Ты был одним из нас!

«Череда подростковых самоубийств продолжается. 

В ночь с субботы на воскресенье найден труп семнадцатилетнего подростка. Тело обнаружил водитель автобуса, проезжая под центральным мостом, в районе восьми-девяти вечера. Водитель утверждает, что когда обнаружил подростка, тот уже был мертв. Судмедэкспертиза подтвердила, что Лиам Харри Фостер скончался на месте. По расположению тела…»

Тяжесть в груди Нила не отступила даже к вечеру того же дня. Газета летит обратно на стол, а парень располагается на диване в гостиной. Пусть Лиам и прекратил их общение самостоятельно, но Нил знал этого парня. Фостер был хорошим, добрым, умным и забавным парнем. Всегда относился ко всем с пониманием, пытаясь помочь в той или иной ситуации. А теперь он мертв. Лиам был девятым за последние семь месяцев, при том что началось это всё только в этом году. Раньше наш, пусть и не маленький, но спокойный город не сталкивался с таким количеством подростковых самоубийств. «Лиам мог быть десятым» шепчет разум, но Нил быстро отталкивает эту мысль. Его случай - чистая случайность, просто неосторожность, все так твердили. Пятиэтажное здание, которое оказалось недостроенным проектом, Нил видел лишь на фотографиях. У него не хватило духу приехать туда лично, да и смысла в этом не было. Нил хотел знать что случилось, но свидетелей не было, поэтому ему ничего не оставалось кроме как пытаться жить дальше, отхватывая моменты прошлого из чужих рассказов. Расследование по его делу быстро зашло в тупик, и, насколько ему известно, было закрыто как «несчастный случай». Все расчеты приводили к тому, что Нил упал случайно. Это не был чей-то толчок или что-то в этом роде. Всё выглядело так, будто он споткнулся и просто полетел вниз. Мурашки разбегаются по рукам. С того момента Нил избегает высоких зданий, хотя даже не помнит как падал. Возможно когда-нибудь, он просто свыкнется с мыслью что такое произошло в его жизни, но сейчас Нил физически ощущает пустоту. Пробел в воспоминаниях, который нечем перекрыть. Что бы не думать о собственных проблемах, Нил переводит взгляд на настенные часы и устало вздыхает.

21:13

Нилу стоит сосредоточиться на том, что Николь снова не вернулась домой до девяти. Если честно, ему совершенно не понятен этот этап в жизни его сестры. В прошлом хорошая девочка, которая не отходила от брата, теперь редко была замечена в школе или дома. Так же, как и Нил, Николь учится в лицее, из чего выплывает вопрос: почему никто не обращает внимание на её пропуски? В начале этого учебного года парень пару раз пропускал занятия. Уже через полчаса об этом сообщали Мэри или Стюарду, после чего те звонили ему. И это странно, не так ли? Он не видел Николь около пяти дней, а девчонке всего пятнадцать лет, так как это остаётся незамеченным? Хотя может Нил настолько погружен в собственные мысли, что просто не замечает её в коридорах. Это её первый год в лицее, может она просто не выходит из класса и остаётся внутри со своими подругами. Подругами, да. Те самые подруги, после которых сестра приходит с синяками домой, конечно. Может Николь уже в том возрасте, когда начинают встречаться с парнями? Может тот, за кого она зацепилась, избивает её? Эта мысль раздувает пламя ярости под ребрами. Если вся проблема в том, что она связалась с каким-то мудаком, то Нил.. Звонок в дверь прерывает его. Нил не верил в бога, но какие бы силы не привели его сестру домой, он благодарен. – Ты почти вовремя, – кричит по пути до двери Нил, – Если бы и сегодня ты не пришла, – открывая, он оставляет свою вдохновляющую речь, потому что на пороге, вместо аккуратно сложенной молодой девушки, стоит его друг, – Чёрт. – Чёрт? – непонимающе спрашивает Кевин, – Я что, так плохо выгляжу? – Я думал это Николь, – Нил отходит от двери, давая Дэю пространство, но подмечает что вид у того действительно не очень. Волосы, обычно уложенные гелем, взлохмачены. Глаза помутневшие, как-будто бы Кевин толком не спал, а тёмно-синяя рубашка под его коричневым пальто не отглажена, – Хотя ты действительно выглядишь паршиво, – говорит Нил, потому что это правда, а он ценит правду, даже когда все остальные нет. – Она снова не пришла? – больше механический вопрос, ведь вся эта история с Николь началась три месяца назад. Кевин пытался поговорить с ней, и не один раз, ведь он так же переживает за Николь, как и сам Нил, но это не принесло никаких результатов. Кевин вешает пальто, после чего по-хозяйски проходит через зал на кухню, но около стола останавливается. Его взгляд пробегает по строчкам газеты, хотя Нил уверен что тот знает сегодняшний выпуск наизусть. Лиам был и его частью жизни, даже бóльшей, чем для самого Нила. Поэтому его друг выглядит таким уставшим? – Я думаю, что она встречается с каким-то отморозком, поэтому приходит разукрашенная, – озвучивает недавнюю мысль Нил и подходит к столу, что бы убрать газету. Он не знает как поговорить с другом о Фостере, поэтому выбирает более безопасную и знакомую тему для начала. – Нет, – Кевин хватает Нила за запястье руки, которая уже прикоснулась к газете. Выражение лица Дэя кипит злостью, и это вводит Нила в ступор. Он не может вспомнить, что бы у друга было хоть раз такое выражение, – Она там, – Кевин кивает на газету. – Там? – глупо повторяет Нил и смотрит на газету. Фотография на лицевой странице навсегда застрянет в его голове. Выкрученные в неестественный угол руки, испачканные джинсы и бледное тело Лиама. Зачем вообще размещать такие фотографии Нил не понимал. – Присядь, – Кевин кивает на ближайший от Нила стул и тот послушно садится. Кевин облокачивается на стол ладонями, нависая, – Нам надо об этом поговорить. – О Лиаме? – нет, нет, нет. Нил не готов, он не знает как поддержать другого человека при утрате. Да, по сути это утрата и для него самого, но Нил умел абстрагироваться, когда это было нужно. Он проходит через трудности сам, отмалчиваясь, пока боль не проходит. – О Николь, – Кевин прочищает горло, – О Лиаме. О них обоих, – и это странно, поэтому Нил молчит, но кивает, что бы тот продолжил свою мысль, – Все эти подростковые самоубийства не то, чем кажется, – Дэй отталкивается от стола и занимает место напротив Нила, чтобы смотреть другу в глаза, – Это не череда случайностей, это закономерность. Нил прищуривает глаза, в попытке понять, но конечно не видит полной картины. Кевин не продолжает, а Нил сжимает руки в кулаки под столом. Речь идёт о его погибшем приятеле, о его собственной младшей сестре и если это как-то взаимосвязано, Кевин обязан ему рассказать, но он молчит. – Что ты имеешь в виду? – почти шипит Нил. – Помнишь я говорил тебе о парке аттракционов, – Нил помнит, поэтому сжимает кулаки сильнее, впиваясь ногтями в ладонь. Это было через две недели после выписки. Тогда Нил впервые за месяц увидел газету, тогда же он и узнал про цепочку подростковых самоубийств. Кевин предположил, что это как-то связанно с группой подростков, которые собираются в заброшенном парке аттракционов. Он упомянул об этом мельком, но Нил уловил суть. Просто шайка неотесанных вандалов, которые собираются вместе. Ни в газетах, ни в новостях не было об этом ничего, поэтому история быстро забылась, хотя и всплывала при новых жертвах. Хочет ли Кевин сказать, что Лиам был частью этого сборища? Если да, то Нилу в это не верится. Фостер был примерным сыном, поэтому сложно его представить среди детей из неблагополучных семейств. Это никак не вяжется с образом, который был в голове у Нила. Даже если этот образ был не совсем актуален, Лиам никак не подавал вид в лицее, он был таким же как и раньше. Разве что, более расслабленным и счастливым. И даже если это правда, Кевин предположил что Николь тоже ходит туда? Нет, сестра Нила была разумной девушкой, она явно понимает риски общения с такими людьми. Она должна понимать. Но Кевин знает больше, чем говорит. Может есть то, чего Нил не видит, просто потому что не осведомлён? Поэтому он прямо спрашивает: – Ты думаешь она там? – Я знаю, что она там, – Кевин смотрит прямо перед собой, но его мысли где-то не здесь, – Как только мне об этом сказали, я сразу поехал к тебе. И вот он, момент, когда всё не имевшее смысла до этого, встает в единую картину. Для Нила было очевидно, что сестра находится среди каких-то то отморозков, но он предположил что это был всего один человек. Было столько сигналов: синяки, порезы, хамское отношение и отсутствие в школе или дома, но Нил мирился с этим, потому что ему только и делают что тычут: «не лезь». И он не лез, а теперь его сестра в какой-то секте, пока Мэри и Стюард следят за каждым шагом не того ребенка. – Почему ты не позвонил? – Потому что ты бы туда поехал, – говорит Кевин и он абсолютно прав. Это даже раздражает, когда другой человек знает про тебя всё наперед, но разве это не самый логичный вариант в такой ситуации? И словно услышав его мысли, Кевин выдаёт: – Нет, Нил, даже не думай. – Ты хочешь просто отсидеться? – с явным презрением говорит Нил. Злость уже растёт где-то внутри, но Кевин даже не пытается встать и Нил этого не понимает. Они должны ехать прямо сейчас. – Ты должен сказать взрослым, – с нажимом говорит Кевин, – Ты не должен решать это сам, ты ребенок, которого изобьют как только ты переступишь черту парка. – Ты хочешь, что бы я сказал им об этом утром? Когда вместо Лиама она окажется на первой полосе? – Нил понимает логику Кевина, но теперь, когда ему известно где его сестра, он не может не думать о самом плохом варианте. И Нил видит, как это бьёт по Кевину. Нечестный выпад, но сейчас это не важно. Нужно забрать Николь, а утром рассказать всё взрослым, что бы они решили эту проблему. Поэтому Нил встает, и проходит мимо зала к лестнице, которая ведет на второй этаж. Справа по коридору, в глубине, его комната, вид из которой выходит на крыльцо. Напротив его комнаты старая спальня Нила, которую Стюард переделал в кладовку, закрывающуюся на ключ. Он не был в этой комнате ни разу после возвращения, даже не знает как она выглядит теперь. Если же повернуть после лестницы влево и так же дойти до конца, там будет комната Николь, вид из её спальни на сад. Второй этаж это не так высоко, поэтому Нил уверен что та просто заползает через окно, что бы никто её не заметил. Или выползает, если не хочет создать шум на лестнице. Нил направляется в свою спальню и берет с кровати чёрную худи с капюшоном. Есть шанс, что если оденешься подстать под характер «мероприятия», то его никто не узнает. Поэтому он достает зеленую ветровку со времен младшей школы, но со штанами проблема. У Нила нет ничего кроме классических брюк, поэтому он решает взять самый неприметный вариант, который у него есть - чёрные. Если не всматриваться, они смогут сойти за джинсы. Если кто-то его увидит, он рискует быть исключенным из лицея и испортит всю репутацию Мэри и Стюарда, которую они заработали честным трудом. Но это лучше, чем потерять члена семьи, поэтому Нил надеется, что уйдёт незамеченным. В дверях спальни появляется Кевин, когда Нил оглядывает себя в зеркале. Друг ничего не говорит, поэтому Нил проходит мимо него и спускается вниз. Где-то были старые конверсы под цвет ветровки, младшие классы были «цветным» периодом Нила. Пока спускается по лестнице, он думает что даже его стиль в одежде изменился. Если раньше Нилу нравились удобные вещи, то сейчас его гардероб набит классическими нарядами. Надо будет озадачиться этим вопросом в ближайшее время. Кевин сбегает по лестнице вниз, когда Нил находит потрепанные зеленые конверсы в шкафу для обуви. – Твоя идиотская маскировка не сработает, – язвительность Кевина ни что иное, как защитная реакция на стресс, поэтому Нил пропускает это замечание мимо ушей, – Нил, ну прошу, – измученно стонет Дэй, меняя тактику, – Я сказал тебе про Николь для того, что бы ты сообщил об этом Стюарду, а не решал всё сам. – Я понимаю, – потому что Нил не идиот, и конечно он осознает, как было бы правильно, но речь идёт о Николь. Единственное, что его останавливало все эти месяцы, это незнание о том, куда она ходит. Первое время Нил искренне верил, что это бунтарский период и скоро он закончится, но его младшая сестренка проводит время среди безрассудных отбросов, а это меняет дело, – Ты со мной? В течение нескольких секунд в доме воцаряется тишина, поэтому Нил просто ждёт. Взгляд его направлен на входную дверь, а правая рука лежит на ручке. Нет ничего страшного в том, что бы поехать туда без Кевина, но Нил всё равно не может сдержать улыбку, когда слышит за спиной тихое «Да». В машине тихо, пока они едут в сторону парка, но эта тишина не давит. Нил даже пристегнулся, что бы у его друга было меньше поводов для беспокойства. «Друг» — думает Нил. «Не общались» — сказал Кевин в пятницу. Но Хэтфорд старается выкинуть эту мысль из головы. Ему всё равно никогда не узнать что было на самом деле, ведь его единственный источник — Дэй, но даже он не может знать про всю ту кашу, которая творится в голове Нила. Автомобиль едет на пределах скорости, установленных в городе, но когда Кевин подъезжает ближе к парку, становится очевидным как сильно он нервничает. Костяшки пальцев на руле побелели, а лицо выражает неуверенность. Не тот путь, который выбрал бы Кевин. Тот предпочитает следовать правилам и лишний раз не рисковать, но если бы Нил позвонил Стюарду сейчас, то непонятно чем бы это закончилось. Будет лучше, если Николь будет сидеть живой и здоровой перед взрослыми, когда Нил всё расскажет. Его задача вытащить её отсюда и привести домой, остальное пусть решают сами. Когда они выползают из машины и заходят в заброшенный парк аттракционов, Кевин наконец собирается с мыслями и говорит: – Надень капюшон, – Нил сразу же послушно натягивает ткань как можно ниже, – Ни с кем не говори. Не веди себя подозрительно. Как только найдёшь Николь, уводи её к машине и позвони мне, – Нил послушно кивает и вдалеке замечает огромный костёр, вокруг которого стоит большая толпа подростков, – Если кто-то к тебе пристанет, сразу уходи, ты меня понял? – Хорошо, – соглашается Нил. – Эй, – уже шепотом продолжает Кевин, пока они проходили мимо маленьких групп людей, продвигаясь к основной толпе, – Если встретишь кого-то из лицея, постарайся не показываться им на глаза, – Дэй ждёт очередного кивка, а потом смотрит куда-то в толпу, – Я пойду направо, ты — налево. Звони если что, – а потом Кевин растворяется среди подростков. Нил слегка оглядывается по сторонам, стараясь не привлекать к себе внимание. Воздух пропитан запахом алкоголя и табака. Из огромных колонок играет рок, кто-то подпевает, хотя это больше похоже на крик. Большой контролируемый костёр обдаёт лицо жаром. Это объясняет, почему многие стоят тут в одних футболках, хотя на дворе ноябрь. На удивление, все ребята выглядят по разному. Есть татуированные парни, в байкерских куртках, есть девушки в обычных летних платьях. Один из парней постарше тоже надел брюки, что немного расслабляет плечи Нила. Со стороны это сборище выглядит как встреча одноклассников летом, поэтому теперь слово «Банда», сказанное Кевином ранее, не кажется таким уж уместным. Это просто ребята, которые собираются что бы отдохнуть вместе. Вероятно Дэй ошибся и самоубийства подростков никак не связаны с этим местом. Но потом Нил хмурится, пробираясь ближе к костру через толпу, не забывая осматривать лица в поисках Николь. Может ему не стоит расслабляться, учитывая что сестра приходит домой в синяках, а это место кажется относительно безопасным только на первый взгляд? Спустя пару минут поисков, когда Нил уже почти добрался до левого края, музыка перестаёт играть, и он останавливается. – Шрам! Шрам! Шрам! – в один голос кричит толпа и Хэтфорд оборачивается по сторонам, что бы понять какого черта происходит. – Ты видишь его? Видишь? – парень слева от Нила слегка толкает его локтем в рёбра, – Он уже пришёл? – Он? – глупо повторяет Нил, но вряд ли этот громила услышал сквозь шум толпы. Нил смотрит туда же, куда направлены головы остальных. За костром, в тени, стоит неприметная будка, которая явно раньше служила кассой для покупки билетов. Сначала он ничего не видит, но потом замечает силуэт, который размеренным шагом движется ближе к краю. Тогда же крики толпы достигают пика. Одним движением руки вверх, молодой парень заставляет подростков затихнуть. И Нил удивлен, что такое количество людей так легко подчиняется одному конкретному человеку. Лидер? – Я рад снова приветствовать вас всех этой ночью, – громко произносит парень, который по голосу не сильно старше самого Нила, – Знаю что мы немного задержали начало, но поверьте, вы оцените новое испытание! – а потом он шагает вперед, пока одна нога не повисает в воздухе и затем плавно спрыгивает с будки, – Посвящение продолжается! Толпа начинает кричать и визжать, но Нил застыл. Огонь осветил лицо молодого лидера и теперь Нил понял, откуда взялась кличка. Первое, что бросается в глаза — шрам, который тянется от левой брови по щеке и до подбородка. Второе — парень действительно молод. Его улыбка сияет для всех, кто здесь сегодня собрался, белокурые волосы подсвечиваются костром, а движения и голос кажутся такими плавными, что это манит следовать за ним. Одет он простенько, синие джинсы, белая футболка и кроссовки в тон верху. Лицо такое приятное, что Нил невольно делает шаг вперед. Весь этот образ кажется таким дружелюбным и Нил делает вывод, что именно так парень заслужил расположение толпы. Это интересно, поэтому Нил следует за остальными. Ещё через минут десять, когда они все вместе прошли в глубь парка, Нил искренне улыбается. Ему нравится ощущение общности, которое он испытывает среди этих людей. Да, они ему не знакомы, да и все вряд ли знают друг друга, уж слишком тут много людей. Но всем им весело, пока они дружно напевают одну из популярных песен, которую сейчас часто крутят по радио. В воздухе слышен смех, шаги создают ритм, а на лицах вокруг одни лишь улыбки. Но потом Нил врезается в спину парня, который шёл перед ним. Толпа образует полукруг, только теперь в центре не костер, а что-то другое. Парень поворачивается корпусом к Хэтфорду: – Извини, дружище, – весело произносит он. – Не парься, – отвечает Нил, но использует этот шанс что бы прокрасться мимо парня ближе к центру. Он хочет знать, что будет дальше. Хочет видеть это собственными глазами из первого ряда. Приходится расталкивать подростков локтями, попутно извиняясь, что бы в итоге увидеть это. В пяти метрах от него стоит огромный стеклянный куб, наполненный водой. Внутри какая-то девушка плавает по кругу. Нил наблюдает за этим, но не понимает смысла, поэтому решает рискнуть и спросить у ближайшей девушки: – Извини, а что она делает? – Это испытание, дурачок, – брюнетка оценивает его с ног до головы и видимо приходит к какому-то умозаключению, после чего полностью переключает внимание на него, забывая о своих подругах, – Эта девушка — новичок, – хмыкает она, – Видимо как и ты. Чтобы попасть в «Стаю», нужно пройти испытания. Каждый раз лидеры придумывают что-то новое, сегодня это куб, в котором нужно продержаться минуту. Звучит легко, но об испытаниях никто из новичков заранее не знает, за этим тщательно следят, поэтому для неподготовленного человека может быть трудно, – девушка кидает взгляд на куб, – Вот, смотри. Она уже не справляется. Нил переводит взгляд обратно на куб, справа от которого установлена небольшая металическая лестница, сверху которой узкая платформа. На ней стоит Шрам, в руках у которого карманные часы, видимо что бы отсчитывать время. Но девушка внутри куба уже пытается открыть люк. Она прилагает усилия, но в воде сложно делать резкие движения. – Нет, нет – говорит Шрам, слегка потряхивая часами, – Ещё тридцать секунд. Он что, её не выпустит? Тревога кладет свои запястья на плечи Нила. Смог бы он задержать дыхание на одну минуту? Брюнетка права, звучит просто, но смог бы он сделать это на практике? А потом место тревоги занимает ужас, когда девушка в кубе поворачивается лицом к толпе и Нил понимает что это Николь. Она бьет своими хрупкими запястьями по стеклу, но из-за сопротивления воды это больше похоже на мягкое постукивание. Глаза сестры расширены от страха, а руки указывают на шею, в поисках помощи. Но никто даже не пытается пошевелиться, наоборот, они кричат ещё громче, как-будто чужое страдание доставляет им удовольствие. Всё происходит так быстро, что Нил не успевает понять, как оказывается прямо перед стеклом. – Николь! – кричит он и бьет по поверхности, что бы привлечь её внимание, – Николь! Она быстро замечает своего брата и пытается что-то сказать. Нил не понимает, но видит как пузырьки воздуха покидают её рот, поэтому руками просит её остановиться. Есть только один способ, как Нил может ей помочь, поэтому бежит к лестнице и поднимается вверх. Шрам стоит неподвижно, как будто его не волнует, кто мог бы подняться. Взгляд сосредоточен на часах. – Ещё пятнадцать, – говорит лидер вслух. – Она сейчас задохнётся! - кричит Нил, а голова Шрама резко поднимается вверх. Глаза выражают искреннее удивление, как-будто бы он только сейчас понял, что не один, – Открой чёртов люк! Взгляд парня лишь на мгновение остаётся поражённым, а потом сменяется на раздражение: – Что ты здесь делаешь? – рычит он. Он что, идиот? Прямо под его ногами задыхается человек, а он возмущается, потому что Нил поднялся к нему? К чёрту этого кретина. Нил смотрит на люк с замком, но потом замечает внизу походный топор. План появляется за секунду и Нил не успевает подумать о последствиях: перепрыгивая через ступеньку, он летит вниз, замечая краем глаза, что Николь уже лежит на дне. Правая рука хватает топорик и Нил замахивается, а потом со всей силы бьет. Стекло идёт трещинами, а потом под напором воды разбивается окончательно. Вода хлынула, сбивая Нила с ног, но он быстро встает и забегает внутрь того, что осталось от куба. Николь ужасно бледная, вся мокрая, лежит в воде и осколках. И не дышит. – Нет, нет, нет, – тараторит Нил, – Пожалуйста, Николь. Мозг лихорадочно пытается вспомнить как оказывать первую помощь и Нил переворачивает девушку набок, что бы как можно больше воды покинуло её легкие. Затем толкает её обратно на спину, вспоминая что нужно делать. – Свали, – тёплая рука с силой отталкивает от его Николь, но Нил даже не сопротивляется, потому что Шрам встает на колени перед его сестрой и по-настоящему оказывает первую помощь. Парень делает непрямой массаж сердца, затем зажимает нос и приступает к искусственному дыханию. Он повторяет это дважды, пока Николь не начинает кашлять и сама не переворачивается набок. Нила переполняет смесь эмоций из страха и облегчения. – Николь, – Нил подползает обратно к сестре, не обращая внимания на осколки на коленях и ладонях, – Николь. – Нил, – хрипит она, а потом начинает плакать, – Нил, прости меня. Пожалуйста, прости. – Всё закончилось, – говорит он, закидывая её руку на плечо и тянет вверх. Тело Николь легко поддается и она неуверенно шагает рядом с братом. Они успевают отойти от куба на пару шагов, когда перед ними встает Шрам. – Уже покидаете нашу вечеринку? – язвительно тянет он, а толпа подхватывает смеясь и крича, – Я думал вы останетесь на десерт. Нил понимает к чему тот ведет, но кивает на Николь: – Ей нужно в больницу. – Ей нужно согреться, а мне нужно, что бы ты остался, – говорит парень, а затем поворачивается в сторону остальных, – Элли! С правой стороны толпы, в противоположной от той, где Нил искал, выходит девушка. Хэтфорд делает судорожный вдох, когда она подходит. Рейнольдс. Элисон Рейнольдс. Нил не был знаком с ней лично, но про Элисон знал каждый в их лицее. Дочь человека, который заполонил своим бизнесом весь город. Если вы хотели купить квартиру, или взять в аренду помещение, то скорее всего это принадлежало мистеру Рейнольдс. Что такая девушка забыла здесь? Она подходит вплотную к Нилу и Николь. – Хэтфорд, – тихо произносит девушка, делая лёгкий кивок головой, – Позволь мне помочь твоей сестре. Она знает семью Нила, а он знает её. Элисон наверняка понимает, в каком положении они оба оказались. Поэтому позволяет девушке увести свою сестру. Рейнольдс никогда не рискнет репутацией своих родителей, поэтому и не причинит вреда Николь. Когда девушки уходят, Нил поворачивается к Шраму. Парень не выдает никакой эмоции, ожидая первого шага от Нила, поэтому он говорит: – Я знаю что пришёл на твою территорию без разрешения, – Нил начинает дрожать, то ли от мокрой одежды, то ли от осознания что он сделал, – И готов понести за это ответственность, но пожалуйста, не трогай мою сестру. Шрам щурится, но потом улыбка расцветает на его лице. Из-за этого он снова выглядит обычным дружелюбным парнем. – В нашей «Стае» мы ценим три простые вещи, – говорит он и смотрит на толпу, – Свободу, бесстрашие и.. – Самоотверженность, – одновременно с парнем шепчет Нил. – Желание поставить жизнь другого члена «Стаи» выше своей — это повод для нас уважать тебя. Но есть одно «но», – Нил задерживает дыхание и выдыхает, только когда он жестко и громко чеканит: – Ты – чужак здесь. Люди вокруг вновь орут, одна девушка, совсем молодая, выходит немного вперед и кричит: – Чужак! И теперь у Нила сформировалось представление о «Стае», как её назвал Шрам. Словно гигантский механизм, подростки подчиняются лидеру и соглашаются со всеми его словами, со всеми его выводами. Даже если это будет неправильно по совести, они последуют за ним. Хэтфорд не понимал, как парень не сильно старше его самого, подчинил себе своенравных подростков, но теперь понимал почему гибнут люди. Это не были самоубийства. Это были испытания. – И как мы накажем незваного гостя? – снова обращаясь к толпе, громко произносит Шрам, – Мне кажется, стоит прибегнуть к традиционному методу, – парень снова поворачивается к Нилу и говорит только для него, – Я бы простил тебе подобное жертвоприношение, если бы не материальный ущерб, – и показывает большим пальцем себе за спину. – Я могу заплатить за этот аквариум. Шрам искренне смеётся: – Малыш, да я и сам могу купить десяток таких же, но мне не нужны деньги твоих родаков, – парень пожимает плечами, – Я хочу что бы ты запомнил этот день, – Шрам хлопает Нила по плечу и уходит в сторону своей «Стаи», – Кто хочет преподать урок выскочке? Толпа снова оживает: кто-то свистит в поддержку своего лидера, парни, и даже девушки, тянут свои руки вверх, чтобы принять участие в этом шоу. Нил думает, что просто позволит себя ударить, чтобы этот день наконец закончился, но потом понимает что толпа затихла. – Может быть я приму в этом участие? – немецкая речь врезается Хэтфорду в голову. Он поднимает взгляд, но все смотрят на него. Или на кого-то позади него. Медленно поворачивая голову, Нил готовится увидеть человека, который так же как и Шрам вызывает уважение у толпы. И… что за чёрт? Копия лидера «Стаи» разглядывает разбитый куб. Он не выражает никакого интереса к Нилу, не пытается изучить или понять каким будет его соперник, но это и не нужно. Нил не слепой, ему никогда не выиграть в рукопашном бою с этим человеком. – Ты? – переспрашивает Шрам, всем своим видом выражая недоверие, – Я не хочу, чтобы парень умер на нашей территории, – умело перескакивает парень на тот же язык. Блять. Это так обнадёживает. Нил снова разглядывает своего соперника, в поисках слабостей. Парень выглядит в два раза крепче, чем его брат. Чёрная футболка обтягивает его накаченные руки, штаны карго низко сидят на его мощных бёдрах, выражение лица выражает скуку. На обоих руках что-то вроде повязок, и судя по рельефу, там спрятаны грёбаные ножи. У Нила нет ни единого шанса. Парень-гот наконец отводит взгляд от куба, но так и не смотрит в сторону Нила, обращаясь к своему брату: – Ты хотел устроить ребятам шоу, так дай мне это сделать. Шрам изучает близнеца вглядом, но затем кивает: – Хорошо, – поворачиваясь лицом к публике, он говорит громче на английском: – Сегодня мы отдадим чужака Эндрю! Эндрю. Что ж, Нил хотя бы будет знать имя человека, который заберет его жизнь. – Эн-дрю! Эн-дрю! Эн-дрю! - скандирует толпа. Продолжайте, ребята, продолжайте, это совсем не давит. Эндрю подходит к Нилу и встаёт напротив, лицо по-прежнему не выражает никаких эмоций, когда он говорит: – Давай тут сегодня по-быстрому. – Я не идиот, мне не победить тебя, – произносит Нил, потому что может произвести здравую оценку своих сил. Он говорит это скорее от отчаяния, чем от надежды решить всё разговором. Эндрю кажется абсолютно не удивлён, что его соперник знает немецкий язык, когда говорит: – Тебе и не нужно побеждать, – он слегка пожимает плечами, а потом занимает позицию, поднимая кулаки выше, – Главное — принять вызов. Исход уже не так важен, – а затем Эндрю бьёт Нила в живот. Тот не ожидал этого удара, поэтому падает на колени, прикрывая голову руками. Но соперник даже не пытается бить по голове, вместо этого он хватает Нила за волосы, заставляя подняться, а потом наносит удар по рёбрам. Нил падает и чувствует резкую боль в плече. Чёрт, чёрт, чёрт.. Перед глазами взрываются краски: зеленый, синий, желтый. Аттракционы, лица подростков, асфальт — всё смешивается, начинает кружиться. Нил снова прикрывает голову, поэтому нога Эндрю прилетает в раненное плечо, только на этот раз Нил готов поклясться, что слышит хруст. От удара, Нил отлетает в сторону, прокатываясь подбородком по асфальту. Эндрю медленно подходит к парню, который свернулся калачиком на земле, и прикладывает свою горячую ладонь к шее Нила. – Лежи и не двигайся, – шепчет он и это кажется странным. Нил, даже если бы хотел, вряд ли мог бы сделать какое-то движение, – Я думаю с него достаточно, – сообщает Эндрю своему брату. – Ты уверен? – громко смеётся Шрам, – Прошла всего двадцать одна секунда, может он ещё встанет? Твою мать, он ещё и время засёк? – Отстань от него, Аарон, – лениво протягивает Эндрю, и даже сквозь боль Нил замечает, что тот назвал его по имени, – Пусть валит домой и больше не возвращается. В наступившей тишине слышны удаляющиеся шаги Эндрю, а потом Аарон вздыхает: – Ладно, я и не ждал большего, – потом чуть громче для остальных, – Погнали дальше, ребята, тут больше не на что смотреть. Нил наблюдал, как толпа подростков следует за своим лидером, пока последний человек не скрылся за поворотом. Через какое-то время, огни погасли и Нил задумался над тем, который сейчас час. Интересно, мама или дядя уже приехали домой? Что он скажет им, когда они увидят его таким? Разозлятся, запрут дома? Было бы неплохо попасть под домашний арест и отлежаться недельку-другую. При попытке встать тело Нила отзывалось болью, поэтому он так и остался лежать. Ещё немного полежит, а потом встанет. Обязательно встанет. – Нил? – уже не такой хриплый голос Николь выводит его из транса, – Можешь встать? – Могу, – тело болит только от одной мысли хоть о каком-то движении, – Но, наверное, не сейчас. Чуть позже. Куда увела тебя Элисон? – Эндрю переделал одно из старых помещений на территории парка под всякие нужды. Он разрешил мне там остаться, а сам ушёл. Рейнольдс согрела меня и угостила чаем, – в голосе Николь очевидная вина, но сейчас Нил не готов говорить о произошедшем с сестрой. – Элисон и Эндрю помогли тебе. Ты поблагодарила их? – Да. – Это хорошо, – Нил снова прикрывает глаза, – Ты случайно нигде тут не видела Кевина? Было бы неплохо попасть домой. – Он сейчас с Элисон, кто-то ударил его пару раз, – Николь мнётся, – Но не так как тебя. Он в порядке. Это объясняет, почему Нил не видел его с момента, как они разделились. Не то, чтобы он рассчитывал получить поддержку Кевина в драке, но было бы неплохо подняться с земли. – Я тоже в порядке, не переживай, – Нил открывает глаза и пытается сосредоточить взгляд на сестре, но в глазах двоиться, – Чья одежда на тебе? – Это тоже Эндрю. Чёрные брюки и чёрное худи свисают с Николь. – Понятно, – вздыхает Нил, – Давай-ка позовём Кевина, я немного замёрз. С одежды всё ещё капает вода. – Хорошо, я скоро вернусь. Получив «ага» от брата, Николь побежала в сторону выхода из парка. Через какое-то время Нил услышал звук каблуков, стучащих по асфальту, поэтому снова открыл глаза. Рейнольдс смотрела на него сверху вниз, а на фоне мелькали звёзды. – Хэтфорд. – Рейнольдс. Блондинка слегка улыбается: – Я всё пропустила, но мне сказали, что ты не смог ударить Миньярда ни разу. Так уж вышло, что я не настолько узколоба как остальные, поэтому спрошу по-другому. Почему ты не пытался его ударить? Миньярд. Теперь Нил знает его фамилию, пусть и не планирует что-то делать с этой информацией. – Предпочитаю решать вопросы словами. – Не очень выходит. – Просто в вашем мире так не умеют, но это не страшно. Я не планировал приходить сюда снова. – Это правильная мысль, – Элисон протягивает руку и Нил её принимает.