На краю доверия

Кэм провела её сквозь вихрь танцующих тел, прорываясь туда, где было пространство для «избранных гостей». Там, на возвышении, мягкие подушки образовывали островки роскоши, вокруг расставлены низкие столики, ломившиеся от еды и напитков, позолоченные кубки и кувшины, массивные блюда с мясом и фруктами, запах которых густо смешивался с вином, потом и дымом благовоний. Воздух был тяжелый, приторный, от него кружилась голова. Кэм остановилась возле одной из скамеек, опустилась на неё с хладнокровным видом, она потянула за собой Арианну - движение было решительным, твёрдым, не оставляющим выбора. Девушка села рядом, чувствуя жесткость древесины под бедрами, и её взгляд сразу невольно упал на мужчину неподалёку. Он уже выбрал себе наложницу и бесстыдно шарил по её телу, сминая её, как вещь. Остальные мужчины и женщины бродили по залу, выбирая себе «игрушки», переговаривались, смеялись, переглядывались, обсуждая рабов, как товар на рынке. Арианна повернула голову и уставилась на Кэм. Та сидела прямо, с каменным лицом, неподвижная, почти статуя. Её профиль в полумраке казался резким и отрешённым, высеченным из холодного мрамора. Она смотрела на танцующих, ни разу не моргнув, ни разу не дрогнув, словно происходящее вокруг её вовсе не касалось. У неё внутри всё перемешалось. Сначала Росс с его мерзкими прикосновениями, потом внезапное появление Беннет, теперь это - Кэм уводит её и… молчит. Никаких объяснений, ни одного слова. Только эта сдержанная тишина, за которой невозможно было угадать ничего. И вдруг в голове Арианны всплыло всё, что она слышала об «избранных». О том, что они всегда ведут себя именно так - сидят спокойно, отрешённо, создавая впечатление что ждут. Сигнала. А после него… начинается ад. Её сердце сжалось в страхе. Она вспомнила рассказы других рабов: тихие избранные, самые страшные из всех. Кэм всегда была именно такой - тихой, молчаливой, закрытой. Эти три месяца в её доме ничуть не изменили этого. Да, она не трогала её, не избивала, не насиловала, но и оставалась всё той же: странной, непроницаемой, чужой. Но что если всё это время она просто ждала? Ждала этого дня. Этого приёма. Чтобы выплеснуть наружу всё, что копила. Чтобы показать, кем она является на самом деле. Чтобы начать с неё, Арианны. Она ведь была её обидчицей когда-то, в школе. Пусть Кэм тогда и сказала, что не таит зла, но что если это была ложь? Что если сегодняшняя ночь - её месть? Арианна невольно сжала ладони в кулаки, ногти впились в кожу. Она чувствовала, как сердце бешено колотится, как страх сковывает дыхание. И тут раздался гулкий звук - протяжный, металлический, как гонг. Она узнала его сразу. Сигнал. Сигнал, означавший, что теперь высшие могут перестать притворяться людьми и стать зверями. В воздухе сразу поднялся гул восторга, смех, аплодисменты. И голос Росса прорезал шум, хриплый, полный восторга и предвкушения: - Да начнётся веселье! Арианна вздрогнула, точно удар током пронзил её тело. Она резко повернула голову и посмотрела на Кэм. Та медленно повернула голову, и их глаза встретились. В аквамариновых глазах Арианны плескался ужас, чистый и первобытный. Всё её нутро кричало: «Сейчас! Вот оно!» А в глазах Кэм… было что-то, что невозможно было прочитать. Холодная глубина, от которой мурашки пробежали по её коже. И в то же время - намёк на что-то другое, чего Арианна не могла понять, но от чего стало только страшнее. Всё внутри скрутило ледяным страхом. Кэм медленно отвела взгляд от неё, будто ничего не произошло, и вернулась к прежнему - неподвижной, каменной - позе. Её лицо оставалось безэмоциональным, всё та же знакомая маска, и от этого становилось ещё страшнее. Арианна же тяжело дышала, грудь резко поднималась и опускалась, каждая клеточка её тела была напряжена, готова к тому, что Кэм вот-вот сорвётся и бросится на неё. Внутри всё тряслось - страх и ярость сплетались в один тугой узел, сковывая движения. И в этот момент она заметила, как в их сторону идёт здоровенный мужчина, лысый, с блестящей от пота головой. На его массивном теле не было ни клочка одежды, только нелепая корона поблёскивала сверху, как издёвка. Он двигался уверенно, развязно, с тем бесстыдным видом, с каким привык брать то, что хотел. Его маленькие глаза бусинки впились в Арианну, скользили по её телу так, словно он уже мысленно обладал ею. На ходу он ухмыльнулся и схватился за член, демонстративно и мерзко сжимая, продолжая двигаться к ней с похотливым взглядом. У неё мгновенно скрутило желудок, к горлу подступила тошнота. Каждый шаг этого чудовища казался ей приближением к аду. Он подошёл вплотную, его тень закрыла её, и потянулся рукой к ней. Арианна инстинктивно вжалась в скамью, плечи судорожно сжались, она хотела отшатнуться, но пространство закончилось. В этот момент Кэм встала. Её движение было спокойным, размеренным, но в этой медлительности читалась угроза. Она выпрямилась во весь рост и посмотрела на мужчину. Только тогда он заметил её - до этого всё его внимание пожирало Арианну. Его ухмылка расширилась, и, обнажив ряд полу гнилых, пожелтевших зубов, он сказал, хрипло и с вульгарной усмешкой: - Поделишься? Хочу её. Видишь, как сильно… - он самодовольно показал рукой вниз на член, продолжая мерзкие движения. Кэм приподняла голову, её глаза прищурились, губы остались сжатыми, и она шагнула к нему, не спеша, но каждый миллиметр её движения был наполнен ледяной решимостью. Она произнесла тихо, ровным, почти спокойным голосом но в её тоне не было ни капли вежливости: - Если ты тронешь её - я его оторву и засуну тебе в глотку. Слова, сказанные негромко, но так, что ни у кого не могло остаться сомнений - это не угроза. Это обещание. Улыбка мужчины мигом исчезла. Его рука остановилась. Глаза расширились, и в них впервые за всё время мелькнул страх. Он отпрянул, попятился и, не сказав больше ни слова, резко развернулся, смешавшись с толпой. Кэм спокойно, как если ничего не случилось, села обратно на скамью. Ни одна черта её лица не дрогнула, только уголки губ были сжаты сильнее обычного, а в глазах, на миг вспыхнувших, горел холодный гнев. Арианна, всё ещё дрожа, повернула голову и уставилась на её профиль. Сердце стучало в ушах, дыхание сбилось. Она не понимала. Почему? Почему Кэм так делала? Её губы были сжаты в тонкую линию, глаза блестели от сдержанного напряжения. Тем временем зал наполнялся криками. Рабов и рабынь выволакивали, насиловали, рвали, истязали на глазах у всех. Смех высших каст перекрывал стоны боли, музыка продолжала играть, придавая происходящему жуткую театральность. Всё вокруг превращалось в оргию насилия, и каждый миг казался пыткой. К ней снова и снова подходили. Разные мужчины, женщины - пьяные, возбужденные, голодные. И каждый раз Кэм либо вставала, глядя так, что у них по спине пробегал холод, либо даже не поднималась, а только поворачивала голову и смотрела. И этого было достаточно: каждый сразу понимал и уходил. Она охраняла её. Сидела рядом, как хищник, что уже выбрал свою добычу, и теперь никому её не отдаст. Арианна сжала руки в кулаки так сильно, что короткие ногти впились в кожу ладоней, оставляя болезненные отметины. По щекам катились горячие слёзы. Она смотрела вокруг - на то, как девушек и парней насиловали самыми унизительными, жестокими способами, как ломали их тела и души. И от этого сердце её разрывалось. Беспомощность давила, разъедала изнутри, от того, что она ничего не могла сделать. Слёзы жгли кожу, горло перехватывало. Она знала - сейчас её тоже должны были рвать на части. Но по каким-то непостижимым причинам Кэм не позволяла этого сделать. Она увидела, как к ним идёт Росс. Его массивная фигура возвышалась над толпой, шаги гулко отдавались по мраморному полу. В руке он держал цепь, на другом конце которой волочилась девушка. Рыжие волосы падали на заплаканное лицо, ошейник грубо впивался в её тонкую шею, и каждый рывок заставлял её хрипеть и захлёбываться собственным плачем. Казалось, ей едва исполнилось шестнадцать - детская хрупкость ещё не покинула её тело. Она дрожала, вцепляясь пальцами в железное кольцо, безуспешно пытаясь отодвинуть его от горла, а её рыдания пронзали зал, тонули в хохоте и аплодисментах господ, которые, напротив, с удовольствием наблюдали за её муками. - Подношение для нашей избранной, что охраняет и защищает нас от иных! - торжественно провозгласил Росс. Его голос гулко разнёсся под сводами зала. Он дёрнул цепь с такой силой, что девочка с криком повалилась прямо к ногам Кэм, ударившись коленями о каменный пол. Она всхлипнула, попыталась отползти назад, когда услышала страшное слово «избранная». Её глаза, полные ужаса, поднялись на Кэм, и она, задыхаясь, поползла прочь, но цепь держала крепко, точно смеялась над её попытками. - Чиста и девственна, - довольно протянул Росс, его маленькие глаза блестели похотью. - Или ты предпочитаешь мальчиков? Мужчин? У меня есть для тебя всё! Арианна почувствовала, как в ней всё перевернулось. Отвращение подступило к горлу. - Ты очень щедр, - ответила Кэм ровным тоном, даже не поднявшись со скамьи. Её голос звучал лениво, почти равнодушно, и это только больше резало слух. Она даже не взглянула на девочку, что дрожала и плакала у её ног, вцепившись руками в ошейник так, словно могла сорвать с себя железо. - Ты можешь не стесняться и брать всех, кого пожелаешь, - с самодовольным блеском продолжил Росс.- Я знаю, вы, избранные, любите… применять свои способности на рабынях. Что ты умеешь? - он наклонился вперёд, облизывая губы, от чего по подбородку скатилась капля вина. - Вызывать огонь? Лёд? Или причинять боль? Мы многое видели… ты нас не напугаешь. Мы даже ждём этого от тебя! Он развёл руки, это было похоже на то, что он объявлял начало представления, и его лицо исказила широкая улыбка. - Я специально привёл столько рабов, чтобы ты могла выложиться по полной. Вы, избранные, всегда такие ненасытные. Ну же… покажи нам свой аппетит. Кэм слегка приподняла голову. Её глаза сверкнули холодом, и только этот едва заметный жест показал, что она слушала. - Меня всё устраивает, - спокойно произнесла она, голосом без эмоций. - Ты устроил отличную вечеринку и… - её взгляд на долю секунды скользнул в сторону девочки, сжавшейся в позу эмбриона у её ног, - подарки. Усмешка Росса стала ещё шире. - Я рад это слышать, - проговорил он, довольный, словно тигр, учуявший добычу. Он шагнул в сторону, и Арианна почувствовала, как её сердце сорвалось вниз. Его глаза впились в неё, задержавшись на каждой линии её тела. - И раз ты не пользуешься… я заберу свой подарок. Он протянул руку к Арианне, пальцы уже готовы были сорвать с неё ткань, и ухмыльнулся, наслаждаясь моментом: - Распакую прямо тут. А если захочешь… можешь присоединиться и помочь. Он расхохотался так, что жирные складки на шее затряслись, а слюни брызнули из его рта. Арианна сжала скамью так, что побелели костяшки пальцев. Вены на её шее проступили от напряжения, она собиралась отбиваться до последнего. Но не успела она пошевелиться - Кэм поднялась. Резко. Её тело двинулось вперёд, заслоняя Арианну. Она встала прямо на пути Росса, и в её холодном взгляде читалось то, от чего его смех стих. - Она моя и никуда не пойдёт, - голос Кэм прозвучал низко, твёрдо, без капли сомнения. Ни в интонации, ни во взгляде не было места для обсуждений. - Как это твоя?! - взвился Росс, лицо его налилось красным, щеки затряслись. - Ты ведь принесла её мне! - Считай, я передумала. - Кэм произнесла это всё так же спокойно, словно говорила о пересчёте счетов или купле-продаже. - Я избранная. Ты сам сказал, что могу брать кого хочу. - Но ты её не берёшь! - визгливый голос его прозвучал почти жалобно, в нём смешались раздражение и обида. - Ты сидишь здесь как чёртова статуя! Кэм слегка склонила голову, глядя на него с холодным спокойствием, и в её тоне проскользнула угроза, холодная, без лишних слов: - Мне так нравится. Или ты против? Воздух застыл, и на мгновение даже шум зала стал казалось тише. Росс заморгал, в его глазах мелькнул страх - тот самый животный, когда хищник уже смотрит прямо на тебя. - Н-нет… конечно, нет, - пробормотал он, мгновенно сдавая позиции. - Если тебе нравится смотреть - смотри. - Я увидела всё, что хотела, - сказала Кэм, и её голос был как нож по стеклу. - А теперь я, пожалуй, пойду. И я забираю свой подарок. Она плавно наклонилась к рыжей девушке. Та, всхлипывая, попятилась, но движение было бесполезным - Кэм легко схватила её за цепь, одним рывком подтянула к себе и держала крепко, как хрупкую, но собственную вещь. Затем Кэм обернулась. Её взгляд упал на Арианну - короткий, молчаливый, но слишком красноречивый, чтобы не понять. Она мгновенно всё уловила, внутри всё дернулось от напряжения, и не медля, поднялась, подошла ближе. Кэм подхватила рыжую, как мешок с зерном, и закинула её себе на плечо. Потом, выпрямившись, двинулась к выходу, её шаги были размеренными, уверенными, как у человека, которому принадлежит весь зал. - Дункан, - произнесла она, остановившись на мгновение. Тот замер, выпучив глаза, ещё не решая, должен ли он продолжать злиться или бояться. - Это был… - Кэм выдержала паузу, подбирая слова. - Отличный приём. Мне понравилось. Слова упали на него как бальзам. Лицо Росса тут же просияло, обида и возмущение растаяли, словно их и не было. Он громко рассмеялся, поднял бокал вина, брызнув каплями на пол: - Приходи ещё! Кэм кивнула и вышла. Шаги её по мраморному полу звучали гулко, ровно, властно. Арианна поспешила за ней. Коридоры тянулись длинными тенями, но никто не осмелился встать у них на пути. Они вышли на крыльцо. Ночной воздух хлестнул в лицо, пахнущий влажной травой и дымом факелов. Тут же подкатила карета. Кэм без лишних слов распахнула дверь и почти закинула туда девочку, как избавляясь от груза, хотя взгляд её оставался холодно-ровным. Потом придержала дверь для Арианны. Та быстро нырнула внутрь, сев рядом с дрожащей, сжавшейся в стену кареты рыжей. Кэм забралась следом и резко захлопнула за собой дверь. Карета тронулась, загремели колёса, оставляя позади крики и музыку зала. Внутри было тихо, только стук копыт и сбивчивое дыхание. Арианна повернулась к рыжей. Девочка забилась в угол, вцепившись руками в колени, зубы стучали от страха. Она осторожно протянула руку. Та дёрнулась, как от удара, вскинула взгляд, в глазах метался животный ужас. - Как тебя зовут? - прошептала Арианна, голосом мягким, как могла, боясь напугать ещё сильнее. - Л… Лили, - дрожащим голосом ответила та, и всё же медленно протянула руку, коснувшись Арианны, как утопающий хватается за соломинку. Её пальцы были холодными, а глаза влажными от слёз. И в этом прикосновении - слабом, дрожащем - было столько отчаяния и просьбы о защите, что сердце Арианны болезненно сжалось. Она мягко сжала руку Лили, стараясь передать хоть крупицу тепла и уверенности, и чуть улыбнулась ей, хотя самой было тяжело дышать после всего увиденного. Лили, как хрупкий птенец, дрожала рядом и цеплялась за её пальцы, как за единственное, что удерживает её на плаву. Кэм сидела напротив, неподвижная, выточенная из камня, её лицо не отражало ни эмоций, ни чувств. Только что-то едва уловимое в её взгляде, устремлённом в окно - тихая, сдержанная ярость, такая плотная, что от неё воздух становился тяжелее. Лили украдкой смотрела на неё, и в её глазах застыл открытый, животный страх, как у зверька, попавшего в клетку к хищнику. Когда карета остановилась и дверь распахнулась, Арианна машинально дернулась - она ожидала от Кэм чего угодно. Та первой вышла наружу, и только после этого шагнула ближе к карете, её силуэт заслонил свет факелов. - Выходи. Сейчас, - голос её прозвучал глухо, низко, командно. Арианна вздрогнула, сердце больно сжалось. Она никогда прежде не слышала от Кэм такого тона - не раздражённого, не холодного, а именно властного, подавляющего, от которого не хотелось спорить, только повиноваться. - Ты пугаешь её, - тихо, но твёрдо сказала она. Слова сами сорвались с губ, прежде чем она успела подумать о последствиях. В груди всё похолодело - за такую дерзость Кэм могла наказать её прямо здесь. Но ей было всё равно. Она шагнула, прикрыв собой дверной проём, защищая Лили, и мягко отодвинула Кэм. Та молча остановилась, не возразила, не тронула - просто отступила на полшага в сторону, глядя всё тем же каменным лицом. Арианна снова наклонилась к Лили, её голос смягчился до шёпота: - Лили, милая… выйди, пожалуйста. Ты не можешь там сидеть всю ночь, ты замёрзнешь. Она провела рукой по её плечу, стараясь согреть. Девочка была полностью обнажена, и её кожа уже покрылась гусиными мурашками от ночного холода. Лили подняла на неё заплаканные глаза, полные ужаса и сомнений. Но взгляд Арианны - тёплый, уверенный, почти материнский - убедил её сдвинуться с места. Девочка нерешительно протянула руку. Арианна сразу же схватила её ладонь, крепко, как если клялась не отпускать. Лили осторожно, неуверенно выбралась наружу, ноги её дрожали. Кэм, не сказав ни слова, сняла с себя чёрный пиджак и мягко накинула его на её худые плечи. Жёсткая ткань соскользнула по тонкой спине, скрывая наготу, и Лили вздрогнула от неожиданности, но не отстранилась. Они втроём вошли в дом. Огни в коридорах встретили их тёплым золотым светом, но этот уют не грел душу Арианны - слишком свежими были воспоминания о криках и смехе в особняке Росса. Кэм позвала мисс Барнс и Мэдди. Голос её был всё так же ровен, безэмоционален, будто она распорядилась о покупке товаров, а не о судьбе человеческой жизни: - Отведите её в комнату. Помойте. Одежда. Еда. Мисс Барнс, невозмутимая как всегда, лишь кивнула. Мэдди же не могла сдержать любопытства: её глаза всё время метались между Кэм и Арианной, задерживались на обнажённых плечах, на фигуре Арианны в одном нижнем белье. Она явно жаждала услышать подробности, но молчала, сдерживая вопросы. Лили увели. Её тонкая фигура скрылась в коридоре, и Арианну охватило беспокойство: ей было страшно представить, что ждёт девочку завтра. Поднявшись в свою комнату, она долго стояла под душем. Вода стекала по телу, горячая, почти обжигающая, но не могла смыть смрад, въевшийся в кожу и волосы. И, главное, не могла стереть из памяти образы: искажённые криками лица рабов, руки, хватающие тела, звериный хохот высших каст. Арианна дрожала, прижимаясь лбом к кафелю. Она всё ещё не могла поверить, что вернулась домой целой. Что никто не коснулся её. И всё это - только из-за Кэм. Но благодарности не было. Вместо неё в голове клубился целый рой мыслей, противоречий. Поведение Кэм было пугающе нелогичным. Она отвезла её на приём, фактически «подарила» Россу. Но потом - не позволила никому тронуть, сидела рядом, охраняя, как свою собственность. Хотя при этом вслух заявляла, что ей нравится смотреть. Арианна передёрнула плечами от отвращения. Может, у Гловер такой фетиш - наблюдать? Смотреть, как другие ломают и насилуют? От этой мысли её замутило. Если это так?.. или может она собирается сделать всё сама?.. По-своему. Где-нибудь у себя в спальне. Или, хуже, в подвале. Может, позовёт охрану чтоб они насиловали, а она будет смотреть, как это сделала Тесс с ней. Она судорожно втянула воздух. Её выворачивало наизнанку от страха и неуверенности. Она не знала, чего ждать. Кэм была слишком непредсказуема, и именно в этом крылась её страшная опасность. Мысли метались ещё и о Лили. Что она сделает с девочкой? Какую судьбу уготовила ей? Сердце Арианны стиснуло как в селки, и стало трудно дышать от одной только мысли.