Развод

Пылая негодованием Цзинь Янь громко заявил, что, хоть его ум и уступает остроумию жены, он вполне способен разобраться в простом посте на Вейбо! Оригинальный пост принадлежал страстному любителю сплетен энтузиасту клуба Го. Его сообщение гласило: На улице Юнцин, в клубе Го, замечен сам «Кровавый мастер» корейского Го Ким Дэ Сон! Седьмой дан сражается с юным дарованием, прямая трансляция в разгаре! Ха-ха! Пост собрал всего три десятка репостов, но автор с неиссякаемым рвением продолжал репортаж: Ким, седьмой дан, захватил преимущество в дебюте, юный игрок ошибся, но в середине партии ринулся в яростную атаку, сразив дракона! Его стиль настоящая буря! Браво, малыш! К посту приложили фотографию юного игрока Ли Мэна. Мальчик, немного повернув голову, хмурил брови, задумчиво держа камень перед ходом. Его плотно сжатые губы излучали холодную решимость. Надо признать Цзинь Янь был поразительно привлекательным мужчиной, иначе в юности он не завоевал бы сердце тринадцатилетнего Цзян Циня. Ли Мэн явно унаследовал его черты. Фото собрало свыше шестидесяти репостов, а комментарии пестрели восторгами: Какой красавчик! Очаровательный мальчуган! Наткнувшись на пост Дуань Ханьчжи принялся изучать Вейбо, выискивая всё о «юном даровании». Цзинь Янь, повернувшись к Вэй Хуну, с раздражением бросил: — Что за странные игры затевает этот режиссёр Дуань? Тем временем в машине Цзян Цинь обнаружил третий пост. На фото красовался гобан: Сенсация! Белые в середине партии создали нового дракона! Юный игрок бесстрашно обнажил клинок! Чёрные, ход 157! Божественный удар, вызвавший катастрофу! Белые, ход 160! Вступают в эндшпиль! Комментарии бурлили изумлением: Не может быть! Это точно не подделка? Требуем доказательств! Покажите фото самого Ким Дэ Сона! Кто-то любопытствовал: Кто этот мальчишка? Его не видели на турнирах! Новичков нынче полно. Неужели Ким, седьмой дан, поддался? Цзинь Янь и Цзян Цинь одновременно ощутили, как виски сжало от напряжения. Спустя полчаса послышался звонок от Дуань Ханьчжи. Его голос искрился энтузиазмом: — Юный мастер одержал сокрушительную победу! Хотите, зачитаю трансляцию? Цзян Цинь устало выдохнул: — Хватит шутить, Ханьчжи. — Ошибаешься, Цинь! Жизнь это веселье, без шума и суеты она пресна! Разве твой развод с Цзинь Янем не грандиозный спектакль? — не унимался он, с задором листая телефон. — Слушай: «Жестокая схватка в эндшпиле! Ким, седьмой дан, применил мощные приёмы в концовке, но юный игрок стоит непреклонный, как гора Тайшань! Чёрные, ход 201! Отчаянная попытка захватить территорию, каждая пядь омыта кровью! Ким, после получаса раздумий, признал поражение!» Цзян Цинь, не находя слов, лишь сильнее тёр виски. Довольный собой Дуань Ханьчжи продолжил: — Вэй Хун, перешли этот пост… Нет, с моего аккаунта! Так я смогу убедить Гуань Фэна, что разбираюсь в Го. Обессиленный Цзян Цинь пробормотал: — Довольно, Ханьчжи… В тот же момент в клубе Го коротковолосый мужчина мрачно швырнул две белые фигуры в угол гобана. Его лицо было настолько угрюмым, что казалось, будто жизнь покинула его. Победа в эндшпиле с перевесом в семь с половиной очков стала триумфальным финалом партии. В Корее его прозвали «Кровавой рукой» за яростные атаки в середине игры, известные во всех трёх странах Го. Но сегодня он впервые потерпел столь сокрушительное поражение. Этот буквально разорвавший его в клочья мальчишка в эндшпиле проявил невероятную стойкость, превосходящую всякое воображение. На миг Киму почудилось, что перед ним закалённый ветеран, прошедший сотни сражений. Его глаза налились кровью. Он резко вскинул голову и спросил: — Сколько лет ты учишься Го? Ли Мэн честно ответил: — С двух лет. Лет тринадцать, наверное. — Какой у тебя дан? — Я любитель, не сдавал на дан… Папа запрещал, говорил, что это мешает учёбе. Коротковолосый поднялся, его лицо исказила пугающая гримаса. Зрители, заметив это, невольно отступили, перешёптываясь: — Это точно Ким Дэ Сон? — Похоже, он. Месяц назад приезжал на турнир в Китай. — Если этот мальчик победил Кима, у него, должно быть, уровень любителя шестого или седьмого дана. — А может, он и вовсе профессионал? Мужчина впился взглядом в Ли Мэна, пытаясь уловить намёк на ложь. Но мальчик был спокоен и открыт, в его глазах не было и тени страха. Его стиль игры был таким же: он всегда делал «правильные» ходы. Убивал, когда нужно, уступал, когда следовало. Его игра была яростной, но без хитрости, без уловок. Он не поддавался давлению соперника, оставаясь пугающе стабильным. Ким боялся не его мастерства, ходы Ли Мэна всё же выдавали юный возраст, он не мог тягаться с профессионалами, не знающими преград. Но эта врождённая, почти сверхъестественная твёрдость заставила Кима содрогнуться. Глубоко вдохнув, он с трудом склонил голову: — Прошу прощения за мою резкость. Ли Мэн вежливо ответил: — Ничего страшного. — Вот моя визитка. Меня зовут Ким Дэ Сон. Если продолжишь играть, мы ещё встретимся. Кореец протянул визитку обеими руками. Ли Мэн взял её, мельком взглянул и сунул в задний карман джинсов, серьёзно сказав: — Хорошо, дядя Ким. Но у меня нет визитки, вы не против? Меня зовут Ли Мэн, Мэн от «лимон», а не от «милый». И вряд ли мы ещё увидимся, я уверен, мои родители больше не будут разводиться. Шокированный, Ким переспросил: — Что? Ли Мэн хотел ответить, но тут у входа в клуб послышался визг тормозов, а следом громовой рёв Цзинь Яня: — Ли Мэн! А ну выметайся сюда! Мальчик взвизгнул, как перепуганный щенок, и кубарем бросился к двери: — Папа! Папа! Ким Дэ Сон медленно обернулся, застыв от удивления. С глазами, полными слёз Ли Мэн мчался к родителям, размахивая руками, как пропеллером. В мгновение ока он, будто пушечное ядро, влетел в объятия Цзинь Яня, едва не сбив его с ног: — Папа, я больше никогда не убегу из дома! Ты вернул маму? Если вы опять затеете развод, я правда умываю руки! Я так устал! И так голоден! Хочу кисло-сладкую рыбу, которую готовит папа! Цзинь Янь опешил, не в силах вымолвить ни слова. Виновато взглянув на отца Ли Мэн затем повернулся к Цзян Циню: — Мам… С холодным лицом Цзян Цинь закатал рукава и решительно шагнул к сыну. Ли Мэн, как котёнок, которому прижали хвост, взвизгнул и юркнул за спину Цзинь Яня: — Мама хочет меня ударить! Опять хочет ударить! Пап, это твоя вина, что жена не слушается, сделай что-нибудь! Мам, умоляю, не бей! Цзян Цинь, не проронив ни слова, схватил сына за шиворот и отвесил звонкую затрещину. От удара Ли Мэн пошатнулся. — Не хочешь — не надо, Ли Мэн, — хрипло произнёс он. — Это в последний раз. Когда я уйду, никто тебя больше не тронет. Делай что угодно. Избалованный с детства мальчишка никогда не получал от Цзинь Яня даже лёгкого шлепка. Удар Цзян Циня не столько разжёг его гнев, сколько ледяной волной сковал сердце. — Мам… — всхлипнул он, захлёбываясь слезами. — Я больше не посмею… Пожалуйста, не уходи… Я не хочу, чтобы меня бил кто-то другой… Слёзы катились по его щекам, смешиваясь с соплями. Внезапно осознавший Цзян Цинь что бить ребёнка на глазах у всех не лучшая идея, остановился, его рука дрогнула. К счастью, Цзинь Янь сохранил хладнокровие. Быстро схватив жену за одну руку, а сына за другую, он молча затолкал обоих в машину, вдавил педаль газа и рванул домой. За окном сгустилась ночь, и в салоне было очень тихо. Не евший весь день Ли Мэн сидел, вцепившись в ногу Цзян Циня, и всхлипывал так, будто вот-вот задохнётся. Цзинь Янь украдкой поглядывал на них в зеркало заднего вида, а затем, кашлянув, сказал: — Сегодня все ночуем дома. Цзян Цинь промолчал. Ли Мэн, прервав рыдания громким икотным всхлипом, жалобно спросил: — Вы помирились? Оба взрослых разом замолчали. — Я даже сбежал из дома, а вы всё ещё не помирились?! Чувствуя себя обманутым мальчишка выпалил: — Неужели, когда ваш единственный сын чуть не пропал, вы всё ещё умудряетесь ссориться? Разве в сериалах не показывают, как родители в такие моменты обнимаются, рыдают и клянутся, что не стоило затевать развод, потому что это ранит моё сердце?! Цзинь Янь, не отрывая взгляда от дороги, бросил: — Тебе что, так нравится это твоё «раненое сердце», товарищ Ли Мэн? Мальчик мельком взглянул на суровое лицо Цзян Циня и моментально съёжился. Спустя несколько минут Ли Мэн, набравшись смелости, прижался к отцу и сказал: — Я сегодня сыграл потрясающую партию в Го. Жаль, вы не видели. — Вот бы бросить школу и играть в Го каждый день! — Если я стану чемпионом мира, вы ведь не разведётесь, правда? Наконец, маленький бунтарь не выдержал и взорвался: — Да что с вами, бесполезные взрослые?! Оба онемели? Хотите быть родителями чемпиона мира или нет? Ну же! Вам что, нужно объяснять, как разводить драму? Быстро клянитесь, что помиритесь, и обнимайте меня! Цзинь Янь, устало потирая лоб одной рукой, а другой удерживая руль, лишь покачал головой, не находя слов. Цзян Цинь приоткрыл было рот, но так и не произнёс ни звука. Чуткий к малейшим переменам Ли Мэн тут же уставился на него своими влажными, полными надежды глазами. — Станешь ты чемпионом мира или нет, ты всегда будешь моим сыном, — Цзян Цинь тяжело вздохнул, его голос смягчился. — Что бы ни случилось, это не изменится. Никогда. Ли Мэн упрямо спросил: — А вы останетесь вместе? Цзинь Янь бросил взгляд в зеркало заднего вида. Лицо Цзян Циня в этот момент было непроницаемым. — Я не знаю, — ответил он. — У взрослых свои проблемы, Ли Мэн. И их нужно решать нам самим. Не дави на меня. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum