Дейнерис в Хогвартсе

Глава 100

— Плохо дело, они и вправду вернулись, — прошептала Ханна, убирая голову от дверной щели. Она снова плотно прикрыла дверь и принялась тревожно расхаживать по комнате. Её взгляд упал на огромного плюшевого медведя на кровати. — Я... я придумала! — Ханна поспешно схватила медведя, с трудом запихнула его в шкаф, а затем откинула одеяло. — Быстро прячься сюда. Дейнерис показалось, что эта сцена ей до боли знакома. В прошлый раз в доме Пэнси её прятали точно так же. — А нет способа посвежее? — Не мешкай, — Ханна подтолкнула её. — А можно я просто залезу внутрь плюшевого медведя? — не теряла надежды Дейнерис. Ей казалось скучным всё время прятаться в одном и том же месте. — Быстро! Залезай! — Ладно. Меня точно не заметят? — она послушно улеглась. — Д-должны... не должны, — в панике пробормотала Ханна. Она привыкла спать с плюшевым медведем, так что соседки по комнате вряд ли найдут это странным. — Ну хорошо, — Дейнерис накрылась с головой, но через мгновение снова высунулась. — Кажется, от твоего одеяла пахнет подсолнухами. — Не разговаривай, спи давай! — Ох. Через несколько минут. Раздался шум шагов, и в комнату со смехом ввалилась группа девочек. Одна из них даже с разбегу прыгнула на кровать. Затем они увидели Ханну, которая неестественно застыла, лёжа на огромной груде одеял, и на их лицах появилось недоумение. — Я сплю, — поспешила объяснить Ханна. … Дейнерис, придавленная Ханной, не могла и пошевелиться под одеялом. Только сейчас она поняла, какой сильной и довольно тяжёлой была её подруга. Вскоре она уснула. Ей снилось, будто она бежит и прыгает в море подсолнухов, из сердцевин которых вылетают маленькие феи... а потом появились какие-то несуразные чудовища и безносый Локхарт. — Вставай. Уже почти время, — как раз в тот момент, когда Дейнерис начала погружаться в кошмар, она почувствовала, что её кто-то похлопал, а затем услышала знакомый голос. Она потёрла уши, открыла глаза и несколько мгновений растерянно смотрела в темноту, прежде чем окончательно поняла, где находится. — Тише, — Ханна сползла с кровати и прошептала: — В спальне нет ковра. Пойдём без обуви, медленно. Дейнерис села, потёрла лицо и сонно огляделась. Огни были погашены. Юные волшебники из барсучьего дома сладко спали, укрытые тенями. Их ровное, умиротворённое дыхание наполняло комнату, и спали они все очень мирно. Каждый обнимал плюшевую игрушку разного размера. По сравнению с ними, позы, в которых спали девочки из львиного дома, были куда более разнообразными. Лаванда спала, раскинув руки и ноги, Парвати — в какой-то экзотической позе. А Гермиона любила лежать на спине ровно, как струна, и наутро просыпалась в том же положении. — На что ты смотришь? Нельзя вторгаться в чужую личную жизнь, — надувшись, прошептала Ханна, заслоняя Дейнерис обзор. — Ты здесь, чтобы выполнить поручение. — Ох. Прости, — Дейнерис виновато почесала затылок. Она тоже сползла с кровати и на цыпочках последовала за Ханной. В одних носках они ступали по прохладному полу, нагнувшись, вышли из спальни. Осторожно приоткрыв дверь, они на цыпочках проскользнули наружу и так же тихо закрыли её за собой. В гостиной было тихо. Ночь отбрасывала на стены едва заметные синеватые тени. Дилия пряталась под густыми зарослями лиан. Увидев их, она помахала рукой. Окно рядом с ней было приоткрыто. Оттуда в комнату проникал прохладный воздух с ароматом свежей травы. Дейнерис огляделась, убедилась, что вокруг больше никого нет, и достала из сумочки фонарь. Комната мгновенно озарилась светом. Портреты недовольно забормотали. Полусонные доспехи, жалуясь, прикрыли лица. Ханна поспешила извиниться перед ними. — Докси скоро прилетят... честно говоря, мне немного жаль, — подперев щёки руками, пробормотала Дилия, глядя на ветер. — Хотя Хаффлпафф — очень дружелюбное место, мне часто кажется, что я не могу вписаться. Знаете это чувство? Все такие добрые и миролюбивые. До такой степени, что не можешь понять, дружба это или просто вежливость. Она мяла в руках листок. — Я не говорю, что вежливость — это плохо, но иногда от неё становится как-то пусто... но они другие. Если они вьются вокруг тебя, значит, ты им действительно нравишься. — Поэтому в последнее время я считала самую близкую ко мне и самую красивую докси своей лучшей подругой, — её голос становился всё тише, а на лице появилось смущённое и неловкое выражение. Ханна ласково погладила её по плечу, надеясь хоть немного утешить. Дейнерис же удивлённо спросила: — Ты считала докси своей лучшей подругой? — Звучит немного странно, да? Но она правда очень хорошая. Я часто доверяла ей свои секреты, а она сидела у меня на плече и слушала. Иногда даже вытирала мне слёзы, — Дилия обняла колени. — Она... то есть, она, не кусала тебя? — Дейнерис изобразила пальцами клешни у рта. Ей казалось, что это не в характере докси. Эти существа должны были обожать кусаться. Дилия покачала головой. — Она очень дружелюбная. Я зову её «мисс Лиз». Она любит пить разные соки и даже готова попробовать немного сливочного пива. Иногда, если есть только вода, она и её с радостью пьёт. А пока пьёт, начинает играть в воде, — с улыбкой вспоминала она. — Иногда я даже шью для неё маленькие блестящие платьица, и ей это очень нравится. На днях я нашла красивую веточку и вырезала для неё крошечную волшебную палочку. Она с радостью приняла её и теперь всегда носит с собой. Ах да, она ещё собирает для меня лепестки цветов... Чем больше Дилия говорила, тем счастливее становилась. А Дейнерис и Ханна слушали и всё больше недоумевали: разве у докси есть такие повадки? Им даже показалось это знакомым. Словно речь шла о каком-то другом существе. — Стойте, они летят! — внезапно прервала свой рассказ Дилия. Она подняла руку, указывая в окно, и тихо вскрикнула. Дейнерис посмотрела в том направлении. Вскоре в лунном свете она разглядела шесть или семь изящных крошечных фигурок, окутанных сиянием. Каждая фигурка была ростом около четырёх сантиметров. За их спинами трепетали блестящие прозрачные крылья, а их станы были изящны, как у юных дев. Они порхали в танце среди множества сверкающих огоньков, а затем, подхваченные вечерним ветерком, влетели в окно. Оказавшись в свете фонаря, они предстали во всей своей конфетной расцветке. Маленькие создания грациозно поклонились. Затем та, что была самой изящной, с крыльями, отливающими нежно-розовым светом, снова взлетела и мягко опустилась на плечо Дилии. Ханна застыла в изумлении. — Это и есть моя подружка-докси, о которой я говорила, — прошептала Дилия. Когда она произносила слово «докси», то лишь шевелила губами, не издавая ни звука. — Им не нравится это имя, — объяснила она. — Верно, — с ноткой безысходности в голосе кивнула Дейнерис. — Потому что это феи.