hey, want to watch a movie together?

От украдкой брошенных взглядов и легких улыбок до ночных поцелуев и ласк, засыпания в обнимку — Илья жил своей мечтой. Стоило двери закрыться, а им наконец остаться наедине, их губы моментально соединялись, иногда невинно, иногда не совсем, и не важно, насколько ненасытным был Илья в силу своего возраста, Нико всегда удовлетворял его сполна. Глядя в зеркало, он благоговейно разглядывал следы, покрывавшие его голый торс. Он провел пальцами по коже, очерчивая оставленные старшим созвездия, и слегка надавил, задохнувшись от ощущений. Если очень постараться, то он смог бы ощутить призрачные прикосновения губ мужчины к своему телу. Илья должен был догадаться, что Нико окажется собственником. В течение нескольких дней после их первого раза, каждый раз, когда они были близки, тот оставлял на холсте, которым было его тело, новые узоры. Нико старался не оставлять следов на видных местах, но количество любовных отметок, покрывавших его грудь и внутреннюю сторону бедер, являлось доказательством того, насколько он был им одержим, от чего кружилась голова. Илья тоже не был невинным: ключицы Нико украшали несколько засосов, а спина после жаркого секса напоминала зону боевых действий. Конечно, все это долго сдерживаемое сексуальное напряжение со временем пройдет, но сейчас он не мог насытиться Нико и набрасывался на него при любой возможности. Он заходил так далеко, что незаметно клал руку на бедро старшего во время тренировки, позволяя ей скользить все выше и выше, когда никто не обращал на них внимания, пока не замечал румянец на щеках стрелка и натянувшиеся шорты. Нико мстил ему, массируя плечи между тренировочными матчами и сильнее надавливая на места, где сам же и оставил синяки, дразня Илью до тех пор, пока ему не приходилось закрывать глаза и напоминать себе, что они находятся на людях. Жизнь была прекрасна.

***

Просыпаться в объятиях Нико уже вошло в привычку. Просыпаться с прижатым к его заднице твердым членом — уже не очень, но это всегда возбуждало. Он уже некоторое время вынашивал одну идею, и внутренние часы подсказывали, что до утренней тренировки еще было немного времени, поэтому Илья решил, что момент весьма подходящий. Он ловко высвободился из объятий старшего и нежно перевернул того на спину. Когда Нико не показал никаких признаков пробуждения, он раздвинул его ноги и начал осторожно стягивать боксеры, освобождая из их плена твердый член. От этого зрелища во рту начала скапливаться слюна, а собственный член возбужденно дернулся. Илья поудобнее устроился на кровати на уровне члена старшего и жадно облизнулся. Он начал с того, что провел языком по стволу снизу вверх, медленно пару раз обвел головку и почувствовал, как член подергивается от внезапной стимуляции. Он продолжал как котенок облизывать головку и неторопливо поглаживал ствол рукой, пока Нико не зашевелился и не открыл глаза. Когда старший открыл рот, чтобы что-то сказать, Илья наконец обхватил губами головку и принялся неистово сосать, получая в ответ стон. При виде того как сонливость Нико мгновенно испарилась, снайпер почувствовал, как тело наполнило возбуждение, и начал двигать головой вверх-вниз, водя языком именно так, как это нравилось Нико, проходясь по кончику. Множество тихих стонов и вздохов достигали его слуха, знакомая рука нежно откинула волосы с его лица, позволяя Нико смотреть ему в глаза, пока он опускался настолько низко, насколько мог. Твердый член прекрасно заполнил его рот и ударил по задней стенке горла, вызвав слезы. — Черт, Илья, ты меня убиваешь… — Этот вид был почти невыносим для рифлера, который едва сдерживался, чтобы не начать вбиваться в горячий рот. Илья продолжал сосать, не отводя от мужчины взгляда и явно сводя того с ума. Он провел языком по вене на стволе и прижал его к кончику, чем вызвал еще один громкий стон. Продолжая работать ртом и языком, Илья начал тереться о кровать, его собственная эрекция требовала стимуляции. Он настолько потерялся в удовольствии, что едва заметил, как Нико предупредил его о том, что скоро кончит. Почувствовав приближение оргазма, младший обхватил ладонью выпусклость в своем белье и взял член в рот еще глубже, слегка задыхаясь от возбуждения, но сосредоточившись на том, чтобы кончил мужчина под ним. Нико со стоном кончил, а вскоре за ним последовал и сам Илья, изливаясь в белье и застонав с членом во рту. Сильные руки подняли его и крепко обвились вокруг его тела. Нико нежно, но крепко поцеловал его, ощущая на языке собственный вкус, а затем осыпал сладкими поцелуями щеки и шею. — Я думал, что сплю… Как ты вообще можешь существовать на самом деле? — Я часто тебе снюсь? — хихикнул младший, поддразнивая в ответ, но он не ожидал, что голос Нико станет серьезным, когда тот ответил: «Постоянно». Он попытался скрыть смущение, вызванное честностью Нико, спрятав лицо у него на плече, и возблагодарил небеса, когда прозвонил будильник, избавив его от необходимости разбираться с порхающими в животе бабочками.

***

После долгого тренировочного дня и быстрого душа Илья лежал на сильной груди Нико, на фоне работал телевизор, а старший нежно выводил узоры на его спине, почти убаюкивая. Почти. Было кое-что, что его волновало, но о чем он стеснялся спросить, и вот теперь, наконец, настал подходящий момент. — Никола..? — Начал он осторожно. — Хм? — Когда ты начал… Ну, знаешь… Хотеть… Сделать это со мной? — Илье наконец удалось озвучить вопрос, щеки залил румянец. Он почувствовал, как Нико напрягся под ним, что только подстегнуло любопытство. — Эм…ну, — Нико громко сглотнул. — Знаешь, постепенно. Илья мог бы сказать, что довольно хорошо знает Нико, но даже тот, кто только что с ним познакомился, мог бы сказать, что тот врет и не краснеет. Он приподнялся и без тени веселья посмотрел на старшего, ожидая ответа на свой вопрос. Не видя выхода из этой ситуации, Нико с раздраженным вздохом закрыл лицо руками и наконец начал: — Хорошо, во-первых, это было неспециально… По мере того как рифлер продолжал рассказ, Илья смущался все сильнее и сильнее, лицо стало красным как помидор. Нико видел, как он мастурбировал? Слышал ли он, как Илья стонал его имя? Он быстро понял, что мужчина не задержался в комнате надолго, чтобы услышать эту часть, но что-то в том дне…казалось странным. Тогда он внезапно осознал, что именно тогда старший начал вести себя отчужденно и отстранился от него. — Так вот почему ты начал избегать меня? — надулся Илья, глядя на рифлера. — Да, — вздохнул Нико. — Я пытался отпустить ситуацию, но ты был так прекрасен, что не выходил у меня из головы… Старший нежно погладил его по лицу, и Илья мог видеть, как у того в голове крутились шестеренки. — Знаешь, прошло уже столько времени, что я, кажется, начинаю забывать, насколько ты был прекрасен… Как думаешь, сможешь освежить мою память? О. Ох. От такого предложения юноша почувствовал, как румянец с новой силой залил лицо. Они раньше не занимались таким, Нико не наблюдал за ним. Но по мере того как кровь приливала к щекам, она также стекала и вниз от возбуждения попробовать что-то новое. Илья сглотнул нервозность и неловко выскользнул из одежды, вызвав у старшего нежную усмешку. Посмотрев в его сторону, снайпер краем глаза отметил, что боксеры старшего слегка натянулись, и осознание возбуждения Нико придало его движениям уверенности, когда он схватил с тумбочки смазку. Он повторил позу, в которой видел его Нико, и начал осторожно вводить внутрь средний палец, мягко задыхаясь от ощущений. Было странно но в то же время волнительно осознавать, что за ним наблюдает еще одна пара глаз, поэтому он решил устроить шоу, быстро добавляя еще пальцы. После нескольких долгих минут растяжки, смазка начала капать на простынь, и младший чувствовал растущее неудовлетворение. Илья так давно не ощущал растяжки от своих пальцев, что забыл, насколько они тонкие. Обычно именно Нико тщательно готовил его к своему члену или просто ласкал пальцами, пока он не кончал. Кроме того между этими событиями прошло так мало времени, что он даже не рассматривал вариант заняться этим в одиночку, зная, что может сделать это по-настоящему. Как бы он ни старался, это больше не помогало, особенно когда он знал, что старший был всего в нескольких сантиметров от него. Он был твердым до боли. Сколько бы он ни трахал себя, этого было недостаточно, он хотел, жаждал хоть какой-то разрядки. Не раздумывая он потянулся к своему члену, но Нико перехватил его руку, прежде чем он успел его коснуться. — Детка, это не то, что ты делал в прошлый раз, будь хорошим для меня, ладно? От низкого голоса мужчины по спине пробежала дрожь, и желание угодить заставило отказаться от какой-либо дополнительной стимуляции. Обернувшись через плечо, он увидел, что Нико стянул боксеры и поглаживает свой полностью возбужденный член, явно наслаждаясь зрелищем. Он никогда не чувствовал себя настолько на пределе, таким отчаявшимся, и вдруг осознал, что умоляет со слезами на глазах: — Никола, пожалуйста… Пожалуйста, ты очень мне нужен. Этого оказалось достаточно, чтобы сломить самообладание старшего, который потянулся за презервативом. Может, его рассудок затуманила похоть, но он не думал ни о ком другом, не говоря уже о том, чтобы быть с кем-то еще после Нико, в этот момент ему хотелось прочувствовать все, поэтому он схватил руку рифлера и подавился словами, которые хотел сказать. Однако Нико прекрасно его понял и, легко поцеловав, вернулся на место позади него и приставил член к жаждущей дырочке. Твердый член легко скользнул внутрь — результат тщательной подготовки и достаточного количества смазки — и Илья застонал так громко, что пришлось заглушить звук подушкой. Нико не дал ему времени привыкнуть, что было вовсе не нужно после такой подготовки, и сразу же начал жестко втрахивать его в кровать. С каждым толчком Нико рычал ему на ухо, а Илья был уже даже не в силах издавать какие-либо звуки, слезы лились из глаз и вместе со слюной, которую он не мог удерживать во рту, намочили подушку. — Нико… Я-я так близко, — выдавил он из себя. Старший нежно поцеловал его щеку, что резко контрастировало с тем, как жестко он вбивался в его задницу, и прошептал: — Я тоже… Детка, кончи для меня. Это стало точкой невозврата. В глазах потемнело от удовольствия, от нежности в голосе Нико, от ощущения наполняющей его спермы, заставляющего его задыхаться. Когда Илья пришел в себя, он лежал вымытый и закутанный в одеяло, а Нико лежал рядом и шептал на ухо нежные глупости, одной рукой подпирая голову, а другой ласково расчесывая его волосы. Старший смотрел на него, словно это он поместил звезды на небо, и Илья чувствовал тепло. Когда их взгляды встретились, лица расплылись в идентичных нежных улыбках. Илье хотелось остаться так навсегда, в кровати с Нико, без мыслей об окружающем мире, только они и это приятное воспоминание. Этот взгляд заставил его чувствовать себя центром Вселенной, а трепет в груди говорил, что старший был центром его собственной жизни. Неужели он всегда это чувствовал? Или это просто дымка после секса затуманила разум? Или это и было то самое чувство, когда любишь кого-то? Любовь, особенно безответная — опасная игра, и Илья притянул старшего для поцелуя в попытке успокоить тревожные мысли. Легко было потеряться в поцелуях Нико и игнорировать все остальное, что он делал снова и снова.