6
2 октября 2025 г., 16:55
Когда Дазай открывает глаза, может разглядеть во тьме деревья, окружающие поляну. Тяжёлый выдох порождает облачко пара в холодной ночи.
Сработало.
Дазай оборачивается.
Вот он.
Живой.
Чуя прямо здесь. И он живой.
И он тянется рукой к Дазаю.
Это так странно. Дазай так отчётливо и ярко воссоздал в своей голове картину той ночи, прокручивал её в мыслях тысячи раз, добавлял всё больше и больше деталей до тех пор, пока ему не начало казаться, что он действительно был там в ту ночь.
Но была оказывается одна деталь, которую он совсем не представлял.
В его светлую голову и не приходило, что Чуя ещё был в сознании и из последних сил тянулся к нему в тот момент, когда он уходил. Уходил и даже подумать не мог, как сильно будет ненавидеть себя за этот поступок на протяжении долгих месяцев после этой ночи. Подумать не мог, что потеряет Чую на долгие месяцы, что будут ощущаться как наполненная адскими мучениями вечность.
Губы Чуи шевелятся и Дазай только в этом движении узнает своё имя, потому что ни звука не доносится. Он бросается вперёд, на ходу доставая из кармана плаща телефон и набирая номер Йосано. Хватает протянутую к нему руку Чуи и всматривается в его бледное лицо, поблескивающее от пота в свете луны.
Боль.
На его лице отражается так много боли.
Дазай придерживает плечом телефон, чтобы освободить руки и уложить Чую к себе на колени. У Чуи на лице тут же отражается облегчение и он устало закрывает глаза. Он весь дрожит. Дазай кое-как стряхивает с себя плащ и укрывает им Чую, заботливо заправляя края так, чтобы не пропустить внутрь лишнего холода.
Чуя пытается что-то сказать между рваными неровными вдохами.
– Тише… – Гладит его волосы Дазай. – Постарайся не говорить. Я тут. Я рядом.
– Алло?
– Йосано-сенсей, – Дазай быстро начинает объяснять ситуацию, – Я сейчас пришлю тебе геолокацию и хочу попросить, чтобы ты приехала как можно быстрее.
– С Ацуши всё хорошо? Я слышала про…
По всем расчётам, Дазай должен успеть добраться до Ацуши достаточно быстро, чтобы тому не понадобилась помощь Йосано. Просчитать-то он это просчитал, только вот осталось добраться вовремя согласно своему собственному плану.
– С Ацуши всё будет хорошо, обещаю, я сделаю для этого всё необходимое. Но я звоню по другому поводу. Чуе нужна помощь и я хочу, чтобы ты использовала на нём свою способность. Сможешь подлечить его именно способностью, не какими-то другими методами? Пожалуйста, у меня сейчас нет времени объяснять…
– Хорошо-хорошо, выдвигаюсь, – Дазай благодарит всех богов за то, как Йосано быстро реагирует. Кажется, такое простое слово как «пожалуйста» звучит довольно убедительно из уст того, кто никогда и ни о чём не просит. – Только ты вот что мне скажи. Он сейчас в критическом состоянии? Или мне придётся поспособствовать этому, чтобы моя способность сработала? Не могу, знаешь ли, применять свои методы к члену исполнительного комитета Портовой Мафии без его согласия, так что если…
Дальше Дазай не слышит, потому что слишком отвлекается на лежащего на его коленях Чую, у которого грудь еле двигается от поверхностного дыхания и лицо хмурится от боли. Взгляд не слишком сфокусирован и в глазах удаётся разглядеть какую-то ясность только на секунду, когда Чуя встречается взглядом с Дазаем.
Зрительный контакт резко прерывается. Чую всего выгибает в судороге, изо рта обильно льётся кровь, он задыхается и ощущается таким холодным под прикосновениями Дазая. Вдруг слышится полный боли звук, почти что скулёж. За все годы, сколько Дазай знает Чую, он никогда не слышал от него ничего похожего на этот ужасный звук. Дазай гладит большим пальцем ладонь Чуи в попытках успокоить его, при этом еле сдерживает дрожь в своих руках.
– Эй, Дазай, алло?
Настойчивый тон Йосано вырывает его из транса, заставляя резко вдохнуть.
– Да. Он в критическом состоянии. – Собственный голос звучит хрипло от напряжения.
– Поняла. Еду.
– Спасибо.
Йосано никак не комментирует такое искреннее проявление благодарности. Только вешает трубку, чтобы больше не тратить время.
Времени мало, на кону жизнь Ацуши, один только Дазай сейчас может его спасти.
Он планировал это месяцами. И уверен, что сможет спасти их обоих.
Так что набирает ещё один номер телефона.
– Акутагава, я сейчас пришлю тебе геолокацию. Это срочно, мне нужно, чтобы ты прибыл сюда так быстро, как только можешь. Справишься?
На другом конце провода слышится какая-то возня.
– Что случилось, Дазай-сан?
– Чуя тяжело ранен. Сюда уже едет Йосано-сенсей, чтобы помочь, но мне нужно, чтобы ты побыл с Чуей. Не задавай вопросов, я потом всё объясню. Но ты должен знать, что именно она должна помочь Чуе. – Дазай отправляет геолокацию. – Получил сообщение? Как скоро сможешь добраться сюда?
– Много времени не должно занять, с моей-то способностью. Скоро буду, Дазай-сан.
– Отлично. Жду.
Дазай прячет телефон в карман и внимательно смотрит на Чую, осторожно проводя костяшками по его щеке.
– Чуя, – зовёт Дазай, – держись пожалуйста и доверься мне ещё один раз, хорошо? Йосано уже едет, ты будешь как новенький.
Я сделаю всё правильно в этот раз, я позабочусь о тебе, я не испорчу всё…
Дазай вздыхает.
– Мне нужно уйти сейчас, но я обещаю… Я клянусь, что я не бросаю тебя. Ацуши в опасности и должен помочь ему. У него мало времени, понимаешь ли, но скоро тут будет Акутагава, он присмотрит за тобой, пока Йосано не приедет. Я вернусь к тебе как только смогу. Всё будет хорошо, обещаю.
Дазай был не уверен, слышит ли его Чуя, но тот слабо сжимает его ладонь. От этого простого жеста что-то пузыриться в груди, какой-то всплеск тепла, от которого до боли сжимает сердце. Я понимаю, говорит Чуя. Всё о чём Чуя когда-либо просил Дазая – это объяснение его поступков и планов. А Дазай никогда не давал ему даже этого.
– Ладно, – шепчет Дазай, склонившись над Чуей. Всё, что он может сделать – это внимательно всмотреться в его лицо, прежде чем уйти. Ужасно хочется спрятать Чую в своих объятиях, крепко-крепко прижать к своей груди, но нельзя, ему будет больно.
У Дазая есть один шанс сделать всё правильно в этом моменте, куда его перенесла Книга. Если не удастся, придётся прожить ещё раз все эти месяцы до тех пор, пока он снова не получит Книгу в свои руки.
Дазай не уверен, что сможет пережить это ещё раз. Месяцами он обдумывал каждую деталь, каждую минуту и каждую вероятность, чтобы спасти и Чую, и Ацуши. Ацуши прямо сейчас борется со своей собственной способностью, которая вышла из-под контроля и пытается разорвать на куски его тело. Он держится благодаря регенерации, да и Куникида с Кенджи помогают немного. Предположительно, у Ацуши есть ещё примерно полчаса до того, как его состояние можно будет расценивать как критическое. Дазай потерял тут около шести минут. Но если поспешить, до Ацуши можно добраться минут за десять…
Голова сейчас взорвётся от предположений, попыток оценить все риски, просчитать все возможности и вероятности. От нетерпения и беспокойства сейчас стошнит.
Дазай собирается осторожно положить Чую на землю. Чуя знает, что ему помогут, что кто-то присмотрит за ним. Дазай настоял на том, чтобы Йосано вылечила Чую именно с помощью своей способности.
По большей части, Дазай выбрал вернуться именно в этот момент времени, потому что именно сейчас Чуя в критическом состоянии и способность Йосано сработает на нём без проблем, не только подлечив его от последствий Порчи, но и избавляя от распространяющихся по всему телу метастаз. А ещё, возвращение именно в этот момент поможет избавиться от сожалений и стереть наконец-то картину, на долгие месяцы застывшую перед глазами.
Дазай не успевает положить Чую на землю, перед ним словно из ниоткуда появляется Акутагава, который не успел переодеться, только накинул плащ прямо на пижаму.
Дазай перекладывает Чую на колени к Акутагаве и ещё раз зарывается пальцами в рыжие волосы.
– Скоро здесь будет Йосано-сенсей, – бросает Дазай, уже поднимаясь на ноги и собираясь уходить. – Просто побудь с ним, пока она не приедет.
– Дазай-сан, вы уверены, что Чуя-сан будет в порядке? – Акутагава окидывает Чую внимательным взглядом и на его лице отражается волнение.
Его переживания можно понять, но Дазай помнит то, в каком состоянии был… Было тело, когда…
Когда там, в другой временной линии, Дазай держал в своих руках тело и всё думал о том, что сказал Мори, сомневался в его словах о том, что Чуя умер на рассвете. Строил предположения о том, что Чуя наверняка продержался так долго, потому что его поддерживала сила Арахабаки. Любой другой человек с таким количеством травм умер бы намного быстрее.
В той реальности, где Чуя лежал на холодной земле и умирал в одиночестве, не надеясь на то, что кто-то может прийти ему на помощь, эта божественная сила должно быть ощущалась проклятием.
Дазай ищет взглядом движущуюся от дыхания грудь, какие-то признаки жизни, чтобы убедиться… И трясёт головой в попытках очистить мысли и избавиться от нервного возбуждения, разливающегося по каждой клеточке тела от осознания, что время летит секунда за секундой, Ацуши сейчас тоже в опасности и ждёт его, надеется на его помощь.
– Да, уверен! – Кричит Дазай, разворачиваясь и наконец убегая так быстро, как только может.
Держись там, Ацуши.
***
До Ацуши удаётся добраться вовремя. Через два часа благодаря регенерации на нём не останется и следа всех этих повреждений. Акутагава звонит сообщить, что Йосано уже успела приехать и увезти Чую в свой медицинский кабинет в Агентстве, чтобы использовать на нём свою способность. Никто не замечает, как Дазай выпускает из груди долгий неровный выдох, прижимает телефон к груди и устало сползает по стене, не в силах больше сопротивляться тяжести всего пережитого стресса. Он возвращает телефон к уху. – Ты отлично справился, Акутагава-кун. Можешь возвращаться домой. Акутагава молчит, а потом неуверенно отвечает: – Я не сделал ничего такого… Я… Если бы только знал. – Ты просто не знаешь, насколько важное дело сделал, – вылетают слова у Дазая изо рта, раньше чем он успевает это осознать. – Не переживай за Чую, я присмотрю за ним. Снова долгая пауза. – Я… Понимаю. Пойду домой. Кладу трубку, Дазай-сан. Дазай хмурится от того, как странно это звучит. Что именно «понимает» Акутагава? – Хорошо, – только и успевает ответить Дазай, перед тем, как Акутагава всё же вешает трубку.
