Время и место

14 часов до… Хаск справился. Он защитил Хазбин. Никто не погиб. Кто бы мог подумать, что магия, схожая с примитивными фокусами, поможет? Кот наложил несколько иллюзий, провел всех с помощью обычной колоды карт. И вуаля. Все нападающие в панике разбежались, увидев перед собой не обычные карты, а армию ангелов с золотыми копьями. Цепь на его шее исчезла, знаменуя возвращение души к владельцу. Вот только… Он этим обманом подтвердил слова Вокса. Отель работает с Раем. Ну какой же идиот. Теле-Демон громко засмеялся. Идеально. Слишком идеально. Немного монтажа и все увидят, как толпа экзорцистов защищает эту дыру. Мужчина повернулся к двум свидетелям своего триумфа. Губы расплылись в оскале, а в одном глазу появились черные круги от переизбытка эмоций. — Ты же видел это, Ал? Видел этих крылатых? — Видел. А еще я четко видел, что все это иллюзия, — пожал плечами демон, — Но, должен признать – качественная иллюзия. — Не ебет, — Вокс подошел к напряженному мужчине и схватил его за подбородок, поднимая голову на себя. Уши пленника опустились, демонстрируя неприязнь, — Ангелы на стороне Принцессы. Мечта этой выскочки никогда не исполнится. Отель окончательно и бесповоротно перестанет работать. Тебе стоило просто принять мое предложение. — Что ж, — отвел взгляд Аластор, — Раз я тут больше не нужен… Мне и моему излюбленному тобой обществу не грозит больше опасность. Я могу идти? Это было замечательное шоу, но в гостях хорошо, а дома лучше. Спасибо, что доказал свою глупость, — голова отвернулась, освобождаясь от хватки, а зрачки сузились, — Ведь ты бросил вызов не только Ее Высочеству, но и Королю Ада. Хотелось бы конечно лично стать свидетелем твоей смерти, но… Так уж и быть. Обойдусь приятной весточкой, которая прогремит на всю Пентаграмму. Великого Теле-Демона погубила его самоуверенность. Какие рейтинги. Какие заголовки. — Сколько раз я уже бросал вызов вашей свалке? Где Король? — неоновый коготь провел по смуглой шеи, подхватывая галстук бабочку и развязывая ее, — Ему все равно. На Ад, на собственную дочь, на тебя. Ленточка повисла на груди, а палец продолжил путь, переходя к пуговицам. Дыхание Радио-Демона стало тяжелым, брови нахмурились, а зрачки напоминают звериные. Как же это все ему противно. — Оставь нас, Вал, — произнес Вокс, не отрывая внимание от мужчины перед ним. — Касаться запретил, дай хотя бы… — Не сегодня, — рыкнул демон, злобно сверкнув глазами в сторону приятеля. Мотылек разочарованно цокнул и вышел из кабинета, оставляя после себя розовый шлейф. Завтра. Завтра он обязательно напомнит этому придурку о его обещании. Теле-Демон проводил его взглядом. Дверь громко хлопнула, а пиксельные глаза демонстративно закатились. Как всегда. Под рукой ощутилось шевеление, возвращая к себе все мысли. Аластор. Рогатое воплощение гордости сейчас с ним, явно морально готовое к благоприятному для Вокса развитию событий. «Моя цель – сломать и собрать заново, но по своему. Я хочу, чтобы он видел только меня. Смотрел только на меня. Хочу стать его спасательным кругом. Для этого нужен злодей от которого я, как истинный ангел, его смогу спасти.» А если он первым сломает и соберет заново? Если Аластор будет видеть только его? Если не Король, а Вокс станет спасательным кругом? Что тогда? А возможно ли сломить этого мужчину? Люцифер намеренно поставил перед ним невыполнимую задачу. Сам не справился и переложил ответственность на другого, зная, что бедолага из кожи вон вылезет, лишь бы сделка закрылась. И его выбор пал на Вокса. А почему нет? Они ведь питают одинаковые чувства к Радио-Демону. Двух зайцев одним ударом. Только коротышка просчитался. Он не просто очередной одержимый этим существом. Он одержим его личностью. Сыграть роль злодея? Пожалуйста. Но сломить Аластора не под силу кому-либо в этом мире. Последняя пуговица и под пальцами уже не ткань, а вожделенное тепло. Глаза опустились на чужие руки, которые лежали на кожаном диване, разрывая его поверхность. Эти острые когти должны оставлять царапины не на мебели, а на его спине. Тонкое запястье было перехвачено, прерывая акт вандализма. Он все также не смотрит. Рубиновые глаза скрыты под длинной челкой, а голова отвернута. Но для того, чтобы понять эмоции этого существа, не обязательно их видеть. Лучше не смотреть. В этом омуте можно утонуть. Вот язык тела не врет. И по сморщенному носу и прикушенной губе, можно сделать вывод. Аластору сейчас очень погано. Быть злодеем. Быть… Вокс отдаляется, отвернувшись. Кулаки сжимаются, а экраны мерцают. «Скажи, Винсент, тебе нужен только секс со мной или все таки я?» — Мне нужен ты, — слова были слишком тихими, но слишком значимыми. Значимыми только для одного, ведь у второго пребывающего сердце отсутствует. А если и есть, то места для чувств своего «друга» в нем никогда не найдется. Семьдесят с лишним лет попыток туда забраться проваливались с громкими хлопками. Настолько громкими, что порой оглушали весь Ад. Ушко заинтересовано дернулось, а глаза наконец посмотрели на человека перед ним. Вокс, как и Аластор, устал. Устал от этой вечности. Устал от своих чувств. Невольно нахлынули воспоминания о том наивном пареньке, одиноко сидящим в баре и чертящим каракули. Их взгляды встретились. Первый раз в жизни и после нее Теле-Демону так тяжело добиться своей цели. Он всегда спокойно шел по головам, оставляя после себя лужи крови, без капли сожаления лишал жизни мешающих на его пути людишек. Но кого нужно убрать с этого пути? Кто мешает ему получить сейчас желаемое? Только он сам и собственная слащавость. Вот же он. Бери не хочу. Провода окутали хрупкое тело, сдавливая в тисках, но на лице не мелькнуло и капли страха, только привычная самоуверенность. Чтобы сломить, необходимо нечто большее, чем эти жалкие поползновения. Нечто, что способно разбить это каменное сердце. Нечто близкое. Нечто родное. Отель? Это точно не работает, несмотря на то, что Аластор попал сюда, пытаясь его защитить. А из-за отеля ли? Нет. Ему нет дела до этой дыры. Близкое. Голова наклонилась вбок, заинтересовано разглядывая связанного мужчину. Он здесь по другой причине. Осознание ударило ледяной волной. Словно наяву он видит, как любимые руки приобнимают маленькие плечи, как он протягивает их для помощи девушке. Принцесса. Он защищает эту выскочку. Этот черствый кусок дерьма не такой уж и черствый. Эмоции нахлынули ручьем и смех вырвался наружу. Он все это время бил не по той цели. Близко, но не туда. Кровавые глаза прищурились, пытаясь разобраться в причине такой радости, но ответом его не удосужили, растворяясь в электрическом разряде. — Псих, — заключил Аластор и попытался пошевелиться, но провода слишком крепко давили, не позволяя сделать лишних движений. Лучше бы этот ящик с проводами закончил начатое. Хуже всего, когда оттягивают неизбежное. Ведь он был готов. Он бы смог перетерпеть секс. Ему не привыкать. Последнее время надругательство над его телом превратились в обыденность. Как бы не хотелось это признавать, но он смирился. Смирился со своим положением. Только вот принять предложение Вокса и перевести это на постоянную основу – не самое разумное решение. Он прекрасно помнит слова Вельвет. Сколько жизней погубил своей одержимостью Теле-Демон? Он далеко не нежный любовник. Пережить бы с ним одну ночь и уйти в более менее нормальном состоянии. Психика Хьюго до сих пор восстанавливается после его пребывания в компании с Воксом. «Выпусти меня!» Мужчина вздрогнул от громкого голоса. Освещение замигало, а после все погрузилось во тьму. Зрачки в панике забегали по комнате, натыкаясь на громадный силуэт с белыми, напоминающими фары автомобиля, глазами. Кадык дернулся, а во взгляде мелькнул испуг. Только не он. Только не сейчас. — Словно дикий зверь на цепи, — тень прошлого подошла ближе, наклоняясь. Огромная рука подняла голову за красные волосы, — Как же я тебя понимаю. Связанный по рукам и ногам, неспособный повлиять на свою жизнь. Я был в такой же ситуации. Целую вечность сидел в кандалах совершенно один. Сейчас еще хуже. Я заточен в камне. Выпусти меня! — Я не могу тебя выпустить. Я ничего не могу, — прорычал мужчина, сверкая яростным взглядом. Ба’улу недовольно опустил его обратно на диван. — Не можешь. Пока что. Как только в твои руки попадет тот артефакт, то все изменится. А он неизбежно попадет. И тогда я стану свободным. Знаешь, что я сделаю в первую очередь? — темная ладонь легла на глаза, перекрывая обзор, — Вырву твои очи, чтобы не смели больше смотреть на меня свысока. Затем, — пальцы переместились на кадык, — Разорву твои голосовые связки, чтобы ты не смог приказывать. Мы же не хотим повторения истории? — когти впились в кожу, — И когда ты будешь хвататься за последние крупицы своей жалкой жизни, я вопьюсь в эту аппетитную шею, поглощая твою душу вместе с силой. Я буду делать это медленно, прерываясь на комментарии о том, какой ты восхитительный на вкус, чтобы последнее, что ты запомнил – ты мой ужин, моя добыча. Ты будешь мысленно молить, чтобы я поскорее закончил. Но до этого момента я изведу тебя морально. Я каждую секунду буду шептать тебе на ухо одно и тоже, пока ты окончательно и бесповоротно не сойдешь с ума, — рука наконец сменила свое положение, ложась на быстро поднимающуюся грудь и чувствуя бешеное сердцебиение внутри. Лоа облизнулся и наклонился к уху, — Пташка. Свет вновь загорелся, а дух растворился, словно его и не было. Конечности отказывались двигаться, а сердце все еще отбивало чечетку. Аластор встряхнул головой, растрепав волосы. Нужна кровь Серафима. Много крови, чтобы забыть произошедшее только что. 13 часов до… — Михаил какое-то время не будет мешать, — Люцифер возник перед Теле-Демоном. Они встретились в старом тихом баре на окраине Пентаграммы, — Странно. Я думал, ты будешь сегодня развлекаться. — Ты поручил мне не самое легкое дельце. Напал я на твой отельчик. Получил годные кадры сражения. Забрал Аластора. Что толку? — пожал плечами демон, поднимая бокал с виски, — Насрать ему на репутацию Хазбина, насрать ему на это место. На себя. На все. Кроме.. — Кроме? — Падший заинтересованно наклонил голову, пытаясь понять к чему ведет этот тип. — Кроме Принцессы. Если ее не станет… Договорить ему не дали. Бокал был выбит из руки и отправлен в стену, разбиваясь. Бармен злобно посмотрел на двоих разбушевавшихся мужчин, но мигом успокоился, понимая, что его прикончат, стоит только открыть рот в их сторону. — Ты же понимаешь, кому говоришь подобное? — золотые глаза сменили цвет на красный. — Так убей меня за эти слова, — усмехнулся Вокс, кладя квадратную голову на ладонь. — Ищи другой способ. Не смей вредить Чарли, — выдохнул дьявол, успокаиваясь, — Можно попробовать разыграть ее смерть. Раз он будет оторван от внешнего мира, то можно рискнуть. — Поможешь? — Только потому что это выгодно мне. 11 часов до… В смуглую щеку уперся коготь, вынуждая приоткрыть глаза. Аластор задремал, пока ждал Вокса. К несчастью, тот, кто потревожил сон, был Валентино. — Все еще не понимаю, что в тебе особенного? — выдохнул розовый дым мотылек, пристраиваясь рядом на диване, — Бесспорно, ты очень симпатичный. Напоминаешь мастерски сделанную куклу. Но этого мало. Вокси бы не потратил всю адскую жизнь в попытке поиметь красивую дырку. Рука легла на спинку, задевая затылок Аластора. Отвратительно близко. Мужчина попытался отодвинуться, но рука переместилась на плечо, удерживая рядом. От Валентино пахло дорогим сладким одеколоном и вишневым табаком. Слишком приторно. Носик недовольно сморщился, а частота вздохов уменьшилась, чтобы не чувствовать лишний раз аромат, который исходит от навязанной компании. Много дурных слухов ходит об этом Оверлорде и о его способностях. Еще в лифте он начинал чувствовать легкое головокружение, когда в его легкие попал этот дым. Хвала всему, что он не из тех, кого возьмет подобный наркотик. — Твой хозяин четко сказал, чтобы ты не трогал меня сегодня. Ослушаешься? — стиснув челюсть заявил Аластор, не глядя на своего собеседника. Его зрачки только иногда свирепо устремлялись на ладонь, лежащую на плече. Душ с жесткой мочалкой. Он будет тереть себя до дыр после этого взаимодействия. — Мы партнеры, — подозрительно спокойно ответил Валентино, поглядывая на раздраженный профиль рядом. В глубине души порнорежиссер чувствовал себя невероятно особенным. Рядом с ним сейчас всеми известный Радио-Демон. Самый сильный Грешник. Один из самых опасных существ в Аду. Так близко мало кто мог позволить себе подступиться к этой недотроге. Но почему он до сих пор здесь? Почему не обернется в тень и не уйдет? Почему его стало четко видно на камерах? Почему сдался Воксу? — Если не уберешь свою конечность, то лишишься ее, — оскалился демон, устремляя звериный взгляд на мотылька. Угроза могла бы сработать. Но… Хоть и обкуренные, при этом все же способные соображать, шестеренки в голове уже начали двигаться в правильном направлении. Вокси зараза. Скрыл некую маленькую деталь. Ладонь переместилась на затылок, зарываясь в мягкие волосы, наслаждаясь всей агрессией направленной на него за это действие. Он без сил. Радио-Демон остался без своего могущества. Порнорежиссер быстро достал телефон из кармана, включая камеру и направляя ее на демона. Брови Аластора нахмурились, а голова опустилась, прикрывая лицо волосами. — Дорогие зрители, я прислушался к вашей просьбе. Вы просили показать вам еще Радио-Демона, — рука приподняла волосы, открывая профиль, — Вот он. Улыбнись же. Порадуй зрителей. Им доставляет куда большее удовольствие лицезреть эту мордашку, а не слушать твой голос. Хотя, — палец потянул за кончик уха, заставляя демона недовольно зашипеть, — Такие звуки им по вкусу. Это прямая трансляция. И у нас уже несколько сотен зрителей. А мы ведь только начали. Розовый дым окутал две фигуры. Валентино сел на корточки перед Аластором, пытаясь заснять скрывшееся лицо и расстегнутую до этого Воксом рубашку. Он потянул за ее край, оголяя ключицу и плечо. Острый клык впился в нижнюю губу, а тело заметно сжалось от нахлынувшего стыда. Несколько сотен зрителей, которых нужно будет найти и каким-то образом заставить заткнуться навсегда. Чудесно. Мужчина рефлекторно дернулся от мерзких касаний, тем самым разрывая ткань, натянувшуюся между рукой порнорежиссера и проводами. — Воу, детка. Не надо так спешить. У нас всего две тысячи зрителей. Подожди, когда соберется еще народ. Две тысячи. Это прозвучало, как приговор. Голова отвернулась, не желая лицезреть довольного Оверлорда. — Вал, — влетела в кабинет Вельвет. Мотылек недовольно посмотрел на вмешавшуюся девушку, — Вокс тебя прикончит! Ты же знаешь о его… Малиновые глаза закатились, а трансляция была завершена. Мужчина поднялся, сделав еще затяжку. — Тем не менее, он мне обещал. Почему я не могу получить свое? — его взгляд не отрывался от притихшего Радио-Демона. — Не знаю, какие у вас с ним договоренности, но этого оленя без его разрешения трогать нельзя. Я в прошлый раз уже с жизнью успела попрощаться. Представь, что он сделает с тобой, если узнает, — демоница подошла к другу, вставая между ними, — Прошу, Вал. Не провоцируй его. Ты мой друг. Я не хочу терять тебя. — Что у вас происходит? — появился на своем кресле Вокс, скрестив ноги. Глаза наткнулись на красноголового мужчину в разорванной рубашке. Мониторы заискрили, а некоторые из них вовсе разлетелись, оглушая присутствующих звоном. Тон Теле-Демона заметно похолодел, заставляя волосы всех встать дыбом, — Я сказал тебе, чтобы сегодня ты его не трогал. Что из этого было не понятно? Провода отбросили мотылька в стену, ударяя мощным зарядом тока. Вельвет испугано замерла, наблюдая за всей картиной. Валентино извивался в проводах, из его рта уже побежали розовые слюни, а парализующий все органы ток все не останавливался. Казалось, сила только больше прибавлялась. Вокс переместился к товарищу, наслаждаясь его агонией. Он убьет Вала. Убьет своего друга из-за гребенной одержимости рогатым и глупости мотылька. Хотелось ущипнуть себя, чтобы проснуться от этого кошмара. Девушка умоляюще посмотрела на Радио-Демона, явно удовлетворенного таким наказанием за свой позор. Так и надо этой озабоченной скотине. — Сделай что-нибудь, — жалобно прошептала демоница. Рубиновые глаза устремились на нее, а уши навострились. — Если в дальнейшем ты вытащишь меня от сюда, то так уж и быть, помогу. Баш на баш. Вот мое правило. — Вытащу, — уверенно произнесла девушка, глядя, как ее друг на грани потери сознания. На конце одного из проводов мелькнуло золотое острие. Ангельское оружие. — Поверю, — хмыкнул мужчина и повернулся к Воксу, — Вообще-то. Твой приятель предотвратил мою попытку побега. Странный у тебя способ благодарности. Валентино упал на пол, пытаясь отогнать круги перед глазами. Вельвет сразу побежала к нему, чтобы помочь подняться и убраться от сюда, как можно быстрее. Теле-Демон заинтересовано смотрел на красноволосого, забыв о друзьях. — И зачем ты это сказал? — вальяжно проходя мимо, Вокс достал из бара бутылку виски и поставил ее на стол рядом с диваном. Взгляд наткнулся на выпавшую из рук Валентино сигарету. Демон ее поднял и сделал затяжку, усаживаясь на диван напротив. Сказал ли Аластор правду или у него личный мотив для спасения задницы Валентино? — Стало жаль его? — Тебя, Винсент. Мне стало жаль тебя, — уголки губ поднялись, — У тебя ведь кроме этих двоих никого нет. А ты командный игрок. Без друзей ты ничто. — Так ты обо мне переживал, — сигарета улетела в сторону, и демон потянулся за бутылкой. Крышка была открыта, а алкоголь из горлышка полился ему прямо в рот. Аластор недовольно наблюдал за происходящим. Пьяный Вокс равно неуравновешенный Вокс. Это усложнит ему ситуацию. Когда бутылка наполовину опустела, она была возвращена на стол. На экране появился заметный румянец, тело расслабилось, а зрачки расширились, глядя на объект своего воздыхания. — Предлагать не буду. Все равно откажешься, — рука начала рыскать по карману пиджака, доставая от туда прозрачный флакончик с золотой жидкостью. Рубиновые глаза ярко засветились, а в горле внезапно пересохло от вида знакомой субстанции, — Вот от этого ты точно не откажешься. — Я не хотел пить виски, опасаясь, что ты подмешал туда нечто подобное, — посмеялся Аластор, закидывая ногу на ногу, и расслабленно усаживаясь на диван, — Так что, ты не угадал. Колпачок с флакончика слетел, и в ноздри ударил едва уловимый знакомый запах. Провода исчезли с тела, позволяя спокойно шевелиться, но мужчина этого не сделал, оставаясь на месте. «Выпусти меня!» Внезапно для самого себя Аластор двинулся, но не за кровью, а за виски. Он схватился за бутылку, заливая в себя содержимое точно также, как сделал минутой ранее Вокс. Теле-Демон лишь наблюдал, как темная капля скатывается по шеи вниз на грудь, а затем еще ниже по плоском животу, останавливаясь на поясе брюк. Такой вид вызвал интересную идею. Маленький нос покраснел, а бутылка с оставшимся напитком была поставлена на пол. Подальше от Вокса. «Выпусти меня!» Виски – совсем не то. Глаза вновь поднялись на флакон в чужой руке. — Как в старые добрые, да? — Теле-Демон поднялся, снимая с себя пиджак и расстегивая рубашку. Он встал перед Аластором, заставляя поднять голову. Намеренно дразня золотой кровью, он провел ей перед его носом, замечая как ушки иногда подрагивают. А затем он вылил пол флакона на свою шею, размазывая жидкость по ней и груди. Остаток на пальцах он стер об поджатые губы, провоцируя. И его провокация сработала. Аластор, практически не думая, слизал жидкость со своих губ. Глаза мигом приобрели золотой цвет. Вокс усмехнулся, смотря в них и снимая с себя рубашку. Он развел руки в сторону, открываясь полностью. Хвост довольно зашевелился, а тело уже не слушалось, ведомое инстинктами. Мужчина вскочил толкая Теле-Демона на диван напротив и размещаясь на его бедрах. Когти впились в широкие плечи, и горячий язык провел по шеи, собирая золотую кровь. Темные руки легли на ягодицы, прижимая к себе ближе стройное тело, иногда касаясь пушистого хвоста, виляющего в разные стороны. Язык перешел к ключице, вылизывая ее. Было слышно, как Аластор почти мурчит от удовольствия. Наконец он больше не слышит Ба’улу. Когда кровь осталась только на груди, мужчину остановили, грубо бросая на пол. Носок ботинка уперся в подбородок, поднимая его выше. — Попроси меня, Ал. Попроси также, как просил Короля. Глаза не отрывались от крови на груди. Ему нужно еще. Демон отстранился, вставая на ватных ногах. Пальцы сами потянулись к поясу брюк, расстегивая его. Мужчина стянул нижнюю часть вместе с бельем, оставляя на себе только разорванную рубашку. В этот момент Вокс был готов поклясться, что мог бы кому угодно продать душу, лишь бы стать Серафимом. Стать тем, кто сможет постоянно давать Аластору эту проклятую кровь. Если она вызывает такой эффект на него, то он готов на все. Ему даже не надо думать, как возбудить эту заразу. Она уже сама возбудилась. Теле-Демон сглотнул слюну и поднялся, снимая с себя низ. Он схватился за хрупкие плечи, разворачивая к себе спиной Радио-Демона и толкая в сторону дивана. Колени уперлись в сиденье, а локти были поставлены на спинку. Мужчина выгнулся, как кошка, подставляя зад под огромные ладони, которые жадно лапали его, разводя ягодицы в стороны. Хвост приподнялся, открывая вид, показывая, что он не против продолжения. Какой же Люцифер странный. Имея у себя такой способ воздействия на этого демона, все равно пытается играть в какие-то игры. Вот же идиот. Дай каплю своей крови и Аластор становится податливее любой сучки в период овуляции. Или Люциферу тоже не только секс нужен? Точно. Не зря он хочет стать героем. Хочет получить сердце? Пустая трата времени. Член приблизился к сжатой дырочке, но остановился. Выключи свою эмоциональность. Возьми то, что по праву твое. Ты хотел этого сколько себя помнишь. Так близко никогда не было. Так близко… Глаза поднялись на дрожащие плечи, поджатые уши и впившиеся в диван когти. Он же сам позволил. Сам дает. Почему не можешь? Когда, если не сейчас? Столько раз представлял этот момент. Представлял, как он стонет в твоих руках. Заяви свои права. Орган заметно стал мягче, словно уже получил разрядку. — Твою мать! — прошипел Вокс, отстраняясь. С помощью проводов он вернул на себя одежду под недоумевающий взгляд золотых глаз. Аластор не двигался, просто наблюдал из-за плеча за движениями сзади. Чужая рубашка запахнулась, закрывая собой размазанную жидкость на груди. Крови он больше не получит? Сделал что-то не так? На диван приземлился флакон с остатками субстанции и мужчина сразу схватил его, открывая и вливая в себя все. Тело еще больше расслабилось. Он отполз на край дивана, поджимая колени к груди и едва не засыпая. Вокс раздражено фыркнул и бросил на него синий плед, уходя на свое рабочее место. В ближайшие несколько часов олень все равно никуда не сбежит, смысла связывать его проводами нет. *** — Ты не говорил, что в вашу с Воксом сделку входит похищение Аластора, — Хьюго встретил вышедшего из бара Короля. — Я вообще много чего тебе не говорил, — пожал плечами Падший, продолжая путь и оставляя козлика позади. Демон недовольно нахмурился и последовал за ним, — Я против, чтобы ты лез в мои дела. В конце концов, ты всего лишь оружие, которое должно просто таскаться рядом. Так называемый аксессуар. Имей в виду – незаменимых людей нет. Будешь мешать, быстро найду более послушную псину и поручу ей от тебя избавиться. — Я думал, ты любишь Аластора. Зачем все это? — Люблю? — дьявол обернулся, свирепо глядя на парня, — Любовь – это как было с Лилит. Аластора же я ненавижу. Ненавижу за все то, что он со мной сделал. Ненавижу за эти чувства, которые принесло его существование мне. Ненавижу до такой степени, что хотел бы просто убить. — Тогда почему он жив? — винные глаза хитро прищурились, уже зная ответ на свой вопрос, но желая услышать его из чужих уст. — Потому что, — глаза тоскливо опустились на собственные лакированные ботинки, — Не могу. Я не могу ничего с ним сделать. Насколько я его ненавижу, настолько он мне и дорог. — И это не любовь? — Я сказал тебе, не лезь в мои дела, — Люцифер отвернулся, продолжая путь, — Одно дело намечается. Будет нелегко все это провернуть, но получится только у тебя. 5 часов до… Со стороны дивана послышалось шевеление. Вокс сделал вид, что не заметил, как его пленник пробудился, продолжая работать за компьютером. Аластор сел и теплый плед сполз с него. Глаза напряженно глядели на свое обнаженное тело. Продался за золотую кровь. Кто бы сомневался? Это не удивительно. Голова ужасно раскалывалась, ударяя в виски. Алкоголь вперемешку с этой дрянью лучше не употреблять. Мужчина скрыл наготу пледом и на носочках подкрался к сидящему к нему спиной. Вокса тоже стоит, как и Михаила, поставить на место. Он уже был так близок к чужой шеи, но провода связали, вынуждая остаться на месте. — Что? Тебе настолько не понравилось и ты решил загрызть меня? — поинтересовался Теле-Демон, поворачиваясь на стуле к нему, — Так стонал, так просил еще. Странно. А сколько раз ты кончил… Даже для человека с активным либидо – это было бы перебором, что уж тут говорить об асексуале. Измотал меня всего. Уши опустились, а в глазах появилась агрессия, смешанная со смущением. Вокса мало напугать, его нужно убить. Разорвать на тысячи частей и пустить кусочки по Району Каннибалов. Какие-нибудь любители оценят. — Что за взгляд? В этом нет ничего такого. Просто те карлики тебя явно не удовлетворяли. Со мной ты почувствовал, что такое настоящий секс. — Настолько почувствовал, что мой мозг пожелал его забыть, — закатил глаза демон. — Ничего страшного, — Вокс поднялся и положил ладонь на его скулу, — Можем повторить. Только скажи, что ты принимаешь мое предложение. Я хочу услышать твое согласие на дальнейшие наши взаимодействия. — А зачем тебе мое согласие? — нос сморщился, а во взгляде проскользнул азарт, — Ты ведь и без него позволяешь себе все. Обидно. Ладонь перешла с щеки на макушку, потрепав волосы. Брови удивленно изогнулись на это действие. У Вокса поехала крыша? Теле-Демон тихонько хмыкнул и вернулся в свое кресло, возобновляя рабочий процесс (или уверенно имитируя его) и бурча себе что-то под нос. Провода утянули мужчину обратно на диван, намекая не мешать. На удивление Радио-Демону, долго они его не сковывали, через несколько минут отползая от его тела. Голова повернулась к своему надзирателю, почему-то решившему не обращать на него внимание. Пленника подобное отношение даже более чем устраивает. Аластор подбежал к двери, которая ни в какую не поддавалась его манипуляциям. — А ты думал будет просто? — посмеялся Вокс, печатая что-то на клавиатуре, — Да и куда ты в таком виде побежишь? Не лучшая идея сверкать своей пятой точкой на весь Круг. В баре есть вода, — голубой коготь указал на маленький холодильник, — Еду привезут позже. — Je te déteste, — прорычал демон и пошел к бару. Холодная вода ему и правда не помешает. 4 часа до… Вокс не обманул. Его ассистент принес еду в кабинет, накрывая на стол. Разноцветные глаза иногда заинтересовано поглядывали на вновь связанного пленника, дабы тот не сбежал, пока дверь была открыта. В этот момент Аластор открыл в себе еще один пунктик о внимании к его персоне. Помимо похотливых взглядов, которые частенько сопровождают его на протяжении всей жизни на Земле и в Аду, а также взгляда, излучающего жалость к его персоне, он терпеть не может, когда на него смотрят, как на эксклюзивную зверушку. И именно так сейчас на него смотрит этот никчемный Грешник. Что ж. Зверюшка за вольером тоже может напугать. Уголки губ поднялись, обнажая клыки, язык провел по верхней губе, а глаза ярко засветились. Казалось, что этого бедолагу сейчас сожрут заживо. Ассистент замер со столовыми приборами в руках, которые задрожали, сопровождаясь стуком металла. Вот такой напуганный взгляд Радио-Демону по вкусу. Пусть и без сил, но его могущественная аура, способная подавить всякого рода сброд, все еще при нем. Их зрительный контакт прервал Вокс, усевшийся рядом с Аластором. Грешник пришел в себя, заканчивая поскорее со столом и убегая из кабинета. — Кто-то еще будет? — указал в сторону третьей тарелки Радио-Демон, — Валентино? — Не Валентино, — усмехнулся Вокс. Он открыл бутылку шампанского, разливая пока только два бокала. Телефон завибрировал и демон отвлекся на него, читая сообщение. По его выражению на экране можно сделать вывод, что его содержание порадовало читающего. Теле-Демон отбросил телефон и повернулся к своему пленнику. — Пока к нам не пришел гость, хочу предупредить. Мое предложение меняется. Проводить иногда время с тобой мне не подходит. Я хочу, чтобы ты работал на меня. Жил в этой башне. Не покидал ее, пока я не позволю. Был всегда на связи. — И всего? — пожал плечами Аластор, отводя взгляд, — Ты думаешь, это предложение звучит заманчивее предыдущего? — У тебя еще будет время подумать, — мужчина протянул крафтовый большой пакет. Провода с тела исчезли, а пакет лег на смуглые колени. Радио-Демон заглянул в него. Когти потянули за черную ткань, доставая обычную футболку, — Не твой стиль, знаю. Лучше, чем ничего. Рубиновые глаза закатились, но Аластор все же поднялся, поправляя на себе плед и утаскивая в дальний угол пакет с одеждой. Щеголять практически нагишом уже осточертело. Вокс иногда пытался украдкой перевести взгляд в сторону, в которой желанное тело скрывалось под тканью, но Радио-Демон настолько быстро натягивал на себя вещи, что ему не удалось насладиться зрелищем. Оверсайз футболка, придала его фигуре еще более хрупкий вид, а спортивное темно-серое трико вообще было не привычно видеть на нем. Но что-то домашнее в этом было. Такое уютное. Такое теплое. Хотелось посадить к себе на ручки и затискать, но ему откусят эти ручки моментально за подобные попытки. Аластор приземлился на диван напротив, делая вид, что это теперь его место. Он так решил. Сам решил. К его разочарованию, решает здесь не он. Теле-Демон пододвинул два бокала в его сторону и, взяв с собой свою тарелку с приборами, уместился рядом. Красноволосый на это раздражено цокнул. — И секунды без чьего-либо присутствия прожить не можешь, — демон отодвинулся на край дивана, чтобы никак не соприкасаться с глупой техникой, — Сколько будет продолжаться эта игра? Она мне уже наскучила. — А он все такой же болтливый, — уши опустились, а самоуверенность в глазах исчезла, сменяясь на шок. Почему он здесь? Как он выжил? Из темной части кабинета показались яркие зеленые глаза, а затем и высокая фигура в изумрудном костюме. Веко нервно дрогнуло от понимая, кто перед ним, — Ты так удивлен? Или… Мужчина подошел к Аластору, заглядывая в огромные глаза. Вот он виновник всех бед. В голове возник образ счастливой семьи, который сменился на бездыханное тело матери. Хотелось заплакать. Хотелось убивать. Сделать хоть что-то. Рука потянулась к ножу на столе, но ее перехватили, не позволяя совершить задуманное. — Напуган? — улыбнулся Илия, наблюдая за выражением лица. Он еще в первую их встречу заметил реакцию, которую вызывает у этого парнишки своим присутствием. Хотелось бы понять, от куда такая ненависть? Рука дернулась в чужих тисках. — Почему ты… — как же сейчас хотелось спросить, почему он убил матушку? За что? Они же были примерной семьей, на которую равнялись многие. Но губы онемели. Да и Вокс здесь. Это будет проявлением слабости. Наваждение спало, а тело наконец отошло от шока. Аластор сбросил чужую хватку с себя, кладя руку обратно на диван, — Почему ты здесь? Ты разве не должен был умереть со своим хозяином? Не такой уж верный песик получается. — Я не буду это пить, — мальчик отодвинул от себя кружку с неизвестной жидкостью, а затем перевел взгляд от нее на матушку, — Почему ты не приготовила сегодня джамбалайю? Ты же собиралась. — Это блюдо для крестьян, — возмутился отец, — Мы можем позволить себе гораздо лучший ужин, чем еду для бедных. — Пускай. Она вкусная, — хмыкнул ребенок, сверля взглядом темно-зеленый напиток, — Это пью только я? — Сынок, — женщина положила ладонь на руку сына, — Это особый отвар. Он поможет тебе перестать видеть ту тень. — Я не хочу переставать ее видеть. — Хватит. Ты не выйдешь изо стола пока все не выпьешь, — пригрозил отец, продолжая ужинать. И Аластор не вышел. Стол был убран, а в столовой погас свет. Только он остался сидеть с этой кружкой до поздней ночи, когда все уже легли спать. Иронично, что сейчас, будучи взрослым и уже мертвым, Аластор все также не может выйти изо стола. Демон сверлил свою тарелку с лазаньей, напичканной огромным количество мяса и тянущимся сыром. Он так давно ничего не ел, но в такой компании кусок в горло не лез. — Ты стал таким привередой, — хмыкнул Вокс, замечая нетронутую порцию, — Тебе только сырое мясо и подавай. Какая же это не правда. Он много чего любит, помимо оленины, и Вокс это прекрасно знает. Глаза поднялись на Илию, который выпивал шампанское. Как эти двое вообще связались друг с другом? Что их объединяет, кроме желания Аластора прикончить их обоих? Враг моего врага – мой друг. Так что ли? «Я достану из под земли того ублюдка и принесу тебе его сердце на блюдечке.» Если подумать, Вокс слова на ветер не пускает. Он и сам, того неведая, фактически выполнил свое обещание. Мужчина опустил взгляд на тарелку отца. Сюда вполне бы поместилось его сердце. Аластор без понятия, зачем начал размышлять об этом. Все лучше, чем о своем нынешнем положении. — Илие понравилось то ружье, — Теле-Демон указал в сторону ствола на стене, — Как и тебе когда-то. — Так он здесь, потому что у нас одинаковый вкус в выборе оружия? — усмехнулся Радио-Демон, прокалывая несколько раз вилкой лазанью. — Забавно, что данную винтовку использовали для охоты, — ухмыльнулся зеленоглазый, сделав глоток, — В том числе и на оленей. — Очень забавно, — ушко недовольно дернулось, но на лице не было и единой эмоции. Пересилив себя, он все же оторвал кусок от общей массы и засунул себе в рот, пережевывая, — Также забавно, как служить никчемному Владыке. — Ну Сатана хотя бы не требовал ублажать его в постеле. Как там Люцифер? Вокс молча следил за этими двоими. Что-то не давало ему покоя. Вот только что? — Если так подумать, — наконец подал голос ТВ, — Вы же примерно из одного времени, с одной родины. Вас столько объединяет. Странно, что вы не находите общий язык. Аластор нахмурился. Их точно ничего не объединяет, кроме родственной связи. Но с отцами многим не везет. Тому пример Чарли. По статистике отцы уходят чаще из семьи или просто оказываются еще теми мразями. Он всего лишь стал одним из большинства. Тишина после его слов немного напрягла Теле-Демона. Необходимо как-то развеять это напряжение. Рука потянулась к пушистому уху, оттягивая его на себя. — Хотя с Аластором всем тяжело найти общий язык, — пальцы отпустили измученную часть тела, переходя на свой бокал, — Мне вот интересно. Насколько я знаю, Сатана выбирал в свою коллекцию Грешников с особыми способностями. По такой логике, все нынешние Оверлорды могли бы стать ее частью? — Нынешние? — лицо Илии приобрело задумчивый вид, но затем расслабилось, — Никто из нынешних ему не подошел бы. Его интересовали демоны, чья мощь превосходила всех Оверлордов. Я понимаю, к чему ты ведешь. Ты бы не подошел. Ты неплох, но все твое могущество зависит от других. Да, ты можешь становиться сильнее с каждой секундой, но там где сила, там и слабость. В любой момент ты рухнешь. В отличие от таких, как я. Да у нас есть предел, но у нас есть и стабильность. Нынешние Оверлорды и в подметки не годятся тем, кто был в его коллекцию. — Вот только… Они все сдохли, — оскалился Радио-Демон, — По вине вашего же идиота хозяина, который решил стать кем-то вроде Короля Ада. — Не все. Я же здесь. — Мимолетная удача, — Аластор поднял бокал, делая глоток, — Всеми известный факт – паразиты долго не живут без хозяина. Зато становится ясно, как вы двое спелись. Один желает восхваления, другой желает восхвалять. Самоуверенный выродок. Пытается делать вид, что контроль в его руках, но всем здесь известно, что он сейчас самый слабый в этой комнате. По вине вышедшей из под контроля магии выродка, погиб не только Сатана, но и его друзья. Легло целых два Круга. Как только камень вместе со всей силой окажется у него в руках, он отдаст тому Лоа эту тварь, взамен на весь Ад. Он сделает так, как и хотел Владыка. Вся эта дыра будет у его ног. Илия посмотрел на решившего внезапно заткнуться Вокса. Он тоже согласен с этим парнем? — Считай, ты добился своего, — мужчина подошел к довольному Аластору за спину, прихватив с собой нож и связывая конечности того лианами, чтобы предотвратить попытки сопротивления. Его рука сжала челюсть, надавливая на нее и заставляя приоткрыться. Два пальца проникли в рот, хватаясь за кончик языка и вытягивая его наружу. Зеленые глаза хищно посмотрели на удивленного Вокса, — Не знаю, почему ты до сих пор этого не сделал. — Постой, — Теле-Демон подскочил, поняв ход мыслей своего напарника, но исправить положение не успел. Аластор зажмурил глаза, видя перед этим занесенный над собой нож, который через мгновение отправился на встречу с его языком. Острая боль пронзила орган, а металлический вкус ударил по всем рецепторам. Его челюсть разжали, вытирая кровь об скулы и отпуская. Демон сразу прикрыл рот ладонью, пытаясь осознать, что только что произошло. Сильная боль и невозможность использовать собственный кончик языка, наталкивали на самые неприятные мысли. Он яростно взглянул на вернувшегося на свое место отца. — Не волнуйся. Ты не испытаешь подобие смерти. Я отрезал в месте, которое точно не лишит тебя временно жизни, — расплылся в злобной улыбке зеленоглазый, — Но при этом на пару часов я избавлюсь от твоего трепа. Смотри, чтобы в следующий раз, я не захотел это сделать ангельским клинком. — Какого хрена ты творишь?! — вскочил Вокс в сопровождении силового поля, — Ты не имеешь право его трогать. Я не разрешал. — Мне и не нужно твое разрешение. Хочешь напасть на меня из-за этой твари? Не глупи. Нам пора уже насладиться трапезой в тишине. Всегда выключал радио во время этого процесса. Рубиновые глаза прищурились. Этот монстр не жилец. Аластор подскочил и жесткой походкой отправился в другую часть кабинета, занимая кресло Вокса и отворачиваясь от двух садистов. Не сказать бы, что Теле-Демону наплевать на происходящее. Но молчаливый Аластор ему тоже симпатизирует. Он иногда задумывался о том, как заткнуть этого оленя. В его голове было десятки способов, занять этот длинный язык чем-нибудь более интересным. Но никогда в его мыслях не проскакивала идея просто отрезать его. Орган отрастет в скором времени. Электричество пришло в норму, а Вокс попытался остыть, падая на диван. Он еще раз посмотрел на любимого мужчину, спрятанного за высокой спинкой стула, и вернулся к ужину, накладывая себе несколько креветок. Кто-то рано или поздно бы это сделал. Аластор слишком много болтал. 3 часа до… — Благодарю за ужин, — поднялся со своего места Илия, — Рассчитываю на наше дальнейшее сотрудничество. Рука потянулась для рукопожатия к Воксу, который обеспокоено посмотрел на тихого Радио-Демона. Если при каждой их встречи будет страдать Аластор, то перспектива не очень заманчивая. Илия так настаивал на этом совместном ужине. Зачем? Теле-Демон кивнул в сторону двери, требуя разговор тет-а-тет. Провода окутали Аластора, связывая в кресле и оставляя наконец одного. Вокс скрестил руки, наблюдая за мужчиной перед ним. Изначально стоило задаться вопросом, что нужно этому существу? Зачем он таскается за ним? Явно не потому что нашел в Воксе интересного собеседника. Причина другая. И эта причина сейчас сидит в его кабинете. — Зачем тебе Аластор? — слишком спокойно спросил Теле-Демон, глядя в зеленые глаза, надеясь отыскать в них ответ, — Ты желал не меньше меня его получить. Сомневаюсь, что по доброте душевной ты помог мне его вспомнить. — Сам Радио-Демон мне не интересен. Можешь не волноваться, — усмехнулся Илия, — Его силы. Вот что во истину манит. И я надеюсь, что, когда придет время, ты одолжишь мне своего ненаглядного. — Ты знаешь, как вернуть его магию? — удивленно захлопал глазами Вокс. — Не в наших интересах ее возвращать. И ты, и я желаем ее использовать. Есть одна идея на этот счет. Вокс вместе с ассистентом зашли в кабинет. Грешник сразу побежал убирать со стола, в то время когда его начальник решил наконец уделить внимание своему молчаливому пленнику. Провода подняли демона, усаживая на стол и освобождая кресло, которое благополучно отпнули ногой в сторону, чтобы позволить себе свободно раздвинуть стройные ноги и втиснуться между ними. Ладони легли по бокам от бедер, создавай некую клетку. Аластору уж точно не по вкусу такое нарушение личного пространства. Вокса же ничего не смущает, пока он может себе позволить так близко находиться к прекрасному лицу. Насладиться каждой, едва заметной на смуглой коже, родинкой, видеть дрожащие звериные зрачки, рассмотреть длинные густые ресницы, которые обрамляют миндалевидные глаза. Взгляд опускается на суховатые губы, измазанные собственной кровью, словно помадой. Красив. Этот мужчина невероятно красив. Раньше он никогда не обращал внимание на его внешность. Его привлекало другое, но сейчас он оценил. Оценил то, что впервую очередь замечали другие, а уже потом укалывались об стервозный характер. Он же наоборот. Сначала укололся, а потом заметил. Стыдно признать, но он никогда не смотрел на смазливую мордашку своего «врага» так, как смотрел сейчас. Разумеется он понимал, что Радио-Демон хорош собой, но не до такой степени, как осознал этот нюанс в мгновение, когда его монитор освещает каждую черту, сидящего напротив мужчины. Его мужчины. Рука легла на грудь, толкая спиной на твердую поверхность. Красные пряди с черными кончиками разметались по темно-синему столу, создавая причудливые узоры, а ушки немного подрагивали, показывая недовольство их обладателя. Ладонь провела по скуле, на которой все еще красовалось кровавое пятно, нанесенное ранее Илией. Глаза прищурились, но продолжали наблюдать за каждым движением. Они словно без слов кричали: «Давай, покажи в который раз, какое ты озабоченное животное!» Вокс не был животным. Он был влюблен. Был и будет. Всегда. Как играть роль злодея, если твоя душа жаждет взаимности? Жаждет ответной любви. Душа жаждет любви, а тело жаждет подчинить. И пока что душа одерживала верх. Пора уже и телу получить свое. Провода исчезают и вмиг демон под ним начинает сопротивляться, отталкивать и брыкаться. А Вокс позволяет. Позволяет оттолкнуть. Позволяет ударить, нанести смертоносным когтям несколько царапин, разрывая ткань одежды. Но позволяет недолго. Руки перехватывают тонкие запястья, укладывая их над головой, а возбужденный член терется о чужой невозбужденный. Тело под ним напряженно и все еще продолжает попытки как-то освободиться, но уже не так активно. С каждым движением чужих бедер, оно все больше теряет весь запал, а выражение ненависти сменяется смирением. Аластор отворачивается, прерывая зрительный контакт. И когда на смену рукам, сковывающим его запястья, приходят провода, а ладони хватают за бедра, поднимая их, мужчина и вовсе закрыл глаза. Его красные когти впиваются в собственные ладони, а губы поджимаются. Мерзко. Чужой орган активно начинает тереться между ягодицами, несмотря на неудобство из-за одежды. В один момент Вокс осознал, что ему нужно еще. Нужно больше этого демона. Его тепла. Его кожи. Глаза со смесью грусти и злости посмотрели на него, когда руки потянулись к треко, начиная стягивать. И руки остановились, возвращаясь на бедра. Так и провалилась его вторая попытка заняться сексом с Аластором. 2 часа до… Ладонь коснулась стекла, за которым плавало две акулы. Хищники, словно почувствовав потенциальную добычу, кружились рядом, играясь между собой. Эти существа не созданы для такой тесной клетки. Их предназначение – покорять бескрайние воды, охотясь на мелкую добычу. Почему-то именно сейчас Аластор ощущал себя одной из этих акул, что стали частью декора данного места. Ему нельзя оставаться. Мысли прервали, положив на его плечи тяжелые руки и разворачивая лицом к их обладателю. — Как язык? — словно насмехаясь поинтересовался Теле-Демон. Аластор сжал губы. Его орган уже восстановился, но желание разговаривать – нет. Может так он скорее наскучит этому ящику и станет свободным. Не превратится в одну из этих жалких рыбешек. Стоит поблагодарить Люцифера. Опыт жизни в том доме научил его бояться. Бояться попасть в ту же самую ситуацию вновь. Но страх это не слабость. Страх придает сил. И он достаточно силен, чтобы не упасть духом. — Я начинаю скучать по ласкающему мой слух голосу, — вздохнул Вокс, — У тебя осталось два часа. Ты готов принять мое предложение? Поверь, все что произошло с отелем за эти два дня – всего лишь цветочки. Прольется чья-то кровь, Ал. Прохладная ладонь легла на край монитора, а губы потянулись к плоскому лицу. Теле-Демон немного опешил из-за такого поведения, но расценил это, как жест согласия, позволяя мужчине приблизиться. Он закрыл глаза и поддался устам, которые вроде как собирались его поцеловать, но почему-то до сих пор этого не делают. Клыки впиваются в шею с такой силой, что парализуют все мышцы. Вокс впервые почувствовал после смерти такой разряд. Его собственная магия вышла из под контроля, бунтуя против своего хозяина и того, кто посмел причинить ему вред. Красные волосы наэлектризовались, слегка вставая дыбом, а ноги перестали слушаться, сгибаясь в коленях. План с треском провалился. Система Теле-Демона начала перегрузку, а неудавшийся вампир спиной прижался к аквариуму, чтобы не потерять равновесие. Пальцы, покоящиеся на его плечах, сжались, желая сломать несколько костей. Аластор из последних сил поднимает собственные конечности и вцепляется в трясущиеся запястья, пытаясь освободиться, пока на экране идет процесс загрузки и восстановления данных. Жаль только, что вместо того, чтобы причинить своему похитителю боль, его руки скорее просто легли на его, не имея сил как-либо навредить. Между ними все еще иногда мерцали молнии, сопровождаемые характерными звуками, а акулы за спиной подплыли ближе, ожидая свою пищу. Они привыкли, что их хозяин вместо корма использует неугодных Грешников. И Радио-Демона они сейчас видели неугодным. Неугодным и очень аппетитным. — Зараза, — наконец вернулся в нормальное состояние Вокс. По его лицу все еще иногда проходили помехи, но оно было слишком спокойным для того, кто только что мог погибнуть, если бы не выброс собственной магии на адреналине. — Запомни, Винсент, — язык собрал чужую каплю крови, которую удалось с таким трудом добыть. По его кончику прошло легкое покалывание от тока. Любопытно. Жаль, что на вкус отвратно. Напоминает горелое кофе, — Все твои ничтожные попытки повлиять на мое решение – четко показывают, насколько ты слаб. Ты так неуверен в себе, что ищешь в моих глазах одобрение после каждой своей проказы. Как дите, которое смотрит на родителей, ожидая реакции на его действия. Мол, смотри, Ал, что я могу, вот такой я молодец. Я же молодец? Я больше уверен, что ты без понятия, чем меня удивить дальше. — Твоя речь звучит, как вызов. Что ж. Раз ты видишь во мне ребенка, тогда поиграем в простую детскую игру. Как ты относишься к считалочкам? На его мониторе начали мелькать фотографии персонала отеля, а еще Рози и Киры, — Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Будем. В смерть. С тобой. Играть. Будешь. Громко. Ты. Кричать. Начнешь. Плакать. И визжать. Буду. Резать. Буду. Бить. И меня. Слезой. Не упросить. Будет. Солнце. Будет. День. Ну а ты. Исчезнешь. В тень. Считалочка остановилась на Чарли. Аластор широко распахнул глаза, глядя на улыбающуюся на фотографии девушку, чье изображение зависло, вызывая дурное предчувствие. — Я не понимаю, — брови свелись к переносице. Он совсем перестал улавливать суть их разговора. — Я убью эту выскочку, — максимально уверено заявил Вокс. Наградой ему стал долгожданный страх в чужом взгляде. Наконец, он нашел слабость этого оленя. Хотелось завизжать от счастья. Вот только страх быстро сменился недоверием, а затем и вовсе от демона послышался звонкий смех. — Как же тяжело быть на пятьдесят процентов техникой, а на остальные пятьдесят имбицилом, — Аластор не мог остановиться. Настолько неуместную чепуху он еще не слышал от этого идиота, — Убьешь Шарлотту? Принцессу Ада? Дочь самого Люцифера и Лилит? Скорее я поверю в свое искупление, чем в подобное, — наконец заливистый смех прекратился, а глаза с опасным блеском посмотрели на собеседника, — Не ври самому себе. Ты же трус. Элементарный пример. Что ты сделал, когда тот ненормальный отрезал мой язык? НИ-ЧЕ-ГО. Ты просто смотрел, видимо пережевывая его слова про то, что нынешние Оверлорды слабаки, в список которых входишь ты и твои псевдо друзья. Задрожал перед ним, как кролик перед коброй. А еще ты осведомлен о том, что Люциферу насрать на отель и он тебе ничего за него не сделает. Но как только на чашу весов терпения ляжет жизнь его дочери. Поверь, он уничтожит тебя. — Если бы твой язык мне был не нужен в ближайшее время, чтобы услышать твои мольбы, я бы и сам его сейчас отрезал. — Суть не в этом, Винсент. Далеко не в этом. Ты бесишься из-за истины , которую несет мой язык, как и тот пресмыкающийся идиот. Вот сейчас Вокс готов принять роль злодея. Он готов превратить жизнь этой сволочи в самый настоящий кипящий котел. — Я тебя услышал, — демон выпрямился, убирая руки с небольших плеч, — И ты услышишь меня. Теле-Демон уже начал растворяться в вихре электричества. Его вновь оставят одного? Хотелось выдохнуть с облегчением, но осознание пришло быстро. «Одного? Нельзя!» — Вокс, — Аластор уже потянул руку, чтобы схватиться за ускользающую фигуру, но не успел. Его «друг» исчез. Комната погрузилась во мрак, а в противоположном углу светились белые глаза. «Выпусти меня!» *** — Нет, любимая, я запрещаю, — перекрыла собой выход Вегги, стараясь изо всех сил остановить свою девушку, — Аластор сам справится. Он не первый день в Аду. — Но он никогда не был в плену!! Чарли попыталась проскользнуть мимо ангела, но ее запястье было перехвачено Хьюго. Девушка шокировано посмотрела на козлика, и в ее глазах промелькнула тоска при виде самоуверенного взгляда. Она уже знает, что этот демон сейчас скажет. — Я пойду и вытащу Ала. У меня с Воксом уже давно свои счеты. — Ты не пойдешь туда один, — прорычала девушка, скидывая с себя его руки. Она выпрямилась, поднимая подбородок и придавая своим словам приказной тон, — Я пойду с тобой. — Останьтесь, — администратор подошел к Принцессе, погладив по макушке. Чарли шокировано распахнула глаза, ведь так делает Ал. Он всегда утешает ее, гладя по голове, — Если вы пострадаете, то он никогда себе не простит. — А если пострадаешь ты? — Скажем так, у меня есть некий козырь в рукаве. Поверьте меня, как я поверил в вашу идею. За час до… «Выпусти меня!» — Заткнись, — Аластор упал на колени, прикрывая уши ладонями. Он больше не может. Этот голос разрывает его мозг. Пальцы уже онемели от постоянного сжатия кулаков, а горло болело от криков, которыми он одаривал все это время духа. — Я выпущу тебя. Выпущу! Только заткнись. Дай мне время. Я все сделаю. Прошу. Огромная ладонь легла на голову, нежно поглаживая. Аластор поднял измученный взгляд на ее владельца. Уголки губ Ба’улу приподнялись от вида безжизненных глаз. — Хороший мальчик, — его указательный палец приподнял подбородок, чтобы лучше насладиться видом, — Наконец-то мы друг друга поняли. Такой покорности буду ждать от тебя и в будущем. Иначе я напомню о себе. А пока что, развлекайся. Радуйся отведенному тебе времени. — С тобой все нормально? — свет в кабинет вернулся, ослепляя глаза, а вместо лица Ба’улу, появились голубые глаза Михаила. Целый час Лоа воздействовал на его мозг, делясь с ним во всех красках о расправе над своим невольным слушателем. А подсыпало на раны соль четкое изображение его фантазий. За этот час Аластора успели и расчленить, сожрав живьем, и распять на кресте, и оторвать все когти, и многое многое другое, что не хотелось бы вспоминать больше никогда. Первый раз в жизни его заставили молить о смерти. Искренне возжелать ее. В глубине души он понимал, что все происходящее иллюзия, которую ему скармливают, дабы уничтожить последние попытки сопротивления. Но когда ты, словно наяву, видишь, как тебя разрезают на маленькие кусочки, а затем кладут их себе в рот, с наслаждением пережевывая – ты не можешь перестать кричать. Не можешь мыслить рационально, когда твои руки прибивают гвоздями к кресту, слизывая стекающую по твоему телу кровь языком, напоминающим наждачную бумагу. Не можешь вернуться в реальность, когда твои пальцы напоминают обглоданные гончими куски мяса, незащищенные ногтевой пластиной. Радио-Демон всю жизнь приписывал себя к садистам, но до уровня Ба’улу ему далеко. Тот, словно оголодав по чужим страданиям после стольких лет заточения, решил отыграться на Грешнике, что позволил поставить себя выше него. — Ал? — за плечи хватают и трясут, приводя в чувство. В рубиновые глаза возвращается живой блеск, а уши навостряются. В моменте эти руки перестают причинять боль, они нежно обнимают, прислоняя к широкой груди. — Еще раз, — дрожащим голосом заявляет Аластор, — Оставишь меня одного – я не прощу тебе этого. — Ты что из тех, кто боится одиночества? — спросил нежный голос, проводя кончиками пальцев между изгибами ушей, — Или кого-то преследуют призраки убитых им? Пожил с желающими искупиться и познакомился с понятием совесть? Радио-Демон вмиг изменился. Весь шок от произошедшего прошел, а рассудок начал понимать, с кем сейчас он так мило обнимается. Это не Михаил. Более мерзкая его сердцу сволочь. Эту сволочь он бы с удовольствием прикончил, не давая возможности уйти. Руки упираются в бока, давя на них и пытаясь освободиться от этих объятий, но Вокс сжимает сильнее в своих тисках, не позволяя даже немного отстраниться. — Я бы с радость сломал тебе сейчас позвоночник, — посмеялся Теле-Демон, но решил не выполнять свою угрозу. Пока что. Он еще раз надавил сильнее, но затем отпустил, позволяя отскочить ушастой заразе на якобы безопасное для нее расстояние, — Есть кое-что, что я бы хотел тебе сказать. — Я знаю, — кивнул Аластор, вызывая удивление в чужом взгляде, — Я прекрасно знаю, что ты идиот с завышенной самооценкой. — Завались, а, — пиксельный глаза закатились, — Я хотел сказать что… — он так желал рассказать про план Люцифера, но в итоге – не смог. С глубоким вздохом разочарования, он махнул рукой, — Забей. — Невероятно поэтично, — Аластор поднялся, возвышаясь над главой Ви, — Я тоже хотел бы тебе кое-что сказать. Я не собираюсь становиться акулой. — Поэтично. *** «Вокс убил Чарли» — так ему успел прошептать Хьюго до того, как вмешался Теле-Демон, увлекая парня в бой. Время словно остановилось после слов козлика. Сначала пришла стадия отрицания. Нет. Этого не может быть. В воспоминаниях всплыла нежная улыбка светлой девушке. Она не могла погибнуть. Но Хьюго бы никогда не обманул его. Стадия гнева на самого себя последовала незамедлительно. Это он виноват. Он относился несерьезно к угрозе Вокса, бросая вызов. Стадия торга с самим собой обернулась еще большим камнем на сердце. Если бы он принял предложение Теле-Демона, то всего можно было избежать. Что ему стоило удовлетворять этого демона иногда? Он сам копал себе яму, но упала в нее невинная душа. Он же и правда любил ее, как собственное дитя. Такая светлая, такая добрая. Глаза с яростью посмотрели на своего врага. Вокс занес кинжал над грудью Хьюго. Это мелкое ничтожество рушит все планы. Совсем скоро Аластору должны были сообщить о смерти Принцессы, но эта дрянь решила вмешаться, заявившись сюда. — Винсент! — лезвие остановилось в миллиметре от чужой груди. Теле-Демон повернулся на связанного пленника. Чем удивит эта зараза? Будет молить не убивать зверюшку? Аластор опустил голову, а его голос стал слишком тихим, — Я принимаю твое предложение. — Ал! Какое предложение?! Этот кусок дерьма убил Чарли! — воскликнул козлик, — Нам нужно уходить! Вокс удивленно посмотрел на Хьюго. Так это его собирался подослать Люцифер со словами: «Я отправлю того, кому он поверит.» Подкупил своей силой? Он никогда не видел на любимом лице такое количество эмоций. А ведь он так желал вызвать хоть какие-то чувства со стороны этого существа. Распишись и получи Винсент. Рад ли он? Рад. Удивлен? Очень. Особенного, когда увидел блестящие прозрачные капли в уголках глаз. — Ты победил. Я сдаюсь. Занавес опущен. Ладонь легла на красные волосы, перебирая прядки между синими когтями. Аластор задрал голову, чтобы посмотреть на стоящего позади. — Пойдем спать, Ал? «В Аду дохера обычных Грешников, которые смогут постоять за себя и без магии. Ты тоже сможешь, клубничка.» О да. Аластор сможет постоять не только за себя, но и за весь Ад. Разрушит Империю Вокса, которую тот столько лет выстраивал. Подойдет максимально близко, чтобы вонзить нож в спину этой твари, как только она ослабит бдительность, и будет с маниакальным удовольствием упиваться его разочарованием, когда до психопата наконец дойдет, какую змею решил пригреть, надеясь на отсутствие яда в ее железах. А яда на самом деле в нем с лихвой, хватит на всех, кто причинил какой-либо вред его существу. Он принесет гораздо больше боли, чем мог себе представить этот ящик. Да что там. Весь этот мир. — Пойдем, — тихо произнес мужчина, поднимаясь с дивана. Два дня после… — Стоит разработать новое шоу, — заявила Вельвет, глядя на статистику. Они немного расслабились, — У кого-нибудь есть идеи? Девушка посмотрела на сверлящих друг друга взглядом Вокса и Валентино. Мотылек все еще дулся за обман от своего товарища. Глава Ви так и не позволил прикоснуться к своему оленю. Хуже не бывает, когда тебя наебывает те, кому ты доверяешь. А добивает факт о том, что Вокс до сих пор толком не воспользовался своим трофеем. Сам не ест и другим не дает. — Когда вы уже закончите этот цирк? — закатила глаза демоница, кидая планшет на стол, — Ваши разборки мешают нашему бизнесу. Посмотрите на рейтинг. Вал, тебе нужно продвигать еще кого-то помимо Энджела. Последнее время он сдает позиции. — О, я бы с радостью взял в свои ряды одного олене-подобного актера, — усмехнулся мотылек, глядя на разъяренного Теле-Демона. — Для всех в Аду Радио-Демон мертв. Как ты объяснишь его появление в твоей порнухе? — возмутился Вокс, поднимаясь с места, — Перестань сводить любой наш разговор к нему. Как только наиграюсь, отдам тебе. Отъебись. — А когда ты наиграешься? Признай, что ты уже поставил на нем клеймо своей сучки. Ты всегда был диким собственником, — повторил за ним действие Валентино. Между ними словно искрили молнии. У порнорежиссера дело принципа, получить желаемо, а Теле-Демон просто не может позволить еще кому-то прикасаться к его вещам. *** Ассистент поставил стакан кофе на столик перед Радио-Демоном и протянул тонкую папку с документами. Брови с недоверием изогнулись, глядя на синюю обложку. — Вокс сказал, чтобы Вы помогли с вопросами для интервью у одной персоны. Здесь все известные данные об этой личности. Ее подноготная. Нужно больше интересных и провокационных вопросов. — Передай Воксу, — папка отправилась в полет, — Что я не его подчиненный. — Он это предвидел, — Грешник поправил очки в черной оправе, — И передал, что если Вам это не интересно, то он обязательно найдет Вам задачу, куда занимательней и познавательней для Вас. Например, на этаже Валентино. Возможно Вы сможете помочь в написании нового сценария фильма для взрослых. В планах снять сюжет с участием актеров в костюмах ангелов. Он уверен, что лучше Вас с этим никто не справится. А еще Вы сами приняли его предложение работать на него. Или готовы пойти против сделки? — Будет ему интервью, — прошипел мужчина сжимая горячий стакан. *** — Вау. Я не ошибся с выбором, — перевернул очередную страницу вопросов для интервью Теле-Демон, — Выводить людей из себя, имея такое небольшое количество данных о них – твой талант, — он вернул блокнот Аластору, который, как у себя дома, расслабился на диване напротив. Ну сейчас он сотрет самоуверенность оленя, — Это нужно перевести в печатную форму, чтобы интервьюеру было удобнее читать. — Так пусть твой бесполезный ассистент этим займется, — блокнот лег на стол. Вокс прекрасно знает, что Аластор не умеет работать с компьютером, — Я выполнил свою задачу. — У Этана итак много работы, давно планировал найти ему помощника. — Помощника? — ушко недовольно дернулось. Его таланты настолько принижают, ставя помощником ассистента? — Да. Кого-то вроде секретаря, — указательный палец пододвинул блокнот ближе к красноволосому, — Как тебе такая должность? — Не описать словами, как я «счастлив». На красивом лице нарисовалась хищная улыбка. «Только расслабься, Вокс, только расслабься. Внуши себе, что все под твоим контролем. И твоя якобы безупречная жизнь закончится.»