Однажды на Келифиджии

Часть VII. Last Quarter Moon — Vertigo in Silver

      

23

             Ветра не было второй день, и зной наваливался всё сильнее. Измождённый послеполуденным сном, ещё не до конца придя в себя, Демьен ополоснулся в душе и спустился вниз. Солнце клонилось к закату… Ещё немного такого расслабленного отдыха на Келифиджии — и он никогда не сможет вернуться в привычный режим. Ибо, чем больше времени они здесь проводили, тем сильнее стирались границы между днями недели и даже часами в сутках. Демьен уже с тревогой размышлял, не решил ли Эверард и правда зависнуть тут на полгода. Да нет, едва ли… Может, мужчина ждал, когда он сам пресытится островом и попросится назад?..       — Куда пойдём сегодня? В кинотеатр или в ресторан? — спросил его Эверард, едва Демьен спустился в холл.       Одетый в стильный деловой костюм, он сидел на диване и с бесстрастным лицом смотрел какой-то боевик на голографическом экране телевизора.       — Или в театр? — улыбнулся Демьен, растягиваясь рядом. — Ты только закончил работать?       — Что-то вроде того, — неопределённо ответил Эверард.       Сквозь открытую входную дверь и приоткрытое в столовой окно лился уже привычный шум океана и свист птиц, незримо проникали тропические ароматы разогретого вечера. Не мешали даже звуки фильма, — не особо громкие, надо признать. Лёжа головой на бедре любовника, Демьен испытывал томление и необычное волнение, так похожее на смутное предчувствие. Казалось, в атмосфере что-то незримо поменялось, хотя он ещё не мог понять, что именно. Может, это косые лучи солнца заливали холл под новым углом? Или дело было в погоде?       — Кажется, будет шторм, — заметил он.       — Синоптики не обещают, — спокойно возразил Эверард, опуская взгляд на его лицо. — Что тебя навело на подобную мысль?       — Ветра почти нет… — пояснил Демьен. — И жара такая сильная в последние дни… Ощущение, словно что-то случится. Помнишь, как тогда в Папеэте?..       — Помню, — Эверард добродушно улыбнулся, перебирая его пряди пальцами. — Как тебе спалось?       — Хорошо, — удивлённо поднял взгляд Демьен.       — Крепко? — со странной усмешкой продолжал любовник.       — Ещё бы… после такого сытного обеда, — пробормотал Демьен, не совсем понимая, с чего вдруг мужчина так переживает о его дневном сне. — Я скоро тут так деградирую…       — Уже появилось желание лететь домой?       — И да, и нет, — после секундного колебания ответил Демьен.       — Значит, ещё почилим тут немного, — на губах мужчины возникла загадочная усмешка.       Демьен заинтригованно изучал его лицо. Но, видя, что любовник вернулся к просмотру боевика, Демьен повернулся на бок и тоже уставился в экран, без особого интереса пытаясь вникнуть в нехитрый сюжет. После дневного сна всё казалось иллюзорным, нереальным. Неспешные движения пальцев в волосах лишь усиливали это ощущение, погружая его в дремотное оцепенение.       — Может, сегодня развлечёмся твоей «пугающей» фантазией? — поглаживая пальцами его подбородок, вдруг предложил Эверард.       Демьен невольно покраснел. Он уже и забыл о своих иррациональных тревогах, которыми так беспечно поделился с любовником во время ночной прогулки под градусом… В эту странную фантазию они так и не сыграли, вопреки обещаниям Эверарда. Любовник ни словом не обмолвился об этом наутро, и Демьен был рад, что тот спустил случившееся на тормозах… Но Эверард никогда ничего не забывал, — Демьен прекрасно знал такую его черту. И вот, на третий день мужчина вновь вернулся к этой теме…       — Я уже не знаю, пугающая она или нет… — пробормотал Демьен, смущённый и оробевший, искоса проверяя реакцию Эверарда.       — Думаю, я смогу сделать её не только пугающей, но и возбуждающей, — на губах мужчины играла многообещающая усмешка. Сердце Демьена замирало в восторге и сладостном волнении. Он знал своего любовника, знал, на какое волшебство тот способен. Так почему сейчас помимо предвкушения в груди вспыхивала необъяснимая тревога?..       — Ты, правда, хочешь в это сыграть? — несмело уточнил Демьен.       — А ты не хочешь? — удивился Эверард, опустив на него взгляд. — Я думал, это твоя любимая эротическая фантазия.       — Ну вот ещё! — Демьен подскочил и игриво пихнул мужчину в грудь, отчего его пиджак разъехался. — Никогда о таком не мечтал! — воскликнул он, уже направляясь на кухню.       Эверард с интересом провожал его взглядом. В глазах светилась хорошо знакомая ласкающая тьма.       — Хочешь мороженого? — спросил Демьен, вернувшись с ведёрком шоколадного на диван. — Решил не переодеваться после работы?       — Я должен быть при параде, принимая гостей.       Демьен остолбенел и изумлённо уставился на любовника, но тут же понял, что тот вернулся к теме «пугающей фантазии».       — Опять ты за своё… — хихикнул он, поедая холодное лакомство десертной ложкой.       Эверард одарил его долгим провокационным взглядом и продолжил смотреть боевик. У Демьена сложилось впечатление, что фильм мужчине не особо интересен.       — Пойдём в спальню? Или в тайную комнату? — спросил Демьен тише, наконец насытившись и передав остатки мороженого Эверарду.       — Где я буду предлагать тебя другому? — усмехнулся тот. — У меня есть идея получше…       Демьен заржал и посмотрел на любовника, поневоле испытывая волнение и интерес. Не торопясь съев две ложки холодного лакомства, Эверард поставил ведёрко на журнальный столик.       — Тебе нужно подготовиться? — спросил он, расслабив узел галстука. Боже, Эверард выглядел таким естественным и небрежно-элегантным в своем строгом чёрном костюме, словно был в нём рождён. Он казался невозмутимым и расслабленным, но в этой магнетической притягательности скрывалась опасность грациозного хищника. Всё те же глубокие чёрные глаза на бледном лице, от взгляда которых у Демьена невольно краснели щёки, всё те же выразительные скулы, всё тот же искушающий рот, способный на столь многое… Странно, что мужчина ничуть не загорел за эти дни. Впрочем, и не обгорел, вопреки своим былым уверениям. Демьен впитывал глазами его впечатляющую стать и власть. Его красоту. Его порочность. Его тайну… Сегодня роковая чувственность Эверарда казалась Демьену особенно дерзкой.       — Мы тут так часто занимаемся сексом, что я всегда готов, — пробормотал он и опустил глаза, не в силах вынести прожигающего его насквозь взгляда любовника.       Эверарда его замечание явно рассмешило. — А в туалет на всякий случай? — спросил он с теплом и весельем. — Может, помочиться, чтобы потом не отвлекаться?       — Ладно…       Было ли дело во внушении или в странной тревоге, но Демьен действительно справил малую нужду. Дожидаясь Эверарда, он тусовался у окна гостиной, выглядывая наружу и пытаясь отыскать в пейзаже признаки грядущего шторма. Пусть у бассейна и на залитой закатными лучами лестнице всё выглядело прежним, Демьена не оставляло ощущение, будто в воздухе что-то необъяснимо поменялось. Причём не столько снаружи, сколько в самом доме…       И вдруг его разобрал смех: как умело Эверард создавал атмосферу! Он ещё ничего особого не сделал, а Демьен уже изводился от мучительного предвкушения и страха. Но бояться было глупо: он прекрасно знал, что на острове, кроме них двоих, нет больше никого.       Эверард спустился вниз и, скинув пиджак на спинку дивана, разложил странную конструкцию, что принёс с собой.       — Что это? — Демьен заинтригованно изучал довольно высокое сооружение из металла и кожи, чем-то напоминающее спортивный тренажёр.       — Станок для фиксации, — пояснил Эверард, подкатывая рукава рубашки. — Хорошенько закреплю тебя в нём, чтобы ты не дёргался, пока я буду предлагать тебя незнакомцу.       Демьен покатился со смеху, сгибаясь пополам.       — Ты всё продумал! — весело заметил он.       Пока Эверард раздвигал перекладины и крепил к ним кожаные ремешки, Демьен наблюдал за работой, присев на спинку дивана с обратной стороны. Конструкция была гораздо выше его ростом и чем-то напоминала две вставленные друг в друга и хорошо сбалансированные металлические рамы с дополнительными ответвлениями и креплениями. От понимания, что совсем скоро он каким-то образом будет болтаться внутри, Демьен испытывал парадоксальное сочетание страха и похоти.       — Думаю, ещё недостаточно стемнело, — закончив со сборкой, заметил Эверард. — Может быть, пока выпьем?       — Я не против, — пожал плечами Демьен. — А чего мы ждём? — спросил он уже на кухне, наблюдая, как Эверард, по-прежнему с закатанными рукавами, ставит бокалы в морозилку охлаждаться, выдавливает сок из лимона, достаёт шейкер.       — Гостей, — как само собой разумеющееся ответил тот, оборачиваясь к нему и многозначительно подмигивая. На его лице блуждала хитрая усмешка.       Демьен весело хмыкнул. Любовник тоже улыбался, засыпая лёд в шейкер, наливая коньяк, Куантро и лимонный сок… На горизонте алый диск солнца уже коснулся безбрежной глади океана. Демьен чувствовал себя загипнотизированным.       Эверард достал из морозилки треугольные бокалы. Прислонившись бедром к столу, Демьен смотрел, как любовник трясёт шейкер, как тонкой тёмной струйкой наливает смесь в охлаждённое стекло.       — Вкусно, — заметил Демьен, сделав глоток. Прохладный напиток растекался по языку апельсиновым флёром, раскрывался обжигающей крепостью, сочился охмеляющим теплом. Демьен пил, заговорщицки глядя на Эверарда, и всё с большим трудом сдерживал необъяснимый смех: такая простая, в общем-то, задумка, вполне привычная для их сексуальной рутины, но как умело Эверард тянул время, заставляя что-то в нём сжиматься в предвкушении, и волноваться, и отчаянно ждать. Сердце колотилось всё быстрее.       — Я сейчас вернусь, — предупредил Демьен, оставляя пустой бокал на столе и вновь направляясь в туалет по малой нужде.       — Может быть, захватишь смазку по пути? — бросил в спину Эверард.       Демьен резко перестроил маршрут и взбежал по лестнице. Он сгонял на второй этаж и посетил туалет мастер-спальни.       Пока он отливал, пока приводил себя в порядок, пока возвращался по коридору, его не покидало странное ощущение, что что-то поменялось. Он даже выглянул в окно кабинета, проверяя не появился ли ветер, не начался ли шторм. Но всё было прежним: стремительно опускался вечер. На небе горели самые яркие звёзды.       Демьен подошёл к книжной полке и прижал ладонь к стеклянной панели, зашёл в секретное помещение и с тайной дрожью захватил бутылку любриканта.       Эверард ждал его, расположившись на диване. Демьен чувствовал себя параноиком, потому что даже в расслабленно-повелительной позе любовника, в его скрещенных ногах, в лежащей на спинке дивана руке, в повороте головы и в направленном в окно задумчивом взгляде улавливал беспокоящие признаки грядущего потрясения и восторга. Настроение Эверарда было необычно отстранённым и задумчивым на фоне последних дней, словно он и правда готовился предложить его другому мужчине. Фиксирующая конструкция уже стояла в центре холла. Демьену вдруг стало смешно.       Не в силах сдержать трепет, он наклонился и обнял любовника из-за спины.       — Я почему-то волнуюсь, — признался он, бросая интимный гель на диван. Сердце колотилось, как безумное.       — Не удивительно… Такой сценарий мы ещё не разыгрывали, — повернув голову и погладив его по щеке, усмехнулся Эверард.       — Угу, — хмыкнул Демьен любовнику в плечо.       — У тебя будут какие-то особые пожелания? — со сдержанной улыбкой спросил Эверард. В его голосе сочилось тепло. Демьен млел от томительного ощущения, что пробуждал в груди этот тембр и близость любимого.       — Я целиком доверяюсь твоей фантазии… — пробормотал он.       — Тогда пойдём, — Эверард поднялся и за руку подвёл его к фиксатору.       Заглянув в лицо, любовник ласково провёл рукой по его плечу, будоражащей змеёй скользнул вниз по спине, нырнул рукой под резинку, походя поглаживая ягодицу и стаскивая бельё. Его губы коснулись шеи, опустились к груди и вдруг засасывающим поцелуем обхватили сосок.       Демьен не сдержал мучительный стон. Минуту назад необъяснимый смех боролся в нём с желанием ещё раз помочиться. Но сейчас налившийся кровью член прижимался к животу, с каждым мгновением становясь всё больше. Демьен млел, и таял, и сгорал от нетерпения скорее начать игру.       — Почему я так волнуюсь? — прошептал он, облизнув губы, когда мужчина установил его в нужном месте и показал, как расположить руки.       — Может быть, этот тот самый утерянный страх? — улыбнулся Эверард, крепя его запястья к перекладине кожаными ремнями.       Демьен с интересом и предвкушением наблюдал за происходящим. Стоял он спиной к лестнице, а лицом — к окну и прекрасно видел опускающуюся на остров ночь. Уже горела голубоватая подсветка бассейна и садовых дорожек, отчего небо казалось ещё более тёмным. Руками он держался за перекладину, хотя, когда любовник зафиксировал его запястья, необходимости в напряжении уже не было.       Подгоняя позу под свою задумку, любовник присел и раздвинул его ноги, отвёл ступни чуть назад, закрепил щиколотки ремнями, пристегнул к нижней раме. Демьен подстроился, распределил вес тела удобнее — и неожиданно для себя оказался в весьма смущающей позе. Вися на вытянутых руках, он стоял с широко раздвинутыми ногами, с изогнутой поясницей и провокационно выпяченной задницей. От возбуждающей откровенности позы член подрагивал, эрекция становилась мучительной.       Эверард ласково погладил его бёдра с внутренней стороны, отчего в теле пробудилась дрожь, сладкая истома прошлась вдоль позвоночника. Осмотрев его, словно любуясь, мужчина направился к дивану за любрикантом.       Провожая элегантную фигуру взглядом, Демьен облизнул сохнущие от волнения губы. Ему было интересно, как Эверард отыграет «гостя». Изменится ли что-то в его манере? Будет ли он сдержанным или страстным? Решит ли действовать нежно или отпустит все тормоза? Может, он позволит себе нечто большее?.. От всех этих мыслей в груди Демьена разворачивалось предвкушение; томительное возбуждение держало за горло.       Эверард щедро использовал смазку, и Демьен в волнении кусал губы. Он чувствовал, как любовник проводит ладонью между его ягодицами, как потирает пульсирующую дырочку снаружи, как аккуратно проникает внутрь, искусно массируя вход, вынимая и вновь вводя фаланги. Подготовка была обстоятельной и довольно долгой: когда пальцы ласково будоражили простату, Демьен чувствовал себя на грани.       — Зачем так тщательно? — выдохнул он со стоном, когда от очередного нажатия на переднюю стенку член дёрнулся, испуская обильную влагу.       — Не могу же я предложить тебя другому человеку, не подготовив, — усмехнулся Эверард.       — И кто это будет? — решил подыграть Демьен.       — А какого незнакомца ты бы хотел видеть на этом месте… — Эверард расширил отверстие пальцами и влил внутрь интимный гель. Из-за особенности позы часть смазки потекла вниз по бёдрам, но часть задержалась. Демьен это чувствовал.       — Никакого, — честно признался он.       — Так мы что… зря антураж создавали? — улыбнулся Эверард, обнимая его и заглядывая в лицо. — Ладно, пойдём фильм досматривать, — поцеловав его в губы, мужчина бросил бутылочку на диван. Он потянулся к его запястьям, уже собираясь расстегнуть ремни.       — Нет! — заволновался Демьен. — В фантазиях всё по-другому… Если это будешь ты, я согласен! Как тогда, помнишь? Когда я играл Криса…       — Если это буду я, какой же это «чужой человек»? — глядя с нежностью и затаённой иронией, Эверард скользнул по его рту языком и засосал губы поцелуем.       Демьен издал стон, дрожа и не находя, что ответить.       — Лучше я действительно приглашу третьего, — загадочно усмехнулся Эверард. — Но не волнуйся: ты не будешь его видеть… Дам тебе редкий шанс: переспать с другим мужчиной без чувства вины. Поэтому просто наслаждайся ситуацией.       Неожиданно для Демьена, Эверард зафиксировал его голову дополнительными ремнями. Крепление легло поперёк лба, удерживая его довольно мягко, но прочно: Демьен действительно мог смотреть теперь только прямо. Видимо, испуг промелькнул в его глазах, потому что Эверард улыбнулся и сказал:       — Это чтобы ты смотрел только на меня…       Оценивая свою работу, мужчина отступил от него на метр и скрестил руки на груди. В его тёмных глазах вдруг промелькнуло уже знакомое Демьену сочетание сложных чувств, как если бы Эверарду было приятно и вместе с тем больно, как если бы он страдал и наслаждался одновременно. От этой хорошо различимой на фоне прочих эмоций подавляемой ревности, сердце Демьена пустилось в хаотичный галоп. Он вспомнил, как хорошо Эверард исполнял свою роль, когда они играли в «мальчика по вызову», — настолько хорошо, что Демьен сам поверил. Сейчас игра любовника была ещё лучше. От его полного любви и затаённой муки взгляда, у Демьена всё болело в груди, но член, подрагивая, прижимался к животу и хорошо растянутый влажный анус конвульсивно сжимался, пульсируя.       — Что ж… Приступим к исполнению твоей страшной фантазии, — подмигнул ему Эверард.       Он направил взгляд мимо его плеча, в сторону лестницы, и кивнул; губы мужчины невольно исказила лукавая усмешка. Демьен хмыкнул и сглотнул. Неплохо… Эверард действительно был потрясающим актёром и умел создавать нужное настроение. Сердце Демьена колотилось, шумное дыхание срывалось с губ, грудь толчками расширялась от волнения. Он не мог отвести глаз от лица любовника, очарованный его игрой.       Эверард, в свою очередь, смотрел ему за спину, и взгляд его был таким, словно там и правда кто-то находился.       — Так что?.. Ты согласен? — уточнил он.       В тёмных глазах промелькнула опасность, и Демьен почти уверился, что если сейчас скажет «да», впереди его ждёт возможная вспышка ревности Эверарда и уж наверняка наказание. Но разве они не хотели украсить свою историю новым опытом? В конце концов, на острове никого не было и быть не могло. Так почему бы не подыграть?..       — Да… — прошептал Демьен. Голос казался слабым от волнения.       Он смотрел на любовника с тайной мольбой, уверенный, что сейчас Эверард отшлёпает его, жёстко трахнет или провернёт ещё какой-то трюк в этом духе. Но тот кивнул, глядя ему за спину, и неожиданно для себя Демьен ощутил хватку тёплых ладоней на бёдрах.       Это было до того неожиданно, что глаза поползли на лоб. Галлюцинация? Или гипноз?       Демьен в шоке следил за руками любовника, уверенный, что тот как-то изловчился взять его за задницу, оставаясь на месте. Но нет, это было просто невозможно: Эверард стоял, скрестив руки на груди, и в наблюдающих за ним глазах мерцала сложная гамма эмоций: любовь, возбуждение, ревность и даже странное страдание.       Сердце колотилось как безумное. Демьен не мог поверить в происходящее. На острове просто не могло быть другого человека! Голова кружилась так, что казалось: ещё немного — и он потеряет сознание.       По-прежнему отказываясь верить в происходящее, находясь на грани истерики, Демьен почувствовал, как кто-то скользнул пальцами в его растянутом отверстии и, убедившись, что он готов, приставил упругую головку.       Демьен пытался скосить глаза, понять, кто находится сзади, но голова была надёжно зафиксирована.       — Ш-ш-ш… Всё хорошо, — прошептал Эверард, проводя пальцами по его губам, приникая долгим поцелуем. Демьена обдало жаром. Слишком потрясённый, чтобы возражать, он чувствовал, как незнакомец сладко продвигается, погружаясь всё глубже. Это настолько шокировало и было до того приятно, что осознание реальности обожгло Демьена болью. Нет! Почему этот чужой член отзывался в животе таким удовольствием? Почему?! От пугающей достоверности происходящего он зашёлся всхлипами, и слёзы градом покатились из глаз.       Как Эверард мог?! Как он мог так серьёзно отнестись к его глупой фантазии?! Кого он позвал? Кому позволил его трахнуть? Это какой-то местный полинезиец? Или матрос с яхты Эверарда? Так легко отдал его какому-то чужому мужику…       Хотелось задействовать стоп-слово, но то, что было удобно с завязанным ртом, стало препятствием с зафиксированной головой.       — Нет!!! Эверард, я не хочу!!! — закричал Демьен, срываясь на рыдания, пока вместе с чужим членом наслаждение спазмами пронзало его нутро. — Пожалуйста!.. Только не это! Прости меня!..       — Боже!.. — послышался полный эмоций знакомый голос, и чьи-то руки мягко обвили его из-за спины. — Прости нас…       — Ну тише-тише, — уже шептал рядом Эверард, успокаивающе целуя его, спешно снимая фиксацию с рук и головы. — Прости… Похоже, мы немного увлеклись с достоверностью.       Фиксатор был сдёрнут, руки развязаны, и Демьен испуганно обернулся, глядя на человека за спиной и ещё минуту не в силах поверить своим глазам. Чёрт возьми, это был Франц! Франц, с его текучими волосами и мягкой харизмой. Франц, в таком же торжественном чёрном костюме, как у Эверарда. Но ка-а-ак?!       Молодой человек мягко смеялся, целуя его в щёку и шею, поглаживая по животу и бокам.       — Не думал, что ты так бурно среагируешь, — интимно прошептал он у самого уха, рассылая мурашки по всему телу. — Это я…       Его член по-прежнему находился внутри, всё такой же напряжённый и в полной боевой готовности. Демьен коротко застонал, когда нутро сократилось в сладком спазме и мышцы ануса туже обвились вокруг ствола. С губ Франца сорвался чувственный стон. Демьен зажмурился, со стыдом чувствуя, как с собственного члена на пол сочится влага возбуждения.       Как поменялись ощущения, как бешено колотилось сердце!       — Как ты здесь оказался?!.. — только и сумел выдавить Демьен. И осторожно перевёл взгляд на любовника, проверяя реакцию. От понимания, что тут происходит, щёки залились пунцовой краской.       Эверард усмехнулся, видя его полный возбуждения и вины взгляд.       — Так что, теперь ты не против?.. — озорно шепнул Франц и, прикусив его мочку уха, весело глянул на отца. Демьен чувствовал, как он возобновляет фрикции, прижимается к нему теснее, теперь находясь куда ближе, вторя своим телом и заставляя изгибаться, словно в танце.       — Подожди!.. — в шоке выдохнул Демьен, хватаясь за находящиеся на бёдрах руки, кидая испуганный взгляд на любовника. Вот так?! На глазах Эверарда?!       О, его глаза… Демьен захлёбывался возбуждением и восторгом от одного лишь его взгляда. Оказывается, тьма и желание, что ещё недавно он видел в глазах Эверарда, — ничто по сравнению с этим пожаром, с этой бездной.       Любовник обхватил его губы долгим страстным поцелуем, жадно глотая его всхлипы и полные наслаждения стоны. За спиной стонал Франц. Отворяющее грудь сумасшествие владело Демьеном. Происходящее по-прежнему не умещалось в голове. Он пока не мог поверить… В животе было слишком сладко: от исполненного интимной нежности лица любовника, от его скул и напряжения в бровях, от его полных обожания глаз, от целующих губ, от ласкающих рук Франца, от движений его тела, от пронзающей плоти.       Сгорая от стыда и наслаждения, Демьен застонал любовнику в рот и дрожащими пальцами нащупал его застёжки.       Это сон! Нет, он по-прежнему спит… Лёг спать после обеда — и видит чудесный сон. Потому что сон этот в точности вторил его давним фантазиям. Вот только в мечтах все они вели себя куда непристойнее и не были так тщательно одеты.       Демьен изнемогал, зажатый между телами двух обожаемых им людей. Из-за широко раздвинутых и по-прежнему зафиксированных ног он уменьшился в росте и не мог подняться на носках, когда Франц подтягивал его к себе за бёдра и, чуть согнув ноги в коленях, ритмично будоражил его изнутри. Вспышки наслаждения пронзали низ живота, простреливали вверх по спине, встречаясь с жарким блаженством, что расползалось от губ Эверарда. Его язык ласкал дёсны и нёбо, пока безжалостные пальцы теребили соски, поглаживали наполненный наслаждением живот, обхватывали обильно сочащийся член.       Изнемогая, Демьен спешно расправлялся с пуговицами Эверарда. Мужчина вдруг усмехнулся и, не разрывая поцелуя, расстегнул ширинку, достал член. Балансируя на грани, Демьен видел, а скорее чувствовал, как встречаются поверх его плеча взгляды так похожих друг на друга отца и сына.       Как жарко ему было между их телами! Жарко во всех смыслах, пусть солнце давно зашло, а просторную гостиную освещали только ночники… Он горел, он полыхал. Низ живота был переполнен жгучей сладостью. Член пульсировал в ладони Эверарда, прижатый к его мощному стволу. Франц за спиной постанывал, прожигая томительным удовольствием, натягивая его на себя и погружаясь по самый корень.       Левой рукой Эверард вдруг обнял Франца за талию, прижал его теснее к Демьену, и сам прижался спереди, вжимая их ещё теснее друг в друга, покрывая лицо Демьена поцелуями и вдруг целуя Франца поверх его плеча. Молодой человек замер и протяжно застонал. Заходясь наслаждением, Демьен особенно ярко почувствовал, как пульсирует в анусе его член.       Долгий стон, словно апофеоз наслаждения, сорвался и с собственных губ. Всё внутри скрутилось в жёстком спазме. Запрокинув голову Францу на плечо, Демьен дрожал и содрогался, зажатый между двумя любовниками. Член пульсировал, изливался рядом с возбуждённой плотью Эверарда.       Несколько мощных волн обрушились на Демьена одновременно сверху и снизу, сотрясли до основ сущего, расползлись по коже будоражащим мерцанием. Чувствуя себя невесомым, он вдруг испытал пугающее ощущение выхода из тела и потерял сознание.