Тень Конохи

С утра лес вокруг деревни казался спокойным. Солнце пробивалось сквозь кроны, ветер играл листвой. Но спокойствие — это иллюзия. В этом мире иллюзия — всё, что держит людей в живых. — Сегодня вы охраняете караван, — сказал Кадзуро, не поднимая головы. — Враги не ждут, пока вы разложите палатку. Наша команда пошла за караваном. Сора тихо шла рядом, перебирая бинты. Тору болтал что-то о новой технике огня. Я молчал. Каждый звук в лесу мог означать смерть. --- Через час мы услышали треск сухих веток. Сразу стало ясно: это не животное. — Засада, — сказал я, чуть пригнувшись. — Приготовиться. Бандиты напали. Нас было трое против пятерых. Я сразу заметил слабое звено — Тору, который в панике бросался, не контролируя огонь. Он поджёг сухие листья, и запах дыма разнесся по лесу. — Не жги всё подряд! — крикнул я, бросаясь к нему. Но один из бандитов уже выскочил из-за дерева и ударил его кулаком в грудь. Тору рухнул на землю, дыхание сбилось, глаза расширились от страха. Сора выскочила с медичкой, пытаясь прикрыть его. — Держи позицию! — кричал я, бросая кунай. — Я прикрою! Но было поздно. Один из бандитов прыгнул к Тору с ножом. Я не успел. Порыв ветра, крик, удар — и он упал без сознания. --- Кадзуро прибежал через секунду, холодно осмотрел ситуацию: — Он жив. Но лёгкие повреждены, почти пневмоторакс. Промедление может стоить жизни. Я смотрел на себя в ужасе. Я видел это. Я мог остановить. Но не успел. — Почему он? — прошептала Сора, дрожа. — Я делала всё, что могла… — Потому что в бою нет «всегда успеваю», — сказал наставник. — Только те, кто готов принимать последствия. Каждый момент стоит жизни. Тору лежал, а я чувствовал, как что-то во мне меняется. Жестокость мира не просто существует — она входит в тебя, проникает в мысли, чтобы выжить. — Я… — начал я, но слов не хватало. — Молчи. Думай. — Кадзуро ударил кулаком по земле, чтобы отвлечь нас. — Каждый из вас делает ошибки. Смотрите правде в глаза: кто не готов, умрёт. --- Возвращение прошло в молчании. Сора всё ещё бинтовала Тору, а я шёл чуть позади, наблюдая за лесом, как будто каждая тень могла быть новой угрозой. Это только начало, — думал я. — Каждый, кто идёт со мной, может умереть. Каждое мгновение — испытание. И если я хочу выжить, я не могу позволять эмоциям управлять мной. Дома я впервые посмотрел на руки после боя. Кровь не только врагов — капли Тору, Соры, моя собственная. Реальность мира шиноби была жестокой, и от неё не скрыться. Только один путь к вершине — хладнокровие. Иначе ты умрёшь не от врага, а от собственной слабости.