Дейнерис в Хогвартсе

Глава 38

Скоро должен был начаться урок Защиты от Тёмных искусств. Ученики по двое и по трое входили в класс, выбирая себе места. Пэнси неторопливо прошла по классу и, словно невзначай, выбрала место прямо на границе между двумя факультетами, рядом с Дейнерис. На её лице было холодное выражение, но маленькая белая змейка, выглядывавшая из рукава, уже ласково тёрлась о руку Дэнни. Рогатый змей Сиси теперь была совершенно здорова. Через несколько дней после операции она вновь обрела былую живость, и сейчас шрам почти исчез. Пэнси опустила на неё взгляд, чувствуя укол зависти. Она тоже хотела открыто дружить с Дейнерис. Но слизеринцы, скорее всего, из-за этого отвернутся от неё... А что ещё хуже, могут намеренно рассказать её родителям. От этих мыслей Пэнси стало грустно. Она не знала, стоит ли ей и дальше сближаться с Дейнерис. Она чувствовала, что недостойна этой дружбы, и, что ещё больше, боялась, что её родители могут совершить что-то ужасное. — Д-д-д... дорогие ученики, сегодня я расскажу вам о... о Т-тёмной магии, — произнёс профессор Квиррелл, стоя за кафедрой с несчастным видом. Несколько слизеринцев тихо хихикнули, но тут же наткнулись на суровый взгляд Золотого Трио из Гриффиндора. Квиррелл неловко поправил одежду. Сегодня он собирался научить их, как распознавать Тёмную магию. Судя по предыдущим урокам, он обычно лишь касался темы вскользь. За весь урок они просто ходили вокруг да около нескольких терминов, так ничего и не поняв. Однако этот урок стал исключением. Хотя Квиррелл всё ещё заикался, он, по крайней мере, поделился действительно полезными знаниями. Все ученики проявили интерес. Только Гермиона была недовольна — потому что Квиррелл говорил не по учебнику... и так и не дал ей ответить на вопрос. — М-мисс П-паркинсон, — Квиррелл снова проигнорировал высоко поднятую руку Гермионы. — Тёмная магия бывает разной. В чём р-разница между порчей, сглазом и проклятием? — Порча имеет слабый эффект, близкий к розыгрышу, её часто используют даже обычные волшебники. Сглаз наносит вред или накладывает неприятное состояние. Проклятия обладают чрезвычайно сильным эффектом, а некоторые из них могут влиять и на душевное состояние самого заклинателя, — Пэнси нервно встала. К счастью, в этой теме она разбиралась хорошо. В течение урока Квиррелл ещё несколько раз задавал вопросы Пэнси. Она с детства была знакома с некоторыми аспектами Тёмной магии, поэтому отвечала довольно гладко. Квиррелл остался очень доволен её ответами и добавил Слизерину целых пять очков, что вызвало очередную перепалку между змейками и львятами. ... — П-пэнси. Подойди на минутку, — после урока Квиррелл задержал её. Они отошли в уединённый угол класса, и тут на лице Квиррелла появилась широкая улыбка. — Невероятно. Просто невероятно, — восхищённо произнёс он. — О чём вы, профессор? — не поняла Пэнси. — У тебя большой потенциал в изучении З-защиты от Т-тёмных искусств. — Я всего лишь ответила на несколько простых вопросов, — смутилась Пэнси. Её впервые похвалил профессор. — В малом видится великое, д-дитя. Тебе следует... изучать... Тёмную магию. — Тёмную магию? Но... — Чтобы знать её. А затем — защищаться от неё, — объяснил Квиррелл. — Я... я знаю много тёмных заклинаний. Но всё же стал вашим профессором. — По-моему, ты... настоящая... слизеринка. Это хорошо, — чтобы не заикаться, он старался говорить короткими фразами. — Я в своё время... чуть не попал в Слизерин. И до сих пор... восхищаюсь им. Ты показала мне... прекрасную возможность. — Что вы имеете в виду? — Пэнси не понимала, к чему клонит Квиррелл. — Я хочу... обучать тебя. Начать с простых... тёмных заклинаний, — Квиррелл искренне улыбнулся. Он вынул волшебную палочку и написал в воздухе слово: «Риктусемпра». — Н-не нужно сразу учить сглазы и проклятия. Это очень простая порча. Изучи её, докажи себе, на что способна, — выражение лица Квиррелла было убедительным. Он достал железную клетку, в которой сидел большой паук. — Заклинание: «Риктусемпра». Звучит забавно, правда? С-совсем не похоже на ту Тёмную магию, о которой ты думаешь. Полагаю, даже профессор МакГонагалл была бы не прочь его использовать. — Но, может, это не очень хорошо, что вы учите меня такому заклинанию? — с беспокойством спросила Пэнси. — Не говори глупостей. В-вы, юные волшебники, все тайком учите подобные заклинания. Всякие «Дантисимус», «Фурункулюс». Звучит как розыгрыш, а на самом деле — Тёмная магия. Насколько я знаю, Малфой даже использовал Локомотор Мортис. А это уже... можно считать проклятием. И кто-нибудь его наказал? — беззаботно ответил Квиррелл. Пэнси задумалась, решив, что в словах Квиррелла есть доля правды. Но она всё ещё не собиралась у него учиться. — Но я уже знаю это заклинание. — Ха! Вы, юные волшебники... — заикаясь, усмехнулся Квиррелл. — Вы все учитесь по этим дешёвым книжкам и журнальчикам, методом проб и ошибок. Н-но я скажу тебе, что жесты в тех старых книгах неправильные. Я научу тебя лучшим. Сказав это, он выхватил волшебную палочку и направил её на паука в клетке: — Риктусемпра! Паук тут же затрясся, словно от смеха. — Видишь. Какое забавное заклинание, приносит нам... приносит радость, — Квиррелл элегантно взмахнул палочкой и снова указал на паука. — Заклинание безудержного смеха! Паук затрясся ещё сильнее, даже начал кататься по земле. — Я немного изменил заклинание. Кажется, он стал ещё веселее, правда? Попробуй и ты! — Я верю в тебя, Пэнси. Не разочаровывай меня. ... Следующие несколько дней Пэнси практиковала заклинание под названием «Риктусемпра». По словам профессора Квиррелла, это заклинание, хоть и считалось Тёмной магией, на самом деле просто щекотало противника. Почти как розыгрыш, даже легче — ведь сыпь от некоторых шуточных заклинаний не могла убрать даже мадам Помфри. Пэнси много раз тренировалась на пауке, чтобы заклинание подчинялось ей беспрекословно. Профессор Квиррелл всё это время направлял и подбадривал её. Кажется, он был прав: у Пэнси действительно был талант к Тёмной магии. Паук очень скоро уже не мог стоять на ногах от смеха. — Отлично. Забавно, правда? Наверное, впервые видишь такого оживлённого паука, — улыбнулся Квиррелл. Пэнси тоже улыбнулась. Она вдруг поняла, что этот заикающийся профессор, хоть и казался трусливым, был очень надёжным, когда дело доходило до обучения. Ей даже показалось, что за эти несколько дней она впервые в жизни почувствовала себя в безопасности... Дэнни, конечно, тоже была хорошей, но она ведь всего лишь ребёнок. Профессор Квиррелл — другое дело. Даже если её отец разозлится, он ни за что не сможет причинить ему вред — кто осмелится напасть на профессора в Хогвартсе? — Ты стала гораздо веселее, дитя. Раньше я слышал о твоей семейной ситуации, и... и... — Квиррелл похлопал её по спине. Пэнси опустила голову, немного растерявшись. — Не бойся. Ты... ты где, по-твоему? Это Хогвартс, дитя. Никто не сможет причинить тебе здесь вред, особенно рядом со мной, — утешил её Квиррелл. — Тебе не нужно признание твоего отца. П-прости за прямоту, но он ничего не добился. — Хорошо, профессор, — Пэнси выпрямилась. Ей не очень понравились эти слова, но она не стала возражать. — Что ж, сегодня мы попробуем кое-что ещё, — Квиррелл достал клетку побольше. В ней сидел угрюмый гном, выглядевший так, будто у него был худший день в жизни. — Давай развеселим его, Пэнси, — Квиррелл сделал приглашающий жест. — Фух... Риктусемпра! — Пэнси вспомнила жесты Квиррелла, сосредоточилась на своих эмоциях и представила в уме улыбку гнома. Серебристый свет вырвался из кончика её палочки. Гном тут же согнулся пополам и расхохотался. — У меня получилось! — Пэнси ощутила радость. Но смех гнома становился всё громче. Он свернулся в клубок, пытаясь унять щекотку, но безуспешно; он рухнул на землю, из его глаз потекли слёзы, тело сотрясалось в судорогах; он катался по полу, оставляя на себе кровавые царапины, ему стало трудно дышать. Но он всё равно смеялся. Его смех эхом разносился по всему классу. Пэнси растерялась. Она отвела взгляд, осознав, что это заклинание было не таким уж и «безобидным». — Смотри на него, Пэнси! — приказал Квиррелл. — Не разочаровывай меня! И не разочаровывай саму себя