Шелк и сталь

Лодка застонала, пробудив Эрана от беспокойного сна. Судно заскрипело и затряслось и, наконец, прекратило свое непрерывное раскачивание. Вонь от мешка и качка не пошли на пользу его желудку. Сон казался единственным выходом, но сны, ожидавшие его там, не были добрыми. Рядом затопали сапоги. Чьи-то руки вцепились в его плечи, и, как и прежде, его, слепого, повели по ступенькам на палубу. Дождь хлестал его по плечам и с шипением барабанил по доскам. Он едва успел спуститься по пружинящей доске, как дождь промочил мешок насквозь и заструился по его спине. Судя по бормотанию бронзовых, они вытащили лодку из воды, не дойдя до узкого участка реки и ее порогов. Эран был благодарен, по крайней мере, за это. Чьи-то руки опустились ему на плечи, заставляя сесть на то, что он принял за упавшее бревно. Он прислушался к тому, как крупные капли дождя барабанят по листьям неподалеку, заглушая большинство звуков за пределами лагеря. Они все еще были в лесу, где растительность была густой и не превращалась в пепел, как на территории вокруг башни. Воздух наполнился ароматом сосен, когда ему удавалось вдохнуть его. Почти как дома, если бы не вонь дракона. – Давай-ка посмотрим на тебя как следует. Мешок исчез с его головы. Все окрасилось в теплые оранжевые тона. Четверо бронзовых сидели вокруг костра. Им повезет, если они разожгут его с помощью сырых дров, лениво подумал Эран и улыбнулся. Иронично. Будучи людьми, они не могли согреться сами. У одного из них были кремень и огниво — приспособление для разжигания огня — и он пытался высечь искру из отсыревшего хвороста. Эран отвернулся, прежде чем сдерживаемый им смех заставил их сжать кулаки. За пределами лагеря сгустились сумерки. Приближалась ночь. Они могли подняться в воздух, как только стемнеет. Он никогда не летал, никогда не поднимал ноги выше крон деревьев и не испытывал особого удовольствия от мысли оказаться еще выше. Его похититель, тот, кто сбил его с ног ударом кулака, вцепился пальцами в ошейник, все еще застегнутый на шее Эрана, и потянул. Толстые пальцы сомкнулись на его шее, перекрывая ему доступ воздуха. Бронзовый одарил его долгим голодным взглядом, прежде чем отпустить и направиться к огню. Эран закашлялся и сглотнул, привлекая внимание бронзового к себе. Его взгляд задержался слишком долго, переместившись туда, где тонкая, промокшая от дождя хлопковая рубашка прилипла к груди. Гнев закипел в душе Эрана, и рот бронзового растянулся в ухмылке. – Когда ты в последний раз видел кого-нибудь из них? Его похититель посмотрел через пламя костра на своего товарища. У того тоже была гладко выбритая голова и коротко подстриженная золотистая борода. Он почесал ее и кивнул в сторону Эрана. – Эльфов, – добавил он. – Никто не видел их на западе с тех пор, как мы были детьми, – проворчал похититель Эрана. – Сейчас их редко можно встретить. Может, даже реже, чем людей. Огонь разгорелся. Языки пламени лизали землю и боролись с дождем. В конце концов, Эран погрузился в мерцающий танец огня, отвлекая свои мысли. Всяко лучше, чем слушать замечание бронзового о том, как они успешно уничтожили большинство эльфов десятилетия назад. Тогда народ Эрана был мягче. Это стоило им почти всего. Сейчас все было по-другому. Его народ стал другим. Бронзовые расположилась вокруг костра, они приходили и уходили, охотились на дичь, проверяли периметр. Так глубоко в лесу, из-за низких облаков, их бы не заметили сверху. Они освежевали кролика и поджарили его на вертеле над огнем. У Эрана потекли слюнки. Его похититель время от времени бросал взгляд в его сторону, замечая, как тот следит за шипящим мясом, и возвращался к своему пиршеству, откусывая и пережевывая с большим удовольствием. – Хочешь кролика, да? – спросил его похититель. Вдалеке прогрохотал гром, и снова начался дождь. – Нет. – Нет? – бронзовый бросил обглоданную кость в огонь и вытер жирные руки о кожаные штаны. – Если не кролика, то чего же ты тогда хочешь, эльф? Эран опустил взгляд на усыпанную мусором лесную подстилку. – Керрик, оставь его. Докул будет в ярости, если ты сломаешь его до того, как у него появится шанс. Эран не был уверен, кто это сказал. Он не поднимал головы. Может, если бы он смог превратиться в маленькое, слабое существо, этот Керрик потерял бы к нему интерес. – Я ни хрена не собираюсь делать. Эран увидел, как ботинки Керрика появились перед ним. Со связанными за спиной руками он не собирался вырываться. Гнев вернулся, а вместе с ним и вездесущий клубок ненависти к этим животным, но если бронзовый увидит это, ситуация станет только хуже. Кулак Керрика вцепился в волосы Эрана. Он запрокинул его голову назад, а другой рукой обхватил свою промежность. – Может, ты хочешь члена? Боль пронзила шею Эрана, но это было ничто по сравнению с отвращением, разлившимся по венам. Он оскалил зубы. – Только тронь меня, и твой вождь убьет тебя. – Мой вождь? – Керрик приподнял густую бровь. – Докулу насрать, что я с тобой сделаю. Главное, чтобы ты все еще дышал, когда я закончу. – Его рука обхватила горло Эрана и сжала его. – У тебя слишком длинный язык для питомца. Эран стиснул зубы. Бронзовый наполовину оторвал его от бревна. Рука, вцепившаяся в его волосы, дернулась, заставив Эрана склонить голову набок, обнажив шею. Ярость обожгла его вены и задрожала в мышцах. Керрик поставил его на ноги и задышал Эрану в ухо. – Ты хорошо пахнешь. Не знаю, трахнуть мне тебя или съесть. Поскольку я не могу тебя съесть, думаю, мы оба знаем, что будет дальше. Ты когда-нибудь занималась сексом с таким мужчиной, как я? Керрик оттолкнул Эрана назад. Он споткнулся о бревно и тяжело рухнул на бок. Бронзовый потянулся одной рукой вниз, а другой быстро расстегнул свой ремень. Эран зарычал, стиснув зубы и тяжело дыша. Толстые губы Керрика изогнулись в ухмылке. Он схватил Эрана за руку. Эран ударил ногой, сильно и быстро, глубоко врезав пяткой в промежность чудовища. Зверь взвизгнул и отшатнулся назад, споткнувшись о бревно, и он рухнул навзничь в костер, разбрасывая угли, пламя и горящее мясо. Эран вскочил и побежал, но успел сделать всего несколько шагов, прежде чем бронзовый налетел на него сзади и прижал к дереву. Грубая, шероховатая кора впилась Эрану в щеку и челюсть. – Пинок по яйцам меня не остановит, ублюдок. В нашем семействе это предварительные ласки. Чья-то рука обхватила шею Эрана, сильнее прижимая его к дереву. Он крутил и дергал путы, снова и снова обжигая запястье, но веревки не ослабевали. Пальцы Керрика ощупывали его задницу, сжимая с такой силой, что с губ Эрана сорвалось шипение. – Ты только что сделал все в десять раз хуже, – прорычал Керрик на ухо Эрану. – Я собирался быть с тобой помягче, убедиться, что не оставлю следов. Но теперь я буду трахать тебя, пока ты не заплачешь по своей сучьей эльфийской матери. – Керрик! Если ты причинишь ему боль, Докул убьет тебя. – Послушай своего друга, – прорычал Эран, ощущая вкус крови из рассеченной щеки. Рука исчезла с задницы Эрана, но вторая осталась прижатой к его затылку. Керрик хрюкнул и издал глубокий, гортанный стон, затем грубиян прижался своим горячим телом к спине Эрана. Эран зажмурился. Нет, нет! – Будь проклят ты и тебе подобные, будь ты проклят Ифреаннами. Сделай это, и я выслежу тебя, отрежу твой член и засуну его тебе в глотку. Его твердый член уперся в бедро Эрана и двинулся вверх. Дракон содрогнулся от удовольствия. – Черт, эльф. Ты только возбуждаешь меня своими сладкими речами. – Я никогда раньше не убивал человека его собственным пенисом, но для тебя сделаю исключение. Керрик рассмеялся глубоким, утробным смехом. Он шлепнул Эрана по заднице и запустил пальцы за ремень, но вместо того, чтобы стянуть с него брюки, замер. Сердце Эрана готово было выпрыгнуть из груди. Это происходило наяву. Он знал об их жестокости, но никогда не планировал оставаться в живых достаточно долго, чтобы стать их жертвой. Он мог лишь надеяться на то, что ублюдок быстро кончит. Он справится. Это его не убьет. У него уже были раны, ужасные раны. Это пройдет. Рука исчезла с шеи Эрана, но ее быстро заменила грубая ладонь на его горле. Керрик развернул Эрана лицом к себе. Глаза ублюдка сверкнули тусклой бронзой. Он снова схватил Эрана за волосы и заставил опуститься на колени. Эран извивался и дергался, пытаясь высвободиться из захвата, но лучшее, что он мог сделать, это отвернуться от возбужденного члена мужчины. – Ты хочешь, чтобы я отсосал тебе, но рискуешь тем, что я откушу его, ты, кусок драконьего дерьма. Бронзовый снова схватил Эрана за горло, и на этот раз крепко сжал его, перекрыв доступ воздуха. – Если хочешь жить, то высосешь меня досуха. – Керрик взял свой член свободной рукой и погладил набухший кончик двумя пальцами. Он еще крепче сжал горло Эрана. Перед глазами Эрана заплясали звезды. – Посмотри хорошенько, эльф, ты отсесешь, а потом, когда я закончу, остальные мои братья будут трахать тебя, пока ты не пропитаешься нами насквозь. Но ты останешься дышать. А когда все закончится, ты поблагодаришь нас и ни хрена не скажешь Докулу, иначе мы повторим все это снова. Эран дергался, все в нем пыталось вырваться. Он не мог дотянуться, чтобы разжать хватку мужчины, не мог сделать вдоха, чтобы унять стук в голове. Возможно, они и не хотели его смерти, но это не займет много времени. Слишком сильное сжатие, слишком долгая секунда. Если он умрет здесь, вот так, вся его жизнь в Ордене была напрасной. На лице Керрика появилась жестокая улыбка, и мужчина облизал губы. Он сжал головку своего разгоряченного члена и пошевелил бедрами, выгибаясь под нужным углом к губам Эрана. Когда он оказался в сантиметре от рта Эрана, то ослабил хватку на его горле. Эран закашлялся. Он хотел бороться, его гордость требовала, чтобы он боролся каждую секунду, но не было никакого способа противостоять этому. С тошнотворной пустотой в животе он осознал, что происходит, независимо от того, что он говорит или делает. Керрик опустил взгляд между ними и погладил свой член, выдаивая каплю смазки. С отвисшей челюстью и остекленевшими глазами он провел блестящим кончиком по подбородку Эрана, размазывая влагу. Эран оскалил зубы, и хватка Керрика усилилась. – Теперь ты будешь вести себя хорошо. Открой рот... Меч запел, описывая серебристую дугу прямо над головой Эрана. Когда он ударил Керрика в живот, его песня оборвалась, и наступила тишина, нарушаемая только стуком дождя по листьям. Бронзовый моргнул, удивленный тем, что в его животе оказался меч. Эран вырвался из слабеющих пальцев Керрика и отшатнулся назад. Он уже видел такие удар и изгиб клинка. Керрик упал на колено, все еще держа член в одной руке, в то время как другой осторожно нащупывал меч в своей груди. По лагерю прокатилось рычание. Глубокое и угрожающее. Лисандр выскочил из кустов, сжимая в руке свой единственный оставшийся клинок, а улыбка на его лице говорила о том, что он нашел именно то, что искал.