"Проклятье и Тень"

Акт 1. «Тень»

      Колядная неделя была в самом разгаре, для Марка, по крайне мере. Пока Анна и Северин занимались организацией празднования проводов зимы для подданых, а Агата с Александром следили за границами города и защитой от мертвецов, у Марках выдалось несколько дней отдыха.       В его планах было выспаться, навестить семью и выпить с друзьями. Несмотря на то что он так и не нашёл причин, почему стая мертвецов на границе была мертва до прихода отряда Морока. Ни причины, ни кто это мог сделать, они так и не выяснили. Но всё пошло не по плану, когда он на спор влил себя несколько литров хмельного пива. И это всё привело к тому, что прямо сейчас он не знал, как зовут эту женщину, как они оказались в его спальне и почему прямо сейчас она сидит у него на лице, а его язык пролезает ей между ног.       Марк и не думал жаловаться. Эта комната давно не видела женщин. С черезмерными патрулями и тренировками с Александром он уже забыл, что такое женское тело и уж тем более каково это — быть внутри такого прелестного создания. Марк держал её аппетитные бёдра, пока его язык проводил по твёрдому бутончику её клитора. Он слушая её стоны, а она не скрывала наслаждения от его ласк. Одной рукой она придерживала подол своего платья, давая возможность Марку как можно глубже затронуть самые чувствительные места её лона, а второй массировала свою левую грудь, давая возбуждению как можно сильнее себя накрыть.       Ее возбуждающие стоны передались его члену, который всё ещё томился внутри его чёрных брюк. Он был готов удовлетворить её по-настоящему, пока она не назовёт его имя и не скажет «ДА», и он мгновенно в нее войдёт. Он продолжал проводить языком по её чувствительному месту, наслаждаясь её сладкими соками. Её бёдра подрагивали от очередной волны возбуждения, но сильная хватка Марка не давала ей слезь с его лица.       Все уже давно говорили, включая и Александра, что Марку давно пора найти себе жену и обзавестись отпрысками, чтобы он свою гиперопеку на сокомандников и командира тратил на них. Анна несколько раз знакомила его с дочерьми благородных семей, но дальше этого знакомства дело не заходило. И дело было не в их внешности, не в их статусе. Ему было не интересно с теми, кто не разделял взглядов, что служба королевской семье на первом месте. Эти женщины не знали ни запаха крови своих товарищей на руках, ни чувства отчания, когда сделал всё, но этого было недостаточно. Казалось, девушку, что его поймёт, ему не найти, порой он завидовал Александру, что тот смог найти ту, которая приняла все его тени под плащом и полюбила каждую из них.       Светволосая девушка выгнулась, её грудь вздымалась, а протяжный стон чуть не заставил Марка кончить прямо в брюки. Девушка застыла, пока Марк проглотив слюну, облизал свои губы вместе с соками девушки.       — Морана милосердная, — простонала она, слезая с его лица.       Марк отпустил её бедра, и вот уже он возвышался над ней, давая ей осмотреть свой член, выпирающий из-под брюк. Она погладила его голый торс кончиками пальцев, а затем прикоснулась к выпуклости его брюк, отчего уже Марк не выдержал и издал приглушённый стон. Она облизала губы и принялась помогать ему с застёжкой.       Когда она наконец справилась с брюками, он практически выскочил ей навстречу. Она сглотнула, его длинный стержень подрагивал, моля к нему прикоснуться. Девушка перекинула копну светлых волос на левое плечо, наклонилась и прижалась губами к его головке, проведя языком, пробуя его на вкус. Влажная жидкость уже стекала с его кончика, и девушка осторожно попробовала его, стараясь не пропустить ни одной капли. Чёрт! Он точно сегодня возляжет с ней, благо она разделяла его мысли. Он протолкнул свой член глубже ей в рот, касаясь стенки её горла, придерживая её волосы, чтобы они ей не мешали. Одной рукой она держалась за его бедро, а второй проводила рукой по всей длине его стержня.       Дверь комнаты настежь со стуком распахнулась. Марк, стоящий возле своей кровати полностью голым, мог похвастаться своей упругой задницей и девушкой, что прямо сейчас сидела в его кровати с членом во рту. Он лишь недовольно повернул голову, словно его отвлекли от важного дела. Почему словно? Его действительно отвлекли от важного дела. Когда ещё будет время, чтобы в его комнату вошла женщина. Дни? Недели? Скорее всего, месяцы пройдут, когда ему дадут очередной выходной.       Кирилл и глазом не моргнул, увидя картину в комнате своего друга.       — Спускайся, — только и сказал он, пока девушка уже оторвалась от члена и спряталась возле кровати. Марк со вздохом нагнулся, натягивая брюки, которые только недавно скинул с себя, рад был от них избавиться.       — Зачем? — выгнув бровь, сказал он. — У меня выходной, или ты забыл в очередной раз?       — Наследный принц привёл в замок нечисть на пир.

***

      Хвала Моране, когда он уже спускался по каменной леснице, его эрекция пропала, хотя не сказать, что он был в восторге от этого. Как только он разберётся, что происходит на этом чёртовом празднике, он тут же вернётся в постель к незнакомке, и не дай бог это был очередной розыгрыш Кирилла, тогда уже ему самому придётся молиться Моране.       Внизу по-прежнему играла музыка, а снаружи были слышны радостные крики и смех. Никаких признаков опастности, ни единого намёка на угрозу, кроме…       Он ощутил резкий холодок из коридора, мурашки прошли у него по спине. Он направился влево по коридору к центральному входу, освещённому факелами и свечами. С шага уже Марк перешёл на бег, оттого что, чем ближе подходил к входу, тем отчётливее ощущалась гробовая тишина. У главного входа должно быть оживлённо из-за огромного потока гостей то во дворец, то из него на главную площадь, где прямо сейчас горело чучело из соломы, которое ещё утром местным детям Марк с Кириллом и несколькими солдатами из отряда Теней помогали строить.       У входа стояли Северин с Анной и несколькими солдатами, что вытащили мечи из ножен, направив на тёмную фигуру, что было не разглядеть Марку из-за столпившихся людей. Смех, пение и разговоры совсем стихли у входа.       Где, чёрт возьми, Агата и Александр?       У входа стояла девушка в красном плаще с маской чёрной волчицы на лице. Распахнутая входная дверь потемнела, точнее, потемнело пространство вокруг двери. Все собравшиеся продолжали направлять мечи на незнакомку, пока та держалась за руку с наследным принцем.       — Вот так здесь встречают гостей в честь праздника, — с улыбкой на лице сказала девушка. Её глаза свекнули золотистым, когда она взглядом обвела всех собравшихся.       — Отпусти наследного принца! — скомандовал Кирилл, делая шаг вперёд.       Девушка даже не посмотрела в его сторону, продолжая осматривать местность. Услышав знакомое карканье и шелест крыльев, она улыбнулась, наконец обратив внимание на Кирилла.       — Похоже, тут думают, что я держу тебя в заложниках, — промолвила она с усмешкой, выпустив руку наследного принца, отчего он даже расстроился. — Хотя тут, скорее всего, наоборот.       Девушка кивнула мальчику в сторону его родителей, и тот послушно побежал к ним. Анна упала на колени, заключив своего единственного сына в объятия, с облегчением вздохнув. Северин, убедившись, что с сыном всё в порядке, обратился к незнакомке:       — Назови себя! Этот дом — не место для чужих.       Она сделала шаг вперёд, потом другой. Её шаги были легки и бесшумны, как у волчицы в лесу под покровом ночи. Она подходила всё ближе, совершенно не волнуясь о клинках, направленных в её сторону.       — Мама! Папа! — восклинул Мистислав. — Это Несса! Девушка, которую я встретил в городе, я позвал её отпраздновать с нами Коляду.       Остановившись напротив королевской семьи в десяти шагах, она лишилась возможности подойти ближе, иначе один из клинков воткнулся бы прямо ей в горло, хотя такой исход скорее позабавил бы её, с какой усмешкой она смотрела на все эти клинки, заметил Марк, стоявший позади Кирилла.       Она скинула капюшон своего красного плаща, вышитый золотистыми нитями. Её длинные тёмные волосы вороньего крыла ниспадали ей с плеч. Она, не торопясь, сняла маску, осмотрев её.       — Я же говорила, это плохая идея, принц, — она откинула чёрную маску, как какой-то ненужный мусор, и окинула взглядом собравшихся, словно давая позволение посмотреть на неё. Тёмные серые глаза обловакивали, словно сама тьма была готова выплеснуться наружу. Похоже, золотистым оттенком сверкнула маска, а не глаза девушки, решил Марк. Её лицо было бледным, как у самой смерти, лишь лёгкий румянец на щеках придавал ей человечности. Пухлые красные губы, словно запекшаяся кровь, не проронили ни слова.       — Мама! — обратился к Анне наследный принц, дёргая её за подол платья. — Позвольте Нессе остаться на праздник.       Пока мальчишка пытался уговорить родителей пустить незнакомку в дом, Марк заметил, что девушке это всё представление уже начинает надоедать. Указательным пальцем она начала постукивать по рукоятке одного из своих клинков.       — Сдай своё оружие, — твёрдым тоном сказал Северин, как и требовалось королю. — И тогда мы пустим тебя за наш стол.       Кирилл сложил меч в ножны и подошёл к девушке, остановившись в шаге от неё. Когда подходил Кирилл, было отчётливо слышно хруст снега под его ногами, в отличие от незнакомки в красном плаще. Она словно была невесомая, как призрак. Закатив глаза, девушка нехотя отдала два своих клинка и ножи за поясом, на которые указал Кирилл. Эта её манера Марку чем-то напомнила Александра. Такой же холодный и недовольный, когда приходится подчиняться приказам Северина или Агаты.       Казалось, все в это время не дышали, дожидаясь подвоха от незванной гостьи, резко послышался вздох облегчения, и клубки пара наполнили двор. Северин жестком пригласил войти девушку, не отходя от сына и Анны, прикрывая их от всё ещё возможной опасности.       — Стойте!       — Ну что ещё?! — недовольно цыкнула девушка.       Марк подбежал к королевской семье, теперь уже их прикрывая спиной. Он достал свой меч, который поблёскивал от света факелов на улице, наточенный сегодня утром. Ему не составит труда отрубить ей голову, если она надумает сделать что-то подозрительное.       — Эта самозванка может оказаться нечистью, Ваше величество. Не думаю, что разумно её впускать во дворец, наполненный гостями в том числе из соседнего княжества. Нам нужно убедиться…       — Так проверьте меня! — глаза девушки блеснули. Похоже, ей наконец-то стал интересен этот разговор. Она сделала шаг, и уже меч коснулся её горла, но её это ничуть не смутило.       — Я слышала, что королева — одна из избранниц Мораны. Пусть проверит мои нити жизни. – Она откинула густые тёмные волосы на правую сторону, позволяя открыть шею. От этого резкого движения меч Марка надавил на её горло, капелька крови коснулась его.       Девушка ничуть не встрепенулась, не вздрогнула от боли. Казалось, она вообще ничего не почувствовала, даже не посмотрев на рану.       Северин и Анна переговорили между собой, и Анна с двумя солдатами вышла к ним навстречу.       — Выкинешь что-то, и твоя голова будет украшать сегоднейшее подношение Моране.       — Жду не дождусь, чтобы стать поднесением вашей восхваляемой богини, —с улыбкой сказала девушка, в её голосе можно было услышать тонкую насмешку и над Марком, и над самой богиней.       Двое охранников окружили незванную гостью, и она встала на одно колено, позволяя Анне рассмотреть нити жизни. Проведя пальцами, она сначала задела одну сверкающую нить, затем и вторую. Девушка вздрогнула.       — Прости, неприятно.       — Холодно, — скучающе ответила незнакомка, пока Анна проверила и третью.       Она кивнула Марку, что всё в порядке, и тот с сожалением убрал меч в ножны вместе с остальными солдатами.       — Имей в виду, я глаз не сведу с тебя.       Выяснится, что она всё-таки русалка или любая нечисть, он и глазом не моргнёт и воткнёт ей нож в сердце, а уж Агата позаботится, чтобы перерезать ей все нити до единой, так как для неё защита семьи стояла выше всего, как и для Марка. Защищать их уже давно перестало быть его его солдатским долгом. Все они стали для него семьёй, с которой он проводил все свои дни, и если хоть волосок упадёт с их головы, Марк не оставит ничего от того, кто причинит им боль.       Да где же, чёрт возьми, возятся эти двое?       Девушка встала и направилась вслед за королевой, немножко невзначай толкнув Марка.       — От тебя воняет, как от женской дырки, — бросила она ему, чтобы только он мог услышать её слова, одарив его дерзкой улыбкой.       Марк встрепенулся. А Кирилл еле подавил усмешку, услышав их разговор. Девушка и не намеревалась вести себя почтительно в чужом доме. От этой наглости и самодовольной ухмылки внутри Марка всё вспыхнуло. Эта девчонка была хуже всех благородных девиц, потому что в ней не было ничего, за что бы можно было её уважать, преклонив колено. Прямо сейчас он словно снова оказался на поле боя перед врагом, который бросает ему вызов.