Мой ненаглядный, боль моя

18 сентября 2024 Natalie Holt — Loki Green Theme Матвей представлял свой дебют за «ПСЖ» в каком-нибудь малозначительном матче Кубка с соперником из глухого окситанского села пятого дивизиона, но никак не против «Жироны» в Лиге чемпионов. Слишком высокая на него легла ответственность. Слишком резкий переход от «Краснодара» к венцу карьеры и пределу мечтаний сотен и миллионов. К таким играм готовился весь Париж. Просыпался от тысячелетнего сна, сбрасывал вековую пыль средневековых соборов и мостовых, оживал в демонических гаргульях, чёрными птицами облетавшими город, бурлил в мутных водах Сены, гремел костями восстававших из катакомб мертвецов. И сиял красно-синими огнями Башни и «Парка». Матвей пытался выравнять дыхание, но пальцы в перчатках всё равно сжимались в нервном напряжении. Время предательски несло его к вечеру казни: тысячи глаз будут прикованы к нему и только к нему. Вратарь — это последний рубеж обороны. За ним никого, никто не спасёт. А выше — только бескрайнее небо и погасшие звёзды. В каждом невероятном прыжке он пытался дотянуться до них, но каждый раз законы физики побеждали. Предчувствие гласило: исход этого матча наполовину будет зависеть от него. Необходимо было настроиться на нужную волну — когда кровь под алебастровой кожей гонит кортизол по венам, чутьё обостряется и глаза бегают как у снайпера, наводящего прицел. В этом состоянии не существует внешнего мира, друзей или семьи — только треск электричества в воздухе и закипающий в крови адреналин. Фанаты ведут команду вперёд, и ты либо летишь на крыльях этой волны, либо тебя сносит волной чужой, инородной. Взял мяч — ты король-чудотворец. Не взял — беглец Руссо. Город сам рассудит, достоин ли ты его. Он же Париж. Да, с Окситанией Матвей впоследствие ещё сыграет — но пока стройным хором звучит барочный гимн Генделя и эхо полного стадиона болельщиков, которых он не может подвести. Это его дебют, его затянувшийся просмотр. Его единственный шанс выйти из Итальянских войн с наименьшими потерями и побороться с Доном за право просто быть на поле. Его битва за Лютецию. И он будет бороться. С «Жироной», с предрешённым свыше исходом матча, с самим собой. Ради такого можно изменить себя и изменить себе. Ведь Париж действительно стоит мессы.