Связанные злым роком

      Начало обучения стало для Линъюаня утомительным процессом. На следующий день он, встав с утра пораньше, отправился на пробежку, тихо покинув комнату, стараясь не разбудить Архаза с Гуанем. Однако, когда он вернулся, фамильяр был жутко этим недоволен, сказав, что будет заниматься вместе с ним. Парень пытался убедить его в том, что это ни к чему и он может спокойно спать. Но тот был категоричен.       Гуань же созерцал эту сцену с видом какой-то безысходности. Он чувствовал, что явно был лишним в этом комплекте, но деваться ему было некуда. Поэтому он сидел тише воды, ниже травы. Не хватало ещё, чтобы его припахали к этим активностям. Ему хотелось спать. А то Архаз уже начал составлять лёгкую программу для проработки мышц.       Помимо утренних тренировок, учебные дни также были загружены. Линъюань прилежно слушал лекции и делал записи, с теорией проблем не было. Но в каждом дне на неделе стояла либо практика алхимии, либо практика боя. Нагрузка использования духовных сил была немаленькая.       На практике алхимии Линъюань с удивлением обнаружил, что Академия преподаёт не только создание пилюль и прочей медицины. Они также уделяли немало времени особенностям обработки тех или иных трав. Иногда они только и делали, что очищали нелёгкие в обработке травы. Но их труд не проходил даром. Всё тщательно собиралось и отправлялось на дальнейшую переработку.       И если трёхчасовое очищение медицины парень переносил довольно стойко, к тому же рядом был Архаз, то практика боя была для него каторгой.       Посмотрев на их способности на первом занятии, Фэн Луань определилась с программой обучения и решила начать с азов. Так студенты факультета алхимии узнали, зачем в зале было столько бетонных блоков. Они выступали в качестве груш для битья, на которых отрабатывались техники.       Одной из базовых и самых простейших техник была Ладонь Ветра. Её суть была в том, что перед ладонью собирался сжатый воздух, а при ударе резко врывался, создавая мощный толчок. Мощный – это, конечно, сильно сказано. Всё зависело от силы человека. На нынешнем уровне второкурсники могли отодвинуть оппонента максимум на полметра. Но с ростом уровня культивации и навыков владения техникой, это расстояние будет увеличиваться.       Фэн Луань весьма вкрадчиво объяснила, почему студентам стоит усердно тренировать эту технику, хоть она и кажется слабой. Да, эта техника не позволит им выиграть бой, а вот спасти жизнь в критический момент да. Всё дело в лёгкости её применения, на это уходит всего пара секунд. И в экстренной ситуации это может позволить отбросить врага, чтобы собраться с силами или подготовить более мощный удар.       Линъюань подошёл к тренировке ответственно и усердно отрабатывал удар, из-за чего отбил себе все ладони о бетонный блок. Техника хоть и была лёгкой, но к ней нужно приноровиться. Парень то раньше времени удар нанесёт, то технику с задержкой применит. И мало того, что он незащищённой рукой по бетону хлопнет, так в неё ещё и отдача бьёт, так как блок с места не сдвинулся.       Всё, конечно, было не совсем печально. К концу третьего часа у него получалось успешно использовать технику девять из десяти раз. Но руки горели огнём и немели чуть ли не до плеч. Архаз, увидев его раскрасневшиеся ладони, жутко ворчал о том, что всему нужно знать меру, и упрекал в том, что беспрерывное перенапряжение одних и тех же меридиан не сулит ничем хорошим. После чего смазал руки Линъюаня обезболивающей мазью и наложил повязки, велев не напрягать ладони.       Гуань Шен с завистью смотрел на парня, потирая онемевшие руки. И под недовольным взглядом Архаза одолжил у того мазь. Шен хоть и любил в душе поворчать на эту парочку, но за время их знакомства успел понять одну вещь: к словам Архаза стоит прислушиваться. У него гораздо больше опыта в культивации, а Линъюаню он явно плохого не посоветует.       Самым же запоминающимся событием первой недели стала парная тренировка боем. Лучше всего её описывала фраза, сказанная Парфиром: «Цирк на выезде». От того, какой в зале воцарился бардак, у Фэн Луань не просто глаз дёргался, казалось, ещё чуть-чуть, и она взорвётся, как связка новогодних петард.       Фамильяры пятого и шестого рангов уже имели разум, неотличимый от человеческого. Но вот более низкие ранги всё ещё сильно поддавались эмоциям и сохраняли животные инстинкты. Просторное помещение и конструкции из блоков вызывали у них любопытство, и они бродили по залу, а некоторые даже принялись играть. И что больше всего раздражало преподавательницу, это то, что некоторые хозяева даже не пытались это предотвратить.       После яростных воплей Фэн Луань, когда все немного угомонились, она прочитала целую лекцию о том, как важна дисциплина, какую ответственность хозяева несут за фамильяров и почему у контракта есть несильное подчинение. Её грозная и внушительная речь подействовала. Но не на всех.       Сегодня Линъюань с изумлением узнал, что на их факультете есть Чжу Цюэ. Он уже заприметил огненную птицу, но, несмотря на то что в длину тот был чуть больше полуметра, для Чжу Цюэ всё же маловат. Но оказалось, это птенец.       Так вот, этому птенцу похоже очень приглянулся Линъюань. Потому что он упорно хотел на него приземлиться, несмотря на лекции учителя Фэн и то, что он был объят пламенем. Последнее было страшнее всего и очень злило Архаза. Он загораживал парня собой, пытаясь отпугнуть надоедливую птицу ядовитым туманом. Однако огонь Чжу Цюэ сжигал его без особых усилий, не нанося никакого вреда. Птенец продолжал настырно лезть, и змей, встретив своего естественного врага, ничего не мог сделать без использования категоричных мер.       Ван Линь - хозяин этого сорванца, без умолку просил прощения и умолял не вредить его фамильяру. А Линъюань мысленно внушал Архазу, что бить детей нехорошо.       Эта сцена могла бы продолжаться очень долго, пока Фэн Луань не притащила откуда-то ведро воды и не вылила его на птенца, после чего начала яростно ругаться. Глядя на промокшего и потемневшего птенца, что дрожа прижимался к груди Ван Линя, уткнувшись клювом ему в шею, Линъюань не выдержал и подошёл его утешить.       – Малыш, если тебе хочется с кем-то поиграть, тебе стоит убрать пламя, чтобы никого случайно не ранить, – он легонько погладил его по мокрым перьям. – Так тебя не будут бояться.       – Не думаю, что ему вообще нужно к тебе лезть, – ворчал Архаз.       – Он же ещё ребёнок, – упрекнул его парень. – Будь снисходительнее.       «И почему тебя так тянет к пернатым?» – в сердцах подумал змей, с раздражением глядя на то, как Линъюань гладит мелкого засранца.       Когда наконец-то появилось хоть какое-то подобие дисциплины, Фэн Луань начала занятие. Принцип был схож с первым занятием боя. Только здесь проверялись не боевые способности, а умение пары хозяина и фамильяра работать сообща. Преподавательница давала паре задание на двоих и следила за его выполнением. Было важно, чтобы его выполнил не кто-то один, а была именно совместная работа. И опять же, проблемы возникли у студентов с фамильярами низкого ранга.       Но это всё ещё были цветочки по сравнению с тем, что их ждало дальше. Ведь начиная со следующего совместного занятия к ним присоединились студенты-воины. И этой встрече не был рад ни один из факультетов.       Почему остальные факультеты недолюбливали алхимиков? Потому что те были особенными, и им позволялось призвать фамильяра уже на первом курсе, в то время как всем остальным - только по достижении Мастера. Но и у воинов была своя гордость. Они - герои, что будут сражаться на передовой. Однако внезапно выяснилось, что какие-то алхимики тоже могут претендовать на это звание.       В итоге студенты-воины не скрывали своего недовольства и презрения. А так как они сражались парами друг против друга, алхимики против воинов, то эта неприязнь весьма красочно демонстрировалась во время боя. Но ситуация была неоднозначной. Пока воины отыгрывались на парах со слабыми фамильярами, алхимики с высокоуровневыми разносили их в пух и прах. Особенно великолепным было выступление Парфира. Он сдул их своим ветром, созданными крыльями, даже не дав начать атаку.       Фэн Луань пришлось пересматривать стратегию боёв. В результате против сильных фамильяров выставлялись команды по пять-шесть человек. Это позволяло хоть немного уравновесить силы и задействовать в бою алхимиков.       Но тем, кому на этих занятиях пришлось хуже всего, оказался Линъюань. Потому что неприязнь неприязнью, а из каждого правила есть исключение. Среди алхимиков нашёлся тот, у кого не было фамильяра, и он был неплохим воином, из-за чего получил поддержку среди студентов другого факультета.       Итогом стало то, что, кто бы ни выходил сражаться против них, они намеренно нацеливались на Линъюаня, желая его травмировать. При этом они восхваляли Шэн Вея, упрекая Архаза в неверном выборе, из-за чего последний выходил из себя.       Парень успокаивал и себя, и фамильяра, утверждая, что это позволит ему лучше научиться защищать себя и в сложных ситуациях в будущем ему будет проще. Однако на душе у него было скверно. Столько людей топталось по его больному месту, заставляя терять уверенность в себе. Страх того, что Архаз прислушается к их мнению, завладевал его разумом.       И вот на пятой неделе обучения преподавательнице Фэн пришла в голову гениальная идея. Она поставила их в пару с Шэн Веем, заставив втроём сражаться на одной стороне.       – Я против, – холодно заявил Архаз, стоя скрестив руки на груди и раздражённо глядя на Вея. – He хочу его защищать.       – Что? Боишься, что твой ненаглядный будет плохо выглядеть на моём фоне? – язвительно заметил Вей. Однако фамильяр проигнорировал его, суровым взглядом сверля Фэн Луань.       Линъюань стоял, прикусив губу, нервно её пожёвывая. Было бы ложью сказать, что его это не волнует. Шэн Вей осваивал техники лучше него, да и выносливости у него было больше. Парня начинали мучить такие вопросы, как: «А что если, Архазу понравится с ним сражаться? Что, если он начнёт думать, что Вей в бою более надёжный напарник?» и прочее в этом духе. У него не было такой самоуверенности, как у брата.       – Вы на учёбе! Я не спрашиваю, хотите вы или нет. Я говорю делать, – невозмутимо заявила тренер.       – Учитель Фэн, в чём суть такой тренировки? – подал голос Линъюань. В честь чего их вдруг решили объединить?       – В будущем вам предстоит сражаться не только вдвоём, но и командой. Это отличная возможность продемонстрировать сотрудничество, – заявила та.       – Почему бы ему не продемонстрировать сотрудничество с кем-то другим? – не унимался фамильяр.       – Архаз, ты самый сильный из фамильяров. Тебе проще остальных будет позаботится о двух алхимиках, – твёрдо сказала Фэн Луань. – К тому же у вас нет права мне перечить. Я преподаватель, и вы должны выполнять задачи, что я ставлю.       «Эта старая грымза!» – яростно ворчал Архаз.       «Похоже, у нас нет выбора, – вздохнул Линъюань. Ему казалось, что тренерша намеренно сводит их с Шэн Веем. Словно желая чего-то добиться. Переведя взгляд на их шестерых оппонентов, он продолжил: – Я уверен, они не будут всерьёз выступать против Вея. Как и прежде, они сосредоточатся на мне.».       «Я могу разобраться со всеми сам.» – голос фамильяра звенел сталью. Ему категорически не нравилась эта идея. Сотрудничество? Он всерьёз задумывался о том, что Вей может ударить им в спину.       Линъюань слегка покачал головой.       «Учителю Фэн такое не понравится. Она от нас не отстанет. – Немного подумав, он с серьёзным видом посмотрел Архазу в глаза. – Бой нельзя затягивать. С ними нужно разобраться быстро.       У меня есть идея, как противостоять нескольким из них одновременно. Но недолго. И это потратит много моих сил. Однако я смогу продержаться, пока ты разбираешься со своими соперниками.».       «Об этом не беспокойся. Спокойно заимствуй мою духовную силу. Мне хватит и физических способностей, чтобы разобраться с этими недоносками.» – поддержал его фамильяр.       Линъюань слабо улыбнулся. Его смущало, что ему во всём приходиться полагаться на Архаза. Но выбора не было.       – Вы там ещё не наболтались? – раздражённо бросил Вей, сверля их взглядом.       – Я же сказала, это не обсуждается, – начала терять терпение Фэн Луань.       – Учитель, у меня есть вопрос, – выступил вперёд Линъюань. – Вы даёте более сложную задачу именно Архазу. Это его индивидуальное задание или вы так поступите и с остальными?       – К чему ты клонишь? – нахмурилась та.       – Если вы так поступите со всеми, то ладно, – парень пожал плечами. – Но если у вас такое особое отношение к Архазу, то разве вам не стоит начислить ему дополнительных Заслуг в случае успеха? Академия поощряет тех, кто превосходит других в тестах и заданиях.       – Ха! А парень-то умён, – усмехнулась стоящая в стороне Сяо Мей. – He смог отделаться от Шэн Вея, так хочет выгоду с этого получить.       – Это разумно, – пробормотал Реншу. – Раз к Архазу проявили особенное отношение, он вправе требовать поощрения.       То, что сказал Нань, очень не понравилось Вею, и он гневно шикнул на друга. Но тот лишь пожал плечами, улыбнувшись. Реншу хоть и дружил с этим скверным парнем, но всё же старался придерживаться нейтралитета.       – Ладно, – наконец решилась Фэн Луань. – Я начислю ему десять 3аслуг. Но только в том случае, если никто из вас не пострадает.       – Хорошо, – согласился парень, улыбнувшись Архазу.       «Ты не думал, что Вей может специально позволить себя ранить?» – нахмурился фамильяр.       «Он так не поступит. Для него это будет позором.» – уверенно заявил Линъюань.       «Тогда они сильнее будут наседать на тебе.» – с долей упрека, но не без волнения заметил Архаз.       «Я справляюсь.» – уверенно ответил парень. Он на восемьдесят процентов был уверен в успехе, если не будет жалеть себя и приложит все силы.       – Тогда приступайте, – скомандовала Фэн Луань.       Команда Линъюаня встала треугольником: Архаз спереди по центру, алхимики по бокам чуть позади. Шестеро воинов выстроились полукругом, словно собирались взять их в тиски.       Когда раздался свисток и бой начался, все ожидания оправдались. На Архаза бросилось двое воинов, на Шэн Вея - один, а к Линъюаню устремилось трое. Похоже, они хотели быстрым рывком выбить парня из спарринга, пока фамильяр отвлёкся на двух других.       Однако Линъюань был готов к подобному исходу. Он применил технику Призыва Пламени. Это была вторая техника, что они изучили на практике боя. Она представляла из себя сгусток огня, которым культиватор по желанию мог управлять. Но это была слабая её версия, к тому же разделённая на три части. Ему не нужна была мощь, это был отвлекающий манёвр. Он уже начал складывать новые печати.       Трое парней усмехнулись, глядя на слабые огоньки, плывущие в их сторону. Им не пришлось утруждаться защитой: они выставили вперёд ладони и применили ту же технику, слив её со слабыми огнями, направленными на них. И вот в сторону Линъюаня полетело три огненных шара, гораздо мощнее его собственных.       Парень уже видел, как воины использовали этот приём. Прибегнув к нему сейчас, они попались в его ловушку. Он закончил технику, и вокруг него появился щит.       – Опять он спрятался, – хмыкнул один из подростков.       – Не расслабляйтесь, – осадил другой. – Он потратит силы на расщепление огня и мы тут же нанесём совместной удар. Действуем быстро.       Три огненных техники уже врезались в щит, а воины подбирались вплотную для завершающей атаки. Все привыкли, что Линъюань использует распад. Вот только в этот раз он решил использовать слияние. Он изобразил непривычную мудру и на щите появился вихрь, стягивающий огонь в центр, сжимая его в плотный сгусток.       Поняв, что что-то пошло не так, воины насторожились, остановив своё наступление. Однако они стояли относительно близко. Поэтому, когда Линъюань сделал глубокий вдох и, стиснув зубы, ударил по щиту, отправив сгусток в полёт, те не успели среагировать.       Огонёк был небольшим, но его плотность была не маленькой. Его сила превышала то, что могли выдержать неподготовленные студенты. И хоть он только и мог, что лететь по прямой в сторону лишь одного парня, Фэн Луань пришлось вмешаться, чтобы тот не получил серьёзных увечий. Защита учителя означала условную смерть. Этот студент больше не мог сражаться.       Линъюань потратил все силы, и щит вокруг него рассеялся, а сам он пошатнулся, обессиленный. Однако двое других ребят были так поражены внезапной атакой и вмешательством преподавателя, что не сразу сообразили продолжить атаку на беззащитного парня. Это промедление было фатальным. Ведь к ним уже подобрался Архаз.       Двое студентов, что атаковали фамильяра, действовали слаженно. Совместной техникой они создали водяного дракона, а следом замахнулись мечами, целясь ему в плечи. Но с боевым опытом Архаза это были жалкие уловки. Одним мощным ударом он создал поток ветра, отправив сотканную из воды рептилию в потолок, одновременно увернувшись от клинков.       Когда те просвистели мимо него, он схватил одного из парней за руку, выворачивая её, после чего с силой дал коленом под дых. Выхватив меч из ослабевшей руки, он крутанулся, отбивая нацеленный ему в спину клинок. От удара у напавшего парня онемели руки, он сделал несколько шагов назад и стал складывать печать. Но Архаз не дал ему закончить. Дернув его на себя за вытянутый меч, он подрезал его подножкой. Парень завалился на бок, и фамильяр приставил к его шее меч. В реальном бою это была бы смерть.       Не став дожидаться, пока в глазах студента появится осознание, что он проиграл, Архаз метнулся в сторону Линъюаня. Разобраться с двумя оторопевшими парнями было несложно. Он просто зашёл к ним со спины и нанёс по удару в затылок. Те рухнули, словно тюки с песком.       Из команды воинов остался последний. Они с Шэн Веем скрестили мечи, по разу перекинувшись техниками. Но когда парень увидел надвигающегося на него фамильяра, добровольно сдался, не желая получать травмы.       Вея очень не устраивал такой исход. Мало того что никто не пострадал, так ещё и он ничем выделиться не смог. Но его мнение мало кого волновало. Убедившись, что бой окончен, Архаз прошёл мимо него, не удостоив и взглядом. Всё его внимание было уделено Линъюаню, неуверенно стоящему на ногах.       – Я же сказал, заимствуй мою энергию, – ворчал он, поддерживая парня и вливая в него Ци.       – Я в порядке, – мягко улыбнулся Линъюань. – Заимствование во время боя могло помешать тебе. Я и так справился.       Фамильяр сверлил его негодующим взглядом, но ничего не сказал.       – Неплохо, – привлекла к себе внимание Фэн Луань. – Но я уже говорила: техники, что сразу истощают, не актуальны. Если бы не фамильяр, тебя бы тут же убили.       – Учитель Фэн. Разве эта тренировка не направлена на сотрудничество? Верить в своего партнёра тоже очень важно, – возразил Линъюань. – Я верил.       – Ладно, – вздохнула та. – Вы заработали свои десять Заслуг.       Архаз тут же выудил нефритовую табличку студента, и Фэн Луань оставила на ней духовную запись. Процесс зачисления был завершён. Но нашлось много недовольных.       – Учитель, разве это честно?       – Учитель Фэн, да этот Линъюань без своего фамильяра вообще ни на что не способен.       – Да он же за весь бой Шэн Вею ни разу не помог!       – Молчать! – рявкнула та. – Учитель здесь всё ещё я. И решения принимаю тоже я. А коль уж вы хотите настоять на честности… По-вашему, то что на Шэн Вея напал один, а на Линъюаня трое, было честно? – Никто не рискнул ей ответить. – Так что заткнулись все.       Студентам факультета воинов оставалось только кусать губы от досады. А причиной всему была зависть.       – Шэн Вей куда более достоин этого фамильяра, – проворчал один, и многие его поддержали.       – Этот Линъюань не достоин. Такой слабак пользуется чужой силой.       – Верно. Он ведь даже не сам его призвал!       Слушая их речи, взгляд Архаза становился всё темнее. Он видел, как поникли плечи Линъюаня, а руки судорожно вцепились в футболку. Этот парень принимал всё близко к сердцу.       – Достаточно! – гаркнула на них преподавательница и повернулась к фамильяру. – Хотя то, что с Веем ты был бы сильнее, неоспоримый факт.       Архаз сдержал рвущееся из груди недовольство и холодно сказал, глядя на женщину:       – Преподаватель Фэн. Раз уж мы обмениваемся опытом, позвольте мне одному сразиться против них. Пусть выходят все желающие. Могут нападать вместе.       – Архаз! – тревожно вскрикнул Линъюань. Ему совсем не нравилась такая идея.       «Просто доверься мне.» – послышалось в его голове.       – Что ты делаешь? – прошептал парень, вцепившись ему в руку. Но тот не ответил.       Послышались вопли:       – Да что он о себе возомнил?       – Думает, он сможет справиться с нами всеми?       – Если бы его хозяином был Вей… Но с этим отбросом его культивация сильно подавлена.       – Учитель, дайте нам шанс. Мы его нагнём!       Архаз игнорировал бред несносных детишек, продолжая смотреть на Фэн Луань. Та долго стояла в молчании, принимая решение. В итоге со вздохом она ответила:       – Хорошо. Этот бой может многому их научить.       – Архаз, – прошептал Линъюань, не желая его отпускать.       – Всё будет хорошо, – улыбнулся тот, аккуратно отцепляя его руку.       Парень, поджав губы, отошёл в сторону. Он верил, что Архаз победит. Но какой ценой? Линъюань боялся, что его могут ранить.       Фамильяр же тем временем спокойно вышел в центр зала, глядя на всех с вызовом. Против него тут же выступило не менее двадцати человек. Линъюань напрягся всем телом, словно это ему предстояло сразиться. Он внимательно следил за происходящим и заметил, как вокруг Архаза повисла чёрная дымка. Она не распространялась в стороны, а собралась в сантиметре от его тела. Словно тонкая броня. А дальше… Линъюань узрел силу физического тела магического зверя шестого ранга.       Осознание того, почему преподавательница заставила воинов перед сражением с высокоуровневыми фамильярами надевать лёгкую броню, пришло поздно. Студенты отправлялись в полёт, врезаясь в стены, пол или просто катались по земле с жалобными стонами, и даже кашляли кровью.       Фэн Луань стояла с хмурым видом. Она не рассчитывала на победу студентов. Раз фамильяр сам вызвался, то был готов. Целью было показать, что детишкам не стоит недооценивать физические способности иномирцев. Но она не ожидала, что поражение будет столь разгромным. Она недооценила змея.       «Яо Чень, старый ты маразматик, – внутренне запричитала она. – На кой чёрт я согласилась проверить этого монстра? Ещё и выставила себя в дурном свете. Чтоб тебе, старому чёрту, под землю провалиться!».       Желающих биться с Архазом больше не было и он посмотрел на учительницу.       – Госпожа Фэн. Ваша задача - дать им понять, что такое бой и научить эффективно использовать свои умения. И я вам в этом способствую. Но то, с кем я заключил контракт, моё личное решение. И никто не вправе подвергать его сомнению, – холодно сказал он. Его взгляд скользнул по студентам. – А если кто-то так сильно восхищён Шэн Веем, я знаю неплохую рабскую печать. Уверен, он найдёт вам достойное применение.       Сказав это, он подошёл к Линъюаню и вывел его из зала. Время занятий было окончено.       Этот день многим запомнится надолго. И многим не в лучшем свете. Однако подавлены были не только студенты факультета воинов. Линъюань тоже брёл по аллее, задумчиво уставившись себе под ноги.       – Что опять случилось? – не выдержав, со вздохом спросил Архаз.       – А что, если они правы? – пробормотал парень. – Даже учитель…       Но он не успел высказать всё, что было у него на душе. Фамильяр подошёл и стиснул его лицо в ладонях, заставляя посмотреть на себя. В его действиях была некоторая суровость.       – Не слушай никого. Я заключил с тобой контракт и не жалею об этом. Они могут говорить всё, что вздумается. Но это решение неизменно, – его голос был твёрдым и непреклонным.       – Но… – Линъюань чуть ли не всхлипнул. – Это ведь с самого начала была ошибка. Если бы тогда…       Он не решился договорить.       Архаз недоверчиво уставился на парня. Он сам во всём виноват. Это было его решение - притвориться, что он обознался. Что перепутал его с Шэн Веем. Теперь ему придётся пожинать плоды собственной глупости.       – Знаете, вы хоть и утверждаете обратное, но сейчас смотритесь как настоящая парочка, – раздался каверзный упрёк.       – Гуань! – хором вскрикнули те, повернувшись к парню, что следовал чуть позади них.       – Что Гуань? Ну что опять Гуань? – раздражённо запричитал тот. – Вы что за сцену устроили? Хоть бы постеснялись. На глазах у всех…       Парень раздражённо прошёл мимо них, а Парфир издал ржание, очень похожее на смех.       Двое неловко отошли друг от друга и молча направились в общежитие. Они постоянно находились рядом друг с другом и подобное взаимодействие было для них чем-то естественным. Но из-за окружающих всё это начинало принимать иное видение. Это было неловко.       Никто не заметил, но после слов Гуаня в глазах Архаза промелькнула непривычная для него эмоция неуверенности. Но она исчезла так быстро, что даже он сам не отдавал себе в этом отчёта.