Дейнерис в Хогвартсе

Глава 8

В сентябре в Шотландском нагорье уже начинало холодать, а ночью и вовсе становилось зябко. Холодный ветер дул с Чёрного озера, волнами врываясь под мантии первокурсников. Дэнни плотнее закуталась в свою мантию, жалея, что не застегнула её в поезде. Она была огнеупорной, но холод переносила плохо. Эта поношенная мантия из вторых рук едва ли защищала от промозглой сырости. — Ну что ж, дети. Отправляемся в Хогвартс на лодках, — Хагрид высоко поднял фонарь, стоя на берегу и громко крича. — Внимание! В каждой лодке не больше четырёх человек! Дэнни выбрала ближайшую лодку и, сев в неё, тут же прижалась к Ханне. Вместе с ними в лодку села девочка в очках с двумя хвостиками. Дэнни видела её в поезде, когда та читала «Ежедневный пророк». Но сейчас газета была убрана, а вместо неё в руках у девочки был странный маленький кубик. Она постоянно крутила его, пытаясь собрать вместе грани одного цвета. Гермиона же села в лодку с Невиллом. С ними был ещё худенький мальчик в очках — Дэнни смутно его помнила, но забыла имя, — и рыжеволосый мальчик, чем-то похожий на тех шумных близнецов. За их лодкой следовал Малфой с двумя высокими и толстыми приспешниками. Девочка, которая бросила на Дэнни презрительный взгляд в поезде, попыталась сесть к ним, но её опередили. Поэтому ей пришлось направиться к лодке Дэнни. Это была единственная лодка со свободным местом — если, конечно, она не хотела тесниться с Хагридом. Девочка выглядела весьма надменно. Едва сев, она тут же вздернула нос с видом полного превосходства. К счастью, сидела она грациозно, и её лёгкие движения не раскачивали лодку. Дэнни не обратила на неё особого внимания. Она уже согрелась, высунула голову из-за спины Ханны, положила подбородок на борт лодки и протянула руку, чтобы зачерпнуть воды из Чёрного озера. Она почувствовала, как течение медленно отступает. Когда её указательный палец коснулся «шпиля», отражение замка Хогвартс стало отчётливее. Свет свечей из окон смешивался с мириадами звёзд, колыхаясь на поверхности озера. Маленькие рыбки сновали вокруг них, изредка взмахивая хвостами и разбивая блики на тысячи осколков. Дэнни достала из кармана половинку хлеба, опустила в воду и поводила им, пытаясь привлечь озёрных рыб. Внезапно среди рыбьей стаи промелькнуло огромное щупальце. Оно напугало Дэнни, но, поняв, что враждебности нет, она набралась смелости, потрогала присоску, которая была больше её ладони, и скормила щупальцу весь кусок хлеба. Щупальце утащило хлеб, оставив лишь крошки, за которые тут же принялись бороться рыбки. Это был остаток от перекуса в поезде. Тогда она была так поглощена мыслями о Хогвартсе, что ей было не до еды. Сейчас настроение немного улучшилось, но есть холодный хлеб в такую погоду не хотелось, так что она просто скормила его. В конце концов, Ханна говорила, что в Хогвартсе кормят. — Я Паркинсон, Пэнси Паркинсон, — высокомерная девочка взмахнула волшебной палочкой, распугав рыбок, приплывших за крошками. Затем она поправила свои чёрные волосы до плеч, приняла немного наигранную позу и продолжила: — Раз уж мы в одной лодке, вам выпала честь стать моими подругами. При условии, что вы попадёте в лучший факультет — Слизерин. И не будете отбивать у меня Малфоя. После этого она упёрла руки в бока и улыбнулась, словно ожидая аплодисментов. Дэнни, лёжа на борту, ничего не ответила. Ей было немного не по себе. Хоть она и не отбивала у этой особы Малфоя, но в приступе безумия чуть не задушила его. — О, Слизерин, — изменилась в лице Ханна и отодвинулась в сторону. Но это лишь привлекло внимание Пэнси. — Я тебя видела. Девочка из семьи Аббот? Кажется, вы все попадаете в Хаффлпафф. Это, наверное, самый незаметный факультет, прямо как эти рыбки в Чёрном озере. Как члену Священных двадцати восьми, тебе следовало бы попытаться попасть в Слизерин. — Моя семья никогда не называла себя священной, — тихо возразила Ханна. — Ну хорошо. Наверное, это и правильно. Я слышала, что кто-то в вашей семье женился на… волшебнице из семьи маглов. По словам моего отца, вы уже не считаетесь настоящей чистокровной семьёй. Принцип одной капли, знаешь ли? — Пэнси выглядела очень недовольной. — Правда? А я слышала, что этот дурацкий способ деления по крови как раз и переняли у маглов. Если Слизерин хочет быть «лучшим факультетом», его ученикам стоит попытаться стать поумнее, — девочка с двумя хвостиками усмехнулась. — Кстати, меня зовут Мораг МакДугал. Моя мать — магл, а отец — непутёвый волшебник. И в будущем я, скорее всего, стану отличной ученицей Равенкло. Пэнси закатила глаза и бросила взгляд на Дэнни, которая всё ещё возилась с водой. — А ты? Ты тоже так думаешь? Тоже считаешь, что Слизерин — не лучший факультет? — её тон был довольно агрессивным. — Я не знаю. Но Хаффлпафф звучит неплохо, — ответила Дэнни. Хоть она и не знала разницы между факультетами, ей хотелось быть вместе с Ханной. Кроме того, Гриффиндор тоже подошёл бы. Ей очень нравилось сочетание золотого и красного. — Какое отсутствие амбиций, — Пэнси была недовольна таким ответом. — Но откуда ты знаешь, как происходит распределение и куда ты в итоге попадёшь? Если ты окажешься в Хаффлпаффе, будет ведь очень неловко? — спросила Дэнни, шлёпая по воде. — Я просто знаю. Если я не попаду в Слизерин, я лучше отчислюсь, — Пэнси отвернулась. — Мой дядя говорил, что нужно сражаться с троллем, но ему никогда нельзя верить. Так что я думаю, это будет экзамен, — Ханна тоже была в замешательстве. — Но в моей семье все всегда попадают в Хаффлпафф. Может, нас делят по четырём предметам? Волшебники, сильные в Гербологии, попадают в Хаффлпафф, те, кто силён в Заклинаниях, — в Равенкло, а те, кто силён в Трансфигурации, — в Гриффиндор. «А те, кто силён в Тёмной магии, — в Слизерин», — добавила она мысленно. — Скорее всего, это какой-то тест на характер. Я раньше искала информацию о Хогвартсе, и у всех четырёх основателей были свои черты характера, — сказала Мораг. — Например, Гриффиндор — храбрый и безрассудный, Хаффлпафф — добрый и честный, Слизерин — надменный и хитрый, а Равенкло — красивая и умная. — Чушь. Для Слизерина важнее всего чистота крови. Наверняка благородные крови отправляются в Слизерин, остальных выбирают профессора Гриффиндора и Равенкло, а оставшихся отправляют в Хаффлпафф, — возразила Пэнси. — В таком случае, меня точно распределят в Слизерин. Это ужасно, — с тревогой сказала Дэнни. — Ты? Да кем ты себя возомнила? — недовольно фыркнула Пэнси. Она предположила, что эта девочка из какой-нибудь глухой деревни. Она, конечно, могла бы из милости взять её в свои приспешницы, но для этого та должна была вести себя подобающе, а не кичиться своим происхождением перед чистокровной семьёй. — Я? — Дэнни вытерла руки и посмотрела на Пэнси. — Я Дейенерис Таргариен, Бурерождённая, из рода древней Валирии, королева андалов, ройнаров и первых людей, правительница Вестероса и Хранительница Государства, принцесса Драконьего Камня, Неопалимая, эксперт по общению с Огненными крабами… и, — добавила она, — волшебница. — Чего?