Половинка души

Каору продолжил сушить перья. Последний вампир — самый могущественный. Ему по силам уничтожить человечество, особенно если умрет насильственной смертью. Он как атомная бомба, но в разы хуже, потому что от него никто не скроется, кто способен мыслить. По этой причине его держали взаперти? Чтобы предотвратить смерть? Тогда почему мучили и морили голодом? Вампир вынырнул и закашлялся. — Моя анатомия позволяет имитировать человеческое поведение, — подсказал вампир ответ на так и не заданный вопрос. — Кашлять, фыркать, вдыхать и выдыхать, моргать… Каору, скажи, зачем меня просить так себя вести, если я для них все равно монстр? — Не знаю, мышонок. Я для них тоже монстр. — Но ведь ты ангел. Ты светлый посланник с божественной силой и… Ой. — И кровью. — Каору повел плечами, потянулся, расправил крылья прежде чем спрятать их еще на месяц или два. За кончики перьев ухватился вампир. Он сжал их, провел нежно пальцами, посылая по телу Каору мурашки. И хоть перья совершенно не чувствительны по мнению окружающих, для ангела крылья это вторая пара рук. — Приятные, да? У демонов лучше. — Мне не нравятся кожистые крылья. Я как-то дрался против одного с красными крыльями. Он был ужасно быстрым. К тому моменту, как я его убил, он меня почти убил. Мне разрешили его выпить после победы, но я отключился. В процессе боя особо не напьешься из мелких ран. А когда очнулся, демона уже разложили по контейнерам и отправили на обработку. Доктор Акаги не любит пустой траты материала. А я остался голодным, потому что был слаб. — Сочувствую. — Можно, когда я буду оплачивать твою работу, ты будешь с крыльями? Пожалуйста. Каору все больше и больше убеждался, что не может сопротивляться просьбам вампира. И не может не сомневаться в том, влияет ли тот на его мысли и желания. Еще хуже, если все окажется хорошо разыгранным спектаклем, где Каору в силу долга будет вынужден ждать его исполнения в подвалах Ордена. — Я клянусь, что пришел к тебе по собственной воле, — вампир отпустил крылья, и Каору их спрятал. — И клянусь, что не хочу навредить. И сделаю все, что в моих силах, чтобы тебя защитить, пока ты не выполнишь мою просьбу. — Клятвы сковывают только ангелов, Синдзи. У потомков Лилит это всего лишь слова. А у других рас свои законы. — Каору открыл дверь. — Тебе надо поесть. Когда будешь готов — приходи. И Каору покинул ванную. Он не находил себе места. Ощущал себя паршиво. Каору попытался перезагрузиться — припомнить приятное воспоминание и подрочить. Оргазм помогал очистить голову, успокоиться и трезво оценить ситуацию. Отвлечься не получилось. Сперва всплыл в памяти отрезок, как он трахал горгулью, пока та не сжалась настолько сильно, что защемила член. С одной стороны, интересный опыт, но в тот раз Каору не хотел такой дикой боли, паники, что всё, пиздец его члену, и последнее — самое важное — он тогда не кончил. Да, с тех пор зарекся трахать горгулий, но позволял им трахать себя, а это другой угол получения удовольствия. Потом всплыло воспоминание о Принце фейри, решившем, что секс на огромной кровати в виде манеки-нэко с двигающимся рычагом-лапкой, которая меняла угол наклона кровати, это хорошая идея. Закончилось неудачным падением. Да, секс продолжился на ковре из собранных сухих четырехлистных клеверов, отпечатки которого с груди сходили потом неделю — настолько сильно втрахивал его принц в удачливое поле чудес. А потом мысли плавно перетекли к вчерашнему вечеру и тому, как приятно терся об него вампир, как слизывал единственную каплю крови, жмурился от удовольствия, обсасывал пальцы, как целовался, задевая клыками губы и язык. И… Каору прикусил нижнюю губу, уперся лбом в оштукатуренную стену и сжал собственный набухший член от одной мысли о вампире. Он жестко водил кулаком по стволу, вдавливая выступающую вену большим пальцем, думая о том, как же приятно будет, если Синдзи будет сосать член, обводить губами головку, задевать клыками и прикусывать. И если захочет отсосать из вены, располагавшейся так близко к поверхности кожи, то Каору даст, даст и еще раз даст. Оргазм затуманил мысли, нажав на “стоп” и замедлив в фантазии взгляд карих глаз вампира между его ног. Вопрошательный и острый, как пика. Как если бы уточнял продолжать или остановиться. И Каору бы перевернулся, выставил зад и позволил взять себя на месте. Особенно языком вместо члена. Каору развернулся и оперся спиной о стену. Посмотрел на так и не побеленный потолок. Ну и какого хрена он фантазирует вот так? Вампир за стеной, стоит ему сказать, и он сделает все, чтобы удовлетворить в любой позе, как и сказал. Но… Сперма светилась на штанах и на пальцах. Светилась. Что за?.. У него никогда не светилась сперма. И Каору никогда не слышал, чтобы у ангелов что-то такое случалось. Он долго смотрел на пальцы и решал, что делать, надо ли что-то делать, и как теперь жить со знанием, что светящаяся сперма в темноте как фонарик — слишком палевно для будущих секс-марафонов. Из ванной вышел вампир. Синее худи ему очень шло. Жаль, что размер огромный, который топил его худую фигурку как поплавок в океане. Вампир без стеснения и заминок приблизился, взял испачканную руку Каору в свою, открыл рот, показал язык и положил светящиеся пальцы на него. Вдох-выдох, слишком интимный непрерывный взгляд глаза в глаза, вопрос без вопроса. Дыхание и сердце замерли , пока Каору наблюдал, как на пальцах медленно смыкаются губы, всасывая в рот с причмокиванием, от которого внутри все перевернулось. Язык показался на мгновение между пальцами, ловко слизал несколько высохших капель и вновь скрылся во рту, вылизывая все без остатка. И все с прямым открытым взглядом карих глаз без возможности закрыться или отвлечься. Каору чувствовал себя обнаженным до мяса и костей, настолько глубоко проникал взгляд и перебирал эмоции, как струны одну за другой. И Каору накрыло повторно огненным и сминающим все на пути оргазмом. Он включал все пережитое наслаждение разом за жизнь, сходящееся в одной точке, выбивающее воздух и божественную суть, плавил и вставлял с силой обратно в хлипкое тело. Понадобились долгие минуты, чтобы прийти в себя и понять, где он вообще находится. Почувствовать пыль штукатурки, куски смятых газет под ногами, собственный запах и шершавый язык на пальцах в обрамлении губ. Вдох-выдох. Это было… охренительно. И больно, потому что Каору не был готов к такой лавине чувств. Он-то и после секса с одним парнем из какого-то древнего племени, чье лицо находилось на груди, едва-едва пришел в себя. Потому что трахать рот, находящийся в районе диафрагмы — самое экзотичное и непонятное, что делал Каору. Его наполняло дикое осознание, что, трахая рот, он может касаться легких и сердца, если до упора вставить член. А здесь… Здесь все вместе… И, пресвятые, блядь, нимбы и седьмые, ебанные, облака! — Это тоже… было твоей едой в подвалах Ордена? — Каору пытался отдышаться и прийти в себя. Получалось с трудом. Зрение возвращалось дольше, звездочки прекращали вращаться, а дыхание приходило в норму. Каору облизывал губы, наблюдая за умелыми движениями рта вампира, чтобы запомнить до мелочей и отложить в памяти. Его клыки нет-нет да и случайно задевали подушечки пальцев, будоража нервы и посылая однозначные сигналы организму. — Твоя мне нравится больше. — Ты меня сейчас так успокаиваешь? А потом вспомнил, что вампир обещал быть честным. Оу. — Ты очень вкусный. — Вампир облизался как кот после вылизывания банки консервы. — Твоя кровь сладкая. Твоя кожа приятная и нежная. Твои крылья мягкие. Твои пальцы не хочется выпускать из рта и облизывать. И я еще не знаю, что в тебе хочется облизать больше. Каору мог предложить облизать собственный член. — Ты для меня как… как амброзия, если так можно выразиться. — Божественная светящаяся жратва? Каору засмеялся, и обнял Синдзи, целуя в висок. Вампир не сопротивлялся. Они немного постояли вот так, пока Каору не спросил: — Почему ты выбрал именно меня? — Ты единственный, кто может меня убить. — Откуда такая уверенность? Вампир прижался, крепче обнял. Каору почувствовал, как его обнюхивают. Он не будет сопротивляться, если Синдзи сейчас его начнет раздевать и действительно облизывать во всех местах. Это будет… Очень чувственно, эротично и слишком интимно. Пальцы на ногах поджались от предвкушения. И в следующую секунду клыки прикусили кожу на шее. Каору вздрогнул от неожиданности, и Синдзи молниеносно отстранился, зажимая рот ладонью. — Прости. Я не хотел. Оно само. Просто… Просто… Каору сжал место прикуса и посмотрел на вампира. В глазах напротив плескалась паника, тело мелко тряслось, а рука сжималась и разжималась на животе, грозя порвать ткань худи. Или того хуже — вспороть живот. — Оно все равно не поможет, — пробормотал вампир, отчаянно избегая смотреть в глаза. — Извини. — Ладонь, сжимавшая рот, перевернулась и Синдзи впился клыками в руку. Послышался громкий хруст. Глаза вампира зажмурились. — Что за?.. Каору шагнул к вампиру, погладил по щеке и со всей осторожностью освободил прокушенную руку. — Расслабься, Синдзи. — Каору погладил прокушенную ладонь большим пальцем возле укусов. — Все хорошо. Я не был готов к такому… проявлению твоих чувств. — Ты… — Синдзи не открывал глаз. — Ты просто очень вкусный и сводишь меня с ума. Сильнее, чем жажда и голод. Больше, чем желание. И твои громкие мысли, воспоминания и фантазии возбуждают. Очень сильно. Я думал, что будет легко, а теперь не знаю, что мне делать. Я хочу тобой обладать, но не могу. Хочу укусить так сильно, как никого другого. Когда инстинкт вырывается наружу и заставляет пометить, как свою… своего… как того, кто принадлежит мне и только мне. Но так не должно быть, понимаешь? У вещи не может быть желаний, ей нельзя подчинять и… Синдзи замотал головой, посмотрел на Каору и сглотнул собственную кровь. Он должен был глотать только кровь Каору, сперму Каору и все остальное, что принадлежит Каору. Синдзи слишком долго был вещью, которой пользовались, и свыкся с этой мыслью, пропитался вбитой в подкорку мозга идеей Ордена, кто он и где его место. Отрицал собственные желания, которые пробуждала в нем ангельская сущность Каору. А вампирская суть, отведав ангельской крови, жаждала еще больше божественного вкуса, подчиняя и освобождая давно запертые и похороненные желания. И Синдзи этого боялся. От этого бежал. От этого хотел избавиться с собственной жизнью.