Как приручить принцессу

Рейнира прижалась обнаженной грудью к спине Лейнора и обвила руками его шею. — Как думаешь, почему отец продолжает брюхатить Алисенту? — спросила она, прижимаясь щекой к его щеке. Пальцы её заскользили по его торсу, — Он назвал меня своей наследницей и всё равно создаёт угрозу моему положению. Лейнор хрипло выдохнул, немного отвлеченный прикосновениями Рейниры, но заставил себя собраться. Его жена была огорчена новостью, которая прозвенела по всему замку — королева Алисента снова забеременела и ожидала очередного принца или принцессу. Ему показалось, что королева была столь же опечалена, как и принцесса, но Рейнира избегала её и не могла этого увидеть. — Я думал, вы помирились. — Да… — пробормотала она, выводя узоры на его груди, — Но я всё равно не понимаю. Не Алисенту. Отца. Лейнор вытянул руку назад, подхватывая Рейниру за талию, и ловко утянул её к себе на колени. Ее серебристо-золотые волосы были забавно растрепанны — с его помощью, разумеется — ничем не напоминая те идеальные прически для выхода в свет. В их покоях Рейнира позволяла себе то, что не позволяла при дворе. И обнажалась не только телом. — Я не знаю, Нира. Король желает укрепить дом Таргариенов, обеспечивая его наследниками? Просто любит исполнять супружеский долг? Любит детей? — Уж точно не детей, — наморщила нос Рейнира, а затем подозрительно покосилась на него, — Что ты там сказал про супружеский долг? — Что сказал, то и сказал, — дурашливо улыбнулся Лейнор и утянул Рейниру за собой, падая на спину. Рейнира вскрикнула, упираясь ладонями ему в грудь, и засмеялась, жмурясь. Трепещущие отблески свечей отбрасывали их тени на стены. В опустившейся ночи пурпурные глаза его жены казались почти черными, — Только не представляй королеву и своего отца. — Поздно, — сморщила нос Рейнира, — Это то же самое, что представить меня и десницу. — Ты думаешь о других мужчинах при живом-то муже? — деланно ужаснулся Лейнор, — Я поражен в самое сердце. Рейнира захихикала и устроилась поудобнее на его груди, упираясь подбородком в сложенные руки. Лейнор обхватил её узкую талию, поглаживая гладкую кожу большими пальцами. — Ревнуешь? — кокетливо спросила она. — Страстно ревную, — подхватил Лейнор, закивав, — Сорвусь и пойду зарублю лорда-десницу топором. И если жаренный ягненок на твоей тарелке не сильно будет напоминать ягненка, я тут не при чем. Рейнира поражено раскрыла рот. — Лейно-о-ор, — протянула она и рассмеялась, — Ты ужасен. — Я практичен, — отмахнулся Лейнор от гнусных нареканий, — Двоих зайцев одним выстрелом. Уголки губ Рейниры снова опустились. Лейнор провел ладонью по её щеке, вплетая пальцы в волосы, и Рейнира потянулась вслед за прикосновением, прикрывая глаза. — Я не знаю, что Отто Хайтауэр шепчет Алисенте, но иногда она так смотрит на меня… — выдохнула Рейнира, — Испуганно. Будто боится за Эйгона. — Может, и боится. Десница амбициозный. Не думаю, что он откажется посадить своего внука на этот дурацкий стул. Рейнира слабо улыбнулась, а затем и засмеялась — её всегда смешило раздражение, которое испытывал Лейнор к Железному трону. Но веселье её продлилось недолго. — Думаешь, Алисента тоже этого хочет? — спросила она, заглядывая ему в глаза. Красивая. Лейнор пальцами очертил её губы, нос, переносицу и светлые брови, заставляя Рейниру улыбчиво жмуриться. И только затем ответил. — Думаю, нет. Но это пока. Если ты говоришь, что она боится… — Лейнор наморщил лоб, — Возможно, она верит или поверит в то, что ты казнишь всех её сыновей, едва только наденешь корону. Рейнира поражено раскрыла рот и резко села. — Что?! Я никогда не совершу подобного со своей кровью! Лейнор умиротворяюще обхватил её ладони. — Я это знаю. Ты это знаешь. Она — нет. Как Алисента может быть уверена, если ты сторонишься Эйгона? — Никого я не сторонюсь! — воскликнула Рейнира оскорблено, крылья её носа раздраженно затрепетали, но Лейнор перебил её. — Ты пытаешься, я вижу. Но и десница пытается, не покладая рук. Рейнира шумно выдохнула. — И что же ты прикажешь мне делать?! — Я не приказываю, — сказал он мягко, прижимаясь лбом к её плечу и обнимая за талию. Тело его жены было напряжено. И всё же она обхватила его согнутую спину руками, — Я думал, ты спрашивала мое мнение? — Да, — проворчала Рейнира и мгновенно сдулась, — Спрашивала. Что ты… посоветуешь мне? — Я понимаю, что тебе трудно с детьми от другой женщины. И Алисента это тоже чувствует, — Лейнор мягко обхватил её лицо ладонями, заставляя взглянуть на себя и осторожно улыбнулся, — А в страхе мы похожи на загнанных в угол крыс. Ты ведь всё ещё не поздравила королеву с её новой беременностью? — Нет, — поджала губы Рейнира, — И я знаю, что это эгоистично. Я просто… я тоже боюсь. — Не бойся. Тебе незачем будет боятся, если ты проявишь к Алисенте любовь и понимание. И к её детям. Поверь, они тоже многое понимают. Сестра должна стать им намного-намного ближе деда. Рейнира внимательно посмотрела на него. А потом медленно кивнула.

***

Он знал, что Рейнира уже на следующий день пошла к королеве и они долго говорили, прежде чем она вернулась с рассеянной улыбкой на губах. И потом держались друг за друга гораздо крепче, чем прежде.

***

Рейнира протянула руки к маленькой Хелейне, которая пытаясь подняться, упиралась ладонями в пушистую шкуру, разбросанную по полу покоев королевы. — Давай, hãedar! — подбадривала Рейнира и Хелейна тихо пыхтела в ответ. Наконец встав на ноги, она опасно закачалась, пытаясь удержать баланс, — Ты сможешь! Алисента тихо рассмеялась, поглаживая свой большой, округлившийся живот. Эйгон взбудораженно подпрыгивал — Лейнор придерживая его за обе ладони, чтобы мальчик в своем веселом нетерпении не сбил младшую сестру, только-только делающую первые шаги. И Эйгон возмутился бы, он не любил, когда его сдерживали, но с каждым прыжком Лейнор немного тянул его за руки вверх, подбрасывая, и ребенок заливался смехом. — Hãedar! Hãedar! — кричал он и Хелейна неловко ступила вперёд, к Рейнире. Его жена одобрительно закивала, улыбнулась широко, и вытянула руки чуть ближе к девочке. Ещё один шажок, ещё один, и наконец Хелейна схватилась за пальцы Рейниры, падая в её объятия. Вырвавшись из его слабой хватки, Эйгон побежал к сестрам, и влетел в спину Рейниры, не желая оставаться позади веселья. Рейнира вытянула руку, притягивая его к себе, и обняла их обоих. Хелейна недовольно заворчала — девочка едва терпела, когда её касаются, но вырываться начала только тогда, когда объятие затянулось. — Они так быстро растут, — сказала Алисента. На Рейниру, забавляющуюся с её детьми, она смотрела и с той старой привязанностью, которую они делили, ещё будучи девочками, и если оттенки прежней осторожности ещё тлели в её круглых оленьих глазах, то с каждым днем они всё сильнее осыпались пепелом, — Хелейна только родилась, а уже научилась ходить. — Скоро и всадницей сможет стать, — улыбнулся Лейнор. Пускай яйцо в колыбели Хелейны и не проклюнулось, у Таргариенов было еще много свободных драконов, на которых маленькая принцесса смогла бы претендовать, повзрослев. — Пожалуй, — слабо улыбнулась королева. Мысль о драконах её пугала. Лейнор мог понять, он ведь тоже когда-то боялся. Теперь же не мог представить себя без полетов на Морском Дыме. Особенно без тех, что он делил с Рейнирой на её красавице Сиракс и с Лейной на медлительной Вхагар. Всё было точно так, как они мечтали в детстве. Рейнира подскочила к ним, хвастаясь Хелейной, словно дочерью, и Алисента улыбнулась, целуя смешно надувшуюся девочку в щеки. Эйгон подлез под руку матери, выпрашивая объятий и от нее, — забавный ребенок. Отношения принцессы и королевы не ухудшились с её третьей беременностью, как полагали многие при дворе, обмениваясь шепотками и слухами. Тяжело и не без препятствий, но они только крепли. Шаг за шагом. Может быть, не будь с Рейнирой Лейнора, способного смягчить ее буйный нрав… Но он был и он не собирался бросать ее одну со страхами, тревогами и обидами.

***

Посреди ночи их разбудили настойчивые удары в дверь. Лейнор вскочил с постели, накинул на себя первую попавшуюся одежду, накрыл одеялом сонно жмурящуюся Рейниру, и впустил в покои тяжело дышащую служанку. — Что случилось? — чуть более резко, чем следовало спросил Лейнор и служанка низко склонилась. — У Ее Милость отошли воды. Она просила известить принцессу. — Ты известила. Спасибо, — бросил Лейнор и закрыл дверь, оборачиваясь к приподнявшейся Рейнире. Она отпустила одеяло, едва только в покоях остались они одни. Его жена широко зевнула, очаровательная в своей сонливости, и потянулась, со стоном вытягивая руки вверх. — Нира, — позвал Лейнор, — Ты собираешься идти к королеве? Рейнира кивнула, потирая лицо ладонями. — Почему? — Я попросила её, — выдохнула Рейнира, — Чтобы поддержать. И… Она замялась и Лейнор закончил за нее: — И чтобы не так бояться собственных родов? Рейнира мягко кивнула и прикоснулась к своему, пока ещё плоскому животу. Мейстер буквально на днях определил ее положение и они решили никому не говорить, пока не родится принц или принцесса королевы Алисенты — чтобы новостью не перетянуть одеяло на себя и чтобы тоже самое не сделал новорожденный. — Я хочу увидеть… удачный пример. Не услышать по рассказам Алисенты, а увидеть собственными глазами. Да и ей будет не так страшно. Лейнор понимающе кивнул и приблизившись к постели, поцеловал свою жену в висок. Она тихо засмеялась и обхватив ладонями его лицо, ближе притянула к себе, прикасаясь губами к губам. Ладонью он ласково прикоснулся к её животу. Ранний срок, ничего он не почувствует ещё несколько месяцев, но Лейнора всё равно согревала мысль о том, что внутри Рейниры росла маленькая жизнь. Мальчика или девочки, их ребенка, который когда-нибудь воспарит вместе с ними над облаками. — Пойду с тобой, — сказал он, погладив Рейниру по её длинным серебристо-золотым волосам, — Посторожу у двери. Она благодарно улыбнулась и, совершенно нагая, направилась к сундуку, где ее служанки заранее сложили комплект простой одежды — чтобы в подобных случаях не приходилось тратить время на их вызов. Приближаясь к покоям королевы, они услышали её протяжный крик, затихший секундой спустя. Рейнира немного побледнела, нервно сцепляя пальцы, и Лейнор придержал её за локоть. — Ты уверена? — Да, — твердо ответила Рейнира и потянувшись на носках, поцеловала его в челюсть, — Но если вдруг что-то случится ты… — Буду рядом, — закончил за жену Лейнор и мягко притянул к себе, обнимая. Рейнира доверчиво прижалась к нему, пряча лицо на груди. Через десяток ударов сердца она отстранилась, кивнула и исчезла за раскрытыми гвардейцами дверьми. Намного позднее к покоям королевы поспел и лорд-десница, окинув Лейнора внимательным взглядом. А короля, видимо, и вовсе решили не будить посреди ночи, поскольку пришел он только тогда, когда из комнаты роженицы спустя несколько часов раздался детский плач. — Поздравляю, Ваша Милость, это здоровый мальчик, — склонился мейстер и Лейнор отвел взгляд, чтобы не увидеть в свете приоткрывшейся двери то, что видеть не должен был. Король Визерис рассмеялся и похлопал гордо улыбнувшегося десницу по плечу. — Это замечательно! Новый принц династии Таргариенов! Они скрылись в покоях и Лейнор снова остался один на один с Белыми Плащами и снующими служанками, бродя вдоль и поперек молчаливых коридоров. Очередной принц. Он подумал о их с Рейнирой ещё не рожденном ребенке. Мальчик это будет или девочка? У него или у нее несомненно будут светлые волосы, может, серебристо-золотые его жены или его белые. Фиолетовые глаза, возможно, и его орлиный нос. Красивое получится дитя, с такими генами иначе и быть не может. Отец будет непременно настаивать на том, чтобы его назвали традиционным именем Веларионов. Такие мысли были, пожалуй, слишком уж ранними да и подобное решать предстоит Рейнире, а не ему, но Лейнор вдруг подумал о том, что обычаи Таргариенов смогли бы помочь им и насытить амбиции лорда-десницы. Родись у них с женой девочка, её можно будет обручить с Эйгоном. Родись же мальчик, он станет замечательным мужем Хелейне. И пусть правят вместе после короля Визериса и после Рейниры. Тогда так или иначе, но кровь Хайтауэров попадёт на трон. Рейнира медленно вышла из покоев королевы и посторонние мысли мигом выскочили из его головы. Лейнор подхватил свою жену за локти. — Алисента назвала мальчика Эймондом, — устало зевнув, сказала Рейнира, прижимаясь щекой к его груди. И в её глазах не было того сожаления, которое он так боялся увидеть при известии о рождении очередного мальчика. — Эймонд, — повторил Лейнор и улыбнулся, — Прекрасное имя.