Hunted and Bound

Свет, проникавший сквозь занавески, был мягким, золотистым. Но Джордж не чувствовал тепла. Он проснулся от толчка, похожего на обрыв провода под напряжением. Его сердце бешено колотилось, дыхание было коротким и неглубоким. В комнате было тихо — ни звука голоса Макса, ни шагов, ни чьего-либо присутствия, нависшего над ним, как постоянный якорь. Его пальцы вцепились в простыни. — Макс? — его голос был хриплым. Тишина. Он сел слишком быстро. Его тело болело, в голове кружился туман. Но больше всего у него в груди образовался комок — что-то тяжелое, паническое и острое. Он снова оглядел комнату, ужас подступил к горлу. Была ли прошлая ночь сном? Нет. Его запах все еще витал на подушке Макса. Слабые следы этого заземляющего одеколона, оттенок специй и озона. Но боль в груди Джорджа усилилась. Где он был? Он уже наполовину выбрался из постели, когда дверь открылась. — Джордж! В голосе Алекса послышался прилив энергии. — Эй, эй, полегче, не падай в обморок снова, мои нервы этого не выдержат. Джордж растерянно заморгал, все еще затаив дыхание. — Где Макс? — спросил я. Алекс замер, улыбка слегка дрогнула. — Ему пришлось уйти. Ничего ужасного. Ладно, может быть, немного плохо. Дела в Интерполе. Но все в порядке, он оставил меня здесь. Значит, ты в безопасности. — Интерпол? — Глаза Джорджа расширились, страх пробился сквозь его замешательство. — Зачем— он сказал, что все уладил. С ним все в порядке? Зачем им… — Эй, эй, дыши, — вмешался Алекс, уже подходя ближе, подняв руки, как будто Джордж был испуганным оленем. — Не паникуй, Джо. Я обещаю, Макс знает, что делает. По сути, он запугивает их, ясно? Вероятно, напугал весь отдел, заставив подчиниться ему одним взглядом и этим ужасающим силуэтом. Джордж выдохнул, но напряжение в его плечах не спало. Алекс смягчился. Он подошел и нежно положил руки на плечи Джорджа, поддерживая его. — Посмотри на меня, — сказал он, его глаза были сосредоточенными и на удивление спокойными. — Ты в безопасности. Макс позаботился об этом. Он ушел только потому, что ему нужно было прекратить все, пока не стало еще хуже. Он не ушел просто так, Джордж. Он убедился, что я здесь. Джордж с трудом сглотнул. — А что, если они заберут его? — Они этого не сделают, — убежденно сказал Алекс. — И если они попытаются, я знаю, где Интерпол хранит их дурацкие файлы, и я знаю хакера, который может поджарить всю их сеть наблюдения ровно за три секунды. Джордж удивленно уставился на него. — Правда? — У меня интересное прошлое, — серьезно сказал Алекс. Затем добавил: — И очень хаотичное настоящее. Вопреки себе Джордж издал слабый смешок. Алекс просиял. — Вот тебе и смех. Ладно, давай. Ты не собираешься сидеть здесь, переживая. Я приготовил чай. — На самом деле я не хочу… — Он тайский, — самодовольно добавил Алекс. — И в нем достаточно имбиря, чтобы развеять твою тревогу. Джордж поколебался, затем, наконец, позволил Алексу осторожно поднять его на ноги. Они прошли в гостиную, где солнечный свет из окон падал на бархатные диваны и абсурдно дорогую мебель, о которой Джордж перестал расспрашивать. Чай уже был подан на низкий столик. Две кружки. Теплый. Ароматный. — Макс скоро вернется, — пообещал Алекс, протягивая Джорджу его чашку. — А до тех пор ты остаешься со мной. Джордж свернулся калачиком на подушках, медленно потягивая чай, тепло разливалось по его груди. — Спасибо, Алекс. Алекс улыбнулся, но затем его глаза озорно блеснули. — И еще. Ты проснулся как раз вовремя, чтобы услышать настоящие новости. Джордж уставился на него поверх края своей кружки. — …Что? Алекс наклонился, как будто собирался выложить секретную информацию. — Оскар и Логан переспали. Джордж чуть не поперхнулся. — Что?! — Ага. — Алекс выглядел так, словно ждал возможности сказать это все утро. -И я не имею в виду: «случайно задремали на одном диване». Я имею в виду, что они переспали в одной из гостевых комнат Макса. У Джорджа отвисла челюсть. — Ты серьезно?! — К сожалению, да, — серьезно ответил Алекс. — И знаешь, откуда я знаю? Потому что я был тем, кто застал их. — Нет, — в ужасе прошептал Джордж. — О да, — печально кивнула Алекс. — Я искал какой-нибудь увлажняющий крем. Открыл не ту дверь, и БУМ — Оскар прижал Логана к стенке, как будто это чертово соревнование. Они оба были полуголыми. Джордж закрыл лицо обеими руками, в равной степени охваченный ужасом и хриплым дыханием. — О боже мой, Алекс! — Я многое видел, Джордж. То, чего не должен был видеть. Логан подмигнул мне. Теперь Джордж всхлипывал от смеха, напряжение наконец спало. — Прекрати, прекрати — о боже, я сейчас упаду в обморок. — И у Оскара хватило наглости сказать: «Закрой дверь, приятель!» Как будто это я им помешал! Я здесь жертва! Джордж свернулся калачиком на подушках, тяжело дыша, остатки его паники растаяли под смехом, чаем и абсурдным голосом Алекса. Его щеки покраснели, но больше не от страха. Алекс ухмыльнулся ему. — Вот твоё сияние. С тобой все будет в порядке, Джорджи. Джордж потягивал чай, все еще тихо смеясь, и впервые за все утро действительно поверил в это. Настроение Джорджа поднялось, чай сотворил свое волшебство, а от рассказа Алекса о своей травме раны затянулись. Джордж полулежал на подушках, поджав под себя ноги, волосы все еще были немного растрепаны со сна. Алекс развалился, как кот, самодовольно потягивая чай, как будто это не он только что травмировал своего друга несколько минут назад. В пентхаусе было… светло. Тепло. Уютно. На этот раз Джордж не тонул под тяжестью всего. Это умиротворение длилось около тридцати секунд. Потому что дверь со скрипом приоткрылась — совсем чуть—чуть — и внутрь скользнула очень знакомая копна вьющихся волос и ухмылка, которая могла означать только неприятности. Ландо Норрис. Альфа-полукровка, во всей своей озорной, дерганой красе, заглянул в гостиную, как ребенок, пробирающийся на кухню в 2 часа ночи. Джордж заметил его и приподнял бровь. — Ландо? — Привет. — Ландо ухмыльнулся шире, продолжая стоять так, словно ждал, что его поймают. — Макс здесь? — Нет, — одновременно ответили Алекс и Джордж. Ухмылка Ландо стала злой. — Идеально. Алекс прищурился. — Что ты планируешь? Ландо вошел на цыпочках и театрально понизил голос, как будто они обсуждали государственную тайну. — Я собираюсь полностью разрушить настройки симулятора Макса. Например, поменять настройки установки, возиться с контролем тяги, может быть, даже перевести ее в безопасный режим, просто чтобы увидеть его лицо, когда он попытается завести егл… Джордж ахнул. — Ты собираешься трогать комнату с симуляторами Макса? — Осквернить её, — торжественно сказал Ландо. — Ландо, — невозмутимо произнес Алекс. — Это не просто симулятор. Это как… его церковь. Он молится там. — У этого человека откалиброванные настройки эмоций,— добавил Джордж, хихикая. — Грустный? Добавь больше напора. Злой? Прижимная сила ко всем чертям. — Травма? Отрегулируй давление в шинах, — добавил Алекс. Они хихикали, как школьники, когда Ландо плюхнулся на диван, перекинув ноги через подлокотник, ничуть не смущенный. — О, пожалуйста. Вы двое ведете себя так, будто не хотели с этим связываться. Я планировал переключить настройки экрана на португальский. Посмотрим, сколько времени ему понадобится, чтобы вернуть обратно. Джордж зажал рот рукой, его плечи затряслись от смеха. — Ты злой. — Мне скучно, — поправил Ландо. — Макс оставил меня без присмотра. Алекс отпил чаю и торжественно кивнул ему. — Это дело Макса. Ему виднее. Ландо огляделся, глаза его заблестели. — Ладно, теперь, когда я привлек ваше внимание, выкладывайте. Я слышал что-то о Логане и Оскаре и о скандале, связанном со спальней и плохим зрением Албона. Джордж застонал. — Ландо… Алекс театрально указал на Джорджа. — Он плакал десять минут назад. Теперь он снова представляет угрозу. Джордж ухмыльнулся, наклоняясь вперед. — Это правда. Оскар и Логан спали вместе. Ландо моргнул. — Типо… спали или спали? Алекс драматично уронил чайную ложечку. — С библейской точки зрения. Джордж хихикнул. Ландо запрокинул голову и взвыл от смеха. — О Боже. Алекс кивнул, выглядя обиженным. — Я вошел. Были звуки. Были движения. Я не в порядке. — Держу пари, Логан дал тебе пять, когда уходил, — поддразнил Джордж. — Он подмигнул! — Воскликнул Алекс. — Он подмигнул мне, Джордж. Я думал, что воспитал его лучше! Ландо лежал, свернувшись калачиком, и безудержно фыркал. — Мне нужно отправить им корзину с фруктами или что-нибудь в этом роде. «Поздравляю с потерей рассудка, пожалуйста, пощадите Алекса в следующий раз». Джордж закатил глаза и ткнул его локтем. — О заткнись. Ты тоже был достаточно безумен. — О? Например, когда? — Самодовольно спросил Ландо. — О, я даже не знаю, — сказал Джордж, небрежно потягивая чай. — Даниэль. Ландо замер. Выражение его лица дрогнуло, как стекло. Голова Алекса дернулась, как у акулы, почуявшей кровь. — О, нет. Не останавливайся сейчас, Джорджи. Джордж повернулся к Ландо с самым невинным выражением лица, на какое был способен. — Расскажи нам. Он был… хорош? Ландо застонал и уткнулся лицом в подушку. — Нет. Я ухожу. Я не могу быть здесь. — Да ладно тебе, — поддразнил Алекс. — Это месть за разоблачение Логана и Оскара? — спросил он. — Может быть, — сладко сказал Джордж. — Мне просто любопытно. Макс сказал, что ты тащишься по нему с пятнадцати лет. Алекс схватился за грудь. — О, точно! Фраза «Мы с ним просто друзья, но я также впадаю в панику, когда он касается моего плеча»! Джордж хихикнул. — Или «Я писал ему смс с пожеланием спокойной ночи каждый день в течение трех лет и плакал, когда он ни разу не ответил». — Песни! — Алекс закричал. — Помнишь плейлист Даниэль? — Не смей, — пробормотал Ландо с подушки. Но Джордж уже напевал ее. — «Ты — мед в моем чае, буква «Л» в моем сне» — Хватит! Алекс со смехом рухнул на ковер, стуча рукой по полу. Ландо вскинул голову с растрепанными волосами. — Вы все злые. Джордж самодовольно наклонился к ней. — Он называет тебя Лан, не так ли? Ландо покраснел. — Это просто прозвище! — О нет, — сказал Алекс, широко раскрыв глаза. — С тобой покончено. Вы связаны душой. — Мы даже не встречаемся! Джордж бросил на него взгляд. — Верно. Итак, вы просто спите вместе, у вас засосы после секса, и вы краснеете каждый раз, когда он называет тебя «дорогой». Совершенно не встречаетесь. Алекс вытер слезу с глаза. — Мне нужно это записать. Я снимаю документальный фильм. Ландо и Даниэль: Запретная любовь. Джордж поднял чашку с чаем. — За нашего павшего солдата. Ландо снова застонал, но в уголках его губ заиграла улыбка. — Вы двое хуже всех. — И ты любишь нас, — самодовольно сказал Джордж. Ландо вздохнул и откинулся на подушки. — Да. Они все посидели там некоторое время, потягивая чай и фыркая над творящимся хаосом. От этого смеха в груди Джорджа снова стало легко, страх и растерянность этого дня медленно смывались слоями. И когда он взглянул на двух идиотов рядом с ним — своих друзей, своих людей, — Джордж понял, что он не один. Они у него были. У него был Макс. И может быть, только может быть, с ним все будет в порядке. *** Они все еще пребывали в приступах смеха после последнего раунда поддразниваний, когда Алекс внезапно замолчал. В этом не было ничего драматичного — никакой зловещей тишины или чего—то в этом роде, — но Джордж сразу это заметил. — Алекс? — переспросил он, подозрительно прищурившись. — У тебя такой взгляд. Алекс моргнул. — Какой взгляд? — Такой взгляд бывает, когда ты собираешься признаться в чем-то, в чем не хочешь признаваться, — сказал Джордж, выпрямляясь. — Как в тот раз, когда ты случайно заказал убийство Логана, потому что неправильно понял сообщение Карлоса. Ландо оживился. — Подожди, что? Алекс застонал, проводя рукой по волосам. — Ладно, слушай. Но ты должен пообещать, что не будешь кричать. Джордж подался вперед, как гоблин. — Именно это говорят перед тем, как сбросить бомбу. Ландо прищурился. — Это из-за Карлоса? Алекс замер. Джордж и Ландо застыли. — Ты маленький предатель, — прошептал Джордж, наполовину шокированный, наполовину испуганный и совершенно заинтригованный. Алекс поморщился. — Ладно, это не было запланировано, ясно? Мы оба были напряжены и пьяны, и мы просто поцеловались и… — Ты целовался с Карлосом?! — Голос Ландо треснул, как стекло. — БОЖЕ МОЙ. Я ЗНАЛ ЭТО. Я ЗНАЛ, ЧТО МЕЖДУ НИМИ ЧТО-ТО ЕСТЬ! У Джорджа был такой вид, словно ему только что вручили выигрышный лотерейный билет и сказали, что это еще и машина времени. — Назад. Сделайте резервную копию. Начните с самого начала. Что, черт, ты имеешь в виду вы с Карлосом целовались?! Алекс всплеснул руками. — Это был всего лишь один поцелуй! Он был пьян! Я паниковал из-за тебя, Джордж. Ты просто — ушел. С Максом. И никто не знал, что происходит, или все ли с тобой в порядке, или он навредил тебе, и я не мог ничего сделать. Я начинал сходить с ума. А Карлос… Ландо рухнул на пол, дрыгая ногами в воздухе и воя. — КАРЛОС. Тот самый Карлос, который говорит о тебе так, словно ты затмил луну. Боже мой. Боже мой. — Дай ему закончить! — Джордж зашипел, округлив глаза от восторга. Алекс потер лицо, снова застонав. — Он пытался меня успокоить. Сказал, что может попытаться получить информацию. Что он поговорит с Чеко, может быть, даже войдет в ближний круг Макса, если мы сможем продолжать притворяться просто приятелями. Я пил. Он пил. Я плакал. Он обнимал меня. Это просто случилось. — Ты целовался с Карлосом Сайнсом, — медленно произнес Джордж, как будто пытаясь понять квантовую физику. — Тот самый Карлос, который угрожает людям из-за меня в групповом чате. Тот самый Карлос, который вздрагивает, если я хотя бы слегка расстроен. Алекс выглядел несчастным. — Да. Ландо прохрипел, лицо его покраснело от смеха. — Ладно. Подожди. Подожди. Позвольте мне прояснить ситуацию. Он сел, улыбаясь так широко, что это выглядело болезненно. — Во—первых, у Макса Ферстаппена — Короля убийств с пустыми глазами и разбитого сердца — появилось сердце. Джордж со стоном закрыл лицо руками. — О боже, пожалуйста, не включай это в список. — Тогда я, Ландо Норрис, эмоциональное потрясение, начал спать с Даниэлем и теперь я краснею, когда он говорит мое имя. Джордж хихикнул. — Совершенно верно. — А теперь, — Ландо обвиняюще указал на Алекса, — самый уравновешенный, спокойный: «У меня есть этот парень» Бета группы — ЦЕЛУЕТСЯ С КАРЛОСОМ «Я дерусь с федералами для удовольствия» САЙНСОМ?! Алекс выглядел так, словно хотел, чтобы земля разверзлась и поглотила его целиком. — Это был один поцелуй! — Это было все,— прошептал Джордж, неудержимо хихикая. Ландо драматично плюхнулся обратно на пол. — Конец света. Любовь реальна. Я больше не знаю, кто я такой. Джордж вытер слезу с глаза от сильного смеха. — Мы все распадаемся. Они сидели после шторма — недопитый чай, сдвинутые подушки, энергия в комнате все еще искрилась хаосом и теплом. Алекс, который снова немного притих, посмотрел на Джорджа. — Знаешь, … это отчасти твоя вина. Джордж моргнул. — Что? — Это. Все это, — сказал Алекс, указывая вокруг. — Ты все изменил. Ландо выпрямился, теперь более серьезный. — Он прав. Ты с Максом — это как… Я не знаю. Ты щелкнул выключателем во вселенной. Джордж нахмурился, сбитый с толку. — Я ничего не сделал. — Ты заставил Макса заботиться, — тихо сказал Алекс. — Ты заставил его защищать кого-то, кроме себя. Это… грандиозно. Ландо кивнул. — И ты заставил всех нас посмотреть друг на друга и понять, что мы больше не можем притворяться, что не связаны. Мы не просто компания друзей, которые тусуются и выживают в этом мире. Мы… стая. Джордж ошеломленно моргнул. Алекс слегка улыбнулась ему. — Мы просто хотим, чтобы ты был в безопасности, Джо, в тебе есть что—то особенное — как будто ты даже не знаешь, насколько ты важен. Горло Джорджа сжалось, сердце слишком громко застучало в груди. Поддразнивание исчезло, сменившись чем-то более тяжелым, чем-то теплым. Чем-то настоящее. — Я не хотел ничего менять, — прошептал Джордж. — Но ты это сделал, — мягко сказал Ландо. — Спасибо за это. Алекс поднял чашку с чаем. — За нашего Джорджа. Случайная революция. Джордж фыркнул от смеха, глаза его затуманились, и он снова поднял чашку с чаем. — За мой уголок хаоса. Они чокнулись кружками. В тот момент — окруженный смехом, секретами и слишком большим количеством эмоций для одной комнаты — Джордж почувствовал это. Утешение любви. Хаос в семье. Тихая, неоспоримая правда… Он больше не был один. *** Они все еще бездельничали в комнате Джорджа, хаос, царивший ранее, начал переходить в более спокойный вид беспорядка. Алекс копался в телефоне, Джордж с довольным вздохом завернулся в одеяло, а Ландо— ну, Ландо не успокоился. Даже близко нет. — О’кей, — громко объявил Ландо, снова плюхаясь на пол, как король драмы. — Мне нужно сорвать куш. Джордж оглянулся, приподняв бровь. — Тебе сегодня нужно было выбрать что-то вроде… шести костей. Это седьмая? — Нет, это важно, — сказал Ландо, выпрямляясь с напряженностью человека, которого только что обидела сама жизнь. — У вас, ребята, есть групповой чат. Без меня. Алекс не отрывал взгляда от телефона. — Да. «Уголок хаоса». Ты всегда был против него. — Что, черт возьми, это вообще значит? — Ландо зашипел. Джордж, явно пытаясь не рассмеяться, перекатился на бок. — Это значит, что ты всегда был нашим злодеем, а не частью команды. — Я и есть хаос! — Нет, ты тот человек, который входит и поджигает вещи, пока мы пытаемся их потушить, — спокойно ответил Алекс. Ландо ахнул, схватившись за сердце. — Вау. Ладно. Предательство. Я думал, мы растем вместе. Связь. Преображение. — Ты говоришь так, словно это эволюция покемонов, — невозмутимо заметил Джордж. — Это так! Ты и Макс! Я и Даниэль! Алекс и… ну, ладно, Алекс и Карлос — это скорее… второстепенный сюжет, но все же. — Он указал на каждого из них по очереди. — Мы буквально находимся на стадии развития наших персонажей. Алекс фыркнул. — Меня сейчас вырвет. Джордж улыбнулся, прикрывшись рукой, но Ландо еще не закончил. — Во всяком случае, — Ландо сказал, встав и схватив Джорджа телефон с постели, прежде чем любой из них мог остановить его, — я добавляю себя в «Уголок хаоса», нравится вам это или нет. Джордж бросился к нему. — Ты настоящий гремлин, отдай! — Нет. Слишком поздно. Я пишу Оскару и Логану прямо сейчас. — Ландо увернулся от него, быстро печатая и рассказывая. — Привет, малышки, это ваш новый папа. Теперь я официально участвую в групповом чате. Не за что. Алекс просто уставился на него. — Ты не просто назвал себя их отцом. — Я так и сделал, — самодовольно сказал Ландо. — Потому что этой группе нужен смелый, блестящий, сексуальный альфа, который… Джордж удачно запустил ему в лицо подушкой. Секунду спустя телефон Джорджа загудел от входящих сообщений, и Алекс оглянулся через плечо. Логан: НЕЕЕЕТ, КТО ВПУСТИЛ СЮДА ТРОЛЛЯ ХАОСА Оскар: Если это Ландо, я звоню в Интерпол. Еще раз. Ландо: Пристегнитесь, котята хаоса. Я прибыл. Джордж: Я этого не одобрял. Алекс: Он украл телефон Джорджа и взломал дверь. Как енот. Логан: Он представляет угрозу. Оскар: Теперь он НАША угроза. Ландо победоносно ухмыльнулся. — Видишь? Даже Оскар принимает меня. Джордж только застонал и откинулся на подушки. — Что мы наделали. Алекс недоверчиво уставился на экран. «Этот групповой чат только что превратился из хаотично-нейтрального в хаотично-анархистский ровно за две минуты. Ландо поклонился. — Не за что. С этого момента «Уголок хаоса» зазвучали громче, безудержнее и гораздо опаснее — с Ландо Норрисом, который официально, бесповоротно и агрессивно влился в динамику группы. Групповой чат уже никогда не будет прежним. И, честно говоря, никто из них не хотел бы, чтобы было по-другому. *** Солнце только что опустилось за горизонт Монако, отбрасывая оранжевые и фиолетовые блики на окна пентхауса. Золотистый свет лился в гостиную, окрашивая половицы в тепло и полумрак. Макс вошел, дверь с мягким завершающим щелчком закрылась за ним. Его шаги были медленными, размеренными, но тяжелыми от всего, что произошло. Интерпол. Семейное собрание. Угрозы, насилие, выбор, сделанный от его имени и от имени Джорджа. Он уронил свою сумку у двери. А потом… Он услышал смех. Он инстинктивно нахмурил брови. Звук был слишком легким, слишком громким для дома, который, как предполагалось, восстанавливался после аварии. Он бесшумно двинулся по коридору, следуя на голоса, пока не завернул за угол… И остановился. Там, растянувшись на плюшевом ковре гостиной, сидел, скрестив ноги и без рубашки, Ландо, возясь с какой-то частью симулятора Макса. Алекс лежал на диване, свесив одну ногу сбоку, и листал планшет Джорджа, как свой собственный. А посередине, с лицом, освещенным светом лампы, и раскрасневшимися от счастья щеками, сидел Джордж. Завернутый в одеяло. Смеющийся. Ясноглазый и мягкий, как будто ничто в мире никогда не причиняло ему боли. Сердце Макса сжалось. Все три головы повернулись, услышав его шаги. — Макс! — Джордж сразу оживился, сев прямее. Радость на его лице не была ни нерешительной, ни осторожной. Она была искренней. Открытой. Яркой. — Ты вернулся! Ландо, с другой стороны, тут же замер на полуслове, оцепенев, как ребенок, которого застали за рисованием на стене. Алекс медленно, понимающе посмотрел на Макса. — Ваше величество, — сухо произнес он, шутливо отдавая честь. Макс моргнул, ошеломленный этой сценой, затем немедленно шагнул вперед, обошел всех и опустился на колени рядом с Джорджем. Одна рука коснулась щеки Джорджа. Другой обхватил его за спину. — Ты в порядке? — Прошептал Макс низким и напряженным голосом, сканируя его глазами в поисках любых признаков беспокойства. — Алекс звонил — сказал, что у тебя нервный срыв. Я сразу же вернулся. Джордж растаял от прикосновения и прильнул к руке Макс. — Теперь я в порядке. Тебе не нужно было спешить… — Мне всегда приходится спешить, если речь идет о тебе, — пробормотал Макс. Затем, прежде чем Джордж успел ответить, он заключил его в объятия — крепко обхватив руками меньшего омегу, прижимая Джорджа к своей груди, как будто ему нужно было почувствовать его сердцебиение, просто чтобы убедиться, что он настоящий. Джордж издал тихий удивленный звук и обнял Макса в ответ, крепко обхватив руками за талию. Они постояли так мгновение, Джордж вдыхал знакомый запах Макса — кожи, власти и чего—то вроде сосны и огня, — а Макс заземлился в тепле Джорджа. Затем Макс поднял глаза, его защитные инстинкты сработали в ту секунду, когда он вспомнил, кто еще был в комнате. Его взгляд остановился на Ландо. Его тон понизился, став холодным и прямым. — Какого черта он здесь делает? Ландо моргнул. — Уххх… — Я пригласил его, — быстро сказал Джордж, нежно касаясь руки Макса. — Они с Алексом составили мне компанию. Мне это было нужно. Я хотел, чтобы они были здесь. Губы Макса дрогнули в едва скрываемой гримасе. — Ландо не умеет сидеть на месте. — Эй, — запротестовал Ландо, глубоко оскорбленный. — Я в восторге. — Ты обуза, — огрызнулся Макс. — Макс, — тихо позвал Джордж, и этого было достаточно. Голова Макса снова повернулась к нему. Его челюсть разжалась. Джордж терпеливо улыбнулся ему, даже когда он прижался ближе. — Пожалуйста, позволь им остаться. Макс выдохнул, долго и медленно, потирая переносицу одной рукой. Ему не нравилось, что кто-то был рядом с Джорджем, особенно после того, что случилось с его семьей. Но Джордж выглядел спокойнее, чем когда-либо за последние дни. В безопасности. Счастлив. — …Прекрасно, — пробормотал Макс. — Но я клянусь, Ландо, если ты испортишь мой симулятор, я прикончу тебя. — Я тебя не боюсь, — солгал Ландо, все равно отодвигаясь немного дальше от оборудования. — И ты, — Макс указал на Алекса. — Ты должен был присматривать за ним. А не устраивать вечеринку с ночевкой. Алекс пожал плечами. — Сейчас с ним все в порядке. Видел бы ты его раньше — мы пили чай, сплетничали, высмеивали твои навыки свиданий… — Я слышал, что у тебя травма, — сказал Макс, прищурив глаза. Алекс моргнул. Джордж тут же загорелся. — ТАК И ЕСТЬ! Он зашел к Оскару и Логану! Макс резко повернулся к Джорджу. —Что…? — НЕТ, — крикнул Алекс, вставая и бросая планшет на диван. — Мы НЕ собираемся возвращаться в тот кошмар. Ни в коем случае. Джордж рассмеялся — по-настоящему, так, что это вырвалось из его груди и заставило взгляд Макса снова смягчиться. Он встал, руки Макс легли ему на талию, словно пытаясь поддержать его, не раздумывая. Их взгляды встретились. Макс протянул руку и снова обхватил лицо Джорджа, понизив голос. — Я имел в виду то, что сказал твоей семье. Улыбка Джорджа дрогнула, но взгляд оставался твердым. — Что ты сказал? Макс провел большим пальцем по своей скуле. — Что я буду защищать тебя. Всегда. Джордж ничего не ответил. Вместо этого он наклонился вперед, прижавшись лбом ко лбу Макса. И это было все, что нужно Максу. С наступлением ночи пентхаус снова наполнился смехом, язвительностью, уютом. Макс по—прежнему наблюдал за Джорджем как ястреб — острым взглядом, отслеживая каждое движение и вздох, как будто он привык к присутствию омеги, — но теперь он был мягче. Спокойнее. Потому что Джордж был здесь. И в безопасности. И, может быть, только может быть, счастливым тоже. И это было больше, чем Макс Ферстаппен когда-либо думал, что он достоин. *** В пентхаусе наконец установилась редкая тишина. Закат перешел в сумерки, отбрасывая глубокие тени цвета индиго на окна, город за окном сверкал, как звездное поле. Джордж свернулся калачиком на диване, все еще обернув ноги одеялом, и наблюдал, как Макс листает свой планшет, сидя напротив него. Алекс развалился, как кошка, на подлокотнике, подбрасывая подушку вверх-вниз. Ландо лежал на боку. Джордж огляделся, и на секунду его грудь наполнило что-то нежное. Это. Это казалось нормальным. Казалось, что такого вечера у него никогда не было в детстве — полного людей, шума и тепла. Вот почему мягким, но очень твердым голосом он объявил: — Я хочу поужинать. Вместе. Типа… всем вместе. Макс оторвал взгляд от планшета, моргая. — Чего ты хочешь? Джордж выпрямился. — Ужин. Как настоящий. За столом. С друзьями. Смех. Столовые приборы. Все это. Ландо тут же ухмыльнулся. — О, черт возьми, да, я в деле. Алекс оживился. — Мы можем позвонить Логану и Оскару? У меня такое чувство, что они страдают молча. Или ведут себя безрассудно. Или и то, и другое. — И то, и другое, — торжественно кивнул Джордж. Ухмылка Ландо стала озорной. — Я хочу, чтобы Даниэль тоже был тут. Не хочу быть третьим лишним. Макс тихо вздохнул, потирая лоб, как будто они физически истощали его. — У меня встреча с Чеко сегодня вечером. — Круто, — прощебетал Ландо. — Пригласи и его тоже. Макс сделал паузу. — Это не… Алекс добавил: — Шарлю, наверное, скучно. И Карлосу. Позвони им тоже. — Ни в коем случае, — невозмутимо ответил Макс. Джордж обратил свои большие, как океан, глаза на Макса. — Пожалуйста? Макс открыл рот, вероятно, собираясь сказать твердое и абсолютное нет, но один взгляд на Джорджа и… Воздух покинул его легкие. Его плечи обреченно опустились. — …Ладно. Но если Шарль снова начнет говорить о сексе, я ухожу. — Нет, ты этого не сделаешь, — ласково сказал Джордж. — Ты будешь сидеть здесь и страдать, как все мы. Ландо ухмыльнулся, как дьявол. — Подожди, мы на самом деле это сделаем? Как званый ужин с участием Ферстаппена, приуроченный к мафии? Алекс достал телефон. — Я создаю групповой чат. Джордж улыбнулся в свою кружку, скрывая волнение. — Давайте позовем Логана, Оскара, Дэниела, Чеко, Шарля и Карлоса. — Я позвоню Даниэлю, — немедленно предложил Ландо, уже открывая свой телефон. — Ты просто хочешь услышать его голос, — поддразнил Алекс. — А ты не хочешь послушать Карлоса? — Ландо выпалил в ответ. Алекс покраснел. — Это было всего один раз. Макс, наполовину отправив сообщение Чеко, застонал. — Я сожалею о каждом решении, которое когда-либо принимал. Джордж наклонился, положив голову на плечо Макса. — Даже обо мне? Губы Макса дрогнули. — Нет, — пробормотал он и поцеловал Джордж в макушку. — Особенно о тебе. Джордж просиял, его глаза заблестели. — Тогда это свидание. И пока остальные спорили о том, кто принесет десерт и можно ли доверить Шарлю вино, Макс просто откинулся назад и наблюдал — его руки обнимали Джорджа, в гостиной царил хаос, а вокруг него расцветали зачатки чего-то опасно близкого к счастью. *** К тому времени, когда начали прибывать гости, поместье Ферстаппена было залито мягким светом. Длинный обеденный стол был накрыт прислугой Макса — роскошный, но все еще теплый, с мерцающими свечами, элегантными столовыми приборами и большим количеством вина, что, вероятно, было необходимо. Мраморные полы отдавались эхом от шагов, смеха и общего гула ночи, которая обещала либо прекрасные воспоминания, либо абсолютный хаос. Джордж был в коридоре, босой и уже немного перевозбужденный, выглядывая из-за углов, как щенок, ожидающий парада. Он практически дрожал, когда Алекс объявил: «Гости прибывают». — О боже мой. — Джордж повернулся к Максу с безумными глазами. — Будь честен со мной прямо сейчас. Макс приподнял бровь. — О чем? — Логан и Оскар. Они что-то сделали, не так ли? Я хочу ответов. Я заслуживаю ответов. Я страдал молча. Макс, как всегда невозмутимый, в темной рубашке с закатанными рукавами, просто потягивал виски. — Тебе следует спросить у них. Я тебя поддержу. — Ты сделаешь это? — Они заставили меня часами слушать, как ты плачешь и разливаешь чай. Теперь я увлечен. Джордж прищурился. — Тебе это понравилось. Макс не стал этого отрицать. Первый стук эхом разнесся по вестибюлю. Алейкс открыл дверь, и вошли Логан и Оскар, бок о бок — оба выглядели подозрительно собранными. Джордж не стал терять ни секунды. — Что именно между вами двумя произошло? Логан моргнул. — Привет, Джордж. Я тоже рад тебя видеть. Оскар выглядел слегка испуганным. — Мы принесли вино? Джордж скрестил руки на груди. — Вино не стирает травму. Логан застонал. — Алекс сказал тебе… — Конечно, я так и сделал, — сказал Алекс, выходя из коридора, как будто это был выход из мыльной оперы. — Ты травмировал меня. Оскар спрятался за бутылкой вина. — Мы думали, ты спишь! Макс, теперь небрежно прислонившийся к стене, кивнул Джорджу. — Продолжай. Логан уставился на Макс. — Ты поощряешь это? — Он моя пара, — просто сказал Макс. — Я заинтересован в его хаосе. — Мы даже не сделали ничего такого, — пробормотал Оскар. — Ты буквально был на середине процесса! — Огрызнулся Алекс. У Джорджа отвисла челюсть. — ТЫ ЧТО… Входная дверь снова милосердно открылась, нарушив хаос. Карлос вошел первым, совершенно непринужденно — пока не увидел Алекса. Алекс, сделавший глоток газированной воды на середине, сильно поперхнулся. Карлос замер. Алекс выронил бокал. Ландо, вошедший вслед за Карлосом, взглянул на них обоих и захихикал, как гиена. — Боже мой, — выдохнул Ландо. — Вы целовались! Вы действительно целовались! — Мы были пьяны! — Рявкнул Алекс с пылающим лицом. Карлос смотрел куда угодно, только не на него. — Это ничего не значило… Я имею в виду… Джордж ахнул. — Так всегда говорят, прежде чем это во что-то превращается! Алекс яростно ткнул пальцем. — Не веди себя так, будто ты не влюблен в Даниэля! Словно по зову, дверь снова открылась, и вошел Даниэль Риккардо. Ландо издал недостойный вопль и бросился на него, как золотистый ретривер, в объятия Даниэля. Даниэль поймал его, смеясь: — И тебе привет, солнышко — Я так скучал по тебе, прошло несколько часов, — заскулил Ландо. — Я так скучал по тебе. Макс бросил на Шарля долгий взгляд, когда Шарль и Чеко вошли следом за Даниэлем. Шарль бросил взгляд на царящий хаос, искоса взглянул на Алекса и Карлоса, затем увидел, как Ландо обвил обеими ногами талию Даниэля, как осьминог. Он вздохнул. — Мне следовало остаться в постели. Чеко пробормотал: — Надо было симулировать грипп. Джордж повернулся к ним, невинно улыбаясь. — Разве вы оба не рады, что пришли? — Нет, — сказали они в унисон. — Вам понравится, — пообещал Джордж, затягивая их внутрь. — Здесь есть драма, неразрешенное романтическое напряжение и возможность физического насилия. Шарль моргнул. — Это ужин или реалити-шоу? — Немного того и другого, — ответил Макс. Карлос и Алекс сидели на противоположных концах стола, оба притворяясь, что помнят только поцелуй. Ландо и Даниэль каким-то образом прижались друг к другу на одном стуле, а Логан и Оскар все еще нервно поглядывали на Джорджа, который обещал сменить тему. Макс оглядел свою столовую, полную друзей его пары и их нелепой, нелепой энергии. А потом на Джорджа — сияющего, смеющегося, прыгающего между сиденьями и бросающего хлебные палочки, как оружие Макс вздохнул. — Я должен был позволить Интерполу схватить меня. Джордж подошел, обхватил лицо Макса ладонями и поцеловал в щеку. — Тебе это нравится. Макс не улыбнулся, но его рука легла Джорджу на талию. — Я действительно должен был, — пробормотал он. И под звон бокалов с вином, оскорбления между Логаном и Алексом, Ландо ворует еду у всех с тарелок, а Джордж кидается салфетками в Карлоса и Оскара, вечер начался. Ужин в поместье Ферстаппенов никогда не будет нормальным. Но Джордж начинал чувствовать себя здесь как дома. *** Длинный стол из темного дуба был полон — слишком, по мнению Макса. Персоналу его кухни пришлось принести дополнительные стулья, и все же Ландо каким-то образом оказался наполовину на коленях Даниэля, наполовину на подлокотнике кресла, обитого бархатом. В центре стояли тарелки с едой — жареное мясо, дымящиеся макароны, овощи-гриль и нежная выпечка, которую Джордж заказал ранее на неделе. Все началось цивильно. Наверное, на всего три минуты. Джордж, сияющий в теплом свете ламп, сидел рядом с Максом, аккуратно поджав под себя ноги, потягивал сок и разглядывал всех, как судья, собирающийся начать финальный раунд соревнований. — Я собираюсь сказать это еще раз, — сказал Джордж, целеустремленно ставя свой бокал. — Если я не узнаю точно, что произошло между Оскаром и Логаном, я взорвусь. — Джордж! — Оскар взвизгнул. — Нет, нет, это действительно так, — вмешался Ландо, накалывая на вилку кусочек курицы. — Мы страдали от расплывчатых упоминаний и подозрительных взглядов в течение недель. — Я буквально налетел на них, — драматично сказал Алекс с другой стороны. — Ты знаешь, насколько это психологически разрушительно? — Здесь ты не жертва! — Логан застонал, закрыв лицо руками. Макс молча нарезал стейк, потягивая красное вино и наблюдая за всем этим с видом короля мафии, посещающего цирк, который он случайно купил. — Мы не делали ничего плохого, — слабым голосом произнес Оскар. — Ты был внутри него! — Алекс взвизгнул. — Мне не нужно было описание, — закричал Джордж, закрывая уши. — Ты сам спросил! — крикнул Оскар в ответ. — Хорошо, — спокойно сказал Даниэль с набитым ризотто ртом. — Я только что пришел сюда и уже сожалею о каждом жизненном решении, которое привело меня к этому столу. — Ландо умолял тебя приехать, — напомнил Джордж. — Я не умолял… — Ты использовала слова «Пожалуйста, детка, я скучаю по твоим объятиям», — сухо сказал Даниэль. Карлос, сидевший напротив, яростно вгрызался в еду, не глядя на Алекса. Что Джордж определенно заметил. Он прищурился. — Итак. Алекс. — Неа, — сказал Алекс. — Карлос. Карлос кашлянул. — Я ем. — Вы двое действительно целовались или у Алекса были галлюцинации из-за травмы? — Хотел бы я, чтобы у меня были галлюцинации, — пробормотал Алекс. — Я же говорил тебе! — Воскликнул Ландо. — Я знал, что что-то случилось. У меня чутье на сексуальное напряжение. — Я поцеловал его, потому что у меня был стресс! — Алекс закричал, покраснев. — И я позволил этому случиться, потому что был пьян! — Защищался Карлос. — Ты позволил этому случиться? — Джордж моргнул. — Ладно, давайте все сделаем коллективный вдох, — вмешался Чеко, массируя висок. — Согласен, — вздохнул Шарль. — Давайте все заткнемся на пять секунд. — Я не заткнусь, — весело сказал Джордж. — Нет, пока Ландо и Даниэль не признаются, что любят друг друга. Ландо порозовел. — Я буквально прыгнул в его объятия, чего ещё ты хочешь? — Публичного заявления, — сказал Оскар. — Одинаковые кольца, — добавил Логан, все еще прячась за бокалом вина. — Совместный банковский счет, — пробормотал Алекс. — Приглашение на свадьбу, — сказал Карлос в свой стакан. Даниэль застонал. — Мы встречаемся уже около недели, успокойся. — Вы встречаетесь? — Джордж ахнул. — Ты не сказал мне… — Ты был слишком занят, оплакивая Макса! — защищался Ландо. Макс прочистил горло. — Между прочим, я все еще здесь. — О, поверь мне, никто из нас не забывает, — сухо сказал Шарль, накалывая картофелину. Макс вздохнул и наклонился ближе к Джорджу. — Они всегда такие? Джордж улыбнулся и наклонился к нему. — Да. Разве это не здорово? — Нет. — Я думаю, что да. И, честно говоря, … Макс тоже так думал. Даже если он никогда не скажет этого вслух. Хаос немного улегся, когда еда, наконец, начала оседать в желудках. Поддразнивание стало мягче — теплые уколы вместо ножей. Даже Алекс и Карлос обменялись взглядами, которые не выглядели полностью убийственными. Ландо ненадолго заснул на плече Даниэля. Оскар попытался накормить Логана десертом с помощью вилки и промахнулся. Шарль и Чеко начали делать ставки на то, какая пара расстанется первой. Джордж, уютно устроившийся рядом с Максом, с пухлыми щеками и смеющимися глазами, оглядел комнату. Его комната. Его люди. Он принадлежал. Впервые в жизни он по-настоящему принадлежал. Макс, взглянув на него, уловила выражение его лица и смягчилась. Он просунул руку под стол и переплел их пальцы. Джордж посмотрел вниз, потом вверх. — Ты в порядке? — Пробормотал Макс. Джордж кивнул. — Да. Вообще-то… действительно порядке. *** В поместье воцарилась тишина. Пустые тарелки были убраны. Гости расходились один за другим — Логан тащил Оскара за руку, в то время как Ландо громко отказывался прощаться с Даниэлем, цепляясь за него, как коала. Чеко по-отечески похлопал Джорджа по плечу. Шарль и Карлос ухмылялись и дразнили друг друга. Даже Алекс, драматично обняв Джорджа в последний раз и пригрозив Максу, что тот будет обращаться с ним как следует, иначе, ушел, лениво помахав рукой. Теперь осталось только двое. Джордж прислонился к перилам балкона возле спальни Макса, теплый ветерок трепал его волосы. Далеко внизу сверкало море. Огни Монако мерцали вдалеке, как светлячки. Обеими руками он держал кружку с чаем, перед его лицом клубился пар. Макс бесшумно подошел сзади и обнял Джорджа за талию, положив подбородок ему на плечо. Мгновение они просто стояли там. Дышали вместе. Сохраняли тишину. — Ты устал, — пробормотал Макс. Джордж тихо промычал. — Но счастлив. Макс усилил хватку. — Тебе было весело сегодня вечером? — Я смеялся, — прошептал Джордж. — Это… давно я так много не смеялся. Макс улыбнулась ему в шею. — Ты был прекрасен. Вот так смеясь. Джордж опустил голову, к его щекам прилил румянец. — Я всегда красивый, — без особого энтузиазма пошутил он. — Так и есть, — просто сказал Макс. — Всегда. Джордж повернулся в его объятиях, поставил чашку с чаем на перила и обнял Макса за шею. Они слегка покачивались в невидимом ритме, который могли чувствовать только они. — Я не хочу возвращаться, — прошептал Джордж. — К той жизни. К моей семье. К тому дому. Я знаю, они думают, что пытаются защитить меня, но я им больше не доверяю. Макс серьезно кивнул. — Тебе и не нужно. Я не позволю им снова к тебе прикоснуться. Джордж изучал его лицо. — Зачем ты все это делаешь? — Макс помолчал. Потому что он был не из тех, кто говорит это. Не совсем. Не вслух. Но Джордж ждал, глаза его были мягкими, губы приоткрыты. Уязвимый. Макс выдохнул. — Потому что, когда ты вошёл в мою жизнь, я подумал, что ты проблема, которую я должен решить. Еще одно обязательство. Но потом ты улыбнулся. И ты накричал на меня. И ты обвинил меня. И я понял… ты не был проблемой. Ты был ответом. Джордж моргнул. — Ответом на что? Макс склонил голову набок. — На вопрос, о котором я даже не подозревал, что задаю. У Джорджа перехватило дыхание, и он наклонился вперед, чтобы поцеловать его — медленно, нежно, томительно. Это не было голодным или поспешным. Это был дом. Когда они оторвались друг от друга, Джордж прижался лбом ко лбу Макса. — Мне страшно, — прошептал он. — Я знаю, — ответил Макс. — Мне тоже. — Я не знаю, как любить того, кто причинил мне боль. — Я подожду, — пробормотал Макс. — Столько, сколько потребуется. Я заработаю твоё. Джордж закрыл глаза. Его руки напряглись. И в этот момент он понял, что Макс говорит серьезно. Несмотря на всю свою мрачность, Макс Ферстаппен стал человеком, готовым бороться с целыми правительствами — и с самим собой — за людей, которых он любил. Особенно за Джорджа. Они долго стояли так, окутанные лунным светом и тихими обещаниями. И когда они, наконец, легли спать, завернувшись в теплые простыни и друг в друга, Джордж заснул с рукой Макс в своих волосах и нежным шепотом на ухо. — Приятных снов, милый. У меня есть ты. И на этот раз — по—настоящему — Джордж поверил ему.