Send Someone To Love Me

Когда дневная температура начала неумолимо расти, а на деревьях начали появляться первые почки, Луи понял, что пришла пора возвращаться к работе. Возможно, дело было в смене времен года, а может, и в Волчонке, но мысль о том, чтобы снова предстать перед своей стаей после стольких месяцев отсутствия, была почти невыносима. Он умудрился пережить зиму, ни разу не выбравшись в город, но, к сожалению, у него начали заканчиваться припасы — особенно теперь, когда ему нужно было кормить сразу три вечно голодных рта. И дело было не в том, что у него с кем-то плохие отношения. Просто… ему было лучше одному. Волчонок ему нравился — но это другое, как и кошка. А вот с другими людьми он особо не ладил. У Волчонка дела пошли на поправку. За зиму он немного отъелся — все еще был безбожно худым, но уже достаточно упитанным, кости теперь не торчали, и начал отрастать новый, блестящий мех. Он стал более энергичным, и, самое главное, рана на его лапе зажила, буквально как на собаке. Он все еще не хотел особо ее нагружать, но, по крайней мере, уже мог на нее наступать и сидеть и стоять, как и положено волку. Луи иногда начинало казаться, что Волчонок притворяется, потому что в последние солнечные дни, когда они выбирались на прогулку, он во всю носился по цветущему полю, позабыв про боль. Впрочем, Луи не жаловался. Он решил, что у них все как у людей — в одни дни болит сильнее, в другие — меньше. Главное, что он шел на поправку, и от этого у Луи становилось тепло на душе. Правда, как только он это осознавал, тут же отметал эту мысль, боясь слишком привязаться. Еще одним знаком, что настала пора браться за дело, стало то, что Волчонка укусила пчела прямо в кончик морды. К счастью, не в сам нос, а скорее в губу, но вой стоял такой, будто он снова угодил в капкан. У Луи уже целую вечность не было такого выброса адреналина, но когда он обратился и рванул туда, куда убежал Волчонок, и увидел, что его просто ужалили, он выдохнул и снова принял человеческий облик, чтобы его успокоить. — Волчонок, милый, ну ты чего. Ты же меня просто до смерти напугал, — пробормотал Луи, но сдался, когда волк продолжил скулить и прижался к нему, ища утешения. Он привычным движением подхватил волка на руки и осторожно вытащил бедную пчелку из губы — та, конечно, уже погибла, потеряв свое жало. — Что, любопытство победило? Думаю, она просто испугалась, ты ведь такой огромный по сравнению с ней. Они не тронут, если к ним не лезть, — поучительно сказал Луи, с нежностью глядя на Волчонка и поглаживая его между ушами. — Эти девочки — пчелки — очень важны для нас, Волчонок, поэтому постарайся их не пугать. Они делают мед и воск. А потом уже я делаю баночки с медом и свечи на продажу, чтобы потом мы могли купить все, что нам нужно. Понял? — Ворковал Луи, неся его обратно к дому. — Они живут вон там, в своих маленьких пчелиных домиках. Видишь? Я крашу их в такие яркие цвета, чтобы пчелкам было легче найти дорогу домой. Так что, если хочешь уберечь свой нос, лучше обходи их стороной, — добавил Луи, поглаживая Волчонка, который продолжал жалобно скулить у него на руках. — Сейчас намажем тебя гамамелисом и будешь как новенький, хорошо, милый? Если ты после капкана выжил, то и это переживешь, — заверил Луи волка, так и неся его на руках до самого домика, как новорожденного малыша, а потом принялся лечить. Кажется, этот урок Волчонок усвоил на отлично — он держался от ульев подальше, даже когда Луи ходил проверять соты. А вот в мастерскую он с ним наведывался регулярно, но это Луи совсем не удивляло. Он вообще от природы был жутко любопытным, так что, конечно, Луи был готов, что маленький волк будет совать свой нос во все его дела, следя за всеми тонкостями изготовления свечей и розлива меда по банкам. Луи вдруг понял, что ему даже нравилось его присутствие. В его жизни вдруг появился кто-то, с кем можно было поболтать в процессе и рассказать всякие хитрости, которые он узнал за все эти годы. Так дни начали пролетать один за другим, и Луи даже не успел понять, что приготовил достаточно банок и свечей, чтобы оправдать поездку в город. В то утро, когда он решил отправиться в путь, Луи выбрался из постели немного раньше обычного, неторопливо оделся и приготовился снова иметь дело с людьми. Он даже привел в порядок растительность на лице, подстриг бороду, которую отращивал всю зиму, пока от нее не осталось лишь аккуратное обрамление подбородка и верхней губы. Накормив себя и животных, он повернулся к Волчонку и, наклонив голову, стал смотреть, как маленький коричневый зверь вылизывал лапы, словно был самым привередливым существом на свете. — Ты же будешь весь день тут выть, если я тебя оставлю, да? — Спросил Луи так, словно тот мог ответить. Волк поднял голову, несколько озадаченно на него посмотрел, а потом продолжил вылизываться. Луи заметил, что куда бы он ни пошел, Волчонок неустанно следовал за ним. Кроме пасеки, конечно. Тогда Волчонок предпочитал сидеть далеко на холмах, но всегда старался держать его в поле зрения. Он знал, что ему будет тяжело идти в город из-за еще не до конца зажившей лапы, но, с другой стороны, оставлять Волчонка дома одного он тоже не хотел, чувствуя, что тогда вернется домой к очень недовольному зверю. Тот, чего доброго, еще и кошку против него настроит. Луи вздохнул и полез искать что-нибудь подходящее. В конце концов он взял отрез ткани, который лежал у него на столе, перекинул через плечо и обернул вокруг груди. Он помнил, что еще в детстве видел, как в деревне мамы таким же образом таскали своих малышей — в слинге. Он решил, что так Волчонок не будет напрягать лапу, а еще ему будет теплее, ведь хоть на дворе и стояла весна, но все еще было довольно прохладно, и жар его тела будет очень кстати. Убедившись, что узел достаточно крепкий, он подошел к Волчонку и потрепал его по голове. — Сегодня мы пойдем в город, щенок. Но ты должен хорошо себя вести, понял? Я не знаю, видел ли ты раньше других людей, но, возможно, им будет интересно на тебя посмотреть. Но мы будем начеку, потому что если ты хоть немного похож на меня, тебе это не понравится, — предупредил его Луи. Маленький волк вскинул голову, наклоняя ее, когда Луи почесал его за ухом, ластясь к его ладони, как он всегда это делал. Затем Луи взял его на руки и завернул в ткань, подправляя в нужных местах, пока не получил теплый сверток с волком, надежно прижатым к его груди. Волчонок, казалось, был вполне доволен, уютно устроившись и расслабившись, пока Луи гладил его по животу и смотрел, не собирается ли тот вырваться. — Ну вот и хорошо, милый. Тогда пойдем, — пробормотал Луи, направляясь в свою мастерскую. Он забрал тележку, куда накануне загрузил все свои товары, вывез ее и убедился, что сможет справиться как с весом товара, так и с волком, но, кажется, все было в порядке. Волчонок весил не так уж и много, да и дорога в основном была ровной, если не считать нескольких оврагов. И вот Луи отправился в путь, катя тележку по проторенной дороге в сторону центра деревни. Весной здесь все выглядело так же, как и всегда. На деревьях начали появляться первые листочки, а ближе к деревне начали виднеться поля. По обочинам дороги неуклюже перебирали ногами телята и ягнята, пытаясь удержать равновесие и поспевать за своими матерями. Луи не смог сдержать улыбки, потому что всегда питал слабость к животным. В общем-то, наверное, именно поэтому теперь это мохнатое чудо висело у него на шее. Кажется, Волчонок задремал, убаюканный ритмичными поскрипываниями телеги и мерным шагом Луи. Луи был вынужден признать, что он довольно милый. И раз уж он, кажется, остается, Луи уже не отмахивался от этой мысли, как раньше. Признавался он в этом, конечно, пока только себе, само собой, тихонечко. Наконец он добрался до главной площади деревни и нашел свободное место, вежливо улыбаясь людям, которых узнавал лишь смутно, и принялся раскладывать товары. Во всяком случае, своей работой он гордился. Он тратил много сил и времени на то, чтобы довести свои свечи до идеала, и ему нравилось думать, что он достаточно хорошо заботится о пчелах, чтобы они делали вкусный мед. Он высадил для них целое поле цветов, а в ответ получал воск и мед. Ему казалось, что это была честная сделка. Да, товары у него были не самые дешевые, но и экономика его деревни была весьма стабильной. Все вокруг друг другу помогали, и нищеты почти не было, по крайней мере, насколько мог судить Луи. А это означало, что дела у него шли неплохо. Достаточно, чтобы оставаться на плаву, и достаточно, чтобы еще один голодный рот не стал для него катастрофой. У него было все, что нужно для жизни, и его это вполне устраивало. Он уже отпустил нескольких покупателей, когда Волчонок начал шевелиться в своем теплом коконе. На деревенской площади становилось все громче, ведь приближалось время обеда, и торговцы начали продавать готовую еду. Сначала из ткани высунулся маленький черный нос, пытающийся уловить новые запахи. Луи засмеялся и опустил ткань достаточно низко, чтобы тот мог высунуть голову. — Ты проголодался, Крошка Волк? Тебя животик разбудил? — Тихо спросил Луи, почесывая его за ушами и смеясь, когда тот снова потянул носом, явно сходя с ума от такого количества новых запахов. Луи только собрался прикинуть, где можно раздобыть горячей еды, но так, чтобы при этом не пришлось бросать лавку, как вдруг увидел в толпе знакомое лицо. Лиам был, пожалуй, единственным человеком, которого Луи мог назвать своим другом. Они были ровесниками и выросли вместе в деревне. Луи был озорным ребенком, а Лиам — его полной противоположностью, но, несмотря на это, они отлично ладили. А еще он понимал, что дружбу с Луи надо принимать такой, какая она есть. Они могли не видеться целую зиму, но когда встречались, то вели себя так, будто расстались только вчера. Лиам никогда его не осуждал, и Луи ему нравилось. Эдакая дружба без обязательств, легкие и непринужденные отношения. — Лу! — Приветственно крикнул Лиам, ускоряя шаг, чтобы подойти ближе, и обошел тележку Луи, чтобы его обнять, в процессе немного придавив Волчонка, и только услышав тихий писк, понял, что между ними кто-то был. — Оу! — Воскликнул Лиам, посмотрел вниз, а затем в замешательстве посмотрел на Луи. — Ты… Вау. Это… Ты нашел омегу? — Выпалил он, не в силах скрыть своего удивления. Луи тихонько фыркнул, видя, как его друг изо всех сил старался не нагрубить, но получалось, если честно, так себе. Если бы Волчонок был его омегой, было бы немного странно носить его у себя на шее. Он бы не удивился, если бы так делал какой-нибудь из более… традиционных альф, но он был не из таких. Если бы у Луи был омега, он относился бы к нему так же, как и ко всем остальным — с уважением. Он не был бы ни его собственностью, ни, что еще хуже, рабом. Он был бы его партнером. — Нет, дружище, я не нашел себе омегу в сугробе, — усмехнулся Луи, отворачивая ткань, чтобы Волчонка было лучше видно. — Это самый настоящий волк. Я его раненого в лесу подобрал, вылечил, а теперь он от меня не отходит, — объяснил Луи, поглаживая зверя. — А! — Ответил Лиам, с любопытством рассматривая волка и исподтишка принюхиваясь. — Ты... Я никогда не видел настоящего волка. — Я тоже, — пожал плечами Луи, почесывая его за ушами. — Можешь понюхать, если хочешь. Он ничем не пахнет. Это очень странно, — предложил он, приподнимая голову Волчонка. Лиам наклонился и, соблюдая приличия, обнюхал его, и явно смутился. — Это и правда странно, — согласился Лиам. — И что? У тебя теперь волк вместо собаки? Луи посмотрел на Волчонка, задумавшись, можно ли было назвать его домашним питомцем, и усмехнулся. — Наверное. Но он скорее компаньон. Не дает мне скучать, — пожал плечами Луи. Лиам закатил глаза, бросив на Луи тот самый взгляд. Луи частенько ловил на себе подобные взгляды, когда поступал не так, как от него ожидали. — Знаешь, в городе полно омег, которые с удовольствием составили бы тебе компанию, Лу, — предложил Лиам, на что Луи только закатил глаза. — Я в курсе, — отмахнулся Луи, не имея ни малейшего желания начинать этот разговор. — Ладно, что у тебя нового? Как перезимовали? — Да-да, все в порядке. Кстати, забавно, что ты упомянул о поиске омеги в это время года, — с ухмылкой начал Лиам. — Обалдеть, — перебил его Луи, быстро взглянув на его шею в поисках метки, но ничего там не нашел. — Но у тебя же работа всегда была на первом месте, — добавил он. Лиам, по сути, был следующим в очереди на роль альфы их стаи. Эту должность все еще занимал его дед, но все ждали, что через год-два титул перейдет к его сыну — отцу Лиама. А это означало, что Лиаму тоже скоро предстояло занять этот пост. Луи не мог представить себе ничего хуже этого. Но это также означало, что тот, кого Лиам выберет в качестве своего омеги, станет Омегой Стаи, а эта роль была почти также важна, как и у самого альфы. Луи знал, что его семья и влиятельные члены стаи постоянно пытались найти ему подходящего омегу, в основном из других стай, чтобы укрепить союзы и улучшить отношения. Просто он не думал, что они будут заниматься этим зимой. Обычно для этого подходит более теплая погода, чтобы потенциальные омеги могли приехать на смотрины, да и переписка велась бы быстрее. — Самое смешное, что это не тот, кого мне предлагали, — с сияющей улыбкой сообщил Лиам. — Под конец сезона в город случайно забрел бедный омега, выглядел он ужасно побитым. Конечно, его привели к нам, и я просто… Хоть он и был на грани смерти, я никогда не видел никого прекраснее, — восторженно закончил Лиам. — Правда? — Луи искренне улыбнулся, радуясь за друга, и хлопнул его по плечу. — И где же он? — Дома. Я как раз шел на встречу с отцом и советом, — пояснил Лиам. — Я очень хочу, чтобы вы с ним познакомились, Лу. Думаю, вы поладите. Он чем-то на тебя похож. — Чем-то? — Поддразнил Луи — Да, чем-то, — ответил Лиам, явно не желая вдаваться в подробности лишь для того, чтобы его подразнить, и просто ухмыльнулся. — В следующий раз, когда будешь в городе, заходи в гости. Может, поужинаем вместе? Можешь даже взять своего питомца. Луи закатил глаза на его дерзость и погрозил ему пальцем. — Ну ладно, уговорил. Звучит неплохо, — согласился Луи. Поужинать с Лиамом и познакомиться с его омегой было не так уж и сложно. Да и скорее всего через пару недель все равно придется вернуться в город, чтобы продать новую партию товара. — Ну, вот и хорошо. Тогда до встречи? — Спросил Лиам, уже собираясь уходить по своим важным делам, которыми занимаются вторые в очереди на роль альфы стаи. Луи казалось, что все эти дела сводились к бесчисленным встречам и принятию скучных решений. — Да, приятель, до скорого, — ответил Луи, наклоняясь к нетерпеливо ерзающему Волчонку. — Ой, прости, милый, я тебя задерживаю? Ты хотел пойти купить еды? У тебя же есть пальцы, деньги и ротик, который умеет говорить? — Как и всегда, поддразнил его Луи, но тут же огляделся, подумав, как странно это должно быть выглядело со стороны, и осекся. Он осторожно вытащил Волчонка из слинга, чтобы тот мог размять лапы, и направился к ближайшему прилавку с готовым мясом. Перекусив и отпустив еще несколько клиентов, стало казаться, что поток потенциальных покупателей немного стих, и Луи с облегчением принялся собираться. Ему еще нужно было купить продукты у других торговцев, пока те не закрылись, так что нужно было поторапливаться. Успешно справившись и с этой задачей, и после того, как Волчонок тщательно обнюхал фонтан в центре площади, они отправились домой. Луи решил пока не убирать Волчонка в слинг и дать ему возможность прогуляться, решив, что тот, как обычно, начнет тереться о его ноги, если лапа заболит. Луи покатил тележку вперед, а Волчонок послушно трусил рядом, то и дело подбегая к краю дороги, чтобы посмотреть, что происходит в загонах. В первый раз, когда он рванул в сторону, Луи немного запаниковал — волки все-таки хищники, как-никак, — но оказалось, что он просто хотел получше рассмотреть овец, мирно пасущихся за забором. Луи облегченно выдохнул; ведь овцы даже не догадывались, что технически они были рождены легкой добычей для волков. Они настолько привыкли к оборотням из деревни, что даже не дернулись бы, если бы Волчонок подошел и перегрыз им горло. Но Волчонку, как и всегда, просто стало любопытно. Он разглядывал и обнюхивал все вокруг. Когда солнце началось клониться к закату, и они прошли уже половину пути, Луи отметил, что уже пару минут не слышал топота лап Волчонка. Он оглянулся назад, окинул взглядом окрестности и увидел, что волк убежал к цветам и теперь вовсю кувыркался в них, радуясь жизни. Луи недовольно цокнул языком, но все же поставил тележку и вернулся, чтобы посмотреть, что там такое случилось. И увиденное заставило его улыбнуться. — Тебе понравились эти цветочки, Волчонок? — Спросил Луи, присаживаясь рядом и поглаживая его по животику, пока тот катался по траве. Луи присмотрелся и понял, что это была дикая лаванда. Сам он такую не выращивал, но раз Волчонку она так полюбилась… может, стоило попробовать? — Может, сорвем немного и посмотрим, получится ли у нас ее вырастить? — Спросил Луи, как будто тот мог ответить. Он сорвал несколько цветков с корнями, надеясь, что они у него приживутся. Если уж на обочине дороги она смогла вырасти, то в его саду и подавно. Когда он встал и отряхнул штаны, Волчонок подскочил следом и пару раз подпрыгнул, как маленький кенгуру, а затем тихонько заскулил, поджав заднюю лапу и многозначительно посмотрел на Луи. — Ну уж нет, дружок, сначала носимся, как оголтелые, а потом лапка болит, да? — Усмехнулся Луи, возвращаясь к тележке, чтобы аккуратно положить туда лаванду, а затем повернулся к волку. Луи задумался, понимает ли волк, как сильно он проник в его сердце. Как легко он заставлял его пойти на уступки и делать все, что он попросит. Как тот обвел его вокруг своего маленького мальчика. Луи был благодарен судьбе за то, что Волчонок оказался обычным волком, потому что будь он человеком, он бы заставил его плясать под свою дудку из-за каждой мелочи. И эта мысль пугала. Он наклонился и, к огромной радости волка, поднял его на руки, и уложил в слинг, где тот уютно прижался к его спине. Луи сорвал веточку лаванды и положил ее волку на грудь, чтобы тот продолжал наслаждаться ее ароматом, а затем снова взялся ручки тележки и двинулся домой.

. ݁₊ ⊹. ݁☾.