Связанные злым роком

      На следующий день Линъюань проснулся с больной головой, словно он находился в хлипкой лодке посреди океана и при каждом его движении она норовила перевернуться. Парень лежал, стараясь не шевелиться, но ему всё ещё казалось, будто его укачивает. Однако на этом его несчастья не закончились. Воспоминания о прошедшей ночи заставили его сгорать от стыда за столь фривольное поведение по отношению к Архазу.       Когда фамильяр вернулся со стаканом воды, Линъюань не решался посмотреть ему в глаза. Увидев пристыженного парня, змей лишь тихо рассмеялся.       – Я пытался тебя остановить, – покачал он головой, от чего тот ещё больше смутился. – Но я рад, что тебе было весело.       Линъюань всё же решился поднять глаза и увидел мягкую и нежную улыбку. На лице фамильяра не было и тени осуждения или презрения, наоборот, уголки его глаз были приподняты, отражая искренность улыбки. Парню казалось, что лучше бы тот его отругал.       – Выпей, – Архаз протянул ему стакан воды. – А после, я помогу тебе вывести алкоголь.       Протянув руку, Линъюань мысленно вздрогнул, но постарался не показывать возникшего волнения. Его взгляд задержался на двух одинаковых браслетах, оказавшихся так близко друг к другу. Он убеждал себя, что это совпадение и не более того, но отчего-то, глядя на них, его сердце начинало биться чаще. Это чувство, что он раз за разом подавлял в своём сердце.       Забрав из рук задумчиво уставившегося в пространство парня пустой стакан, Архаз переместился ему за спину и с помощью мягкой силы помог вывести остатки алкоголя из крови. Линъюань вздохнул с облегчением, почувствовав, что головокружение исчезло, а поверхность под ним стала казаться более устойчивой.       – Спасибо, – пробормотал парень, повернувшись к змею.       – Не за что, – усмехнувшись, покачал тот головой и легонько щёлкнул его по лбу. – Приведи себя в порядок и пойдём поедим.       Линъюань надул губы, потерев лоб, но покорно отправился в душ, он всё ещё чувствовал лёгкий запах алкоголя на своём теле. Намывшись и переодевшись, он мягкими движениями просушивал волосы полотенцем, и Архаз предложил ему с этим помочь. Парень не задумываясь согласился.       Аккуратно расчёсывая белые пряди волос, змей с помощью своей Ци сгонял воду, заставляя их сохнуть быстрее. Вскоре фамильяр почувствовал их лёгкую и шелковистую текстуру, не удержавшись, чтобы не скользнуть по ним пальцами лишний раз. Чувствуя его лёгкие прикосновения, Линъюань поймал себя на мысли, что получает удовольствие от чужих касаний к своим волосам, и смутился. Тем временем Архаз переплёл две пряди с висков у него на затылке, оставляя большую часть волос распущенной.       Причёска была непривычной для парня, который привык завязывать хвост или убирать волосы в пучок. Эта же была более лёгкой и давала некоторое чувство раскрепощённости. Посмотрев в зеркало, парень улыбнулся, от чего фамильяр вздохнул с облегчением.       После обеда Архаз поинтересовался у парня, чем он теперь хочет заняться. Празднование закончилось, но у студентов всё ещё оставалось пять дней каникул. Линъюань задумался и решил, что не стоит терять это время в пустую. Хоть большая часть студентов и разъехалась, многие отделения академии функционировали, давая возможность оставшимся продолжать совершенствоваться в это время.       – Я чувствую, что ещё маленько и коснусь барьера уровня, – пробормотал парень. – Думаю лучше заняться культивацией и успеть прорваться до начала нового семестра. Но для начала стоит сделать несколько пилюль.       Фамильяр не возражал, и взяв несколько пачек ингредиентов из общежития, вместе с Линъюанем отправился в класс алхимии, где они оказались абсолютно одни. Парень сосредоточился на процессе очистки, а змей молча наблюдал за ним, не в силах отвести глаз. Пока тот не замечал, он любовался его мягкими чертами: лёгким дрожанием ресниц, появлением кончиков белых зубов, когда тот от волнения прикусывал нижнюю губу, или мелькнувший кончик языка, смачивающий пересохшие губы, придавая им влажный блеск, и то, как чувственно они приоткрывались при облегчённом выдохе.       Улавливая мельчайшие изменения в мимике Линъюаня, Архаз невольно вспомнил прошедшую ночь. Когда он привёл в общежитие изрядно захмелевшего парня и уложил его спать, он позволил себе лишнего. Этот момент слишком ярко врезался в его память. Прямо сейчас он словно мог почувствовать ту мягкость губ и сладковато-терпкий привкус вина. Это чувство, словно дьявол, манило его поддаться искушению и снова прильнуть к губам парня.       Но он не мог, потому что боялся. Архаз никогда не думал, что будет бояться чего-то настолько сильно. И всё же этот страх поражал его, словно раскалённый нож, вонзающийся прямо в сердце. Страх: быть отвергнутым, обречённым на одиночество. Он боялся, что Линъюань отвергнет его чувства, начнёт презирать и прогонит, решив призвать себе нового фамильяра. Этот страх смог подавить его властную натуру и заставить быть осторожным, но его контроль был не столь силён, и он позволил себе то, что только усугубляло ситуацию - распаляя его чувства.       Архаз медленно вдохнул, пытаясь совладать с пробудившимся желанием и вернуть чувства в норму, радуясь тому, что парень сосредоточен на очищении и не должен заметить всплеска его эмоций. Он всё ещё смотрел на Линъюаня, что явно не способствовало его попыткам успокоиться, но он всё ещё не мог отвести глаз.       В этот момент парень поместил в печь зародыш пилюли и наклонил голову, чтобы лучше отрегулировать огонь. Прядь волос соскользнула с его плеча, щекоча нежную кожу шеи. Фамильяр машинально отвёл назад белый локон и, опомнившись, поделился с парнем энергией. За своими мыслями он совсем забыл о своей задаче. От его действий тот мягко улыбнулся, и от этой улыбки сердце змея снова сжалось.       «А что если… Линъюань найдёт себе девушку? – мелькнула мысль в голове Архаза. – Что я буду делать тогда?»       Змей нервно поджал губы. Ему показалось, что над его головой повисла невероятно тёмная грозовая туча и вот-вот должна ударить молния. От этой мысли в его душе словно разливался яд. Первой мыслью было: «убить». Но что потом?       Архаз приложил руку ко лбу, в глазах начало темнеть. Он совсем потерял контроль над собственными эмоциями.       Линъюань всё ещё находился в процессе обжарки пилюли, но почувствовав эмоциональное состояние фамильяра, содрогнулся. Бросив взгляд на котёл, он понял, что пилюля почти готова, и если он сейчас остановится, она лишь потеряет в качестве, но не испортится. Погасив огонь, он повернулся к Архазу и легонько коснулся его плеча.       – Ты в порядке?       Тот поднял глаза, и его взгляд медленно сфокусировался на взволнованном лице парня. Он долго молчал, глядя в фиолетовые глаза, видя, как нарастает беспокойство парня. Он не смог полностью подавить свои эмоции, но агрессивный настрой всё же исчез.       – Я в порядке, – наконец выдавил из себя змей.       – Ты правда думаешь, что я в это поверю? – пробормотал парень. Присев перед Архазом на корточки, он взял того за руку и заглянул в глаза. – Что тебя тревожит?       Фамильяр пристально смотрел в глаза Линъюаня, но не мог вымолвить ни слова. Он просто не мог сказать ему правду, а достойной лжи, в которую тот бы поверил, ему не приходило на ум. Поэтому он продолжил молчать, а парень начал нервно покусывать губы.       – Это из-за праздников? – тихо прошептал Линъюань. Змей неуверенно на него посмотрел, так и не решившись ничего сказать. – Лунный Новый год семейный праздник, но твоя семья…       – Нет, я… – Архаз хотел заверить, что это не так, но осёкся, ведь это могло стать неплохим оправданием его эмоционального состояния. Видя, как он замешкался, парень поджал губы.       – Прости, – виновато выдохнул он, опустив глаза. – Ты говорил, что хотел стать сильнейшим воином клана, значит, он был очень важен для тебя. Ты хотел его защитить.       Фамильяр открыл рот, но не вымолвил ни слова. Ему было стыдно за то, что из-за него парень чувствует себя виноватым. Но если он просто начнёт оправдываться, это будет выглядеть неискренним, ведь он не может предложить иного оправдания своим эмоциям.       – Пока ты рядом, отсутствие семьи не важно, – наконец выдохнул Архаз. Он смерился с мыслью о том, что потерял связь с кланом, ещё когда думал о том, стоит ли ему умереть, отказавшись от контракта с Шэн Веем.       Линъюань поднял глаза и, поколебавшись мгновение, встал и обнял того за шею, тихо бормоча:       – Обещаю, я всегда буду рядом.       Шумно втянув воздух, змей позволил себе воспользоваться моментом. Встав, он вплотную притянул к себе парня, одной рукой обвив за поясницу, второй же зарывшись в мягкие волосы так, что дыхание Линъюаня опаляло его ключицы, а носом зарылся ему в макушку, вдыхая такой привычный запах трав.       «А что, если однажды я попрошу большего, чем просто быть рядом?» – со вздохом подумал он.       Парень смутился, оказавшись в столь тесном контакте с фамильяром, но тут же начал волноваться. Такое поведение было несвойственно для последнего, а значит, он действительно был очень обеспокоен. Но через некоторое время вздохнул с облегчением, чувствуя, что гнетущее чувство в душе Архаза медленно пропадает, и сильнее обнял того, позволяя остаться в таком положении, пока тот полностью не придёт в себя.       Пусть Архаз и смог тогда успокоиться, но всё же волнение не покинуло его окончательно, и пока Линъюань занимался самосовершенствованием, он не находил себе места. В итоге он пришёл к выводу, что пока лучше наблюдать, а если появится кто-то, кто понравится парню, то он признается в своих чувствах. Ведь тогда уже терять будет нечего. Но этот вариант не особо ему нравится, ведь изначально был ориентирован на провал. Всё же, он надеялся, что сможет добиться взаимности. Но как это сделать, если он боится действовать открыто?       Пока фамильяр терзался столь неприятными мыслями, Линъюань за три дня смог коснуться барьера уровня ученика. Парень находился в некотором смятении и раздумывал о том, стоит ли попытаться пробить его сразу или стоит повременить.       – Нет смысла затягивать, – решил его дилемму Архаз. – Касание барьера - это достижение максимальной энергии уровня. Дальше она перестаёт накапливаться и увеличивать совершенствование. Чтобы прорваться, тебе нужно собрать энергию звёзд в ядре даньтяня.       – То есть, если я продолжу медитировать, то просто буду пополнять свою энергию, но это никак не скажется на совершенствовании? – вздохнул Линъюань.       – Ты сказал, что пилюля Восхождения, которую ты выиграл, помогает перейти на уровень Подмастерья без особых трудностей, – серьёзно посмотрев на него, сказал змей. – В чём её суть?       – Она создаёт устойчивую связь между ядром и звёздами, помогая передавать энергию, – пробормотал парень.       – Действительно хорошее подспорье, – дёрнул бровями фамильяр. – Основная сложность прорыва в том, что нужно собрать энергию всех звёзд и влить её в ядро. Многие не выдерживают контроль над объединённой силой звёзд; энергия рассеивается и приходится начинать всё сначала. Связь же помогает контролировать поток энергии, направляя его.       – Я ещё ни разу не пробовал прорваться, – неуверенно пробормотал Линъюань. – Стоит ли сразу использовать пилюлю?       – Если ты провалишь попытку, потом нужно будет какое-то время восстанавливаться, – покачал головой тот. – He волнуйся, я буду тебя направлять. Всё будет хорошо.       Парень кивнул, но он всё ещё переживал, что может потерпеть неудачу. Но всё же, чем быстрее он поднимет уровень, тем лучше, как для него, так и для Архаза. Поэтому глубоко вдохнув, он сел и собравшись с духом, достал пилюлю Восхождение и проглотил её. Как только она начала действовать, Линъюань обратил пристальное внимание на свой даньтянь.       С потоком энергии от пилюли внутри туманности даньтяня произошли некоторые изменения. От самой крайней звезды, в сторону более близкой, словно протянула туннель из упругой плёнки, после чего так же двинулся к следующей. Это было похоже на протянувшуюся через все звёзды вену, которая заканчивала свой путь в даньтяне парня, образуя спиралевидную структуру.       Это был удивительный эффект. Не удивительно, что учителя утверждали, что несмотря на то, что пилюли для прорыва могли иметь небольшой ранг, но приготовить их мог только грандмастер алхимии. Её эффект не был ни исцелением, ни увеличением энергии, ни даже стимуляцией для увеличения скорости культивации. Это была совершенно другая сфера, и Линъюань даже не мог себе представить, как добиться такого результата.       Видя, что парень от чего-то замер, Архаз тихо сказал:       – Начинай направлять энергию из крайней звезды вперёд, сливая со следующей, – его голос был тихим, но очень вкрадчивым. – Эффект пилюли не будет держаться вечно.       Парень успокоился и сосредоточился на крайней звезде, концентрируя и подталкивая её энергию по тоннелю. Когда она медленно слилась с другой звездой, то та засияла ярче. При этом у Линъюаня возникло странное чувство, словно у него внутри что-то набухло и потяжелело, однако это не было физическим ощущением.       Закончив с слиянием двух звёзд, он направил энергию дальше. Это был очень медленный процесс, который осуществлялся шаг за шагом. Архаз внимательно следил за всем процессом, иногда давая парню советы: замедлить или наоборот ускорить поток энергии. Он по опыту знал, что первый прорыв очень сложен, так как практик впервые управляет энергией звёзд. Каким бы гением ты не был, ошибки на этом этапе будут неизбежны. Однако это при учёте отсутствия вспомогательной пилюли. Но и с её помощью лучше проявлять осторожность.       Через несколько часов по вискам парня начал струиться пот. Чем ближе он приближался к ядру, тем больше энергии оказывалось под его контролем и, на трёх последних звёздах, когда поток начинал сливаться со следущей звездой, он ещё полностью не вышел из предыдущей. Зона контроля увеличилась, а ощущения были не из самых приятных. У Линъюаня возникла ассоциация, словно его вены натягиваются и тащат за собой органы в сторону сердца. Его тело и разум были крайне напряжены.       В какой-то момент открылась дверь и в комнату ввалился Гуань Шен, но под пристальным взглядом Архаза он не успел издать ни звука. Бросив взгляд на сидящего в позе медитации парня, он догадался, чем тот занят, и оставив вещи, покинул комнату, чтобы ненароком не помешать Линъюаню с прорывом. К тому же ему было чем заняться, решив в первую очередь проверить Парфира.       На полное слияние энергии с ядром ушло ещё несколько часов. Когда процесс был завершён, ядро в даньтяне парня вспыхнуло ярким светом, увеличилось в размерах, но это не было особо заметно, когда исходящая из него энергия рассеялась расширяя туманность. Поциркулировав Ци по меридианам, Линъюань не мог не отметить, что она стала чище и плотнее. Это действительно был иной уровень, он стал Подмастерьем. Конечно, он только-только ступил на этот уровень и ему ещё предстояло сформировать свою первую звезду, чтобы стабилизировать новоприобретённую силу. Но самое сложное было позади.       Открыв глаза, парень глубоко вдохнул и откинулся на кровать, чувствуя, как неприятно прилипла к спине промокшая от пота рубашка. Поморщившись, он пробормотал:       – Без пилюли, я бы не мог удержать контроль и множество раз провалил прорыв, – он честно признал свою слабость. Повернув голову, он слабо улыбнулся Архазу. – Благодаря твоим подсказкам, мне было ещё легче.       – Ты отлично потрудился, – покачал головой фамильяр.       – А ты… – вдруг начал Линъюань, вскакивая с кровати, но у него закружилась голова и он поспешно схватился за стол. Однако в этом не было необходимости, ведь его уже поддерживали крепкие руки.       – Ты в порядке? – заволновался змей.       – Просто резко встал, – отмахнулся парень. – Твоя культивация? Ты теперь тоже можешь использовать силу Подмастерья?       Архаз замер, после чего покачал головой с мягкой улыбкой. Похоже, рвение парня к культивации в последние месяцы, было вызвано беспокойством за него.       – Да. Печать освободила мои силы уровня Подмастерья, не переживай, – спокойно сказал он.       Линъюань вздохнул с облегчением, но тут же осознал, что их с фамильяром лица разделяет не более пятнадцати сантиметров и испытал неловкость. Сделав шаг назад, он неловко пробормотал:       – Думаю, мне стоит помыться. – Как только он это сказал, фраза показалась ему неуместной и он заволновался ещё больше. К счастью Архаз ничего не сказал, отходя в сторону. Выходя, он увидел оставленные вещи.  – Шен вернулся?       – Да. Но он ушёл, чтобы не мешать тебе, – безразлично отозвался змей, больше озабоченный внутренней борьбой, чем проблемной выставленного из комнаты соседа. У него появилось желание последовать за Линъюанем, что явно было плохой идеей. Он и так всё чаще терял контроль, и если он увидит парня без одежды… Но желание посмотреть было сильным и требовало немалых усилий для подавления.       Парень невольно вздохнул, ему стало казаться, что он слишком часто притесняет соседа. Помывшись, он хотел дожидаться его возвращения, но его сознание было слишком утомлено контролем энергии и он сразу же уснул, вернувшись в комнату.       Архаз пристально смотрел на спящего парня, размышляя: может ли его забота проистекать из более глубоких чувств к нему? Но он прекрасно понимал, что для этого есть множество других причин и ему просто хочется выдать желаемое за действительные. Вздохнув, он тоже решил лечь спать, чтобы больше ни о чём не думать. Хотя это не особо помогало.       Покрутившись немного на своей подушке, он всё же перебрался к Линъюаню. Свернувшись у основания его шеи, он скользнул по коже парня, положив голову рядом с артерией и чувствовал, как размеренно пульсирует кровь. Это было успокаивающее ощущение, которое вместе с лёгким ароматом трав возымело невероятный эффект, принеся спокойствие сердцу змея, быстро убаюкав.