Развод

События развернулись так стремительно, что Цзян Цинь оказался совершенно не готов. На следующий день он не пошёл на работу. Утреннюю пробежку прервал взгляд на газетный киоск у входа в парк. На первой полосе жёлтой прессы кричал заголовок: Эксклюзив! Глава Шисин Энтертейнмент в тайном однополом браке уже десять лет! Фото семейного отдыха с сыном! Цзян Цинь почувствовал, как воздух застрял в груди. Дрожащей рукой он взял газету. На снимке обнимающиеся под дождём у лужи он и Цзинь Янь. Ниже был другой вчерашний кадр, на котором хмурый Цзян Цинь идёт к машине от офиса. Первая мысль была скупить весь тираж, но рассудок возобладал. Вернув газету на место, он молча ушёл. Дома было тихо, и нарушалась тишина лишь чистившим зубы перед зеркалом ленивым Ли Мэном. Увидев его, мальчишка привычно заулыбался, будто завилял невидимым хвостом. — Цзинь Янь ушёл на работу? — спросил мужчина. — Без понятия, — буркнул Ли Мэн. — Но он сказал, что у него сегодня куча встреч. Мам, может, отвезёшь меня в школу на «Лотусе»? — Ли Мэн, хватит клянчить поездки на машине в школу, — отрезал Цзян Цинь. Сын фыркнул, пробормотал что-то недовольное и пошёл собираться на автобус. Цзян Цинь заперся в кабинете. Выкурив подряд три сигареты, он попытался успокоиться, но пальцы всё ещё дрожали, когда он открывал ноутбук. Вбив в поисковик имя Цзинь Яня, он ожидал потока сплетен, но, к удивлению, сеть молчала. Опубликовавший вчера статью сайт сменил главную страницу на другую новость, будто ничего и не было. В эпоху интернета, где слухи распространяются молниеносно, тишина в сети казалась подозрительной. Почему бумажная газета разразилась таким заголовком, а онлайн-источники молчат? Далёкий от интриг шоу-бизнеса Цзян Цинь ломал голову, но ответа не находил. Он решил позвонить супругу. Телефон Цзинь Яня был выключен. То ли он на встрече, то ли избегает разговора. Цзян Цинь набрал номер офиса Шисин. Звонок переключился на секретаря. — Здравствуйте, это Чжао Сюэ, секретарь президента Шисин Энтертейнмент. Кто звонит? — Цзян Цинь. Соедините с Цзинь Янем. Чжао Сюэ запнулась, бросив взгляд на Цзинь Яня, который стоял в дверях и беззвучно велел: Скажи, что меня нет. — Э… господин Цзинь… его нет, — выдавила она. — Где он? Следуя подсказке Цзинь Яня, Чжао Сюэ ответила: — Господин Цзинь на совещании. Что передать? — Ничего, — отрезал Цзян Цинь, в голосе которого, несмотря на сдержанность, проскользнуло раздражение. Едва Чжао Сюэ повесила трубку, в офис ворвался босс. Сгребая ноутбук, планшет, телефон, ключи, кошелёк и пиджак, он устремился к лифту, выкрикивая: — Если Цзян Цинь придёт, скажи, что я на съёмочной площадке! Телефон разрядился! По делам компании, всё к Цзян Циню, меня не искать! — Господин Цзинь, вы… — И если он спросит, встречался ли я с журналистами, говорите, что нет! — Двери лифта начали закрываться, но Цзинь Янь высунулся: — И передайте, что в столовой сегодня его любимые креветки в сливочном соусе, пусть поест! Двери сомкнулись с тихим звоном, не дав Чжао Сюэ ответить. *** Через полчаса лифт открылся снова, и в офис вошёл Цзян Цинь. Белая рубашка, светлые джинсы, в руке ключи от машины. Его редкие визиты в Шисин всегда вызывали переполох. В прошлый раз его появление породило слухи, что «Цзинь Янь стал жертвой измены». Секретари даже тайком сфотографировали некоего Фан Юаня, выложив снимок на внутренний форум для сравнения. Сегодня же никто не ожидал его приезда. Рассчитывавшие на спокойный день без шефа сотрудники вздрогнули. Некоторые, завидев его, стояли, не в силах вымолвить ни слова. Цзян Цинь, не обращая внимания на суету, направился к кабинету Цзинь Яня и толкнул дверь. Внутри был беспорядок: бумаги разбросаны по полу, стол завален документами — следы поспешного бегства супруга. Цзян Цинь окинул это мимолётным взглядом и повернулся к Чжао Сюэ: — Где он? — Господин Цзинь уехал на съёмочную площадку, — ответила она, стараясь звучать уверенно. — Какую именно? — Ту, где недавно закончили съёмки. Там сейчас идёт продвижение, так что… — Под руководством режиссёра Дуань Ханьчжи? — Да, господин Цзян. Янтарные глаза Цзян Циня впились в девушку, заставив её почувствовать себя под микроскопом. Спустя несколько секунд он достал телефон и набрал номер. — Алло, Ханьчжи, Цзинь Янь был у тебя на площадке? — спросил он. Чжао Сюэ покрылась холодным потом. Через несколько секунд Цзян Цинь повесил трубку и, не отрывая взгляда, спросил: — Так где Цзинь Янь? — Я… не знаю, — выдавила Чжао Сюэ. Мужчина кивнул и вошёл в кабинет, но, прежде чем закрыть дверь, спросил: — Встречался ли он недавно с журналистами? — Нет! — тут же ответила секретарь. Цзян Цинь смотрел на неё несколько секунд, затем медленно произнёс: — Госпожа Чжао, Цзинь Янь, возможно, и даст вам премию за ложь ради него, но я бы уволил вас за обман. Скажите ещё раз, Цзинь Янь встречался с кем-нибудь из газеты? За линзами его глаза казались холодным стеклом. Чжао Сюэ почти онемела. Спустя время она призналась: — Не знаю. Цзян Цинь кивнул и закрыл дверь кабинета. В кабинете Цзинь Яня было выходящее в секретариат окно, и стеклянная стена, через которую просматривался коридор. Цзян Цинь устроился на диване в углу, взял планшет и начал просматривать документы. Сотрудники принялись находить поводы, чтобы пройти мимо, делая вид, что спешат по делам, но украдкой бросая любопытные взгляды. Цзян Цинь заметил это, но первые два часа игнорировал. Когда суета стала невыносимой, он поднялся, подошёл к столу Цзинь Яня и сел за него. Его осанка была безупречной: спина прямая, плечи расправлены, ноги элегантно скрещены. Правая рука быстро скользила по экрану планшета, а левая небрежно массировала висок. Белая, слегка помятая рубашка, лишь подчёркивала его утончённую, властную ауру. Даже среди строгих костюмов элиты он выделялся харизмой, которая не кричала, но заставляла всех вокруг замолчать. Чжао Сюэ знала, что Цзян Цинь создал финансовую систему Шисин Энтертейнмент с нуля и поддерживал её в идеальном порядке. Когда компания разрослась, он отошёл от дел, но в финансовом отделе до сих пор с благоговением вспоминали его работу; счета были безупречны, как кристально чистое, не замутнённое ни единой рябью озеро. Поговаривали, что Цзинь Янь держится за него из-за его доли в компании или финансовых рычагов. Но те, кто знал босса ближе, понимали, что его чувства к Цзян Циню искренни. Если Цзян Цинь уйдёт, под угрозой окажутся не только бизнес, но и их семья, любовь и будущее, которое они строили вместе. Цзян Цинь оставался в кабинете до обеда. В какой-то момент в секретариат пришло сообщение от Цзинь Яня: Он ушёл? Чжао Сюэ ответила: Нет, всё ещё здесь. Поел? Тоже нет. Закажи ему еду. Не успела Чжао Сюэ ответить, как двери лифта распахнулись, и робкий курьер, озираясь, спросил: — Господин Цзян заказывал комплексный обед из морепродуктов? Цзян Цинь вышел из кабинета, оплатил заказ, забрал пакет с едой и вернулся обратно. У двери он остановился и бросил через плечо: — Попросите тётю из чайной приготовить мне кофе с двойной порцией сливок. В тот же момент на телефон Чжао Сюэ пришло новое сообщение от Цзинь Яня: Заказала? Она взглянула на экран и мысленно вздохнула: Без вас он и сам о себе позаботился. Цзинь Янь вернулся в офис к вечеру, всем видом демонстрируя усталость. Пиджак небрежно свисал с руки, галстук болтался на шее, а из сумки торчали бумаги, создавая иллюзию, будто он весь день носился по делам. Войдя, он с наигранным удивлением воскликнул: — Цзян Цинь, ты здесь? Почему не предупредил? — И, не давая вставить слово, повернулся к секретариату: — Вы что, деньги за просто так получаете? Человек пришёл, а мне ни слова! Цзян Цинь молча ждал, пока он закончит представление, затем бросил на стол газету. Супруг взглянул на заголовок и тяжело вздохнул: — Ну и дела, совсем обнаглели. Сейчас позвоню их боссу. — Я искал тебя весь день, — отрезал Цзян Цинь. — Да ладно тебе. Ты же не любишь возиться с компанией. Я тут бегаю как угорелый, телефон садится, и разве я виноват? Хочешь, приходи завтра в офис, сядешь в кресло президента, а я буду твоим личным секретарём и любовницей, идёт? В глазах Цзян Циня мелькнула тень улыбки, но тут же сменилась привычной строгостью: — Иди звони. Звонить было поздно. Такие таблоиды невозможно остановить после выхода в печать, разве что перехватить тираж до запуска пресса. Пропадавший весь день, Цзинь Янь опоздал, и газеты уже разлетелись по городу. Он всё же устроил показной разнос директору издательства, заставив того пообещать, что завтра подобных статей не будет. Затем, на глазах у Цзян Циня, обзвонил несколько редакций, убедившись, что их история больше не появится в прессе. Закончив, он устало опустился в кресло и вздохнул: — Ты даже не представляешь, дорогой, как меня сегодня встречали. Все только и спрашивали про тебя. Раньше актрисы и модели так и липли ко мне, а сегодня шарахались, как от чумного. — Он покачал головой с притворной обидой. — Жалко меня, я теперь совсем обесценился, а ты ещё и нос воротишь. — Правда? А вот красотки из соседнего офиса почему-то не перестали бросаться мне на шею. Цзинь Янь вздрогнул. — Пойдём, пора забирать Ли Мэна с занятий, — сказал Цзян Цинь, поднимаясь и хватая ключи. Вдруг он остановился, вспомнив: — Ты поел? — Нет ещё. По дороге заберём Ли Мэна и сходим на шашлыки из баранины. Впервые за долгое время между супругами наступила хрупкая гармония. Они вышли из кабинета один за другим. Когда они появились на этаже, сотрудники украдкой наблюдали за ними из-за мониторов. Явно в приподнятом настроении, Цзинь Янь махнул рукой секретариату: — Сегодня все молодцы, работали на славу! Можно заканчивать пораньше. Цзян Цинь уже шагнул в лифт. Если бы он замешкался хоть на секунду, какая-нибудь впечатлительная сотрудница, возможно, бросилась бы обнимать его за ноги. Напевая лёгкую мелодию, его супруг вошёл следом. Внезапно Цзян Цинь спросил: — Вчера… ты ведь серьёзно говорил о своём обещании? Цзинь Янь опешил, но тут же вспомнил, вчера он клялся, что поедет с Цзян Цинем в город S, чтобы встретиться с его родителями, объясниться и попросить прощения. Вот где ты меня подловил, — подумал он, но ответил мягко: — Конечно, серьёзно. Мы возьмём Ли Мэна, покажем твоим родителям, каких успехов ты добился. И на этот раз, даже если они будут гнаться за мной с кухонным ножом, я не уйду. В крайнем случае, буду стоять на коленях у их порога до конца своих дней. Цзян Цинь кашлянул, и в его голосе промелькнуло едва уловимое ожидание: — Я уже забронировал билеты на следующую субботу. Цзинь Янь кивнул, с интересом глядя на мелькавшие на табло лифта цифры этажей. Следующая суббота, значит, — подумал он. В его глазах на миг вспыхнула холодная улыбка, но тут же исчезла. Это выражение было так нехарактерно для него, что даже Цзян Цинь, заметив его, скорее всего, решил бы, что ему почудилось. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum