Я иду тебя искать

Гарри легко соблазнил Гермиону предпочесть особняк на Гриммо походу в «Три метлы» мадам Розмерты. Достаточно было сказать по-настоящему волшебное слово: библиотека. Рон предпочел остаться в замке и погонять с сокурсниками в квиддич, пока любимая девушка зарывалась в книжную пыль. Гермиона радостно таскала с полок увесистые фолианты, делала выписки и умудрялась болтать. – Для тебя поиск Снейпа стал сверхидеей, Гарри. Вот можешь объяснить, зачем он тебе? Он подпирал щеку правой рукой и тяжело вздыхал. – Не знаю, Герми. Мне кажется, мы недоговорили. И я что-то пойму если… когда увижу его снова. А может, я бесконечно виноват, что ушел тогда, даже не попытавшись остановить кровь или отправить его в безопасное место. – Был разгар битвы! У тебя не было времени. – Если повторять это достаточно часто, то я и сам поверю. Что выхода не было. Гермиона нахмурила брови и резко захлопнула том в коричневом кожаном переплете. – Ты зря себя винишь. И ты тогда чуть не умер! «Не чуть», – подумал Гарри, но вслух ничего не сказал. – Все способы поиска людей, о которых я пока прочитал, требуют что-то от искомого человека. Ты будешь смеяться, но от Снейпа будто специально ничего не осталось. Никаких личных вещей в его бывшем доме. В Хогвартсе тоже, насколько я смог узнать. Гермиона задумчиво постучала кончиком пера по столу. – Какие критерии должны быть у вещи? – Что-то, что долгое время было с объектом поиска. Идеально подходит одежда, нательные украшения, бытовые предметы, письма. – Как думаешь, с нашими сочинениями профессор сидел достаточно долго? Я храню свои контрольные работы за все годы. – Она рассмеялась, глядя на шокированное лицо Гарри. – С заклинаниями уменьшения место не проблема. А так очень полезно пересматривать выполненные задания. – Герми, ты гений! Пусть и зануда! – восхищенный Гарри послал воздушный поцелуй. – Есть еще кое-что. Я был у тети. Оказывается она хранила моё свидетельство о рождении, магловское. Только оно почему-то на имя Гарри Эванса. Гермиона отложила перо в сторону и сцепила пальцы. – Может оно поддельное? Хотя зачем… – По словам тёти, его оставили вместе со мной. Не думаю, что Дамблдор положил бы ненастоящий документ. – Я постараюсь узнать, как так может быть. Письмо от Гермионы он получил через два дня, когда обедал на кухне и собирался, наконец, дойти до банка. «Дорогой Гарри, Прилагаю, как ты просил, контрольную по Зельеварению за пятый курс, надеюсь, это поможет в твоей подготовке к экзамену. Что до второго вопроса, обратись к Справочнику мага-юриста, издание 1952 года. Обнимаю!» Умная подруга, которая понимает, что переписку могут читать – вот оно счастье. Гарри хмыкнул и отправился за книгой. Нужное издание нашлось быстро, всё-таки обширная домашняя библиотека – это большой плюс старого магического гнезда. Через пару часов, продравшись сквозь чудовищный юридический канцелярит, Гарри уяснил для себя следующее: в 1848 году Магическая Британия и Корона приняли обязательство о взаимном признании выдаваемых документов об актах гражданского состояния, таких как свидетельства о рождении, браке или смерти. При этом никакого систематического обмена данными не наладили, поэтому полученные в одной части мира документы нужно было в установленном порядке заверять в другой. Сделать дубликат. Значит мама озаботилась тем, чтобы получить ему свидетельство у маглов. Ясно, подумал Гарри, что ничего не понятно. – Кричер! – позвал он и спросил появившегося домовика, – а где хранятся документы рода Блэк? Завещание Сириуса, например. Его свидетельство о рождении? Домовик прикрыл глаза и задумался. – При хозяюшке Вальбурге документы хранились в сейфе в её кабинете. Когда орава недостойных пришла сюда, хозяин Сириус отдал все бумаги старому директору. Стало ещё интереснее. Нужно идти к гоблинам, решил Гарри. Он должен успеть. В конце концов, бумаги – это их родное, они эксперты. В Гринготтсе ему были рады, даже внутрь пустили. Уже хорошо, подумал Гарри. Его проводили в отдельный кабинет. Сидящий там гоблин был стар даже по меркам этой расы, и казался частью интерьера. И только глаза у него были ясные и хищные. – Мистер Поттер!  «Наша новая знаменитость», – прибавил Гарри про себя. – Вы занимаетесь моими делами, господин…? – Камнезуб. – Камнезуб. Я хочу получить отчет о состоянии счетов, обязательных платежах, доходах. И еще нужна консультация по документам. – Конечно, господин Поттер. – Гоблин написал короткую записку, открыл дверцу в стене, которую Гарри принял было за сейф, и положил внутрь. – Пока готовят ваши выписки, позвольте узнать, какого рода консультация вам нужна? Гарри чуть сжал подлокотники кресла, но заставил себя расслабиться. – Мне нужна помощь, – сказал Гарри, – по поводу обнаруженного мной документа.  И он достал из кармана сложенное вчетверо свидетельство о рождении.  – Здесь я значусь как Гарри Эванс. Да, документ магловский, но, возможно, вы сможете прояснить, почему здесь я тут Эванс, хотя всегда считал себя Поттером. Камнезуб взял протянутый документ, раскрыл, любовно разгладил по линиям сгибов, внимательно на него посмотрел и даже понюхал.  – О, несомненно, вы мистер Гарри Джеймс Поттер, – ответил он чуть погодя. – Но только в мире магов. Видите ли, мир магов максимально отделён от мира маглов. Это одно из последствий разделения. Волшебникам и волшебным существам, таким как гоблины, не хочется, чтобы люди получили лишнюю информацию о том, как мы живём, сколько нас, и что происходит в магическом мире. Так вот, следствием всего этого является то, что документы, оформленные в магическом мире, действительны только в здесь. Если, конечно, люди не сделают специальный запрос в магловский департамент. Точно так же, как мы обращаемся в специальные отделы нескольких английских банков, с помощью которых можем произвести необходимые операции там, поменять магические деньги на фунты стерлингов, например.  – Ясно, – сказал Гарри. – Но все-таки я не понимаю, почему у меня такое свидетельство о рождении. Тут что-то глухо бухнуло за той дверкой, куда отправил записку Камнезуб. Он протянул правую руку, открыл её и обнаружилась внушительная стопка пергаментов.  – О, я сейчас все вам объясню, мистер Поттер, – сказал Камнезуб. – Вот, – он ловко выхватил документ, – ваше магическое свидетельство о рождении. – И о браке ваших родителей, – добавил еще один документ сверху. – Но, видите ли, Джеймс Поттер никогда не получал магловского свидетельства о рождении. Поэтому их брак с Лили Эванс был действителен только в магическом мире. Я не знаю, зачем ваша матушка захотела оформить вам магловское свидетельство, но, вероятно, когда она это делала, то обнаружила, что может получить документ только на свою фамилию, потому что ее мужа для маглов никогда не существовало. – Отец мог получить магловское свидетельство о рождении? – поинтересовался Гарри.  – Конечно, – кивнул Камнезуб. – Между нами говоря, большинство аристократических семей имеет полный набор документов, о которых мы, конечно же, в курсе, как их поверенные. Потому что знатные семейства, не нарушая, разумеется, статуса секретности, ведут дела и в магловском мире. А теперь, мистер Поттер, мне бы хотелось перейти к вопросам вашего финансового состояния. Если, конечно, не хотите еще что-то уточнить. Гарри отметил для себя, что нужно будет обязательно написать Гермионе, потому что подруга явно была не в курсе. И собиралась выходить замуж. Он был уверен, что у Рона были только магические документы, иначе бы она не прислала ему просто ссылку на кодекс.  – Конечно, господин Камнезуб, – сказал Гарри вслух, – приступим.  Вывалился Гарри из банка четыре часа спустя, в состоянии призвать Incendio и испепелить все вокруг без всякой палочки. А может обошелся бы даже без невербального, потому что от него просто можно было прикуривать.  Он остановился, выдохнул сквозь стиснутые зубы и про себя пошутил. «Меня называют победителем Волдеморта. А по правде меня надо было называть главным спонсором победы над Волдемортом». Потому что оказалось, что Альбус Дамблдор, его магический опекун, вывел все деньги, до которых смог дотянуться. Несомненно, на благое дело, потому что вот чего-чего за Дамблдором нельзя было вспомнить, так это каких-то бешеных личных трат и кутежей. Разве что его мантии стоили дорого, но тут Гарри не был уверен. Дамблдор систематически снимал деньги со счетов Поттеров, а после смерти Сириуса и со счетов Блэков. Он не мог добраться только до того, что попадало под майорат. Земли, здания, фамильные артефакты. И определенное, относительно небольшое количество денег. Переводы осуществлялись на счета отдельных членов Ордена Феникса, больше всего на счет семейства Уизли.  И об этом, подумал Гарри, однажды с ними придется поговорить. Потому что, возможно, Рон не знал, что Молли получала деньги. Но старшие Уизли точно знали. И никогда не упоминали. Тем не менее несмотря на все усилия Дамблдора, нищим Гарри не был. И по словам Камнезуба, состояние обещало восстановиться даже при самой консервативной методике работы с финансами всего за каких-то пятнадцать-двадцать лет. Или раньше, если Гарри начнет отдавать распоряжение о более рискованных операциях. Ну или начнет зарабатывать, чем обычно не утруждали себя представители благородных семейств. Хорошо, думал Гарри, что кто-то из предков догадался купить акции больницы святого Мунго, которая оказалась вполне себе частной организацией, да еще и внести их в список майоратного имущества. Это в данный момент был самый прибыльный актив Поттеров. Со стороны Блэков был особняк на Гриммо и заброшенное уже больше пятидесяти лет родовое поместье, пострадавшее в результате какого-то магического катаклизма. А также акции десятка предприятий, самым неожиданным из которых для Гарри явилась доля в журнале «Вестник Зельевара». Впрочем, денег она не приносила. Гарри также должен был получить титул лорда Блэк, когда пройдет соответствующую церемонию. Ему очень хотелось покончить с этим сразу, но Камнезуб сказал, что без подготовки никак нельзя. И управлять делами не принимая титул тоже не является верным. Ну что ж, подумал Гарри церемония так церемония. Главное, чтобы жить не мешало. Следующие дни были наполнены все тем же поисками в библиотеке, прогулками по магловской части Лондона, где его никто не узнавал, и судорожными попытками вспомнить и понять хоть что-то, что даст зацепку. Теперь у него был образец почерка, но не было уверенности в том, какой ритуал будет лучшим для подтверждения его теории. Поэтому он решил сначала дочитать всю книгу, а уже потом выбирать. Все-таки времена, когда Гарри Поттер был готов броситься реализовывать первый попавшийся вариант, и считал это храбростью, видимо, закончились после смерти. Подвалы дома Блэка оказались обширны и прекрасно оборудованы. Там была и несколько заброшенная мастерская зельедела, и большой зал, облицованный серым камнем, который Кричер назвал ритуальным. Больше, кроме камней, в зале ничего не было. Гарри решил провести обряд поиска именно здесь. Судя по книге, самые сильные обряды и ритуалы из списка запрещенных могли вызвать внимание Аврората, но проведение их в хорошо защищенном месте, уже наполненном магией, уменьшало возможность засечь всплеск при соблюдении техники безопасности. Поэтому Гарри провел несколько дней, тщательно выстраивая фигуру из восковых свечей, а также готовя ингредиенты для зелья поиска.  В самом зелье ничего проблемного не было, а фигура не представляла собой чрезмерной сложности, это была просто многоконечная звезда. Но Гарри готов был все проверить, перепроверить, потом проверить еще раз, пока не признался самому себе, что ему страшно провести ритуал и получить отрицательный результат. Тогда он решил, что тянуть больше нечего. Он оставил короткую записку, попросив Кричера отправить ее Гермионе через сутки, если он не вернется. Спустился в комнату, зажимая рукой в перчатке бывшую Гермионину контрольную. И дошел до зала. Зажег свечи, используя вполне себе магловские спички. И опустил в центр фигуры листок. Колбу с подготовленным зельем он пролевитировал так, чтобы она оказалась точно над предметом. Произнес Vida Indicare, после чего бросил колбу вниз. Пламя в свече вспыхнуло ярче, на мгновение стало ярко-зеленым с оранжевым ореолом. Языки его поднялись на несколько фунтов вверх, а потом опали. Но не погасли, а будто бы растеклись вместо того, чтобы подняться вверх, вниз. Они собрались внутри фигуры, сияющим зелено-оранжевым озером огня. А потом все закончилось. Остался просто листок, окрашенный в ярко-зеленый. Жив, понял Гарри. Все-таки жив. Все получилось. Теперь оставалось самое интересное – найти. *** После победы над Волдемортом шрам, который раньше нужно было прикрывать, изрядно побледнел, истончился, и, казалось бы, вообще ушел с кожи. Теперь, чтобы увидеть, что он там был, нужно было очень приглядываться. Это радовало Гарри. Вместе с Гермионой он сходил в один из выходных в магловскую оптику и приобрел себе линзы и очки в прямоугольной металлической оправе. Теперь, если он поднимал волосы наверх и надевал линзы, его гораздо реже узнавали на улицах. А если еще поменять мантию на какую-нибудь яркую, отвлекающую внимание от лица, сбивающую с привычного образа школьника, узнавать его переставали совсем. Несмотря на все эти ухищрения, гулять по магическому району Гарри так и не полюбил. Он продолжал опасаться, что какие-нибудь полусумасшедшие маги облепят его, как мухи варенье, с требованиями автографов, внимания, любви и ласки. Поклонников он опасался куда больше, чем искренних сторонников бывшего лорда. Гарри собрался на выход в город, чтобы пополнить запасы ингредиентов для простейших зелий, которые он пробовал варить сам. Во-первых, ему было интересно поддерживать этот навык и развивать его. Во-вторых, не хотел, чтобы где-то была информация о том, какими именно зельями он пользуется. А ради этого он готов был рискнуть выпить собственное зелье сна-без-снов. Гарри обнаружил, что перспектива пить собственноручно приготовленное варево сильно повышала внимательность при изготовлении. Линзы, ярко-синяя с искрой мантия, придали ему вид молодого волшебника из аристократического рода, гуляющего с праздными целями. Он аппарировал в неприметный закуток Диагон Аллеи. Спокойно сходил в лавку ингредиентов и решил, что может позволить себе выпить кофе и съесть мороженое. Не у Фортескью, конечно, потому что там его бы узнали, а в каком-нибудь заведении поменьше. Едва ему принесли кофе, как у столика появился человек лет сорока пяти. Чуть всклоченные седые волосы, борода аккуратно подстрижена, темно-коричневая мантия. Ну вот, засекли, подумал Гарри. Сейчас начнут брать автографы.  – Я хотел бы обсудить с вами, мистер Поттер, один интересующий вас предмет, точнее два предмета, – сказал незнакомец, и у Гарри ёкнуло сердце. Дары. Он хотел поговорить о дарах. Он сохранил невозмутимое выражение лица и сделал приглашающий жест.  – Садитесь, мистер… – Уиллоу. Чет Уиллоу. Очень приятно.  Мистер Уиллоу заказал себе кофе и несколько минут то выглядывал в окно, то оглядывался по сторонам. Гарри уже стало это надоедать, когда мистер Уиллоу, наконец, положил на стол браслет и сказал: – Насколько я смог проверить, слежки за нами нет. А этот артефакт сделает наш разговор конфиденциальным.  – Я вас слушаю очень внимательно, – сказал Гарри. – Я сотрудник отдела Тайн. Я работаю с двумя артефактами, которыми вы недавно интересовались. Я пришёл поговорить о том, что происходит с нами, ключевыми магами-исследователями, в последнее время. Мы работаем сменами. Кто-то все время дежурит у артефактов. Нас четверо. И вот уже несколько месяцев нас постепенно начали преследовать неудачи. От той мелочевки, которую обычно и не замечаешь, в виде порвавшегося шнурка на ботинке, или впившейся случайно в бок булавки, и происходят с каждым и каждый день. До постепенного усиления и более серьезных… происшествий. Вот мне, например, сегодня утром на голову свалился кирпич. Упал в паре дюймов. И, честное слово, я после этого облазил всю крышу, проверяя, кто же его мог кинуть, хоть физически, хоть магией, и не нашел никого. Но кирпич, несомненно, был. Двое моих ближайших коллег побывали в отделении реанимации Святого Мунго трижды за последний месяц. И нигде никаких следов. У нас возникла теория, что такая ситуация связана с тем, что мы находимся около артефактов. И подозрение стало перетекать в уверенность, когда министр рассказал о вашем с ним разговоре. Гарри внутренне возликовал и подумал: какие самовнушаемые ребята. Даже странно для столь опытных магов, но мне же лучше. А вслух сказал:  – Я вам очень сочувствую, мистер Уиллоу, но что вы хотите от меня? – Заберите их, – сказал мистер Уилл. – Заберите. Я уверен, мы все уверены, что дары принадлежат вам, а значит, вы сможете их собрать и хранить без вреда для себя.  Гарри нахмурился и ответил.  – Ну, допустим, я бы мог это сделать, хотя не понимаю, зачем они мне. Я, знаете ли, и так хорошо живу. Но еще больше, чем вопрос, зачем, меня интересует как. Потому что сейчас эти артефакты хранятся в министерстве, и у меня нет туда доступа.  Уиллоу ответил.  – Зачем? Потому что это самые могущественные волшебные артефакты в Англии. И обладание ими – предел мечтаний для многих. А как? Тут я вам не скажу досконально весь путь, но есть то, в чем мы уверены. Понимаете, у каждого артефакта, достаточно сильного, есть законный владелец. Или артефакт может принадлежать министерству. Для этого нужно оформить соответствующие бумаги. Когда мы забирали воскрешающий камень и бузинную палочку, а участвовал в последней битве и был там, оба предмета хранили яркие следы того, что вы только что ими пользовались. То есть, согласно действующему законодательству, являлись владельцем артефакта. Если, конечно, не будет доказано обратное. Чем министерство, насколько мне известно, так и не занялось.  – Вы хотите сказать, – уточнил Гарри, – что министерство хранит артефакты незаконно? А что помешает им подделать какой-нибудь протокол? Да или даже не подделать, просто написать и решить, что теперь это артефакты министерства. – Это не настолько просто, мистер Поттер. Возможно, если бы еще последним владельцем не были вы, министр Шеклболт пошел бы на такое. Но признание артефактов выше девятого класса министерской собственностью требует согласования Визенгамота. Соответственно, не может пройти незамеченным, не может пройти без вашего присутствия.  – Я понял, – сказал Гарри. – Спасибо за информацию. Но не обещаю, что помогу вам, потому что я по-прежнему не уверен, что они мне нужны. Возможно, вам стоит просто перевестись на другую работу? Уиллоу усмехнулся.  – Это не так просто. Мы связаны клятвами, и наша служба не та, с которой просто так могут отпустить. Кроме того, нет никаких гарантий, что силы, охраняющие артефакт, успокоятся, если мы просто отойдем в сторону. Я и мои коллеги. Гарри кивнул. Уиллоу взял со стола браслет и откланялся. Гарри очень радовался, что в вопросе с дарами наметился хоть какой-то прогресс.  Но к настоящей цели, а именно к вопросу, где Северус Снейп, это его не приближало. В прочитанной от корки до корки книге, к слову, дары смерти упоминались. Но все, что про них было сказано, это то, что дарами может пользоваться только Повелитель смерти. Для остальных это знание недоступно, а поэтому для автора интереса эти артефакты не представляли за невозможностью использования и малочисленностью данных. Вообще, прочитанный фолиант оставил чувство разочарования больше, чем какое бы то ни было другое. Из описанных способов поиска часть требовала жертвоприношений. Слава богу, не человеческих, а животных, но и на это Гарри был категорически не готов и не согласен. Часть требовала крови живых родственников, а с этим тоже было напряженно. Хотя, возможно, у Снейпа остался кто-то из родни по роду Принц. Гарри был не уверен, что сможет сцедить у этих достойных представителей немного крови незаметно. Да и, по большому счету, не был уверен, что подобный поиск сработает, потому что Принцы никогда не считали Снейпа частью семьи. Из оставшихся ритуалов некоторые отпали, потому что они были явно темно-магическими и апеллировали к тем чувствам, которые связаны именно с темной стороной волшебства, к ненависти, жажде мести и были сразу направлены и на поиск, и на причинение ущерба. Со своими чувствами Гарри не очень мог разобраться, но уж точно среди них не было желания Снейпу навредить. В общем-то, уже реализованный ритуал проверки жив-нежив был чуть ли не самым полезным во всем фолианте. Это было очень досадно. Зато становилось понятно, почему и Аврорат не мог найти преступников годами. Ну, потому что не существовало надежных способов найти мага, несмотря на громкий заголовок книги. Самым раздражающим был раздел, где описывались легендарные способы поиска. Там как раз вскользь были упомянуты дары. И еще полтора десятка сомнительных ритуалов и мероприятий, одно из которых особенно сильно вызывало раздражение, потому что, на взгляд мага Гарри Поттера, отдавало совсем уже сказками. Куда уж там Барду Бидлю! Там утверждалось, что понять, жив ли искомый человек и где он находится, можно просто настроившись на его магическую ауру. Но для этого человека нужно хорошо знать или обладать очень сильной предрасположенностью к такого вида магии. Поскольку про ауру Гарри не то чтобы слышал в первый раз, но в школьной программе не учили с ней работать, он вполне справедливо счел, что о данном способе автору рассказал кто-нибудь с пересказа с чужой басни, так же как про дары смерти. Следовало признать, Гарри был в тупике.