Город лесов и проклятий

— Стоит ли мне спрашивать, чем вы занимались всю ночь? Меня разбудил довольный голос брата. С трудом открыв глаза, я увидел, что всё ещё был в лесу. Я так и остался лежать под деревом. Но, к счастью, за ночь уже снова вернулся в своё обычное, человеческое тело. Руби также осталась рядом со мной. И она тоже уже перестала выглядеть, как волкоподобный монстр. Девушка крепко прижималась к моему боку, явно пытаясь не замёрзнуть во сне. Я легко коснулся её плеча, и постепенно Руби начала просыпаться. Открыв глаза и увидев меня, она тут же отшатнулась в сторону. На её щеках мгновенно появился румянец и точно не из-за зимнего воздуха. А мне же резко стало холодней из-за того, что тепло от Руби больше не согревало меня. Пока я пытался медленно подняться на ноги, почувствовал как все мышцы за ночь задеревенели и болели, пришлось опереться на ствол дерева под которым я и проснулся. Случайным взглядом пробежался по месту, куда вчера ранил меня Алан. Свитер на плече был разорван и на нём стались следы уже давно запёкшейся крови, но раны на моём теле больше не было. Ни осталось ни следа, ни даже маленькой царапины. Неужели это тоже были последствия обращения в зверя? Алан всё это время продолжал молча стоять рядом, сложив руки на груди. Его вид казался радостным и довольным. Неужели всё ещё гордился тем, что сделал прошлым вечером? — Как ты нас нашёл? Хоть мы и были недалеко от города, но я всё равно не понимал, откуда Алан знал, где именно нас искать, ведь в шкуре зверей мы буквально могли убежать куда угодно. — Братишка, всё еще не осознаешь, что с нами произошло? — Алан смотрел на меня снисходительно, как смотрят на детей, непонимающих как работают элементарные вещи. — Я твой запах теперь за километры чувствую и узнаю. Думал, и ты меня на горе также нашёл. Слова брата снова заставили мой мозг всё вспомнить. Яркие кадры вновь непрошено ворвались в моё сознание. Волчье тело. Множество звуков и запахов, которые окружали со всех сторон. Паника на фестивале. Огонь. Алан, который вгрызался в тела людей. — Ты убил их, — вспомнив это, я не смог промолчать. Всё ещё не верилось, что Алан сделал это. Может быть, это не правда? Может это было лишь сном? — На фестивале. Ты убил несколько человек. Я не спрашивал. Хотел посмотреть на реакцию Алана на прямое обвинение. Но мои слова его никак не удивили. Не вызвали никаких эмоций. Он всё также спокойно продолжал смотреть на меня. Словно мои слова, мои обвинения ничего не значили. Но это начало выводить уже меня из себя. Почему он молчит? Почему не говорит, что это не правда? — Алан, — в моём голосе прозвучал низкий рык, — скажи, что это не так. Я не умолял. Я хотел заставить, чтобы Алан сказал то, что хочу я. Но подобное не работало на моего брата. Он лишь коротко усмехнулся. — Сказать-то я могу. Но ты и сам понимаешь, что это был не сон. Слова брата выбили из меня воздух, словно он ударил меня. Нет. Всё же это правда. То, что я вспомнил происходило на самом деле. Вся та кровь и крики на фестивале. Паника среди людей. Мой брат, который убил нескольких из них. Это всё произошло в действительности. Краем глаза я заметил Руби. Она стояла молча, но её потерянный и ошарашенный вид говорил о том, что и она наверняка вспомнила те моменты. Её вспоминания отличались от моих. Но ведь и девушка была в парке в момент первого обращения. Значит, тоже видела весь тот ужас. — Почему Алан? Зачем ты это сделал? Кажется, это была моя последняя попытка найти хоть каплю человечности, что ещё могла остаться в моём брате. Может быть, он хотя бы сможет всё объяснить. — Потому что мог. Потому что хотел это сделать, — я прикрыл глаза, услышав ответ. Нет. Не это я хотел услышать сейчас от него. Видимо, надеяться на что-то было слишком наивно. — Мог бы сказать спасибо. Один из них хотел напасть на тебя. Или может ты хотел сам его прикончить? Я не стал отвечать на провокацию брата. Но лишь по той причине, что понимал — я не знал. Не знал, мог ли и я убить того парня. Я был напуган. А он поднял на меня факел и опалил шерсть. Кажется, я мог что-то сделать из-за всех вскипающих во мне в тот момент эмоций. Возможно, мог попытаться наброситься в ответ. Но Алан сделал это раньше. Поэтому я не мог сказать, что сделал бы я. Хотелось верить, что я бы просто убежал. Но это я говорю сейчас, когда я более спокоен и собран. Там мной руководили лишь эмоции и инстинкты, проснувшиеся вместе со странными способностями. — Давайте вернёмся в город. Не хочу находиться в лесу. Голос Руби звучал совсем тихо, словно ветер, гуляющий между деревьями. Девушка не стала нас дожидаться. Лишь предупредила, что хочет уйти, и неспешно пошла к выходу из леса. Ещё издалека я понял, Руби снова ведёт нас к мотелю. Было очевидно, что сейчас для неё это единственное место, где она хоть немного может почувствовать себя в безопасности. Кажется, домой она ещё не скоро решится вернуться. Не говоря уже о том, чтобы привести туда нас. По дороге Алан успел рассказать, что Хью уехал из мотеля ещё ночью, когда понял, что ждать нас с Руби обратно будет слишком долго. И также Алан сказал, что в мотель возвращалось всё больше постояльцев. Всё ещё нельзя было сказать, что вернулась хотя бы половина из них, но территория больше не была пустой. Когда мы уже почти дошли до мотеля, я увидел на парковке перед домиком администрации полицейскую машину. Удивительно, но Алан не обратил на неё внимания. Сомневаюсь, что он не заметил её ещё издалека. Видимо, причина была в чём-то другом. А когда из авто вышел мужчина в форме и пошёл в нашем направлении, бежать уже в любом случае было поздно. Наш побег перед носом полиции вызвал бы намного больше вопросов. Поэтому нам пришлось идти на встречу мужчине. Он не был старым и казалось был в хорошей физической форме. Ещё одна причина, почему убежать от него вряд ли бы получилось. Хотя может новые силы и помогли бы нам. Я обратил внимание, как на его форме блеснул значок шерифа. Но, кажется, мы не особо его интересовали. Усталый взгляд его серых глаз был прикован к Руби. — Если бы не видел людей, которые возвращаются в таком же виде из леса, помер бы на месте от инфаркта. Руби внезапно замерла перед мужчиной. Но вскоре всё же подошла к нему и крепко обняла. Я услышал тихое «привет, дядя» от девушки, когда она прижалась к плечу мужчины. Он осторожно погладил Руби по голове, словно смутился внезапной нежности племянницы или же всё ещё не до конца осознавал, что она цела. — Я рад, что ты в порядке. Но пришёл к тебе по делу, — когда Руби отпустила дядю из объятий, мужчина заговорил. — Мне нужно узнать, кто останавливался в мотеле. Руби просто кивнула, не говоря ни слова, и махнула рукой в сторону входной двери, готовая ответить на вопросы шерифа. Только после этого он обратил внимание на нас, словно вовсе не видел до этого. Он внимательно оглядел меня и брата и только после этого заговорил. — Вы тоже с фестиваля, — он даже не спрашивал, будто другого варианта не могло быть. — Не уходите далеко, я поговорю с вами позже. — Конечно. Только сходим переодеться. Как видите, я только нашёл друга в лесу. Голос Алана отличался от того, каким он говорил с нами совсем недавно. В нём не было ни следа самоуверенности. Усталость и лёгкое облегчение. Словно он в самом деле сутки искал меня по лесу. Умению Алана играть и подстраиваться под ситуации могли бы позавидовать актёры из Голливуда. Не говоря шерифу лишних слов, Алан повёл меня в сторону номеров, словно мы были постояльцами мотеля. Но стоило нам скрыться из вида мужчины, а за спиной послышался тихий хлопок от закрывшейся двери, как Алан тут же перестал играть. — Нужно снова найти тебе одежду и где-то остановиться, обдумать наши дальнейшие планы. — Я не собираюсь ничего ни у кого красть. Вернусь к нашей машине и возьму свои вещи. Ты можешь идти, куда считаешь нужным. Я устал всё время прятаться и убегать из-за решений моего брата. Чувствовал, что он всё больше тянет меня на дно, из которого мне не суждено будет выбраться. К моему удивлению, Алан не стал спорить. Сказал, что будет ждать меня в кафе неподалёку и сразу отправился туда, стараясь не попасться на глаза шерифу. Не потратив много времени на дорогу до нашей машины и переодевание, я вскоре нашёл брата за одним из столиков в углу кафе. Только когда увидел перед собой на тарелке еду — яйца с беконом, тосты и картошку фри, я понял, как сильно проголодался за всё это время. Кажется, последний раз я ел ещё в Сиэтле. Чёрт. Сиэтл. Внезапно я осознал, что моя привычная и спокойная жизнь словно была уже давно в прошлом, а прошло всего лишь два дня. Вернусь ли я ещё к своей привычной рутине — занятиям в университете, подработке в маленькой кофейне недалеко от дома, тихим вечерам с мамой перед нашим стареньким телевизором? Хотя с учётом странного проклятья, кажется, мне потребуется даже больше времени для возвращения домой, чем изначально. Я точно не смогу вернуться не разобравшись во всём, что здесь произошло. — Еду нужно есть. Или всё вспоминаешь ту ночь? Из размышлений меня выдернул голос брата. Я лишь отмахнулся от его вопроса и принялся за картошку на своей тарелке. Нужно думать, что делать дальше. Так вернуться к привычной жизни можно будет проще и быстрей. — Что ты хочешь делать теперь? — Наверняка тебе не понравится, но я считаю, эти силы нашим подарком на скорое Рождество, — Алан прав. Мне не понравились ни эти слова, ни то с какой довольной улыбкой он их произнёс. Но на споры с ним у меня просто не было сил. — Теперь мы можем передвигаться лесами, скрываясь от полиции и людей. Не страшно, если нас кто-то увидит, ведь теперь у нас есть замечательное оружие. — Я не буду никого убивать, — я произнёс это тихо, практически шёпотом, чтобы не привлекать внимание людей в кафе. — И вообще с этими силами нужно разобраться. Нам лучше остаться здесь на некоторое время. — Крис. Крис. Крис, — брат не сводил с меня внимательно взгляда. — Ты в самом деле настолько наивен. Или же настолько глуп. Мы не можем остаться здесь. И для этого куча причин. Скоро сюда приедет полиция со всего Вашингтона. Вероятно, даже вызовут ФБР. Нам никак нельзя попадаться им на глаза. Да и племя, что дало нам эти силы, ничего тебе не скажет. Они явно сделали это специально. Возможно, из ненависти. Кто бы знал, что у этих пернатых в голове. Но помочь они нам точно не смогут. Слова Алана были в чём-то логичными. Но я никак не хотел с ними соглашаться. Я не хочу жить со способностью превращаться в монстра, каждый раз когда меня что-то ранит. Нужно хотя бы разобраться что это и как с этим жить. А не убегать из города из-за того, что мой брат в бегах. Но с другой стороны он был прав. Если нас схватит полиция, за решёткой с этими силами будет ещё сложнее. — Вот вы где. Решили спрятаться на самом видном месте. В наш разговор внезапно вмешалась Руби. Девушка быстро подошла к нашему столику и, легко толкнув меня бедром, села рядом. В руках у неё были какие-то бумаги. Судя по списку имён, там были либо имена погибших, либо тех, кто пропал. — Кто прячется? Просто я придумал бы что-то ещё, если твой дядюшка решит перекусить. Алан сделал особый акцент на родственной связи девушки и шерифа, ему совершенно не нравился этот факт и скрывать его он не планировал. Но Руби либо не обратила на это внимания, либо ей было просто всё равно. Она положила в середину стола бумаги, что держала в руках. Я мельком взглянул на них, пока Алан взял один из листов в руки и с интересом начал изучать. — Полиция составляет списки пропавших после фестиваля. Как выяснилось их много. — Бог ты мой. Да тут пропали целыми семьями. Алан показал мне лист, указывая на чьи-то имена. Подряд шли три человека, чьи фамилии были «Болтон», и судя по датам рождения это правда была семья. — Больше одиноких детей, — Руби произнесла это с нескрываемой болью в голосе. — Сейчас в списках шестьдесят семь человек. Тридцать три из них дети. И по словам дяди у части из них родители погибли. — В списке нет тебя, и этого Хью, — брат продолжал заинтересовано читать лист с именами людей. — А также Чарли и ещё троих из Даррингтона. Мы ведь вышли из леса сами и не числимся пропавшими. Чарли умер, кстати говоря. — Как? Меня искренне шокировало внезапное заявление девушки. Я помнил мужчину, которого мы выносили из леса. Он, конечно, был странно молчалив. Да и Руби упоминала о нём недавно, говоря, что у него перелом обеих ног. Но от такого обычно не умирают. — Врачи говорят, что произошло заражение крови. Но дядя сказал, он угас буквально на глазах. Врачи не смогли зафиксировать переломы. И Чарли просто начал затухать. Ни на что не реагировал. Не мог отвечать на простые вопросы. Не ел. Упало давление. — Видимо, обращение не со всеми прошло гладко, — я видел, как Алан задумался, пытаясь сопоставить факты, рассказанные девушкой. — Кости не срослись заново. И не вернулось сознание. — Ты рассуждаешь так, будто тебе известно больше всех. Может это вы с братом и прокляли город. Руби явно была на грани из-за всех потрясений. И любая мелочь сейчас могла вывести её из себя. И спокойствие Алана очевидно раздражало её. — Я просто быстро адаптируюсь к новой реальности. Тебе бы тоже не помешало. Моё мягкое прикосновение к плечу девушки остановило её от порции недовольства, которое она явно хотела выплеснуть на моего брата. Не думаю, что она в самом деле считала нас виноватыми в произошедшем. Просто её сознание хотело найти хоть какую-то простую и понятную причину. А обвинить во всём чужаков было вполне легко. Вместо гневной речи Руби глубоко вздохнула и прикрыла лицо ладонями, сильно надавив ими на глаза. Когда девушка снова посмотрела на нас, раздражения уже не было в её взгляде. И она заговорила вполне спокойным голосом. — Что вы будете делать дальше? — Нам нужно покинуть Даррингтон. Я не видел смысла, да и не хотел обманывать девушку. Алан точно не изменит своим планам, а значит, уже скоро нам нужно будет уезжать. — Я поеду с вами. Я даже не сразу нашёл, что ответить на это заявление Руби. Лишь кинул взгляд на Алана. Но и он был удивлён сказанным. — Не буду благодарить тебя за то, что ты вчера сделал, — девушка не стала смотреть на моего брата, но было понятно, что она обращается к нему. — Но я в какой-то степени рада, что это случилось. Теперь я знаю, что опасна. Кто знает, может любая царапина теперь способна превратить меня в чудовище. А у меня дома родители. И младшая сестра. Я не хочу им навредить. Руби резко замолчала, тихо кашлянув. В уголках глаз девушки появились слёзы, но она смогла быстро взять себя в руки и смахнуть солёные капельки, не дав им сорваться по щекам. — Только пообещайте, что мы разберёмся со всем, — сейчас уже Руби подняла на нас взгляд. Внимательно посмотрела на меня и на Алана, словно по лицам пыталась прочитать, сдержим ли мы её просьбу. — Я не хочу оставлять свою семью насовсем. Разберёмся с этими способностями, — Руби всплеснула рукам, — и вернусь обратно. — Не обещаю, что мы найдём способ исцелиться, — Алан и не хотел этот способ искать, но не стал напрямую говорить Руби об этом. — Но сделаем всё возможное, чтобы разобраться, что это такое и как ими пользоваться. — Хорошо. Меня это устраивает. Руби согласилась слишком быстро. Даже лживых слов моего брата, которому она вряд ли доверяла, было достаточно для неё. Словно она хотела сделать что угодно, лишь бы защитить свою семью от себя. Даже уйти из города с практически незнакомыми парнями. Не думаю, что ей двигал страх. Для подобного поступка нужно иметь очень много силы и смелости. Руби ставила безопасность своих родных выше своей. Это не могло не вызвать восхищения ей. Ведь по сути я и сам был таким же. Всегда делал всё возможное, лишь бы у брата и матери всё было хорошо. Даже если Алану не особо была нужна моя помощь. Внимание моего брата привлёк кто-то, зашедший в кафе. Забыв про нас, Алан поднялся на ноги и пошёл в сторону входа. Обернувшись, я увидел молодого мужчину. Он был крупным и высоким и легко выделялся среди посетителей забегаловки. Но не только комплекцией и лысой головой он так сильно бросался в глаза. Мужчина был босым, в порванной одежде. И взгляд его — потерянный, шокированный. Он выглядел буквально как мы сами всего день назад. Мы с Руби тоже поднялись на ноги и неспеша пошли в его сторону. На него обратили внимание практически все посетители кафе. Но кроме нас никто не решался подойти. — Ты кто такой? Алан заговорил первым. — Гарри, — мужчина словно был дезориентированный и плохо понимал, где находится. Он непонимающе смотрел по сторонам. Смотрел на людей, но явно никого не узнавал. — Последнее, что помню это тот дурацкий индейский фестиваль. Я где сейчас? Это хотя бы всё ещё тот проклятый Даррингтон? Алан кинул на меня быстрый и словно бы радостный взгляд. А его губах снова появилась та самая пугающая довольная усмешка. — Думаю, нам стоит отыскать как можно больше несчастных потеряшек.