На грани

С тех пор что-то изменилось. Итан не сразу это признал, но заметил почти сразу: его поведение рядом с Бенни стало другим. Случайный взгляд задерживался дольше обычного, случайное прикосновение вызывало дрожь, которую он тщетно пытался скрыть за натянутой улыбкой. Иногда ему казалось, что Бенни замечает это. Но не говорит. Никогда не поднимает тему напрямую. Итану оставалось гадать — он всё выдумал, или же Бенни тоже играет в эту молчаливую игру. А ритуалы кормления… они изменились ещё сильнее. Теперь Бенни словно нарочно тянул время: задерживался у его шеи, касался губами чуть дольше, чем нужно, будто проверяя пределы терпения Итана. А после укуса всегда медленно, нарочито тщательно проводил языком по коже, заставляя Итана сжимать зубы и замирать, чтобы не выдать себя звуком. Каждый раз это было испытанием — кто сорвётся первым. Однажды всё пошло ещё дальше. Вместо привычного положения — когда Итан поворачивался к нему спиной, доверяя ему свою шею, — Бенни остановил его и тихо сказал: — Давай так. Лицом к лицу. Итан застыл, сердце мгновенно подскочило к горлу. Но не возразил. Они остались сидеть напротив друг друга, их колени соприкасались. Когда Бенни наклонился, Итан почувствовал на своём лице его дыхание. Слишком интимное. На секунду ему показалось, что мир вокруг них дрогнул, готовый исчезнуть, оставить только их двоих, и никакой реальности больше. Укус был осторожным, но в этот раз всё ощущалось иначе. Ни малейшего шанса спрятать то, что он чувствует. Все его страхи, все желания, всё, что он пытался заглушить, вдруг сжалось внутри, превратилось в один огромный узел. Итан едва не выдохнул слишком громко, когда по коже вновь прошёл тёплый язык. Он вцепился пальцами в простынь, лишь бы не схватить Бенни за плечи и не потянуть ближе.

***

Со временем ритуал кормления перестал быть чем-то неловким. Страх и смущение ушли, уступив место лёгкой игре...почти лёгкой. Или даже — игривости. Никто из них не осмеливался это обсуждать, слишком уж щекотливая тема, но и останавливать никто не хотел. Раз оба не против — зачем? Как обычно всё началось с приставки. — Что, не помогают тебе твои вампирские силушки? — Итан снова вынес Бенни в Mortal Kombat и довольно усмехнулся. — Где же ловкость? Где сила? — Так ты после каждой победы собираешься издеваться надо мной? — прищурился Бенни. — Естественно. Ты же вечно мне проигрываешь. Напомню: ты вампир-маг! А комбинации на джойстике до сих пор не выучил. — У меня особая тактика, — ответил Бенни с видом стратегического гения. — Тактика регулярно проигрывать? — Осторожнее, Итан, — хмыкнул Бенни, — я ведь могу и обидеться. Он вдруг резко оказался сверху Итана, мягко прижимая его на кровати у стены. Ни грамма злобы, только привычное озорство. — Особенно когда я голодный. — Его пальцы отодвинули край футболки Итана. — Позволишь? — Ууу… а если не разрешу? Что тогда? Выпьешь меня до последней капли? — Морган коротко рассмеялся и устроился поудобнее, обхватывая Бенни за талию. Вместо ответа Уир склонился к шее. Горячее дыхание щекотало кожу, влажный язык пробежал по артерии, а у Итана пробежали мурашки. Он начал непроизвольно ёрзать, сердце билось всё быстрее. Бенни как всегда медлил перед укусом, нарочно дразня. Итан с трудом удерживался, чтобы не прижать его ближе, не провести ладонью по спине и не забраться под футболку. Когда острые клыки всё-таки вонзились, тело Итана сотрясло волной холода и жара. С губ сорвался тихий, томный выдох — он сам не понял, удерживал ли его, или напротив, позволил вырваться специально. А дальше Бенни сделал то, чего Итан не ожидал: запустил пальцы в его волосы и слегка потянул голову назад, открывая шею ещё сильнее. Второй рукой он скользнул за спину и ласково провёл по ней. Раньше руки обоих всегда находились в статичном положении. От этого Итан окончательно потерял самообладание и сам положил руку Бенни на шею. Пальцы уже тянулись к волосам, желая прижать к себе Бенни ещё ближе — и мысль о том, что это чересчур, вспыхнула лишь на секунду. Но кто сейчас собирался останавливаться? — Слушайте, мальчики… — дверь внезапно распахнулась. Бенни дёрнулся, отчего стало больно. Итан удержал его, не давая резко выдернуть клыки. — О боже… простите. — Мама Итана мгновенно захлопнула дверь. Бенни осторожно отстранился и залечил укус магией. — Я испугался… сильно больно? — Терпимо, — выдохнул Итан, всё ещё не до конца веря, что это случилось. — Но как ты не услышал, что она идёт? — Я был слишком увлечён… процессом. Их взгляды встретились. Итан представил, как они выглядят со стороны: Бенни у него на коленях, впивается в шею, а он сам — с явным наслаждением на лице — тянет его ближе. Щёки мгновенно вспыхнули. «А каким именно процессом он был увлечён? Только кормлением… или тем же, что и я?» Они поспешно разошлись по разные стороны кровати — слишком смущённые, чтобы обсуждать произошедшее. Парни собирались уже лечь спать, когда телефон Итана завибрировал. На экране появилось сообщение от мамы: «Итан, спустись, пожалуйста, в гостиную. Один. Нужно поговорить». По спине побежал холодок. Он сразу понял, о чём пойдёт речь. И хуже всего — знал: мама не из тех, кто просто «забудет». Если решила поговорить, то выхода нет. — Мне надо вниз, — пробормотал Итан, вставая. — Ты пока… можешь расстелить кровать. Я быстро. В гостиной его уже ждали родители. Сидели на диване, а кресло напротив было явно приготовлено для него. Класс. Ещё и отец тут. Ужас усилился. Итан сел, ожидая худшего. — Сынок, — начала мама, — мы понимаем, тебе неловко об этом говорить… Но ты уже взрослый. — Мааам… — обречённо протянул он. — Послушай, — вмешался отец, — отношения — это серьёзно. Особенно в твоём возрасте. — Да ты всё не так по… — начал было Итан, но мать тут же перебила: — Нам не нужно оправданий. Мы всё понимаем. Рано или поздно вы взрослеете, и вас начинают интересовать… более взрослые вещи. У Итана едва не случилась истерика от стыда. Лицо вспыхнуло, будто голова сейчас взорвется. — Мы просто хотим быть уверены, — продолжала мама, — что вы предохраняетесь. — Вы серьезно?! — Итан чуть не упал с кресла. — Нет, подож... — Да, это важно. Возможно, тебе неловко покупать это в магазине. Или, может, в школе не выдают — не знаю. Но мы не хотим, чтобы у вас были проблемы со здоровьем. Инфекции передающиеся половым путем очень губительны, а некоторые никогда не лечатся. Здоровье должно стоять выше стыда и неловкости. Мы не можем запретить заниматься вам сексом, поэтому наша задача, как родителей, предостеречь вас от возможных последствиях. Она протянула ему пачку презервативов. Итан замер, глядя на неё, как на инопланетный артефакт. От услышанного мозг кипел, в ушах стоял противный скрёжит. Он не верил, что родители подумали, что они с Бенни занимаются сексом. Да и если занимались, зачем проводить такой разговор? Какой же позор. — Эээээ… — выдохнул он. — Спасибо?.. Сопротивляться им бесполезно. Они вечно стоят на своем, не замечая чувств и слов Итана. Не со зла, они просто к этому привыкли. — Вот и молодец, — одобрительно кивнула мама. Итан мысленно молился, чтобы это закончилось. Но тут отец задал новый вопрос: — И как давно вы с Бенни встречаетесь? «Скажи, что не встречаетесь. Просто скажи это.» Но в голове Итана вспыхнула картина нескольких минут назад: Бенни у него на коленях, примкнувшись к шее, его собственная рука на его спине… Он сглотнул. — Относительно недавно, — пробормотал он и вскочил. — Спокойной ночи. Не дожидаясь ответа, Итан рванул к лестнице. Когда Итан вернулся в комнату, он всё ещё чувствовал, как лицо горит. Он злился на родителей не как за прошедший разговор, а за нарушение личных границ. Ведь, если они умели стучаться, просто стучаться, перед тем как зайти, то этого разговора не было и в помине. Да и вообще, в комнате подростка должна быть дверь со стальным замком. Итан увидел, что Бенни уже лежал на разложенной кровати, под одеялом, без футболки. Что ж, радует, что ритуал кормления они хотя бы в одежде провели... а что если...Итан не стал разгонять эту мысль, сейчас ему и так хватает краски на лице. Одному быть в таком состоянии ему не хотелось. А Бенни как раз был максимально расслабленный. Не говоря ни слова, Итан плюхнулся рядом и положил на оголенный живот Бенни пачку презервативов. — Это… зачем? — ошарашенно выдохнул тот, приподнявшись на локтях. Итан усмехнулся от того как Бенни растерялся, переводя взгляд то на Итана, то на презервативы. Он ждал ответа, но Морган решил подольше помолчать и поухмыляться, наблюдая, как щёки Бенни так же наливаются краской. Ну вот, теперь он не один такой красный. — Можешь задать этот вопрос моей маме, — сухо ответил Итан. — Она с радостью прочитает тебе лекцию о сексе, СПИДе и важности предохраняться. А если повезёт — подарит ещё одну пачку презервативов. Несколько секунд Бенни просто молча смотрел на коробку, а потом рассмеялся. — Ну что ж… может, используем их на следующем ритуале кормления? Они оба тут же покраснели и спрятали лица в ладонях, пытаясь сдержать слишком громкий смех от производящей нелепости. — Ах да, — вдруг сказал Итан, переводя дыхание, — теперь родители уверены, что мы встречаемся. — Что?! — Бенни тут же поперхнулся собственной слюной. — Они застали нас врасплох! — заговорил Итан торопливо. — Я даже слова не мог вставить, они всё сами решили. А что мне оставалось? Сказать: «Нет-нет, вы всё неправильно поняли, просто Бенни вампир и раз в неделю питается моей кровью»? Бенни откашлялся, но уголки его губ предательски дёрнулись. — Ну… — протянул он таким тоном, что Итан не понял: это шутка или намёк. — Может, это и не самая худшая версия событий. Он невинно улыбнулся. Но в этой улыбке было что-то ещё. Итан застыл. Сердце громко ухало в груди, а мозг лихорадочно пытался понять: он пошутил? Или… сказал то, что действительно думает? Итан лёг рядом с Бенни, но сон не шёл. Вампир уже дышал ровно, спал, а у Итана в голове крутилась только одна фраза: «Может, это и не самая худшая версия событий». Каждый раз, когда он проваливался в дремоту, перед глазами вставала та лёгкая улыбка, с которой Бенни это сказал. Шутка? Намёк? Или… признание? Итан ворочался, прятал лицо в подушку, тяжело вздыхал. Сердце упрямо билось быстрее нормы. Он пытался убедить себя, что придумывает лишнего. Но стоило вспомнить, как они с Бенни начали вести себя друг с другом. Как их неловкость с каждой неделей растворялась, превращаясь в лёгкое заигрывания, что было глупо отрицать. Разве этого не достаточно? Но все же, Итану могло всё это привидеться. Может, для Бенни такое поведение абсолютная норма, ничего не предписывающего лишнего. Однако вспоминая то, как он начал постоянно задерживать губы у его шеи чуть дольше, чем нужно, или как медленно проводил языком по укусу — в груди что-то сжималось и становилось жарко. «Нет, это не может быть правдой. Или всё уже настолько очевидно...», — шептал он в темноте. Думать об этом было бы гораздо проще если бы его источник переживаний мирно не сопел рядом. Итан посмотрел на его лицо, спокойное, ровное, и сам не понял как его рука легонько оглаживат скулу Бенни. Он знал, что Уир спит крепко, хотя обычно у вампиров чувствительный сон. Эти движения и тепло от его кожи успокаивали, заставляя глаза смыкаться. Уже не в силах сопротивляться, Морган погрузился в царство морфея опуская руку в районе груди Бенни.