My Amortentia/Моя Амортенция

Драко тяжело вздохнул. Груз его собственных мыслей давил на него, словно валун. Это превращалось в по-настоящему отвратительную привычку, от которой он, казалось, не мог избавиться. И это было не просто привычное угрюмое настроение. Нет, это было иначе. Хуже. Всё началось с того вечера три недели назад, и как бы сильно он ни старался отделаться от этого, оно цеплялось за него, словно проклятие. С гримасой он запрокинул стакан, проглотив огневиски одним обжигающим глотком. Впервые он приветствовал это жжение, то, как оно обжигало его горло и тяжело оседало в желудке. Это было желанное отвлечение от грызущих мыслей, роящихся в его голове. Странно, но сегодня алкоголь, казалось, действовал, притупляя острые грани его разума. Привычное чрезмерное обдумывание и вихрь мыслей растворялись в милосердном тумане. «Почему это действует именно сегодня из всех ночей?» Он ненадолго задумался, но ему было всё равно, чтобы искать ответ. Что его действительно волновало или, скорее, что он пытался не волноваться – это настойчивое, раздражающее присутствие одной брюнетки в глубине его сознания. Гермиона Грейнджер. Он понятия не имел, почему мысли о ней продолжали подкрадываться к нему. Они поцеловались, конечно. Но он ведь не звонил ей после этого. И почему он должен был? Она была Грейнджер, ради Мерлина! Ничто в этом не имело смысла. Ничто в этом никогда не могло бы сработать. Он повторял это себе, как мантру: «Этого никогда не случится. Конец истории». Но это был не конец истории. Конечно, нет. Драко горько рассмеялся над всей этой абсурдностью. В его жизни никогда ничего не было так просто. Если всё когда-либо казалось стабильным, если он когда-либо чувствовал, что держит всё под контролем, всегда появлялось что-то, что рушило это, как ряд домино. Тот поцелуй с Грейнджер? Это было первое домино. И теперь он был пойман в бесконечной цепной реакции хаоса. Его способ остановить это? Тот же метод, что срабатывал для него бесчисленное количество раз прежде. Напиться. Огневиски было его первым выбором, и, осушив ещё один стакан, он почувствовал, как по нему разливается знакомое оцепенение, медленно растворяя тугой узел напряжения в его груди. Позже он планировал перейти к более крепким напиткам, таким, что помогали забыться и придавали ему смелости подходить к женщинам. Потому что это была его вторая стратегия для избегания неприятных воспоминаний: найти самую привлекательную, наименее сложную девушку в баре, продемонстрировать свою фирменную усмешку Малфоя и очаровать её, чтобы затащить в постель. Это был беспроигрышный план. И был таким годами. Драко откинулся на спинку барной стойки, осматривая тускло освещенный паб. Он выбрал это конкретное место, потому что оно было немного более... отдалённым. Меньше знакомых лиц, меньше ожиданий. Атмосфера была шумной, хаотичной, это было то место, где никому не было дела до того, кто ты, и это идеально подходило ему сегодня вечером. В воздухе витал запах алкоголя, пота и отчаяния, низкий гул разговоров прерывался редкими всплесками смеха или звоном стаканов. Прошло два часа, и Драко уже хорошо втянулся в свою рутину: выпить, усмехнуться и повторить. Но что-то было не так. Ужасно не так. Он попробовал всё – свои лучшие фразы, свои самые выигрышные усмешки, но каждая попытка заканчивалась катастрофой. Три девушки выплеснули напитки ему в лицо, две дали ему пощечины, а ещё одна столкнула его прямо с барного стула. Это было позорное зрелище. Он был Драко, чёрт возьми, Малфоем! Как такое могло произойти? Разочарование грызло его, усиливаясь с каждым отказом. Он опрокинул стопку джина в горло, стиснув зубы. Так не должно было быть. Обычно он мог легко войти в комнату, выбрать свою цель, и к концу ночи он просыпался бы рядом с кем-то, чьё имя, вероятно, не запомнил бы. Но сегодня? Казалось, вселенная сыграла с ним злую шутку. Ничего не работало, и чем больше он пил, тем более горьким становилось его настроение. «Что со мной сегодня?» — Он уставился на стопку в руке, медленно поворачивая её между пальцами, прежде чем вызвать ещё одну. Он чувствовал, как алкоголь жужжит в его венах, но вместо того чтобы расслабить его, он, казалось, лишь делал его более возбуждённым. Его обычной уверенности – той самонадеянности, что приходила так естественно – не было. Всё, о чём он мог думать, это тот глупый поцелуй с Грейнджер и то, как он всё это испортил. Драко поставил пустой стакан на барную стойку и опустил голову в руки. Он устал. Устал притворяться, устал убегать от мыслей, которые преследовали его. Он должен был быть здесь, тонуть в выпивке и очаровывать всех вокруг всю ночь, но ничего из этого не работало. И тут его осенило. Это были не напитки, не девушки, не привычная рутина, которая давала сбой. Это был он сам. Он не мог этого сделать, потому что в глубине его сознания та ночь с Грейнджер всё ещё прокручивалась по кругу. И как бы сильно он ни пытался забыть это с помощью выпивки, она была там. Её смех, её улыбка, тепло её губ на его. «Чёрт возьми», — подумал он с горечью. — «Он застрял». Драко глубоко вздохнул, чувствуя, как волна отвращения к себе накрывает его. Почему он не мог просто забыть об этом? Почему он не мог просто забыть о ней? Это был поцелуй – глупый поцелуй – и всё же вот он, три недели спустя, всё ещё думал об этом. Ещё одна стопка джина скользнула по барной стойке, и Драко схватил её, не поднимая головы. Он осушил её одним глотком, надеясь, что эта стопка наконец достаточно его одурманит, чтобы забыть. Но прежде чем алкоголь успел подействовать в полную силу, голос – мягкий, знакомый – прорезал шум бара. — Я не думала, что топить себя в огневиски – это в твоём стиле, Малфой. Драко замер. Его сердце пропустило удар, хотя он никогда бы этого не признал. Медленно он поднял голову от рук и повернулся к голосу. — Я действительно не думала, что хоронить себя в алкоголе полезно... в каком бы состоянии ты ни был. Этот голос. Он эхом отдавался в голове Драко уже три недели, донимая его, словно настойчивое напоминание о каждом неверном решении, которое он когда-либо принимал. И теперь он был не просто в его голове, он был здесь, в том самом пабе, который он выбрал, чтобы утопить свои мысли. Неужели ему нельзя было иметь хоть одну спокойную ночь? — Оставь меня в покое, — пробормотал он, поймав стопку джина, которую бармен скользнул к нему. Его голос был низким, полным разочарования. — Иди донимай кого-нибудь другого, кто пребывает в отчаянии. Он осушил стопку одним глотком, вздыхая, когда жжение пронзило его горло. Но даже одурманивающее утешение алкоголя не могло защитить его от её присутствия. — Вот так, значит, ты даёшь понять девушке, что её ценят, — послышался саркастический ответ. Драко услышал скрежет барного стула рядом с собой и безошибочное покачивание кого-то, кто пытался взобраться на него, кого-то, кто определенно выпил слишком много. Он скосил взгляд в сторону, уже предвкушая то, что, как он знал, увидит. Конечно же, она была там: Гермиона Грейнджер, волосы слегка растрёпаны, глаза слишком яркие. Она не была пьяна, не совсем, но достаточно навеселе, чтобы быть дерзкой. Когда их взгляды встретились, серые впились в карие, он почувствовал знакомое притяжение разочарования и... чего-то ещё. — Привет, — поздоровалась она, её голос был мягким, но безошибочно самодовольным. — Тебе не следовало быть здесь, Грейнджер, — пробормотал Драко, подзывая бармена для ещё одного напитка. Он уже знал, что эта ночь обернётся катастрофой. Если она останется, а похоже, она собиралась, ему понадобится что-то покрепче. Гораздо крепче. — Не в таком состоянии, по крайней мере. Грейнджер фыркнула, поманив того же бармена, чтобы заказать себе напиток. — Ой, да ладно, Малфой, ты не единственный несчастный черт на свете, кто хочет провести вечер, чтобы запить свои проблемы. — Она приняла коктейль, который поставили перед ней, и медленно отпила, её глаза задержались на нём с озорным блеском. Драко нахмурился, не особо настроенный иметь дело с тем, что она затеяла сегодня вечером. — Я беру это к столику, — пробормотал он, скорее себе, чем ей. Он встал, сумев несмотря на то, сколько он уже выпил, удержаться на ногах. Годы практики, без сомнения. Но когда он пробирался сквозь толпу, что-то заставило его обернуться и посмотреть, следует ли она за ним. Нет. По крайней мере, пока нет. Вместо этого она облокотилась на барную стойку, наклонившись вперёд ровно настолько, чтобы дать каждому парню поблизости, включая Драко, увидеть её идеально округлую задницу. Он почувствовал, как невольно перехватило дыхание. «Мерлин, что она вытворяла?» — Его глаза скользнули по линиям её тела, отмечая чёрные туфли на шпильке, обхватывающие её лодыжки, обтягивающую красную юбку, едва достигающую середины бедра, и свободную бежевую блузку с рваными рукавами, спадающую с плеч, обнажая её загорелую кожу. И вот так, мир Драко перевернулся. Он тяжело сглотнул, пытаясь игнорировать нарастающий жар внутри себя, но это было невозможно. Она выглядела... невероятно. Он не мог ясно мыслить, не мог двигаться, не мог ничего, кроме как уставиться на неё. «Это же Грейнджер», — кричал его разум, но это не имело значения. Не сегодня вечером. Он был слишком пьян, слишком любопытен, и она стояла там, словно приглашение, от которого он не мог отказаться. — Эй, Грейнджер... — окликнул он, прежде чем смог остановиться, его голос звучал грубее обычного. — Присоединишься ко мне? Грейнджер повернулась к нему, медленная, понимающая улыбка расплылась по её губам. Она подняла свой бокал с коктейлем в молчаливом тосте, затем начала идти к нему, её бёдра покачивались с уверенностью, которая лишь сильнее стягивала узел в животе Драко. — Думала, ты никогда не спросишь, — сказала она, проходя мимо него, направляясь к столику в углу. Драко последовал за ней, его глаза неотрывно следили за ней, чувствуя себя так, словно он попал под какое-то заклинание. Как только они сели, при тусклом освещении, отбрасывающем тени на её лицо, он сделал долгий глоток своего напитка, пытаясь восстановить подобие контроля над собой. Но каждый раз, когда его взгляд скользил к ней, к тому, как она откинулась назад, скрестив ноги, с дразнящей усмешкой, играющей на её губах, этот контроль ускользал ещё немного. — Так что же на самом деле привело тебя сюда? — спросил он, пытаясь звучать непринуждённо, откидываясь на спинку дивана, не отрывая глаз от неё. — О, Малфой... — Грейнджер сделала ещё один глоток своего напитка, её нога слегка задела его ногу под столом, отправив дрожь по его телу. — Разве девушка не может просто пойти в бар, чтобы нажраться? Брови Драко нахмурились от прикосновения, его дыхание на мгновение замерло, прежде чем он быстро оправился, маскируя свою реакцию глотком собственного напитка. — Конечно, может, — ответил он холодным тоном, — но ты не просто какая-то девушка. — Он поставил стакан, скрестив руки, и ещё больше откинулся назад. — Ты не из тех, кто напивается без причины. Он усмехнулся, когда её лицо слегка дрогнуло. «Попалась». Но она быстро оправилась, её выражение снова стало кокетливым, когда она наклонилась вперёд, её блузка распахнулась ровно настолько, чтобы показать дразнящий проблеск её декольте. — И откуда тебе знать? — спросила она, вызывающе приподняв бровь. Драко мягко хмыкнул, тоже наклонившись вперёд. — Потому что я знаю тебя, Грейнджер. — Её имя соскользнуло с его языка с лёгкостью, и он почувствовал, как у него перехватило дыхание на мгновение, когда она в ответ улыбнулась ему. — Мы не виделись годами, Малфой, — возразила она, скрестив руки на груди так, что её грудь лишь приподнялась, привлекая его взгляд. — Ты совсем меня не знаешь. Он тяжело сглотнул, чувствуя знакомое стягивание в брюках, когда его глаза метнулись вниз. «Перестань пялиться», — приказал он себе, но невозможно было не заметить эффект, который её поза производила на него. — О, но я знаю, — наконец ответил он, его голос теперь был ниже. — Я знал тебя в школе. Я видел, каким человеком ты стала. Ты никогда сознательно не приводила себя в нестабильное состояние... если только что-то действительно было не так. Улыбка Грейнджер сменилась усмешкой, от которой по спине Драко пробежал холодок. Она наклонилась ещё ближе, давая Драко ещё лучший и более глубокий обзор её декольте. Он почувствовал подёргивание в штанах, и тот факт, что она теперь ещё и тёрлась ногой о его ногу, ничуть не помогал. Она явно к нему клеилась. Сильно. И он знал, что должен убежать с криком, потому что это было плохо, очень плохо. Однако он чувствовал себя совершенно парализованным. Её голос был тихим шёпотом, полным опасного веселья. — Так ты наблюдал за мной... Он сглотнул. — Что? — выдавил он, внезапно почувствовав себя некомфортно жарко. — А я-то думала, ты всегда меня ненавидел, — продолжила она, её усмешка росла, словно она точно знала, какой эффект производит на него. Разум Драко метался, разрываясь между инстинктом сбежать и всепоглощающим желанием оставаться в этой опасной игре, в которую они играли. — О, я ненавидел, — запнулся он, откидываясь назад в тщетной попытке восстановить дистанцию. Но её глаза, её присутствие, всё в ней притягивало его. — Но я всегда был... любопытен, как ты меня побеждала. Так что да, я наблюдал. Её усмешка углубилась, и она подняла стакан, сделав медленный, обдуманный глоток, прежде чем поставить его обратно. — Значит, ты наблюдал за мной, — повторила она, её голос был мягким и дразнящим. Драко моргнул, его сердце бешено колотилось, пока он смотрел на неё через стол. Он знал, что должен уйти, знал, что это плохая идея. Но то, как она смотрела на него, как её нога всё ещё вычерчивала ленивые круги по его ноге, полностью заманило его в ловушку. — Да, — прошептал он, его голос был едва слышен. — Тебя это беспокоит? — Нет, — сказала она низким, знойным голосом, поднимаясь и переходя на сторону Драко в кабинке. Он почувствовал изменение в воздухе ещё до того, как она сделала свой следующий шаг. В одно мгновение она оказалась прямо перед ним, её глаза были темны чем-то опасным и манящим. Тело Драко напряглось, каждый мускул сжался, словно предвкушая то, что должно было произойти, но он не был к этому готов. — Мне это даже нравится, — добавила она, её губы изогнулись в игривой усмешке, прежде чем она одним грациозным движением оседлала его. Её нога перекинулась через его колени, и внезапно Гермиона Грейнджер сидела на нём, её тело интимно прижалось к его. Драко замер, совершенно застигнутый врасплох дерзостью её движения. Его руки дёрнулись по бокам, каждый инстинкт говорил ему схватить её, но он заставил себя оставаться неподвижным. Он не мог позволить этому выйти из-под контроля... или мог? — И я думаю, тебе это тоже нравится, — прошептала она, наклонившись так близко, что он почувствовал её дыхание у своего уха, посылая импульс жара прямо по его позвоночнику. Тело Драко отреагировало мгновенно, знакомое давление нарастало в его брюках, когда она прижималась к нему. — Клянусь Мерлином, — пробормотал он себе под нос, борясь с каждой крупицей оставшегося контроля. Аромат её, что-то цветочное и опьяняющее, наполнил его чувства, затуманивая рассудок. Он хотел прикоснуться к ней, притянуть её ещё ближе, но часть его кричала, что это плохая идея. И всё же, когда она так сладко прошептала его имя — «Драко» — ему на ухо и последовала за этим лёгким укусом, его сдержанность сломалась. Его член болезненно дёрнулся в брюках, и его руки инстинктивно двинулись к её бёдрам, крепко сжимая её. — Что такое, Драко? — промурлыкала она, её голос был полон соблазна и вызова. Её губы коснулись мочки его уха, посылая ещё один прилив жара по его телу. — Боишься, что тебе это на самом деле понравится? То, как она произнесла его имя, как её тело двигалось против него – это было ни на что не похоже из того, что он когда-либо испытывал прежде. С низким рычанием руки Драко скользнули вверх к её мягкой плоти, схватив её с силой, которая вызвала у Грейнджер стон. Этот звук вызвал у него дрожь, и он сжал её сильнее. — Не начинай то, что не собираешься закончить, любовь моя, — прорычал он, его голос был хриплым от желания, крепко сжимая её задницу. Её кожа казалась невероятно мягкой под его руками, и когда его пальцы скользнули вверх, он со стоном обнаружил, что под этой дразнящей красной юбкой на ней были лишь крошечные стринги. Тело Грейнджер отреагировало на его прикосновение, её бёдра медленно, мучительно двигались против него. Он был мучительно твёрд, и трение заставляло его голову кружиться. Она прижалась губами к его шее, затем двинулась вверх, скользя поцелуем по линии его челюсти. Её дыхание было горячим на его коже, и Драко был на грани потери того небольшого самоконтроля, что у него остался. — Я не остановлюсь, — предупредил он сквозь стиснутые зубы, его голос был низким и хриплым. Его пальцы впились в неё, притягивая её ещё ближе, чувствуя, как её тело тает в его. Прежде чем он успел произнести ещё хоть слово, её губы накрыли его. Поцелуй был яростным, заряженным такой интенсивностью, что не оставлял места для колебаний. Одна из её рук скользнула по его шее сзади, притягивая его ближе, в то время как другая запуталась в его волосах. Драко застонал ей в рот, чувствуя, как её язык скользит по его, её вкус переполнял все его чувства. Его руки двинулись от её бёдер к пояснице, одна рука скользнула под тонкую ткань её блузки, чтобы почувствовать тепло её кожи. Другая его рука оставалась крепко на её ягодицах, сжимая её, пока она качалась против него. Каждое движение посылало через него ударную волну, делая всё труднее и труднее мыслить рационально. Всё, что имело значение, это то, как она чувствовала себя в его объятиях, то, как она целовала его, словно ждала этого так же долго, как и он. Он знал, где-то глубоко внутри, что всё это было неправильно. Что когда наступит утро, они оба пожалеют, что зашли так далеко. Но сейчас, когда Гермиона Грейнджер сидела у него на коленях, её тело плотно прижалось к его, мягкие стоны вырывались из её губ, когда он углублял поцелуй, он не мог заставить себя беспокоиться. Её изгибы так идеально ложились в его руки, её тело прижималось к его, словно она принадлежала ему. Он усилил хватку на ней, притягивая её ближе, прижимая к себе, пока его губы жадно двигались по её. Её вкус, её ощущения – это было слишком. Голова Драко кружилась, пока он терялся в пылу момента, его сердце беспорядочно колотилось в груди. Грейнджер застонала в поцелуй, её пальцы слегка дёрнули его за волосы, и Драко почувствовал, как его сдержанность полностью рухнула. Он не хотел останавливаться. Он не мог. Он хотел большего, нуждался в большем. Её бёдра снова двинулись против его, медленное, обдуманное движение, от которого он застонал ей в рот. Его рука на её спине скользнула ниже, вычерчивая изгиб её позвоночника, и он прижался губами к её ещё сильнее, наслаждаясь тем, как она отзывалась на каждое прикосновение, каждый поцелуй. Где-то в глубине сознания Драко знал, что это не кончится добром. Но когда её мягкие изгибы смещались против него, её тело посылало искры по каждому сантиметру его, единственное, о чём он мог думать, это как чертовски хорошо он чувствовала себя. Рука Драко скользнула с её задницы, плавно двигаясь по её бедру, его пальцы всё ещё были скрыты под тканью её юбки. У него перехватило дыхание, когда он почувствовал мягкость её кожи под кончиками пальцев, тепло, исходящее от её тела. Без малейшего колебания он позволил одному пальцу сдвинуть крошечную ткань ее стрингов, коснувшись ее гладких складок. Она уже была мокрой, и дрожь, пробежавшая по ее телу от его прикосновения, вызвала у него волну удовлетворения. Он не мог сдержать улыбку, которая появилась на его губах, когда его пальцы играли с ней, дразня ее. Каждое легкое прикосновение вызывало у Грейнджер мягкие, прерывистые вздохи, ее тело реагировало на него так, что у него закипела кровь. Его губы коснулись ее шеи, когда он погрузил в нее один длинный, тонкий палец, чувствуя, как она сжимается вокруг него. Ее реакция была мгновенной – ее рука взлетела, чтобы схватить его за волосы, ее ногти скользнули по его коже, когда она прижалась к нему. Драко улыбнулся, прижавшись к ее коже, зная, что теперь она его. Игра была его. Он вогнал палец глубже, затем медленно вытащил его, прежде чем добавить второй, снова вонзившись в ее влажное лоно. Она была невероятно тугой вокруг него, и он не мог остановить мысль, которая мелькнула в его голове: каково было бы, если бы внутри нее были бы не только его пальцы? Как бы он ни хотел погрузиться в эту фантазию, Драко знал, что ему нужно дать ей время, чтобы она возбудилась, прежде чем он сможет получить то, что действительно хотел. Он добавил третий палец, двигая их в ней в равномерном темпе, а большим пальцем нашел ее клитор, потирая его медленными, намеренными кругами. — Драко... — Грейнджер дышала прерывисто, ее голос дрожал от желания, когда она шептала его имя ему на ухо. Драко усилил давление, чувствуя, как ее пульс ускорился вокруг его пальцев, когда ее тело напряглось. Ее губы прижались к его плечу, она прикусила его, чтобы подавить стон, который грозил вырваться наружу. Он ускорил темп, его большой палец щекотал ее клитор, доводя ее до пика. Ее ноги задрожали вокруг него, и затем – вот оно. Она кончила, все ее тело задрожало, ее дыхание было прерывистым и неровным, когда она рухнула на его грудь. Он держал ее крепко, одной рукой обхватив ее талию, а другой рукой все еще оставаясь под ее юбкой. Он чувствовал, как ее сердцебиение замедляется, а дыхание постепенно возвращается к норме. Когда она наконец подняла голову, чтобы посмотреть на него, их глаза встретились, и воздух между ними стал густым от тяжести того, что только что произошло. Ее взгляд был мрачным, интенсивным, и Драко мог видеть в нем невысказанное желание, все еще витающее в воздухе. Прежде чем кто-либо из них успел сказать слово, Гермиона внезапно двинулась. Она соскользнула с его колен и схватила его руку( его пальцы все еще были влажными от ее оргазма) и без колебаний подняла его с дивана. Драко последовал за ней, не задавая вопросов, напряжение между ними искрилось, как электричество. Его разум был затуманен, тело горело желанием большего. Выпуклость в его брюках была болезненно очевидна, но ему было все равно. Все, о чем он мог думать, – это найти уединенное место, где он наконец смог бы обладать ею. Они быстро покинули паб, и как только оказались на улице, Гермиона потянула его в ближайший переулок, темный и узкий, идеальное место для уединения. Драко поднял бровь, на его губах появилась ухмылка. — Ты хочешь сделать это здесь? — Его голос был полный веселья, когда он огляделся по грязному переулку. — Знаешь, у меня все-таки есть некоторое чувство стиля, Грейнджер. Грейнджер не дрогнула. Она схватила его за грудь рубашки и притянула к себе, так что их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Я просто подумала, что ты оценишь, если мы не будем привлекать к себе слишком много внимания, когда аппарируем в мою квартиру, — отрезала она, и в ее голосе слышалось нетерпение. Ухмылка Драко стала еще шире, когда он обвил рукой ее талию и прижал к себе. Другой рукой он нежно обхватил ее лицо, большим пальцем поглаживая ее скулу. — Удивительно, что ты сейчас способна хоть сколько-нибудь ясно мыслить», — пробормотал он, и его голос был хриплым от желания. Ее губы прижались к его, прежде чем он успел сказать что-либо еще, горячие и требовательные. Поцелуй был коротким, но интенсивным, и, прежде чем он успел осознать, мир вокруг них закружился, переулок исчез, когда они аппарировали, сцепившись в объятиях, направляясь прямо к ее квартире. И в долю секунды перед тем, как они прибыли, Драко не мог не подумать: — «Это будет чертовски классная ночь». Драко едва успел осмотреться в квартире Грейнджер, как его спина ударилась о стену, и сила удара пронзила его. Она не теряла времени. Ее пальцы уже ловко расстегивали пуговицы его рубашки, и ее движения были удивительно быстрыми, учитывая количество алкоголя, которое они оба выпили. Их губы жадно сражались, языки дразнили и боролись за господство, но где-то в тумане страсти Драко не мог не впечатлиться тем, насколько она была сосредоточена. Рукава его рубашки и пиджака сползли по его рукам и упали на пол, забытые. Ее руки блуждали по его обнаженной груди, и Драко задрожал под ее прикосновениями, это ощущение пробудило в нем что-то первобытное. И тогда он решил – он достаточно долго позволял ей вести себя. Без единого слова он развернул их обоих, поменяв их позиции, так что теперь она была прижата к стене. На мгновение он отстранился, достаточно долго, чтобы снять с нее блузку, обнажив гладкую кожу ее торса и груди, идеально упругой и просящей внимания. Его руки проследили контуры ее рук, прежде чем вернуться, чтобы обхватить ее грудь ладонями, восхищаясь тем, как она идеально подходит. Она мгновенно отреагировала на его прикосновение, ее соски затвердели под его пальцами. Он снова наклонил голову, снова захватив ее губы, и поцелуй стал глубоким и неистовым. Ее руки поднялись, пальцы пробежали по его волосам, притягивая его ближе. Ни один из них не хотел сдавать контроль, и их поцелуй превратился в невысказанную борьбу за господство, столкновение воль. Их губы размыкались лишь на мгновение, сменяясь серией неистовых поцелуев по шеям, ключицам и обнаженной коже плеч. Гермиона стонала, прижавшись к нему, ее голос был мягким, но нетерпеливым, когда его пальцы сжимали ее соски. Каждый ее звук был как ток, проходящий через него, и Драко чувствовал, как его сдержанность тает. Когда ее руки переместились к его ремню, Драко затаил дыхание. Он почувствовал, как брюки упали на пол, но, не успев обдумать это, он без труда поднял ее, и ее ноги крепко обхватили его талию. Его разум был затуманен желанием, когда он задрал ее юбку выше бедер, и тонкая ткань ее трусиков едва ли была барьером между ними. Не задумываясь, Драко схватил ткань и одним быстрым движением разорвал ее. Звук разрывающейся ткани привел Грейнджер в чувство, и она посмотрела вниз, дыша прерывисто. Он улыбнулся ей криво, наклонившись ближе. — Я куплю тебе новую пару, — пробормотал он, и его голос был полон желания. И затем, не задумываясь ни на секунду, он вошел в нее. Грейнджер задыхалась, инстинктивно сжимая ноги вокруг него, и откинула голову назад, мягко ударившись о стену. Ощущение того, что он был внутри нее – тесно, тепло и ошеломляюще – пронзило его волной удовольствия. Он схватил ее за бедра, чтобы удержать, прижался к ней всем телом и начал двигаться. Каждый толчок вводил его глубже, заполняя каждый сантиметр ее, и Драко не мог не стонать от того, как реагировало ее тело. Это было именно то, что ему нужно. Напряжение, которое нарастало в течение нескольких недель, разочарование, смятение – все это исчезло, когда он погрузился в нее. Она была невероятна вокруг него, ее тело сжималось при каждом толчке, и он молча благодарил Мерлина за то, что она приняла его без колебаний. На мгновение ему пришла в голову абсурдная мысль о том, насколько все было бы иначе, если бы обстоятельства сложились иначе, но эта мысль быстро рассеялась, когда Гермиона застонала громче. Ее голос заставил его по коже пробежать мурашки, каждый звук подталкивал его двигаться сильнее, быстрее. Он открыл глаза и посмотрел на нее: голова запрокинута назад, губы приоткрыты, щеки покраснели, короткие каштановые волосы беспорядочно обрамляют лицо. В этот момент она была совершенно идеальной. Ее глаза открылись, и Драко снова поцеловал ее, их языки снова соприкоснулись, а его движения стали еще более энергичными. Он чувствовал, как она приближается к кульминации, ее дыхание стало прерывистым, каждый толчок приближал их обоих к грани. Он терял контроль, но еще не был готов к тому, чтобы все закончилось. Он хотел большего. Ему нужно было больше. С рыком Драко отстранился от стены, поднимая Грейнджер вместе с собой. Ее руки крепко обхватили его шею, а ноги по-прежнему обхватили его, когда он оглядел комнату. Тусклый свет освещал небольшое пространство, и его взгляд остановился на ближайшем столе. Идеально. Одним плавным движением он перенес ее и положил на стол, подняв ее ноги на свои плечи. Новый угол заставил ее задохнуться, и, не задумываясь ни секунды, Драко снова вошел в нее – на этот раз глубже и сильнее. Ее тело выгнулось над столом, ее стоны были громкими и безудержными, когда он заполнил ее полностью. Стол скрипел под ними, но Драко едва заметил это. Все, что имело значение, это ощущение ее вокруг него, то, как ее тело прижималось к его. Он чувствовал, как ее стенки сжимаются, как ее тело приближается к кульминации, и знал, что и ему осталось не так много времени. Но когда он снова вошел в нее, глубже и быстрее, в его голове ясно прозвучала одна мысль: эта ночь еще далека от завершения.