Психопатки и мечтатели

             Быть чудовищной королевой вампиров, сеять вокруг тьму и хаос бывает порой презабавно. Разбегающиеся в ужасе человечки, фонтаны крови, свободный полёт…       Но всё это может легко кончиться. Для этого даже не обязательно солнце. И уж тем более речь не про жалкие попытки сопротивления победить вампиров из чесночных пушек. Бонни была лучшей из них, но даже она не справилась. Нет, дело в ином.       Люди заканчиваются. Здесь, в мире, которым правит Марселин Звезда Абадир, охотиться становится всё труднее. Даже если она вмиг истребит всех прочих вампиров (пожалуй, ей это под силу) и останется одна, люди как вид всё равно могут вымереть.       Её давно гложила эта тревога, но так, подспудно. Звезда закрывала на неё глаза и продолжала жить и развлекаться, как прежде. Но теперь, когда сладкий пленник сказал об иных мирах, её охватили любопытство и ажиотаж.       Гэри лежал без чувств подле решётки своей камеры. Из его порезов продолжала сочиться кровь, соблазнительно блестя на бледном теле. Звезда подобрала пальцем несколько капель и слизнула. Надо заканчивать на сегодня, но до чего же он вкусный! Хочется ещё и ещё!       Так же хороша была лишь Бонни… Как её забыть? О, их поединки, полные дикой страсти... Давным-давно, в первую из встреч, Звезда оставила Бонни без глаза. С тех пор та носила повязку, но огня, ярости и жизни в оставшемся глазе прибавилось вдвое. Её взгляд был подобен лазеру, и иногда Звезде казалось, что он жжёт почти как солнце. Это невероятно её будоражило. Встречи с Бонни были единственной настоящей опасностью. Это щекотало нервы и впервые за столетия позволяло почувствовать себя живой. Но в конце концов Звезда победила, выпила Бонни до дна — и всё кончилось. Сколько прошло с тех пор? Месяцы или годы? Она не привыкла считать время, но оно тянулось в мучительном унынии. Поэтому, когда появился Гэри, он стал для Звезды своего рода надеждой.       Вот только, кроме цвета волос, неуловимого сходства в чертах лица и, конечно, потрясающего вкуса, они ведь были совершенно разными. Кроткий, наивный мальчик и беспощадная, дерзкая предводительница повстанцев. Казалось бы, ничего общего. Разве что порой во взгляде Гэри мелькал схожий огонь. Вот сегодня, скажем, во время их утех в музыкальной комнате… И позже, когда он упрашивал выслушать — в глазах горела какая-то пламенная, глубинная уверенность в собственной правоте. Да, пожалуй, это то, что их объединяло. Но какой же он хрупкий!       Нельзя сказать, что Звезда насытилась. Пожалуй, даже сожрав десяток таких Гэри, она не потеряла бы аппетита. Сытость и вампиризм — понятия вообще несовместимые. Однако самое острое вожделение она удовлетворила и могла теперь дать мальчику время восстановиться. Она достала небольшой флакон с эликсиром и капнула на раны, ускоряя заживление. Новая кровь перестала течь.       Пора возвращаться в замок, но слова Гэри не выходили из головы. Иной мир, полный сладкой крови и без солнца…       Звезда провела пальцами по огромному рубину, украшавшему её ожерелье. Символ власти, волшебный камень, наделяющий особой силой. С помощью него она действительно могла открыть портал в другой мир. Всё, что требовалось для этого, — любой предмет родом из мира, куда она намерена отправиться.       Она осмотрелась камере Гэри и обратила внимание на лоскуты его одежды. Но вся она была местной. Большую часть Звезда сама велела выдать ему. Её взгляд продолжил блуждать и остановился на неприметном медальоне, висящем на груди Гэри. Небольшой треугольник со скруглёнными уголками. Красный, с изображением летучей мыши.       Звезда ухмыльнулась. Можно было подумать, что она и её царствование являются для Гэри религией. Это пришлось ей по вкусу. Может быть, в будущем, когда она захватит тот сладкий мир и будет править над его жителями, она обяжет всех носить такие жетончики. А нарушителей будет жестоко карать за то, что в них недостаточно почтения к её королевскому величеству.       Звезда зависла над юношей и взяла в пальцы его медальон. Он был тёплым на ощупь: хранил жар живого тела. Звезда закусила губу. При взгляде на полуобнажённое тело пленника, исчерченное шрамами и порезами, на его выступающий кадык и рёбра, ей захотелось пригреться на груди, коснуться его и чтобы он касался в ответ. В этом влечении не было ни жажды крови, ни жажды боя. Вместо них Звезда ощутила странную уязвимость, и это ей совсем не понравилось.       Нахмурившись, она сдёрнула медальон с шеи Гэри. В тот же миг его глаза приоткрылись. Он слабо выдохнул и потянулся рукой вслед за медальоном. Во взгляде возникла смесь мольбы и протеста. Не издав ни звука, одними губами он прошептал: «Отдай!»       Она взлетела чуть выше — на дразнящую высоту, так что Гэри почти дотягивался, но достать не мог.       — Так это не безделушка? — рассмеялась она. — Нечто ценное? Рассказывай!       Он приподнялся на локтях, чтобы сесть.       — Это подарок… Пожалуйста!.. Это всё, что у меня осталось.       — О-о, — протянула она с издевательским умилением. — Так это напоминание о твоём мире?       — Да.       Он снова потянулся рукой к медальону, но Звезда взлетела ещё выше и ухмыльнулась.       — Отлично! То, что нужно для портала!       В мгновение ока она обернулась летучей мышкой и выпорхнула сквозь решётку. Отчаянный крик «Нет!» раздался ей вслед, но она уже взвилась к тёмным небесам.       Придворные вампиры встретили её в замке подобострастными восхвалениями и поклонами. Звезда с пренебрежением пролетела мимо них и устремилась в кристальную башню, где было всё необходимое для мистических ритуалов и экспериментов. Чтобы открыть портал, потребуется время...       Когда всё было готово, она возложила на алтарь треугольный медальон, отнятый у пленника, и произнесла заклинание. Вспыхнули пять самоцветов по периметру круглой рамки портала, красный рубин на её ожерелье выстрелил в них лучами, и внутри круга спиралью закрутился астральный проход.       — Эй, вы трое! — Звезда взмахом подозвала вампиров, жавшихся к стенке. — Отправляйтесь на разведку! Доложите мне, что там и как.       Проход в неизвестность страшил их, но куда меньше, чем гнев госпожи. Поэтому, не раздумывая, один за другим они нырнули в спираль портала.       Вернулся лишь один. Он вывалился из портала, вопя от боли, весь покрытый пузырящимися ожогами. Его бледная плоть дымилась и шла уродливыми волдырями. Звезда поморщилась, вспомнив, как больно попадать под солнечные лучи.       — Докладывай, — велела она.       — Солнце! Солнце! — всхлипывая, повторял вампир, упав перед ней на колени. — Нам негде было укрыться, Ваше Величество! Сайтур и Конви сгорели дотла. Лишь я успел прыгнуть обратно в портал.       — Он солгал!.. — прошептала Звезда в тихой ярости. А затем приказала во всеуслышание: — Доставьте мне пленника!       Через считанные минуты мальчик был здесь. Вампиры целой сворой притащили его по воздуху и поставили на колени на каменный пол. Его розовые волосы, заметно поблёкшие с их первой встречи, оказались единственным ярким пятном в мрачном холле замка. Он по-прежнему был с голым торсом и дрожал то ли от холода, то ли от страха. При этом его взгляд алчно метался по всему залу, словно он ещё не оставил надежды на побег. Ужас мешался в нём с каким-то неуместным ликованием. Неужели он настолько рад покинуть темницу, что не понимает, чем ему это светит? Глупец.       Вампиры то и дело бросали на него голодные взгляды и облизывались. Их жажда крови пульсировала в воздухе почти физическими вибрациями. Но укусить мальчика или присосаться к его подживающим порезам никто не смел. Все знали, что он принадлежит лишь Звезде и что кара за посягательство будет поистине чудовищной.       — Ты обманул меня, — тихо, почти ласково сказала Звезда. — Хотел поймать в ловушку и погубить.       Он уставился на неё изумлённо.       — Что? Нет, я…       — Двое моих подручных сгорели заживо! Я выслушала тебя и открыла путь в тот мир, который ты так расхваливал. Но твой кулон привёл нас вовсе не к сладкой крови, а к палящему солнцу!       — Мой кулон?!       Его лицо исказилось гневом, который этот милый мальчик, казалось бы, не способен был испытывать.       — Будет справедливо, если теперь ты испытаешь такую же боль, какую хотел причинить мне!       Она жестом приказала вампиру-палачу применить электро-жезл. С тихим потрескиванием верзила вынул его из чехла и подлетел к Гэри. На конце жезла голубыми искрами бегало электричество.       — Стой! — выкрикнул Гэри. — Это не было ловушкой! Ты отняла медиатор, хотя я просил этого не делать! Ты отправилась не в тот мир! И теперь меня обвиняешь в собственной ошибке?!       Она впервые видела, чтобы он злился. Его голос звучал ниже, чем обычно, ноздри были расширены, брови сведены. Искренне, до ярости возмущённый, он выглядел мужчиной, а не ребёнком.       — Ты!.. — начал он, но удар электрической дубинки в грудь заставил его изогнуться, и от слов остался лишь крик.                     Боль прошибала тело Гэри жгучими разрядами, мышцы сокращались сами собой, неподконтрольные его воле. Он стиснул зубы, пытаясь больше не кричать, но хриплый стон сдержать не мог — он вырывался с каждым электрическим ударом.       Вдруг всё прекратилось. Он повис в холодной хватке вампиров. Запоздало понял, что это Звезда приказала остановить наказание.       Внутри его груди болезненно сжался комок чувств: от ненависти до обожания. Хотелось жарко благодарить её, хотя умом Гэри понимал, что не за что. Она единственная виновата в его мучениях.       — Говори, — приказала Звезда. Голос гулко отразился от высоких сводов замка. Здесь, среди стрельчатых арок и готических канделябров, Звезда смотрелась как никогда уместно. Королева вампиров как она есть.       — Что говорить?..       — Кулон вёл не в твой мир? Или ты родом не из царства сахарной крови?       Гэри на секунду закрыл глаза. Как же хотелось послать её к чёрту!.. Но он был не в том положении, чтобы спорить.       — Я из обычного мира, — сказал он и подумал, что она, должно быть, считает свой мир обычным. — Там день и ночь чередуются. По двенадцать часов или около того. Я думал, что везде так… Но в моём мире нет сахарной крови. Там… там вообще ничего интересного. Я говорил тебе о другом мире, где зефирные жабы и куда похитили моего друга. Я… надеялся, что… неважно.       Он замолчал, глядя в пол. В самом деле, как глупо было думать, что она поможет. С чего бы? Пора очнуться от иллюзий: она вовсе не Маршалл и ничем на него не похожа. Она чудовище, и искать встречи с ней с самого начала было самоубийством. Череда вспышек-образов пронзили память Гэри: вот его пекарня, кофе-машина, Маршалл с вальяжным видом ждёт у прилавка. Вот весенний парк с прудом и утками, вот автобусная остановка, под которой можно спрятаться от дождя… Вся эта обыденность казалась теперь таким недостижимым счастьем, что Гэри едва сдержал нахлынувшие слёзы.       — Что у тебя есть из сладкого мира? — вопрос Звезды клином ворвался в его мысли.       «Ничего», — уже готов был ответить он, но вдруг вспомнил про сахарную звёздочку. Его обдало жаром. Неужели это правда шанс найти Маршалла? Но радость тут же сменилась страхом. Стоит ли пускать Звезду туда? Что если она навредит Маршаллу?       Его молчание затягивалось.       Звезда подала жест вампиру с электро-дубиной, и тот вновь занёс её над Гэри.       — Стой! Я… У меня есть вещь, но… Сейчас там день. Тебе нужно подождать, понимаешь? Солнце сядет, и тогда ты сможешь войти.       Его сердце лихорадочно колотилось. Звезда, кажется, поверила, но сам он не знал, сказал ли правду. Он исходил из мысли, что день и ночь в Сладком мире устроены по-обыкновенному и что время там совпадает с его родным миром.       Ладно, он нашёл способ отсрочить решение, но что дальше?       — Дай мне вещь! — потребовала Звезда.       По её приказу вампиры отпустили Гэри, и он смог подняться на ноги. Он выдохнул, собрался с храбростью и ответил:       — Сначала ты дай мне обещание. Поклянись, что ни ты, ни твои вампиры не навредят моему другу.       Звезда скептично приподняла бровь и ухмыльнулась.       — Ты нарочно меня искушаешь? Думаешь, вампиры не могут лгать?       Гэри нашёл в кармане звёздочку и сжал.       — Тогда мне остаётся только уничтожить эту вещь, — выдохнул он.       Немного давления, и прессованный сахар раскрошится в его пальцах. Но прежде чем он решился уничтожить свою последнюю надежду, новый удар электричеством пришёлся ему в загривок, и пальцы разжались сами собой. Пока Гэри корчился, его карманы обыскали и драгоценную звёздочку преподнесли Звезде.       Боль отпустила. Но только физическая. Снизу вверх глядя на вампиршу, Гэри встретился с ней взглядом.       — Я не сделал тебе ничего плохого, — прошептал он. — Я сам искал встречи с тобой, помнишь? Я отдал тебе свою кровь. Так отплати мне малым!..       Алые глаза Звезды немного смягчились. Она спустилась по воздуху к Гэри и коснулась его щеки холодной ладонью.       — Мы отправляемся завтра, — сказала она. — Ты полетишь со мной. Если ты обманул, я покажу тебе ад. Но если сказал правду, я помогу найти твоего друга.