опоздал, Оск… Но это был не Оскар. Взгляд бледно-зеленых глаз, обрамленных очаровательной улыбкой, которая, казалось, хранила в себе память о поколениях, встретился с его взглядом. Шарль Леклер. Альфа-полукровка из Монако слегка наклонился вперед, положив руки на стол. — Джордж Рассел, — мягко произнес Шарль, его голос был теплым, в нем слышалось ровно столько любопытства, чтобы оно звучало искренне. — Я как раз собирался представиться. Джордж заморгал, не зная, что ответить. — Шарль Леклер, — представился альфа, и его губы изогнулись в улыбке, которая могла вывести из себя любого, к кому бы она ни прикоснулась. — А ты… очаровательный. Глаза Джорджа сузились. — Почему? — Потому что ты первый омега, которого я увидел за пределами приюта. Первый, кого здесь кто-то увидел. Ты загадка, а я люблю загадки. Джордж откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Почему ты здесь сидишь? Улыбка Шарля не угасла. На самом деле, улыбка стала еще более обаятельной, нарочитой, той самой улыбкой, которая, вероятно, давала ему все, что он хотел. — Потому что для омеги опасно сидеть одному в комнате, полной альф, — тихо сказал Шарль почти игривым тоном. Джордж закатил глаза. — Я могу за себя постоять. Шарль усмехнулся, его глаза весело блеснули. — Я в этом не сомневаюсь. Но другие могут быть не столь убеждены. Прежде чем Джордж успел огрызнуться, раздался голос — резкий, недоверчивый. — Серьезно? Они оба обернулись. Даниэль Риккардо стоял, скрестив руки на груди, выражение его лица было чем-то средним между обидой и весельем. — Чарли, малыш, ты издеваешься надо мной, — сказал Даниэль, подходя к нему. — Я же говорил тебе, что сначала я познакомлюсь с ним. Шарль ухмыльнулся ему. — Тогда тебе следовало действовать быстрее, приятель. — Невероятно, — пробормотал Даниэль, бросив взгляд на Джорджа. — Не обращай на него внимания. Он просто пытается завоевать твое расположение. Джордж приподнял бровь. — А ты нет? Улыбка Даниэль стала шире, по-мальчишески яркой. — По крайней мере, я честен в этом. Шарль откинулся на спинку стула, наблюдая за ними с легкой усмешкой. — Похоже, у тебя есть выбор, Джордж. — Мне не нужны варианты, — пробормотал Джордж, резко вставая. Но прежде чем он успел сделать хоть шаг, за его спиной раздался знакомый голос. — Какого черта, по-твоему, ты делаешь? Джордж застыл, когда к нему подошел Ландо Норрис, засунув руки в карманы толстовки, слегка взъерошив кудри, словно он только что прибежал сюда бегом. Его проницательные карие глаза метались между Шарлем и Даниэлем, сузившись от раздражения. — Серьезно? Вы двое кружите вокруг него, как волки? — Ландо усмехнулся. — Трогательно. — Расслабься, Норрис, — спокойно произнес Шарль, все еще развалившись в кресле. — Мы просто разговаривали. — Разговаривали? Правда? — Ландо проигнорировал его, подошел ближе к Джорджу и небрежно обнял его за плечи. — Да ладно тебе, Рассел. Не слушай этих идиотов. Ты мой друг. Джордж моргнул, глядя на него. — Твой друг? — Да. Мой друг, — твердо сказал Ландо, сжимая его плечо, как будто это уже было фактом. — А это значит, что если кто и сделает тебя несчастным, так это я. Прежде чем Джордж успел возразить, Ландо усадил его обратно на место и плюхнулся рядом с ним. — А теперь садись. Ешь свою еду. И расскажи нам о себе. Джордж нахмурился. — Почему вы все вдруг так заинтересовались мной? — Потому что, — весело сказал Даниэль, наклоняясь вперед, — ты очарователен, Джорджи. Ты омега в этом мире — храбрый, безрассудный или и то, и другое? — И то, и другое, — пробормотал Шарль, подергивая губами. Джордж бросил на него сердитый взгляд. — Вы даже не знаете меня. — Поэтому мы и спрашиваем, — спокойно ответил Ландо. — Ну, давай же. Что с тобой такое, Рассел? Где ты вырос? Почему именно Монако? Почему именно этот университет? Джордж заколебался, его вилка замерла в воздухе. — Не отвечай, если не хочешь, — мягко сказал Даниэль, его легкая улыбка все еще была на месте, но в голосе не было обычной дразнящей нотки. Но Шарль внимательно изучал его, и Ландо, несмотря на всю свою напускную браваду, был необычайно спокоен. — Я вам ничего не должен, — решительно заявил Джордж. — Может, и нет, — сказал Ландо, снова смягчив тон. — Но нам любопытно. Джордж вздохнул и перевел взгляд с одного альфы на другого. Джордж все еще пытался понять, как получилось, что он оказался здесь — в окружении трех альф-полукровок, а рука Ландо все еще лениво лежала на его плече, как будто они были друзьями на всю жизнь. Он уже собирался оттолкнуть Ландо и броситься к двери, когда рядом появился кто-то еще. — Конечно, вы все здесь, — пробормотал Карлос Сайнс-младший, легко усаживаясь на сиденье рядом с Шарлем и прямо напротив Джорджа. Его темные глаза скользнули по группе, как будто он уже сожалел о своем решении. — Вы же не ожидали, что я сяду с Максом один, не так ли? Шарль, который уже развалился за столом, словно это был его стол, ухмыльнулся. — Почему бы и нет? Чеко тоже был бы там. Для тебя этого достаточно, не так ли? Карлос закатил глаза, явно не впечатленный, и отвернулся. — Я сегодня не в настроении играть с Максом. Джордж моргнул, глядя на него. — Подождите, вы избегаете Макса? За это он получил четыре пары удивленных глаз альф. — А ты шустрый, — поддразнил его Ландо с ухмылкой, наконец-то убирая руку, но оставаясь в неудобной близости. — Да. Карлос избегает большого и злого Ферстаппена, и, по-видимому, мы все решили вместо этого отдохнуть здесь с тобой. Джордж нахмурил брови, его взгляд метнулся к обычному столику Чистокровных. Он был пуст, тих и внушал страх, как покинутый трон. Теперь на него уставился весь кафетерий, по залу пронесся приглушенный шепот. Он чувствовал это: Каждая пара глаз прожигала его насквозь. Омега, сидящий рядом с четырьмя альфами. — Что, черт возьми, происходит? — пробормотал он себе под нос, проводя рукой по волосам. Карлос заметил, как напряглись его плечи, и — что удивительно — смягчился. — Я напугал тебя на днях, — внезапно сказал Карлос, его голос был тише и искреннее, чем раньше. — Когда я пригласил тебя на свидание. Джордж застыл, пораженный внезапным извинением. Губы Карлоса изогнулись в легкой улыбке — не в его обычной ухмылке, а в чем-то более мягком. — Это не входило в мои намерения. Ты не заслуживал такого давления. Я перешел все границы. Джордж моргнул, застигнутый врасплох этой переменой. — Ну… спасибо, наверное. — Не дай ему себя одурачить, — поддразнил Шарль. — Он говорит это только потому, что не хочет, чтобы Макс убил его, если ты проболтаешься. Карлос бросил на него взгляд, которым можно было резать стекло, но от Джорджа не ускользнуло, что улыбка Шарля слегка дрогнула, словно даже он не был уверен, как Макс отреагирует на все это. Джордж поерзал на стуле, остро ощущая, как каждая пара глаз в кафетерии прожигает в нем дыры. Как только Карлос сел, ему показалось, что из комнаты выкачали весь кислород. Он попытался сосредоточиться на еде, но это было невозможно из-за четырех альф, которые смотрели на него так, словно он был самым интересным существом, которое они когда-либо видели. — Итак, — протянул Ландо, подперев подбородок ладонью, его карие глаза искрились озорством. — Ты не убегаешь. Это… впечатляет. Большинство омег сбежали бы, как только появился один из нас, не говоря уже обо всех нас. — Я не такой, как большинство омег, — пробормотал Джордж, вонзая вилку в лист салата-латука с большей силой, чем это было необходимо. — Именно это, — вкрадчиво произнес Шарль, — и делает тебя интересным. Джордж бросил на него испепеляющий взгляд, который, казалось, только еще больше позабавил монегаскского альфу. — Расслабься, Джорджи, — сказал Даниэль с ухмылкой, барабаня пальцами по столу. — Мы не собираемся кусаться. — Затем его улыбка стала шире, резкой и дразнящей. — Ну… пока ты не попросишь. — Даниэль. — Голос Карлоса был ровным, предупреждающим. — Что? — Даниэль поднял руки с притворной невинностью. — Я просто поддерживаю разговор. Джордж закатил глаза. — Вы все такие утомительные. Это вызвало взрыв смеха у Ландо, который хлопнул его по спине. — Знаешь, я думаю, ты мне нравишься, Рассел. У тебя острый язык. — Рад, что смог развлечь, — невозмутимо произнес Джордж. Он потянулся за бутылкой с водой, но его рука замерла, когда он заметил, что Карлос наблюдает за ним. На этот раз на лице испанца не было обычной самодовольной ухмылки — оно было непроницаемым, слегка любопытным и почти… задумчивым. — Что? — Спросил Джордж резче, чем намеревался. Карлос моргнул, затем откинулся назад, пожав плечами. — Ничего. Просто пытаюсь понять тебя. — Ну и не надо. Губы Карлоса дрогнули, но он не стал настаивать. — Не обращай на него внимания, — беспечно сказал Шарль. — Он просто дуется, потому что ты отверг его на днях. — Шарль, — снова предупредил Карлос напряженным голосом. Но Джордж, к его удивлению, фыркнул. — Хорошо. Пусть дуется. Даниэль ухмыльнулся, явно наслаждаясь этим обменом репликами. — Ой, приятель. Он тебя раскусил. Карлос тяжело выдохнул и провел рукой по лицу. — Меня окружают одни идиоты. — Да, — бодро ответил Ландо, — но мы-то с вами идиоты. Джордж уставился на четверых, испытывая нечто среднее между недоумением и раздражением. Как же это он перестал избегать стола Чистокровных, как чумы… к тому, чтобы сидеть с наследниками-полукровками и быть объектом их поддразниваний и наводящих вопросов? И почему — почему — ему показалось, что весь кафетерий погрузился в молчание, наблюдая за происходящим? *** Джордж был в нескольких секундах от того, чтобы сорваться. Он не понимал, как допустил, чтобы все зашло так далеко — как он превратился из сидящего в одиночестве, мирно обедающего в наушниках, в человека, окруженного четырьмя альфами-полукровками, которые, казалось, были одержимы желанием тыкать в него пальцем, как будто он был каким-то редким животным, которое они обнаружили в дикой природе. — Ну же, Джорджи, — поддразнил Ландо, наклоняясь так близко, что их плечи соприкасались. — Не можешь же ты всерьез ненавидеть нас всех. — Я не испытываю к вам ненависти, — процедил Джордж, вонзая вилку в салат. — Вы просто… — Раздражаем? — предположил Шарль с очаровательной улыбкой. — Приводите в бешенство, — ответил Джордж, сверкнув глазами. Даниэль беззаботно рассмеялся. — Ты дерзкий. Мне это нравится — Конечно, нравится, — пробормотал Карлос себе под нос. Джордж швырнул вилку на стол, его терпение лопнуло, как натянутая проволока. — Вы все заводитесь от этого? Обращаетесь со мной, как с какой-то новой блестящей игрушкой, в которую можно тыкать? Но прежде чем кто-либо успел ответить, глубокий, угрожающий голос прорезал воздух, как лезвие ножа. — Что, черт возьми, здесь происходит? За столом мгновенно воцарилась тишина. Джордж замер, его сердце бешено заколотилось в груди, когда он обернулся и увидел Макса Ферстаппена, стоящего в нескольких футах от него, в его пронзительных голубых глазах полыхал огонь. Его челюсть была сжата, руки прижаты к бокам, словно он изо всех сил сдерживался, чтобы не взорваться. Рядом с ним стоял Чеко, который выглядел почти комично со слегка приоткрытым ртом, а его взгляд метался от Джорджа к полукровкам и обратно. — Макс… — начал Ландо, но предупреждение в глазах Макса заставило его замолчать. Джордж напрягся, когда взгляд Чистокровного Альфы остановился на нем, обжигающий и собственнический, заставивший его инстинкты омеги ощетиниться и свернуться калачиком одновременно. Но прежде чем Макс успел дать волю буре, которая явно назревала у него в груди, Шарль приподнял бровь и протянул: — Расслабься, Ферстаппен. Мы просто обедаем. — С ним? — Голос Макса был низким и угрожающим. — Да, — легко ответил Даниэль. — Он забавный. Тебе стоило бы как-нибудь поговорить с ним, вместо того чтобы хмуриться, как дракон, охраняющий свои сокровища. Глаза Макса опасно сузились, но, к удивлению Джорджа, Чеко положил руку ему на плечо. — Макс. — Тон Чеко был спокойным, почти умиротворяющим. — Сядь. Все в порядке Остальные пробормотали что-то в знак согласия. — В порядке? — Недоверчиво переспросил Макс. — Да, — сказал Карлос, многозначительно посмотрев на него. — Садись. Ты привлекаешь еще больше внимания, чем мы уже привлекли. Джордж моргнул. Подождите — это действительно происходит? После долгой напряженной паузы Макс резко выдохнул через нос и двинулся вперед. Его движения были точными, почти хищными, когда он опустился на свободное место рядом с Джорджем. — Хорошо, — наконец сказал Макс, и его голос был похож на низкое рычание. — Я сяду. Атмосфера мгновенно изменилась, прежняя игривая энергия сменилась тяжелым, потрескивающим напряжением, поскольку присутствие Макса сковывало весь стол. Пальцы Джорджа крепче сжали бутылку с водой, не зная, убежать или остаться. Макс, тем временем, не сводил с него глаз. Стул Макса тихо заскрипел по полу, когда он откинулся на спинку, лениво положив одну руку на спинку. Его острый взгляд ни на секунду не отрывался от Джорджа, изучая его, как головоломку, которую он был полон решимости разгадать. — Итак, — начал Макс тихим голосом, но в нем звучала неоспоримая властность, от которой воздух казался тяжелее, — почему именно здесь? Джордж удивленно уставился на него, застигнутый врасплох — Что? — Почему именно этот университет? — Уточнил Макс. — Омега, особенно парень, учится в государственном университете? Это… дерзко. — Его губы изогнулись в едва заметной ухмылке. — Или ты самоубийца. Ландо фыркнул, явно забавляясь. — Я же говорил, что он тебя не боится, Макс. Его, вероятно, даже не волнует репутация «большой и злой чистокровки». Джордж бросил на Ландо сердитый взгляд. — Я сижу прямо здесь, Норрис. Перестань вести себя так, будто это не так. Карлос усмехнулся себе под нос. — Ты храбрый парень, Рассел. Или безрассудный, — задумчиво произнес Шарль, взбалтывая воду в стакане. — Ты даже не пользуешься блокаторами запаха. Каждый альфа в этом здании может учуять тебя за милю. — Я не хочу пользоваться средствами, блокирующими запахи, — твердо заявил Джордж, скрестив руки на груди. — И я пришел сюда, потому что не хотел провести остаток своей жизни взаперти в доме, «защищенным», как какое-нибудь хрупкое стеклянное украшение. Даниэль ухмыльнулся. — Вот это правильный ответ. Он мне нравится. В голубых глазах Макса промелькнуло что-то опасное и нечитаемое. — Ты можешь пострадать из-за такого отношения, — сказал он мягко, почти предупреждающе. — Ты же понимаешь, что здесь есть люди, которые могли бы… — Пусть попробуют, — перебил Джордж, с неожиданным вызовом выдерживая взгляд Макса. На мгновение за столом воцарилась тишина. Затем Ландо громко рассмеялся. — Ты мне нравишься, Рассел. У тебя острый язык. Прежде чем Джордж успел возразить, в напряженной обстановке раздался голос: — Извини, Джордж, я опоздал! У этого профессора было… Оскар остановился как вкопанный, уставившись на сцену перед собой. Чистокровные — все до единого — сидели за их столом. Джордж встретил широко раскрытые глаза Оскара равнодушным взглядом, который говорил: «Даже не спрашивай». Ландо ухмыльнулся, как кот, поймавший мышь. — Оскар! Как раз вовремя. Пододвигай стул, приятель. Оскар нервно перевел взгляд на Джорджа, затем на Макса, затем снова на Джорджа. — Э-э-э… — Садись, — вздохнул Джордж, потирая виски. Затем он повернулся к Карлосу, сидевшему слева от него. — Подвинься. Оскар сидит здесь. Карлос удивленно приподнял бровь. — Меня увольняют? — Да, — без сомнения ответил Джордж. Карлос усмехнулся и встал, без возражений пересаживаясь на другой стул. Оскар скользнул на только что освободившийся стул, бросив Джорджу безмолвный вопрос: — Что, черт возьми, происходит? Джордж только снова вздохнул и пробормотал: — Не спрашивай. Ландо ухмыльнулся, перегнувшись через стол. — Похоже, твоя маленькая группа только что пополнилась, Рассел. Макс ничего не сказал. Он сидел тихо, но его напряженный взгляд все еще был прикован к Джорджу — как будто он пытался запечатлеть в своей памяти каждую реакцию омеги. После того, как Оскар сел, за столом воцарилась почти удушающая тишина. Джордж чувствовал, как семеро альф давят на него, их ароматы витали в воздухе, несмотря на шум в кафетерии. Наконец заговорил Чеко, его голос был ровным и вежливым. — Итак, Джордж, как тебе университет? Хорошо осваиваешься? Джордж моргнул, удивленный вопросом и его тоном. В нем не было ни высокомерия, ни насмешки, как он ожидал. На самом деле, это было… нормально. «По крайней мере, один из них в здравом уме» — с усмешкой подумал Джордж, взглянув на мексиканского альфу. — Я… приспосабливаюсь, — сказал он вслух. — Это нелегко, но я справлюсь. — Рад это слышать, — ответил Чеко с легкой, ободряющей улыбкой. Прежде чем Джордж успел расслабиться, Ландо перегнулся через стол, злобно ухмыляясь Оскару. — Итак, Оскар… Оскар тут же напрягся. — Не надо. — Почему? — Сказал Ландо, изображая невинность. — Я как раз собирался спросить, как продвигается твое маленькое увлечение Логаном. Глаза Джорджа расширились. — Подожди, что?! Оскар, сидевший напротив них, густо покраснел. — Ландо! Ландо откинул голову назад, смеясь. — Да ладно, это же очевидно. Ты пялился на него так, словно он последний пончик на полке. Оскар застонал и закрыл лицо руками. — Ты идиот. Даниэль хлопнул Оскара по спине. — Все в порядке, приятель. У тебя хороший вкус. Саржент — красавчик. — Даниэль! — Оскар зашипел, но его губы растянулись в легкой смущенной улыбке. Карлос ухмыльнулся. — Если вы двое в конце концов будете вместе, нам придется устроить для вас небольшую вечеринку. Джордж моргнул, когда за столом раздались поддразнивающие шутки и смех, и напряженная атмосфера понемногу разрядилась. Он не ожидал этого. Он не ожидал, что они будут вести себя как обычные молодые люди, а не как наводящие ужас наследники мафии, о которых его предупреждали. Но, несмотря на то, что остальные шутили и смеялись, одно оставалось неизменным. Глаза Макса Ферстаппена. Джордж чувствовал на себе пронзительный голубой взгляд Чистокровки — пристальный, неумолимый, прожигающий насквозь его защиту. Пока остальные смеялись, Макс откинулся на спинку стула, молчаливый и настороженный. Это был не просто хищный взгляд. Это было не просто любопытство. Макс словно запоминал его наизусть. Джордж с трудом сглотнул и быстро опустил взгляд на свою еду, накалывая ее вилкой. *** Джордж вздохнул с облегчением, когда вышел из душной столовой, свежий воздух в коридоре стал долгожданной передышкой от тяжести шести альф и их непрекращающегося подшучивания. Он крепче сжал сумку, решив добраться до своего общежития незамеченным. — Джордж. От этого низкого голоса у него по спине пробежали мурашки. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Макс Ферстаппен. Конечно. Джордж замедлил шаг, ровно настолько, чтобы Макс мог идти рядом с ним в ногу. Он оглянулся и увидел, как пронзительные голубые глаза пристально изучают его, на губах Макса заиграла едва заметная усмешка. — Чего ты хочешь? — Спросил Джордж резче, чем намеревался. Макс приподнял бровь. — Извиниться. Джордж моргнул. Этого… он не ожидал. — За что? — За поведение моих друзей, — спокойно ответил Макс. — Они могут быть… властными. Особенно Ландо. — Его губы скривились, словно он пытался сдержать смех. — Но им любопытно. Ты первый омега, которого они встретили. Джордж скрестил руки на груди, словно защищаясь. — Мне не нужны твои извинения, Ферстаппен. Я могу постоять за себя. — Я в этом не сомневаюсь, — тихо сказал Макс, его тон стал мягче, почти умоляющим. — Тем не менее. Я чувствовал, что это нужно сказать. Джордж фыркнул, не зная, как отнестись к такому поведению Макса. Они прошли несколько шагов в молчании, прежде чем Макс заговорил снова. — Ты свободен сегодня вечером? Джордж остановился на полпути и повернулся, чтобы посмотреть на него. — Почему спрашиваешь? Ухмылка Макса вернулась, на этот раз более резкая. — Я приглашаю тебя на ужин. Глаза Джорджа сузились. — Нет. — Нет? — Удивленно повторил Макс. — Ты даже не подумал об этом. — Мне не нужно об этом думать, — парировал Джордж. — Ответ — нет. Макс наклонил голову, его взгляд опасно сверкал, но не был злым. — Ты ранишь меня, милый. Я пытаюсь быть цивильным. Джордж нахмурился. — Тогда постарайся лучше. Макс издал низкий горловой смешок, и Джордж возненавидел себя за то, что от этого звука у него в животе стало горячо. — Хорошо, — сказал Макс, изображая поражение. — Не ужин. Как насчет кофе? Джордж заколебался. Он знал, что должен снова сказать «нет». Он знал, что это опасно. Но в глазах Макса было что-то — не хищное, пока нет — что-то такое, что казалось… другим. — …Хорошо, — пробормотал Джордж. — Кофе. Ухмылка Макса смягчилась и стала почти искренней. — Отлично. Я заеду за тобой в семь. Джордж ощетинился. — Я не говорил, что ты можешь… — В семь, — повторил Макс, отступая на шаг. — Не заставляй меня ждать, милый. И с этими словами он повернулся и зашагал по коридору, как будто не он только что заставил Джорджа согласиться. Джордж долго стоял как вкопанный, глядя вслед удаляющейся фигуре Макса. — …Черт возьми, — пробормотал он себе под нос. *** Ровно в семь за окном общежития Джорджа раздался глухой рокот. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы догадаться. Конечно, у Макса была машина, которая издавала звук, похожий на рев урагана. Он взглянул на себя в зеркало, раздраженный тем, что даже не проверил. Он наряжался не для этого. Макс Ферстаппен не заслуживал такого удовольствия. Тем не менее, он одернул свитер, схватил куртку и направился к выходу. И действительно, возле общежития, словно хищник, был припаркован обсидианово-черный Aston Martin Valkyrie. Изящная машина казалась скорее живой, чем механической, глянцевая краска отражала золотистый свет уличных фонарей. Макс небрежно прислонился к капоту, засунув руки в карманы, как будто не привлекал внимания всех в радиусе мили. Джордж сглотнул. Ошибка. Это было ошибкой. — Пунктуальный, — отметил Макс, когда Джордж приблизился. — Мне это нравится. — Я здесь только потому, что ты, вероятно, стал бы преследовать меня, если бы я не появился, — парировал Джордж, крепче сжимая сумку. Макс ухмыльнулся, отталкиваясь от машины. — «Преследовать» — это слишком сильно сказано. Я предпочитаю настойчивость. Джордж закатил глаза. — Кофе. Это все. Никакого запугивания мафией. Никаких странных игр с доминированием альфы. Только кофе. — Милый, я всегда веду себя наилучшим образом. Голос Макса понизился. — По крайней мере, когда дело касается тебя. Джордж отказался признать, что у него внутри все перевернулось. — Давай просто покончим с этим. — Очаровательно, — с улыбкой пробормотал Макс, открывая для него пассажирскую дверцу. — Я сам могу открыть себе двери, — проворчал Джордж, но все равно опустился на роскошное кожаное сиденье. Макс обошел машину и с непринужденной грацией уселся за руль. Двигатель заурчал, когда он тронулся с места, и Джордж поймал себя на том, что слишком пристально смотрит в окно, лишь бы не встречаться с ним взглядом. *** Кафе, которое выбрал Макс, оказалось совсем не таким, как ожидал Джордж. Оно не было кричащим и не было отделано золотом, как, по его представлениям, выбрал бы Чистокровный Альфа. Вместо этого это было маленькое уютное заведение, расположенное на тихой улочке, с теплым освещением и запахом жареных кофейных зерен, витающим в воздухе. — Это не то, что я себе представлял, — осторожно произнес Джордж, когда они вошли внутрь. — Дай угадаю, — вкрадчиво произнес Макс, — ты ожидал увидеть хрустальные люстры и официантов в смокингах? — Я ожидал, что ты не будешь пить кофе, как все мы, смертные. Это вызвало смешок Макса, когда они нашли кабинку в конце зала. — Садись, — просто сказал он, и, к досаде Джорджа, его инстинкты омеги потребовали повиновения. Он чопорно уселся напротив Макса, скрестив руки на груди. — Итак, какой у нас план, Ферстаппен? Ты пригласил меня выпить кофе, и что потом? Ты думаешь, я внезапно упаду в обморок? В голубых глазах Макса промелькнуло что-то опасное и веселое. — Нет. Я не хочу, чтобы ты падал в обморок. Я хочу узнать тебя получше. Джордж моргнул. Это… был не тот ответ, которого он ожидал. — Ты уже знаешь все, что тебе нужно знать, — резко ответил Джордж. — Я омега. Я редкий человек. Этого достаточно, чтобы твое чистокровное эго смогло справиться. Макс наклонил голову, и ухмылка его слегка смягчилась. — Ты думаешь, это все, что я вижу? Не так ли? Не совсем, Джордж Уильям Рассел. От звука его полного имени, произнесенного Максом, по спине Джорджа невольно пробежала дрожь. Ему не понравилось, что Макс заметил это. — Ты защищаешься, — тихо сказал Макс. — Это хорошо. Это значит, что ты сильный. — Перестань анализировать меня, как будто я какая-то головоломка. Макс наклонился вперед, опершись локтями о стол, и прожег взглядом Джорджа. — Но ты — загадка, милый. И я хочу разгадать каждый кусочек. У Джорджа перехватило дыхание, и на долю секунды он почувствовал, что это… заметили. Он быстро стряхнул это ощущение. — Ты невыносим, — пробормотал он, хватая меню, чтобы не смотреть мне в глаза. — И все же ты здесь. — Только потому, что ты не переставал меня доставать. Макс ухмыльнулся еще шире, откидываясь на спинку стула. — Все, что помогает тебе спать по ночам, Рассел. Подошел бариста с напитками — чаем для Джорджа и черным кофе для Макса — и на мгновение воцарилась благословенная тишина. Джордж не отрывал взгляда от своей чашки, рассеянно размешивая сахар. — Итак, — наконец произнес Джордж, нарушая тишину. — У тебя есть привычка приглашать людей выпить кофе? Или я просто особенный? Губы Макса изогнулись, на его лице заиграла сводящая с ума ухмылка. — Ты особенный, Джордж. Но нет, обычно я этого не делаю. — Действительно? — Джордж приподнял бровь. — Я бы подумал, что чистокровные альфы любят, когда омеги падают к их ногам. — Так и есть. — Макс небрежно отхлебнул кофе. — Но никто из них не похож на тебя. Джордж прищурился. — Ты преувеличиваешь, Ферстаппен. — Не так ли? — Макс наклонился вперед. — Ты первый омега, которого я встретил, который еще не сдался. Я нахожу это… опьяняющим. Джордж почувствовал, как по шее поползли мурашки, но постарался сохранить невозмутимое выражение лица. — Может быть, это потому, что я не заинтересован подчиняться кому бы то ни было. И меньше всего тебе. Макс издал низкий горловой смешок. — Это мы еще посмотрим. Джордж ощетинился, но быстро сменил тему. — Расскажи мне о своей семье. Большая и страшная мафия Ферстаппенов. Ухмылка Макса чуть померкла. — Зачем? — Потому что, если я сижу здесь и пью чай с так называемым наследником самой опасной семьи в Европе, я должен, по крайней мере, знать, с каким чудовищем имею дело. Макс медленно помешивал кофе, его глаза потемнели. — Мой отец научил меня всему, что касается власти. Контроль. Страх. Он вырастил меня идеальным наследником. — Это… весело, — сухо заметил Джордж. — Моя мать пыталась хоть как-то исправить нанесенный ущерб. Она такая же омега, как и ты. — Выражение лица Макс на мгновение смягчилось — всего на мгновение. — Однажды она сказала мне, что только омеги достаточно сильны, чтобы противостоять Чистокровным. Джордж удивленно моргнул. — Похоже, она была права, — пробормотал Макс. Джордж покачал головой. — Прекрати это делать. — Что делать? — Смотришь на меня так, словно я какой-то приз, который ты уже планируешь положить в свой сундук. Макс по-волчьи ухмыльнулся. — Ты бы потрясающе смотрелся в моем сундуке с трофеями, милый. Джордж застонал. — Это была ошибка. — Нет, — тихо сказал Макс. — Это был самый умный поступок, который ты совершил с тех пор, как попал сюда. Джордж уставился в окно, делая вид, что не замечает, как пальцы Макса барабанят по рулю в редком проявлении нетерпения. — Ты молчишь, — наконец сказал Макс. — Потому что я потратил все свои силы, сопротивляясь твоему обаянию, — невозмутимо ответил Джордж. Макс рассмеялся. — Я расцениваю это как прогресс. — Ты бы так и сделал. Когда они приблизились к общежитию, Джордж заговорил. — Знаешь, ты не такой страшный, как все говорят. Макс бросил на него взгляд, и его ухмылка вернулась. — Ты едва ли видел меня в худшем виде, дорогой. Не расслабляйся. Джордж встретился с ним взглядом. — Я тебя не боюсь. — Хорошо. — Голос Макса понизился, в нем послышалось что-то хищное. — Страх — это не то, чего я хочу от тебя в любом случае. Инстинкты омеги кричали Джорджу — беги или подчиняйся. Но он сжал кулаки на коленях, не выбирая ни того, ни другого. Макс затормозил перед общежитием и повернулся к нему. — Мне понравилось. — Я терпел это, — ответил Джордж, отстегивая ремень безопасности. — Скоро ты снова будешь это терпеть. — Не загадывай желание. Макс ухмыльнулся, глядя, как он уходит. — Спокойной ночи, Джордж. Джордж замешкался у двери, борясь с желанием оглянуться. Он не победил. Макс все еще наблюдал за ним, его глаза горели в темноте.