Связанные злым роком

      Декан Ли Чжимин совершенно не собирался давать Линъюаню поблажек, проводя экзамен. Парень внимательно изучал рецепт пилюли второго ранга. На это ему было выделено два часа, после чего он должен приступить к её приготовлению.       «Тебя что-то беспокоит?» – раздался в его голове голос фамильяра.       Они находились в классе для практики алхимии. На каменном столе перед Линъюанем стоял котёл и были разложены травы. Архаз сидел за соседним столом с отрешённым видом, прикрыв глаза и подпирая кулаком щёку. Он казался расслабленным, но его восприятие следило за обстановкой вокруг. Особенно это касалось нескольких учителей, входящих в комиссию, что должны были оценить способности парня.       «Просто… Похоже, Академия уделяет тебе чрезмерно пристальное внимание. Мой уровень культивации не высок, но даже я чувствую, что они пристально за тобой наблюдают.» – отозвался Линъюань, не отрывая глаз от рецепта.       «Тебе не стоит на этом зацикливаться, – безразлично сказал тот. – Они пол года боялись, что я взбунтуюсь. Вот и хотят убедиться, что у меня нет намерений вредить окружающим.       Лучше сосредоточься на своём экзамене.».       «Конечно. Я ведь не могу тебя подвести.».       «А?» – от недоумения Архаз даже открыл глаза, посмотрев на мальчишку.       «Но это ведь ты сказал, что я могу приготовить пилюлю второго ранга. И ничуть не хуже местных студентов. – Линъюань не смог сдержать лёгкой улыбки. – Я должен оправдать твою веру в меня.».       Фамильяр хмыкнул и закрыл глаза, а парень продолжил тщательно изучать рецепт. Они не ошиблись. Люди академии действительно внимательно за ними наблюдали. Это было распоряжение Яо Ченя, чтобы понять природу взаимоотношений этих двоих.       Если Ли Чжимина пугала сила фамильяра, то глава Павильона Фамильяров больше опасался его ума. Магические звери. Как бы сильно они не были похожи на людей, их природа остаётся неизменна. Они руководствуются своими первобытными инстинктами. Именно поэтому чаще всего они весьма жестоки и легко поддаются эмоциям.       Но Архаз действовал сдержанно, обдуманно и решительно. Он мог дать волю эмоциям, но при этом контролировал себя, действуя расчётливо и обдуманно. Он смог сбежать от них и скрыться, при этом не давая повода объявить его целью для уничтожения. Похоже, он даже неплохо разобрался в законах и моральном духе людей этого мира. Он мог стать опасным врагом.       Архаз открыто высказывал своё недовольство призывом в этом мир и ненависть к условиям контракта. У Яо Ченя был повод переживать, что у него могут оставаться недобрые мысли и хитроумный план, как им за это отомстить. Пока всё выглядело так, будто мальчик и впрямь ему очень дорог. И если это так, это станет прекрасным сдерживающим фактором. Но он же может стать и спусковым крючком. За ними следовало наблюдать.       Когда в класс зашёл Ли Чжимин, Линъюань понял, что его время вышло.       – Ты готов? – спросил декан, и парень кивнул. – Приступай.       Глубоко вздохнув, парень подошёл к столу. Он хотел приготовить пилюлю с первого раза. Не только чтобы подтвердить слова Архаза, но и ради себя. Шэн Вея всегда считали гением, и, насколько он понял, если бы не проблемы с фамильяром, тот вполне стал бы лучшим на курсе. Он должен был показать, что ничем ему не уступает.       Взмахнув рукой, он притянул несколько трав, и они зависли перед ним. Окутав их своей Ци, он начал их переработку. Под его бледно серой энергией травы начали расщепляться. С них посыпался серо зелёный порошок, пока не остался чистейший экстракт. Перед Линъюанем висело три маленьких капли. Сложив руки в особую печать, он стал аккуратно сливать их вместе, образуя одну однородную субстанцию. Как только этот процесс был завершён, он махнул рукой и капля повисла в стороне, а он взялся за новую партию растений.       Комиссия внимательно следила за его действиями.       – Он весьма аккуратен и хорошо контролирует силу, – кивнул один из учителей.       – Не делай поспешных выводов, это самая лёгкая часть, – отозвался другой. – Посмотрим, сможет ли он извлечь порошок из корня Лотоса без примесей.       – А ты думаешь, нет?       – Самая сложная часть приготовления этой пилюли, смешать порошок с экстрактами, – тихо сказал Ли Чжимин. – А извлекать порошок учатся и до достижения первого ранга. Он часто входит в состав мазей.       – Но корень Лотоса не обычный ингредиент. Да и, очень важна чистота…       – Тянь Хунь, у меня такое ощущение, что ты уже мыслишь предвзято, – нахмурился Чжимин. – Просто наблюдайте, и мы всё увидим.       После этих слов декана все замолкли и стали внимательно наблюдать за действиями парня.       Когда Линъюань переработал почти все травы, перед ним висело более десяти капель. Не прерываясь на отдых, он в определённом порядке сливал их вместе. Вскоре перед ним осталось три капли большего размера. Они отлетели в сторону, и он взялся за корень Лотоса. Это был последний ингредиент.       Сложность состояла в том, что для данной пилюли нужен был порошок из его мякоти, очищенный от примесей. Процесс, по сути, был такой же, но уделялось внимание не экстракту, а отработанному порошку. Его нужно было разделить на примеси и чистейшую мякоть, пропитанную духовной энергией. Для этого был необходим не только контроль Ци, но и хорошее восприятие.       Восприятие было важным фактором в приготовлении пилюль, так как с его помощью контролировался весь процесс. Здесь же оно использовалась на максимум. Но у Линъюаня не было с этим проблем. Его восприятие закалялось, когда он использовал его, превозмогая боль. Теперь же это давалась ему намного легче. И всё же это был кропотливый и напряжённый процесс.       Закончив с этим, парень вздохнул с облегчением. Но ему предстояло ещё боле сложная задача - смешать порошок с экстрактами. Это нужно было сделать равномерно, не позволяя крупицам собраться в комочки. И это нужно было проделать с тремя каплями, и только потом слить их воедино. Придерживаться порядка смешения было необходимо, так как некоторые травы могли вступить в негативную реакцию. А нейтрализовать этот процесс могли другие экстракты. Именно поэтому нельзя было смешать всё сразу, а последовательно, шаг за шагом создавать пилюлю. От этого так же зависели её свойства.       Он разделил порошок на три равных порции. Взяв одну, он окутал её одной из капель экстракта. Заставляя жидкость колебаться и постоянно находится в движение, планомерно смешивая с порошком. Повторив этот процесс три раза. Теперь можно было смешать их вместе, создав основу пилюли, и переходить к завершающему этапу.       К этому моменту прошло уже несколько часов. Это было нормально для уровня Линъюаня затратить столько времени. Но его силы, как умственные, так и энергия Ци, сильно истощились. Архаз не спешил вмешиваться, ведь парню было необходимо продемонстрировать, на что он способен сам. Но он внимательно следил за его состоянием. Когда тот поместил сгусток вязкой субстанции в печь, он поделился с ним энергией.       Обжарка пилюли была не самым сложным процессом, но она требовала поддержания стабильной температуры длительное время. Поэтому фамильяр заранее поделился с истощённым парнем энергией. Чтобы не допустить колебаний огня и не испортить все труды на последнем этапе.       Линъюань мягко улыбнулся, почувствовав прилив сил, но отвлекаться не стал. Вторым важным аспектом заключительного этапа было придание пилюле формы. Это никак не сказывалось на качестве. Но если она будет неправильный формы, человек просто не сможет её проглотить. Именно поэтому было необходимо придать ей гладкую круглую или, в крайнем случае, овальную форму.       Спустя час парень достал гладкий круглый шарик из котла и передал комиссии на оценку. Те, по-изучав её некоторое время, одобрительно закивали.       – Линъюань, твои способности действительно неплохи, – заговорил Ли Чжимин. – Ты сосредоточен и аккуратен. Внимателен к деталям, а так же у тебя хорошая память. Ты смог запомнить рецепт и создал пилюлю с первого раза. В твоём возрасте это действительно достойный результат.       – Спасибо за похвалу, – скромно отозвался тот.       – Ты прошёл мой экзамен. Я надеюсь ты и дальше будешь усердно заниматься алхимией. – Декан бросил взгляд на Архаза. Немного помолчав, он всё же добавил: – Для алхимиков очень важно взаимопонимание с фамильяром. Если тот без подсказки знает, когда нужна его помощь, это хороший навык на будущее.       – Просто скажи открыто, что не ожидал от меня такого, – фыркнул Архаз с презрением.       Линъюань напрягся, бросив укорительный взгляд на фамильяра. Но тот лишь улыбнулся ему, слегка покачав головой. Это означало, что он не собирается намеренно создавать проблем. Вздохнув, парень ожидал реакции декана. Змей явно не собирался менять свой характер, чтобы угодить им.       – Да. He ожидал, – спокойно отозвался тот. – Ваши отношения с Линъюанем хороши. Но и о твоём прошлом поведении никто не забывал. Пусть ты не наносил никому критического ущерба, но всё же Шэн Вея ты отравил. Хоть это и не было смертельно, всё же серьёзный проступок. Поэтому к тебе всё ещё будет пристальное внимание. Помни об этом и не делай глупостей.       – Думаю, этот совет нужно дать не только мне, – холодно заметил фамильяр.       – Не волнуйся с ним также провели беседу.       Линъюань молча наблюдал за их разговором с тихим изумлением. То, что сказал декан, его сильно удивило. Он никак не ожидал, что Архаз напал на Шэн Вея. Учитывая, что тот был тем, кто его призвал, это действительно был сильный проступок. Не удивительно, что Академия так серьёзно к нему относится.       «Что же натворил брат?» – пробормотал он про себя.       – Что ж, – Чжимин повернулся к нему. – На сегодня можете быть свободны. Завтра учитель Цзи Фан проверит твои знания в области трав. Но я уверен, с этим проблем не возникает. Так что вопрос о твоём поступлении решится так же завтра.       С этими словами декан покинул класс и учителя вслед за ним. Линъюань так же, не стал задерживаться, и они с Архазом покинули здание. Парень нерешительно поглядывал на фамильяра. Его очень интересовало, что же на самом деле произошло между ним и его братом. Но тот, заметив его взгляд, лишь покачал головой с хмурым видим. Ему оставалось только вздохнуть.       – Если ты не хочешь рассказывать, я не буду спрашивать, – тихо сказал он. – Но в Академии учатся пять лет. Значит, на протяжении четырёх лет мы постоянно будем пересекаться с Шэн Веем.       – Боишься, что я не сдержусь и наврежу ему? – дёрнул бровью Архаз. Линъюань покачал головой.       – Мой брат злопамятный. Ты не только отверг его, но и пытался навредить. Он явно это так просто не забудет. – Он немного подумал, закусив нижнюю губу, и нерешительно спросил: – Ты знаешь, какой у него уровень культивации?       – Начальный уровень, Подмастерье. Но он еще не стабильный, он только-только прорвался. И, похоже, не без использования эликсиров, – безразлично отозвался фамильяр.       «Подмастерье? – Линъюань не смог сдержать изумления, грустно усмехнувшись. – Даже перескочив три уровня с помощью духовного сокровища и пилюли, я всё ещё сильно от него отстаю.».       На днях он принял пилюлю Омовения Трав. Собрав все излишки духовного эликсира из его меридиан, она позволила ему переступить ещё один уровень. Теперь он был Учеником высшего седьмого ранга, но это не шло ни в какое сравнение с Подмастерьем. Ведь переход на следующий уровень не только сильно увеличивает объём силы, но и качество Ци.       – Выходит я слабее его, – пробормотал парень. – А твой уровень ограничивается до моего.       – Тебе не стоит об этом переживать, – расслабленно усмехнулся Архаз. – He забывай, я Магический Зверь. Физически я гораздо сильнее. К тому же я старше и у меня больше боевого опыта и техник. Я ему не по зубам. И если он спровоцирует меня, с этим придётся разбираться Академии.       – Но он может напасть вне её стен, – серьёзно покачал головой Линъюань. – К тому же он может прийти не один. Не забывай, за Шэн Веем стоит целый клан. И там есть сильные личности.       – Ты слишком много об этом думаешь. Не забивай голову ерундой, – Архаз потрепал парня по голове. – Лучше думай о том, как сдать завтрашний экзамен.       Но об этом беспокоиться не стоило. Как и говорил Ли Чжимин, с этим проблем не возникло. Почти все травы Академия закупала на полях. Как Линъюань мог о них не знать? Поэтому сразу после экзамена они перешли к вопросу о его поступлении, который, по сути, уже и так был решён.       Однако, когда они вошли в кабинет ректора, находившийся там же Яо Чень был слегка удивлён.       – Ты сегодня один?       Этот вопрос вызвал у Линъюаня неловкую улыбку. Он не был один. Просто студентов на территории Академии становилось всё больше. А история Шэн Вея и Архаза в конце прошлого учебного года разошлась по всей Академии, а из-за его поисков каждый знал его в лицо. И теперь его появление рядом с Линъюанем привлекало множество любопытных глаз. Из-за этого парень чувствовал себя очень неловко. Потому фамильяр решил скрыться от посторонних глаз, заняв уже привычное положение.       Но парень не успел ничего сказать. Раздалось хлопанье крыльев и ехидный голос за его спиной.       – Этому гаду просто нравится сидеть у Линъюаня на шее, – ворон бесцеремонно приземлился на стол перед ректором.       – Кафар, – тихо протянул парень со странным выражением лица. Его фраза звучала довольно двусмысленно.       – Разве я не прав, змеёныш?       Из под ворота парня высунулась чёрная голова. Все тут же уставились на него с любопытством.       – Я слышал, у воронов отвратительное мясо, но вот перья хороши для украшений, – не с меньшим ехидством отозвался Архаз. – Из тебя вышло бы прекрасное чучело.       – Ах ты! – Кафар шумно захлопал крыльями. А Линъюань не сдержал тяжёлого вздоха.       – Ваши кланы враждуют? – спросил он.       – Нет. Он просто меня раздражает, – проворчал фамильяр. Парень посмотрел на ворона, и тот фыркнул.       – Да он просто бесится, что ты со мной общаешься. Хренов собственник.       Линъюаня озадачило такое предположение, но Архаз ничего не ответил ворону. Это показалось ему странным, и он мысленно спросил: «Это правда?». И снова тишина. Выражение парня стало неловким. Он никак не мог подумать, что Архазу не нравится, когда он общается с другими фамильярами.       – Удивительно. Я совсем не ощущаю ауру Питона Адских Глубин, – тихо пробормотал ректор, аккуратно отвлекая всех от сложившийся неловкой ситуации.       – Превосходная техника скрытности, – закивал головой Яо Чень. – Неудивительно, что мы его не обнаружили.       Пусть разговор плавно перетёк в другое русло, Линъюань всё ещё испытывал странные чувства. Он не мог понять, что именно тревожит его сердце. Но всплывшее в голове слово «ревность» заставило его смутиться.       Наконец, отведя взгляд от Архаза, ректор Хань улыбнулся парню.       – Линъюань, проверочный экзамен показал, что у тебя хорошие навыки и ты не будешь испытывать проблем, начав обучение со второго курса. Потому ты зачислен на второй курс, – взяв папку с документами со стола, он протянул её Линъюаню. – Все вопросы с твоим работодателем мы уже решили. Тебе не нужно отрабатывать, и тебя сегодня же рассчитают.       – Так что собирай вещи и завтра заселяйся в общежитие. Учёба начнётся уже через четыре дня, поэтому проверь список необходимых вещей и подготовься.       «Похоже, они с самого начала собирались тебя взять. Экзамен был всего лишь формальностью.» – проворчал фамильяр.       – Линъюань, – обратился к нему декан. – У Архаза уже есть комната. Тебе же стоит обратиться к коменданту, – он протянул парню карту. Академия занимала большую территорию и имела не мало зданий и различных комплексов. Её можно было сравнить с маленьким городом.       – Я буду жить с ним, – раздался суровый голос змея.       – У Линъюаня будет сосед, – спокойно возразил Яо Чень. – Тебе будет удобнее в общежитие фамильяров.       – Я не займу много места, – непреклонно продолжил Архаз. Глава павильона глубоко вдохнул.       – Даже если ты готов постоянно пребывать в этой форме… – Яо посмотрел на парня. – Тебе сначала нужно заручиться согласием соседа. Если он не согласится, пусть возвращается в своё общежитие.       Линъюань кивнул, покосившись на змея. А про себя подумал: «He уверен, что у моего соседа будет выбор.».       – Можете идти. У вас есть чем заняться, – отпустил их ректор. Парень поклонился и ушёл.       Ли Чжимин хмуро посмотрел на Яо Ченя.       – Может, нам просто предоставить им отдельную комнату? У нас есть такая возможность.       – Нет, – покачал тот головой, заложив руки за спину. – Архаз хорошо ведёт себя с мальчишкой. Посмотрим, как он будет реагировать на то, когда рядом будет кто-то еще. В конце концов, ему тоже нужно развивать социальные навыки.       – Старик Яо, – покосился на того ректор. – Мне кажется, или ты обращаешь на этого фамильяра особое внимание?       – Я уже говорил тебе, он на удивление спокоен и расчётлив. Способен подавить свои инстинкты. А ещё силён и умён, – серьёзно сказал тот. – Он прирожденный лидер.       – Что ты пытаешься этим сказать?       – Мы призываем фамильяров на помощь в бою. И хоть мы и рассказываем им o стратегии и тактике боя, действуют они разрозненно. Да и особого желания защищать наш мир у многих из них нет. Я уже молчу о бегстве фамильяров в другой мир через Разломы, – вздохнул старик. – Будь у них лидер, многие проблемы можно было бы решить.       – Почему ты думаешь, что Архаз может стать лидером, за которым они пойдут? – скептически спросил Ли Чжимин.       – Линъюань. Этот мальчик обладает странным даром. Пока он пересекался только с небольшим количеством фамильяров, но они все были положительно к нему настроены, – он демонстративно посмотрел на Кафара.       – У него хорошая аура, – отозвался тот. – Он добрый. А ещё он не ставит нас ниже себя и не держит просто за питомцев. Думаю, у него просто хороший характер, поэтому он располагает к себе.       – Вот только ты, кажется, забыл, – воззрился на главу павильона декан. – Он алхимик, а не воин. И с его талантом мы не можем просто перевести его на другой курс.       – Я думал об этом. Линъюань заключил контракт. Но он не призывал фамильяра.       – Ты хочешь сказать!.. – изумлённо вскрикнул ректор.       – Он может призвать фамильяра. У нас есть ограничение на призыв, но не на контракт. Просто не было прецедентов. – Он хитро улыбнулся. – Второй фамильяр будет помогать с алхимией, а Архаз станет полководцем.       – Мы немного подождём. Пусть привыкнут к Академии, заведут связи. А потом мы сделаем Линъюаню предложение. – Яо посмотрел на ректора. – Но мне нужно, чтобы у этого курса было больше взаимодействия с войнами. Уделите больше внимания дисциплине «боевого алхимика».       – Ты издеваешься! – взревел ректор Хань. – Ты хоть понимаешь, какой это геморрой? Вот так взять и в последний момент изменить программу обучения? Да это…       – Я уверен, мой талантливый зять прекрасно со всем справится, – похлопал тот его по плечу.       – При чём тут наши родственные связи? Коль на то пошло, дави своей позицией Великого Старейшины Академии!       У декана чуть ли не дыбом волосы встали. Стоило только подумать о всей предстоящий бумажной волоките и постоянных возмущениях преподавателей из-за вводимых изменений. А ведь до начала учебного года оставалось всего четыре дня. Но доводы Яо Ченя были разумны. Правительство давно бьётся над решением этих проблем.       Ли Чжимин с хмурым видом смотрел на этих двоих. Одного невероятно довольного, и второго с обречённым видом. План Яо был не идеальным, и ему было что сказать по этому поводу. Но он знал, что его слова будут проигнорированы, поэтому молчал. Однако рядом с ним был тот, кого не волновали такие тривиальные вещи, и он просто говорил, что думал.       – Ну и дурень. – Все посмотрели на ворона. Тот же махнул крылом в сторону Яо Ченя. – Старик, в твоём прекрасном плане есть одна очень большая дыра. Я бы даже сказал, непреодолимая пропасть.       – О чём ты? – вздохнул Хань.       – Змей ни за что не оставит мальчишку. Это во-первых. А во-вторых, в честь чего ты вообще решил, что тот согласится призывать второго фамильяра?       Яо Чень бросил недовольный взгляд на Ли Чжимина, мол «усмири его». Но тот хмыкнул, скрестив руки на груди.       – Прости, Яо, но я согласен с Кафаром.       – Вы что, сговориться против меня решили? – раздражённо бросил тот.       – Думаю, поведение Архаза красноречивее любых слов показывает, что он прав. И по поводу второго призыва… Я тоже очень сильно сомневаюсь, – покачал головой декан.       – Почему? Это увеличит его мощь и возможности…       – Он добрый, – перебил он того. – Призыв фамильяра ломает жизнь последнего. Линъюань не алчный. Он не станет вредить другим, чтобы получить выгоду.       – Посмотрим, – недовольно бросил Яо Чень.       Ли Чжимин вздохнул, слушая ворчание Кафара: «Упертый баран.». И не мог с ним не согласиться.