Crossfire

Кларк пришла на работу раньше обычного, дома ей нечем было дышать. Она скинула пальто на спинку кресла, провела ладонью по гладкой поверхности стола, проверяя: всё на месте, реальность держится. На часах было чуть больше семи. Её команда ещё не подтянулась, коридоры пустовали, и от этого кабинет казался больше, чем обычно. Кларк включила настольную лампу, открыла ноутбук и, не садясь, набрала короткое сообщение начальнику аппарата об отмене всех встреч и звонков на день. Без объяснений. Официальная версия — подготовка к финальным слушаниям. Реальная — она просто не могла заставить себя надеть маску уверенного политика перед кем-то, кроме Джулии. Ей было всё равно, как это выглядит. Вчерашний вечер и ночь уже выбили из неё ту часть, которая переживает за внешний фон. Сегодня ей нужна была половина дня без чужих глаз. Через несколько минут в дверь тихо постучали. — Да. Джулия вошла осторожно, боясь занять слишком много пространства. Сегодня она выглядела чуть лучше: аккуратный пучок, строгий жакет, профессиональный макияж, который почти скрывал тени под глазами. — Доброе утро, — выдавила она. Кларк подняла взгляд, и мгновение они просто смотрели друг на друга. Кларк ничего не сказала. Любое слово было бы либо ложью, либо признанием того, что произошло. А она не могла позволить Джулии уйти в это снова здесь, в кабинете, под камерами коридора, под людьми, которые, казалось, умеют читать по губам. — Садись, — сказала она наконец спокойно. Джулия села на край дивана у стены. Она держалась, но руки выдавали её. Она перекладывала с места на место свой планшет, и этот сухой пластиковый звук в тишине кабинета действовал Кларк на нервы. Кларк открыла ежедневник, не читая пролистала страницы. Ей нужно было держать глаза занятыми, чтобы не смотреть на Джулию слишком пристально. — У вас на сегодня… — Джулия начала по привычке и сразу запнулась. — То есть… было три встречи. Я уже… — Я отменила, — перебила Кларк. Джулия кивнула слишком быстро. — Да, поняла. Кларк закрыла ежедневник. — Кофе? — Нет, спасибо. — Вода? — Да, если можно. Кларк нажала кнопку на телефоне внутренней линии, попросила принести воду. Когда связь щёлкнула, в кабинете снова стало тихо. Джулия сидела и смотрела в одну точку, на ковёр у окна. Кларк заметила, как у неё дрожит край губы, будто она удерживает слова, которые сами лезут наружу. — Джулия, — сказала Кларк спокойно. Та вздрогнула всем плечом. — Да? Кларк сделала паузу. — Сегодня ты работаешь как обычно, — произнесла она наконец. — Ты отвечаешь на почту, держишь аппарат в рамках. И не задаёшь мне вопросов здесь. Джулия посмотрела на неё, как человек, которому дали инструкцию по выживанию, но забыли сказать главное: что будет, если она ошибётся. — Хорошо, — прошептала она. — Я… хорошо. Кларк кивнула, слова закончились, осталась только фактура. Дверь распахнулась без стука. Грейвс вошла стремительно, привнося с собой ощущение какой-то опасной, концентрированной энергии. На ней была черная тактическая куртка, волосы собраны в тугой узел, взгляд колючий и непроницаемый. Она была похожа на человека, который пришел забрать долги. Джулия, увидев Лексу, моментально побелела. Планшет в её руках дрогнул, едва не соскользнув на пол. — Собирайтесь, — коротко бросила Лекса, останавливаясь посередине кабинета. Она даже не посмотрела в сторону Джулии, но её присутствие, казалось, вытеснило весь кислород из помещения. — Нам нужно в управление. Риверс ждет. — Прямо сейчас? — спросила Кларк, глядя на Лексу. В этом вопросе была только сверка часов. — Машина внизу, — Лекса едва заметно кивнула. Её тон не предполагал отказов. — Едем на моей, без лишнего шума. Кларк медленно поднялась из-за стола. Она видела, как Джулия ищет в её лице хотя бы намёк на объяснение, но Кларк лишь молча взяла свою сумку. Джулия поднялась следом. Она перевела взгляд с Лексы на Кларк, ища привычную защиту, но та уже выходила из-за стола, не оборачиваясь. — Сенатор, мне нужно взять… — начала Джулия, но Лекса перебила её, даже не повернув головы. — Ничего не нужно. Идём. Они вышли в пустой коридор. Лекса шла впереди, задавая темп, который Джулии приходилось поддерживать трусцой, и цокот её каблуков эхом раздавался по пустому коридору. Кларк шла рядом с Лексой, их плечи почти соприкасались, и эта синхронность пугала Джулию. У выхода из крыла Капитолия их ждал начальник охраны, который преградил путь, скрестив руки на груди. Двое его людей стояли чуть позади, напряженные. — Сенатор, мы не получали распоряжений о выезде, — он посмотрел на Лексу с неприкрытой враждебностью. — Тем более без сопровождения. Это нарушение протокола. Лекса остановилась в шаге от него. Она не пыталась казаться выше, но её присутствие вдруг сделало рослого, тренированного мужчину лишним в этом пространстве. — Распоряжение пришло сверху, — отчеканила Лекса. — Ваши люди остаются здесь. — Вы не имеете права давать мне приказы, сержант, — начальник охраны багровел, его челюсть заходила желваками. Он сделал шаг вперед, пытаясь вернуть себе авторитет перед подчиненными. — Моя работа — безопасность сенатора, и я не допущу, чтобы она села в машину без группы сопровождения. Джулия, стоявшая за спиной Кларк, вжала голову в плечи. Она чувствовала, как воздух между ними начинает искрить. — Отойдите, — голос Кларк прозвучал тихо, но жёстко. — Сенатор, это небезопасно… — Я сама решаю, что для меня безопасно, — Кларк посмотрела на него в упор. — Офицер Грейвс действует по моему личному поручению. Это не обсуждается. Мужчина несколько секунд боролся с собой. Он перевёл взгляд на Лексу, тяжёлый взгляд профессионала, который чувствует, что его отстраняют от дела всей жизни. Затем он медленно, неохотно шагнул в сторону, освобождая проход к лифтам. — Если с вами что-то случится, сенатор, это будет на её совести, — бросил он вслед, не скрывая недовольства. Лекса даже не обернулась. Она придержала дверь лифта, дождалась, пока Кларк и Джулия войдут, и только тогда зашла сама. Джулия забилась в самый угол, её дыхание было неровным. Она смотрела на цифры этажей, которые стремительно бежали вниз, к подземному паркингу. — Сенатор, — шепнула она, когда двери открылись. — Зачем мы едем в управление? — Риверс ждёт нас для финального протокола, Джулс, — ответила Кларк, не глядя на неё. — Просто доверься мне. «Доверься мне» прозвучало в устах Кларк как прощание. Джулия почувствовала, как по спине пробежал холод. На парковке их ждал чёрный «Додж» Лексы. Машина стояла в стороне от служебных авто, её окна были глухо затонированы. Лекса распахнула дверь, жестом приглашая Джулию внутрь. — Садись, — коротко бросила она. Джулия послушно забралась на заднее сиденье, чувствуя, как кожа кресел холодит бёдра через тонкую ткань юбки. Кларк села вперёд, на пассажирское. Лекса захлопнула двери, отсекая звуки огромного паркинга, и тишина в салоне стала почти физической. Тяжёлый рокот мотора отозвался вибрацией в полу. Она не стала тратить время на прогрев: резко вывернула руль и направила машину к выезду. На КПП дежурный офицер долго всматривался в лобовое стекло, пока Лекса не приложила свой жетон к стеклу. Он что-то быстро набрал на пульте, ворота начали медленно расходиться. — Почему мы без охраны? — голос Джулии сзади дрожал. — Это небезопасно, Кларк… Лекса мельком взглянула на неё через зеркало заднего вида. Этот взгляд заставил Джулию замолчать на полуслове. — Безопасность — это не всегда машины в кортеже, Джулия, — произнесла Лекса, выезжая на шумную улицу. — Иногда безопасность — это когда никто не знает, в какой именно машине вы сидите. «Додж» влился в утренний поток Чикаго. Город жил своей суетливой жизнью: люди спешили на работу, такси сигналили в пробках, над головой гремели поезда надземки. Но внутри машины всё было иначе. Кларк смотрела вперёд. Она видела в отражении лобового стекла лицо Лексы, спокойное, уверенное, и это было единственным, что позволяло ей дышать в этот момент. Дорога до Управления заняла не больше двадцати минут, но для Джулии это время растянулось в бесконечность, полную пугающей неопределённости. Стивенс сидела, вжавшись в сиденье, и её взгляд лихорадочно метался между затылком Лексы и спокойным профилем Кларк. Она несколько раз открывала рот, чтобы задать вопрос, но каждый раз натыкалась на ледяное спокойствие Грейвс в зеркале заднего вида и осекалась. Кларк же смотрела строго перед собой. Её ладони неподвижно лежали на коленях, и только едва заметное движение пальцев, поглаживающих ткань брюк, выдавало внутреннее напряжение. Кларк уловила это боковым зрением, не позволяя себе повернуться. — Кларк, — наконец не выдержала Джулия, когда машина свернула на парковку Департамента. — Почему Риверс вызвал нас именно так? Без официальных уведомлений, без подготовки. Что происходит? Кларк не сразу повернула голову. Она дождалась, пока Лекса плавно остановит машину в спецзоне и заглушит мотор. В наступившей тишине голос сенатора прозвучал мягко, но в нём слышалась та непреклонная воля, которая не терпела возражений. — Джулс, послушай меня, — Кларк развернулась к ней, и в её глазах мелькнуло нечто, похожее на сочувствие, смешанное с жёсткой необходимостью. — Сейчас мы зайдём внутрь. Там будут люди, которым я доверяю больше, чем кому-либо в этом городе. Просто делай то, что они говорят. Мы здесь, чтобы закончить этот кошмар. Всё, что тебе нужно — это слушать и сохранять спокойствие. Джулия сглотнула, чувствуя, как в горле встаёт сухой ком. Она кивнула, хотя по её лицу было видно, что слова Кларк принесли ей мало утешения. Коллинз ждал их у лифтов. Он кивнул Лексе, коротко, по-деловому, и перевёл взгляд на Кларк. — Доброе утро, сенатор. — Джек, — ответила Кларк. Его взгляд скользнул к Джулии, задержался на мгновение, внимательно оценивая. — Пойдёмте, — сказал он. — Риверс уже в конференц-зале. Весь путь до конференц-зала прошёл в молчании. Встречные сотрудники полиции провожали их короткими взглядами, но никто не решался заговорить: вид Грейвс действовал на окружающих как предупреждающий знак. Конференц-зал был освещён холодным светом. За столом уже сидели Риверс и Сонни. Риверс поднял голову, когда они вошли, и жестом указал на свободные места. — Присаживайтесь, — сказал он без вступлений. Джулия села последней, на самый край стула. Её колени дрожали, и она изо всех сил старалась это скрыть, сцепив ноги. Она старалась не смотреть на Лексу, которая встала за спиной Кларк, превратившись в безмолвную тень. — Джулия, — начал Риверс, глядя прямо на неё. — Сейчас я скажу несколько вещей, которые вам могут не понравиться. Я прошу вас не перебивать и дослушать до конца. Это важно. Она кивнула, слишком резко. — Вы находитесь под давлением, — продолжил он. — Это давление мы фиксируем и квалифицируем как преступное. Вы не являетесь подозреваемой в похищении. Но вы являетесь ключевым элементом в цепочке, и от ваших действий в ближайшие часы зависит очень многое. Джулия побледнела ещё сильнее. Она открыла рот, но Коллинз неожиданно наклонился вперёд и заговорил первым, перехватывая момент. — Мисс Стивенс, — сказал он спокойно, без нажима. Она подняла глаза. Его голос был спокойным, почти нейтральным, в нём не было угрозы, которую она ожидала услышать. — Вы не одна, — продолжил он. — И сейчас от вас не требуют героизма. От вас требуют чёткого следования инструкции, шаг за шагом. Вы это сможете. Она сглотнула. — А если я не смогу? — вырвалось у неё. — Сможете, — ответил он так, будто это был уже установленный факт. — Потому что выбора у вас всё равно нет, и это парадоксально облегчает задачу. Когда выбор снят, остаётся только действие. Кларк сидела неподвижно, руки сложены на столе. Она смотрела на Джулию, но не вмешивалась. Сейчас это было не её пространство. Риверс продолжил: — Ситуация критическая, но теперь у нас есть инструмент влияния. Благодаря мисс Гриффин у нас появился рычаг, который заставит ваших кураторов выйти из тени. Сегодня вы связываетесь с ними и сообщаете, что готовы передать документ, который подтверждает изменение позиции сенатора. Джулия перевела взгляд на Кларк, потом на Риверса. Её пальцы судорожно перебирали край жакета. — Какой рычаг? О чём вы говорите? — О проекте, Джулия, — тихо произнесла Кларк, глядя ей прямо в глаза. — Этот документ… — она посмотрела на Кларк. — Он настоящий? — Вчера вечером я подписала черновик согласия, — Кларк говорила медленно, чеканя каждое слово. — В нём есть все необходимые метки, которые подтверждают мою личность. Этот документ — то, ради чего они похитили мою дочь. И сегодня ты передашь его им. — Но… — Джулия запнулась. — Если это всплывёт… — Если это всплывёт без контекста, — перебил Риверс, — у всех нас будут проблемы. Поэтому мы делаем всё, чтобы контекст был зафиксирован раньше. Сонни наклонилась вперёд. — Вы отправляете файл строго по инструкции, — сказала она. — Мы будем видеть всё, что происходит с ним дальше. Каждый шаг. — А если они… — Джулия сжала пальцы. — Если они скажут, что этого недостаточно? — Тогда ты скажешь, что это максимум, к которому у тебя есть доступ на данный момент, — ответила Лекса. — Ты не торгуешься, а фиксируешь условия, Джулия. — А если они начнут угрожать? — голос Джулии сорвался. Коллинз снова заговорил, прежде чем напряжение успело перелиться через край. — Тогда ты повторяешь фразу, которую мы сейчас отработаем. Слово в слово. Не добавляя ничего от себя. Он развернул к ней лист бумаги, на котором было всего несколько строк. Джулия вскочила со стула так резко, что он с грохотом отлетел назад. Её лицо из бледного стало мертвенно-белым, глаза расширились от ужаса. — Нет! Если я свяжусь с ними сейчас… если я передам что-то, что вы подготовили… они поймут. Если они убьют её, Кларк! Если они убьют Лиззи и придут за моей матерью? Я не могу… Я не буду этого делать! Истерика накатывала на неё волной. Джулия начала лихорадочно качать головой, её дыхание стало прерывистым и громким. Она отступила к стене, словно пытаясь слиться с ней, чтобы исчезнуть из этой комнаты. — Сядь, Джулия, — голос Лексы прозвучал резко, заставив всех в комнате вздрогнуть. Но Джулия уже не слышала приказов, её тело сотрясала крупная дрожь. Риверс нахмурился, собираясь что-то сказать, но Коллинз поднялся со своего места. Он подошел к Джулии мягко, не делая резких движений. — Эй, тише, — Коллинз осторожно взял её за плечи. — Джулия, слышишь меня? Джулия подняла на него полный слез взгляд. Коллинз не отпускал её, удерживая в реальности. — Мы не бросаем тебя под танк. Послушай, мы будем там. Мы профессионалы, Джулс. Мы не допустим ошибки. Твоя мать в безопасности. Ты — наш единственный путь спасти девочку. Ты хочешь, чтобы Кларк вернула дочь? Джулия судорожно вздохнула, её плач начал затихать, сменяясь тихими всхлипами. Она смотрела на Коллинза, и его спокойствие, лишенное холодности Лексы или официозности Риверса, подействовало на неё. Она медленно опустилась обратно на стул, который Коллинз аккуратно поправил для неё. — Вот так, — тихо сказал он, возвращаясь на свое место. — Просто слушай порядок действий. Риверс кивнул Коллинзу и продолжил, словно этой вспышки и не было. — План следующий: сегодня в десять утра вы отправляете сообщение на тот канал связи, который они установили. Пишете, что удалось скопировать финальный черновик с личного ноутбука сенатора. У Кларк сдали нервы, и она готова подписать оригинал, если они покажут Лиззи живой. Лекса вышла вперед, положив на стол небольшую флешку. — Здесь файл. Как только они откроют его, а они откроют, чтобы проверить подлинность подписи, у нас будет окно в несколько минут, чтобы локализовать сигнал. Кларк наконец почувствовала, как напряжение внутри неё начинает смещаться, превращаясь из глухого ужаса в холодную концентрацию. Это было хуже по-своему, но хотя бы давало форму. Джулия смотрела на флешку как на ядовитую змею. — А если они назначат встречу? — Это именно то, чего мы добиваемся, — ответила Лекса. — Поедешь на встречу, но под нашим полным контролем. Кларк подошла к Джулии и положила руку ей на плечо. — Джулс, я знаю, как тебе страшно. Мне тоже страшно, каждую секунду я думаю о том, что может пойти не так, но это единственный шанс. Они не ждут от нас агрессии, они должны подумать, что я сломлена. Джулия молчала долго. Она смотрела на свои руки, потом на Кларк, и наконец медленно кивнула. У неё не было вариантов. Весь её мир сузился до этого холодного стола и флешки, которая могла стать либо её спасением, либо приговором. — Хорошо, — прошептала она. — Я сделаю это. — Всё, — сказал Риверс, закрывая папку. — На этом этапе это вся информация, которая вам нужна. — Кларк, Джулия, вам лучше выйти на несколько минут. Кларк кивнула и тут же поднялась, беря Стивенс под локоть, и повела к выходу. — Идем. Когда дверь за ними закрылась, в конференц-зале повисла тяжелая, рабочая атмосфера. Риверс посмотрел на Лексу, потом на Сонни и Коллинза. — Итак, господа. Теперь к делу. Если маяк не сработает или сигнал будет заблокирован — мы идем по жесткому сценарию. Лекса, ты командуешь на месте. Коллинз, твоя задача — Джулия. Если ситуация выйдет из-под контроля, твоим приоритетом будет её эвакуация, но только после того, как мы зафиксируем контакт. Лекса подошла к монитору, на котором уже разворачивалась карта города. Её глаза горели холодным огнем, который появлялся только перед боем. — Не будет «если», капитан. Мы возьмем их. Сегодня этот город станет для них слишком тесным. Сонни проверила соединение и кивнула. — Система активна. Ждем команды на запуск. Риверс несколько секунд смотрел на экран с картой, затем перевёл взгляд на Лексу. — Донован и Хадсон? — Ждут вызова, — ответила Лекса. — Хенли? — Нет, — отрезала она. — Хенли остается. Я не хочу, чтобы он был посвящен в детали этой операции. Риверс коротко кивнул, спорить не стал. Он знал, что интуиция Грейвс на людей редко ошибалась, особенно в делах, где на кону стояло слишком многое. — Зови Хадсона и Донована, — коротко бросила она Коллинзу. Через несколько минут в зал вошли двое. — Присаживайтесь, — Грейвс жестом указала на свободные стулья. — Времени мало. Она выдержала паузу, оценивая их готовность. Лекса доверяла Тому и Майку, но протокол безопасности и её собственная осторожность диктовали свои правила: контекст будет ограничен только необходимым минимумом. — Слушайте задачу, — начала она. — В десять утра Джулия Стивенс выходит на связь с группой, удерживающей заложника. Цель контакта — передача критически важного документа. Мы рассчитываем, что это спровоцирует их на личную встречу. Майк Донован нахмурился, быстро фиксируя информацию. — Когда предполагаемое время контакта? — Ориентируемся на поздний вечер или ночь, — ответила Лекса. — Предыдущие два выхода кураторов на связь происходили именно в этот интервал. Адрес они назначат сами, но Стивенс проинструктирована: если будет возможность маневра, она ограничивает зону поиска юго-западом. Скорее всего, это будут доки, заброшенные парковки или складские зоны за чертой города. Места, где легко контролировать горизонт. Хадсон поднял голову от своих записей. — Каков статус операции? — Неофициальный, — Лекса выделила это слово интонацией. — Это значит, что никаких стандартных протоколов отчетности. Майк, на тебе подготовка транспорта. Нужны машины без опознавательных знаков, без следов ведомственной принадлежности. Проверьте всё: от номеров до содержимого бардачков. Донован коротко кивнул. Он уже понял подтекст: если что-то пойдет не так, официально их там не было. — После задержания, — продолжила Лекса, глядя прямо в глаза Хадсону, — мы не возвращаемся в управление. Группа сопровождения направляется на стороннюю территорию. Адрес сброшу в последний момент на закрытый канал. Хадсон и Донован обменялись быстрыми взглядами. Они работали с Лексой достаточно долго, чтобы понять — «сторонняя территория» означала жесткий допрос без камер, свидетелей и адвокатов. Грейвс не собиралась играть по правилам, когда время работало против них. — Вопросы? — спросила Лекса, выпрямляясь. — Вооружение? — коротко спросил Майк. — Полная выкладка, но скрытого ношения, — Лекса провела рукой по волосам, затягивая узел на затылке еще туже. — Мы должны выглядеть как обычные курьеры или охрана, пока не поступит команда на захват. Сонни на привычной точке, плюс координация сигнала. Ваша задача — быть в полной готовности к выезду в любой момент после десяти утра. — Поняли, — отозвался Том Хадсон, поднимаясь. — Начнем с машин. Майк, проверь южный бокс, там стоял серый внедорожник без маячков. Когда они вышли, Риверс подошел к Лексе. Он видел, как она на мгновение закрыла глаза, словно аккумулируя силы перед броском. — Ты уверена, что они не сорвутся? — тихо спросил он. — Они не сорвутся, капитан, — Лекса открыла глаза, и в них снова застыл лед. — Им нужен документ, а нам нужны они. Это простая математика, и сегодня я собираюсь свести счеты. Она повернулась к Сонни, которая уже начала колдовать над мониторами. Впереди были часы самого мучительного ожидания, когда каждый шорох кажется сигналом, но план был запущен, и обратного пути больше не существовало. В коридоре Кларк и Джулия стояли у окна, глядя на внутренний двор управления. Они видели, как в переговорную заходят еще двое людей из команды Грейвс. Джулия всё еще мелко дрожала, и Кларк просто стояла рядом, не пытаясь заполнить тишину фальшивыми словами. — Я не выдержу, — прошептала она. — Я не смогу. Кларк подошла ближе и тихо заговорила. — Джулия, без тебя мы не справимся, — сказала она. — Я доверяю им и верю, что у них все под контролем. — Кларк едва слышно вздохнула. — Насколько это всё вообще может быть под контролем… Джулия медленно открыла глаза. Во взгляде не было облегчения, но появилось что-то похожее на смирение. — Хорошо, — сказала она наконец. — Я сделаю всё, как скажут. Кларк кивнула. Они обе знали, что этот день изменит всё. Либо Лиззи вернется домой, либо тишина в доме Гриффин станет вечной.

***

Подготовка вошла в ту стадию, когда каждое движение должно быть выверено до миллиметра. В техническом отделе управления воцарилась тишина, прерываемая лишь приглушенными голосами оперативников. Лекса отозвала Кларк в сторону, подальше от лишних ушей. — Джулия не может выходить на связь отсюда, — негромко, но твердо произнесла Грейвс. — Если её пасут профи, а мы исходим именно из этого, они увидят сигнал из управления и всё поймут. Она должна вернуться в Капитолий. Сценарий должен быть безупречным: помощница сенатора на рабочем месте, пока сама сенатор... отсутствует. Кларк кивнула, хотя внутри неё всё протестовало против того, чтобы отпускать Джулию одну. Она стояла рядом с Лексой, почти неосознанно сокращая дистанцию, будто физическая близость к этой женщине была единственным, что удерживало её собственные нервы от окончательного износа. — Я согласна, — отозвалась Кларк. — Это логично. Если меня нет в офисе, у неё появляется возможность залезть в мой компьютер. Это объяснит, как она получила доступ к документам. Лекса кивнула и жестом подозвала Коллинза. Джек принес небольшую серую сумку. Из неё он достал нечто, похожее на плотную майку телесного цвета из высокотехнологичного полимера. — Джулия, иди сюда, — позвала Лекса. Стивенс подошла медленно, её движения были скованными, а взгляд застывшим. Она больше не плакала, но эта тихая, сдерживаемая паника пугала Кларк даже больше, чем недавняя истерика. Джулия казалась хрупкой фарфоровой куклой, которая может разбиться от любого резкого звука. — Надень это под блузку, — Лекса передала ей бронежилет скрытого ношения. — Это мягкий кевлар четвертого класса. Легкий, незаметный под одеждой, но держит большинство пистолетных калибров. Это твоя страховка. Джулия взяла жилет, кончики её пальцев дрожали, когда она коснулась материала. — Кларк... — прошептала она, ища поддержки. — Ты справишься, — Кларк подошла ближе, ободряюще сжав её предплечье. — Ты вернешься в Капитолий, будешь отвечать на звонки, делать вид, что работаешь. Это создаст необходимый фон. Мы будем на связи каждую секунду. Лекса протянула Джулии мобильный телефон, старую модель, полностью перепрошитую. — Связь с нами только через этот аппарат. Канал зашифрован. Твой личный телефон оставь включенным на столе в офисе, чтобы геолокация не прыгала. Когда свяжешься с ними, говори только то, что мы отработали. Никакой самодеятельности. Через десять минут Коллинз вывел Джулию через черный ход, чтобы посадить её в такси. Кларк смотрела им вслед, чувствуя, как внутри разрастается пустота. — Теперь ты, — Лекса повернулась к Кларк. — Твоё отсутствие в офисе должно быть заметным. Официально: ты уехала на встречу с юристами в частном порядке. Это даст Джулии время на слив данных. Кларк осталась в управлении. Она ходила из угла в угол по небольшому кабинету в старом крыле здания, который выделил им Риверс, пока Лекса и Сонни занимались финальной настройкой оборудования. Сонни сидела перед монитором, на котором отражались сложные графики частот. — Удаленная координация подтверждает готовность, — коротко бросила Сонни, не оборачиваясь. — Если на точке будут глушилки, попробуем перехватить их частоту и создать коридор для нашего сигнала, но гарантий нет. Если они врубят военные блокираторы, мы ослепнем. Лекса стояла у окна, глядя на внутренний двор. Её лицо было непроницаемым, но Кларк видела, как она то и дело касается рукояти ножа, закрепленного на поясе. — Мы не ослепнем, — холодно отозвалась Лекса. — Если связь ляжет, будем работать по визуальным маркерам. Хадсон и Донован уже знают сектора. В 10:45 зазвонил телефон, оставленный на столе. Кларк вздрогнула. Лекса мгновенно оказалась рядом, включая громкую связь. — Я в Капитолии, — голос Джулии звучал натянуто, как струна. — Я... Я сделала это. Отправила сообщение. Сказала, что файл у меня, и я готова его отдать, если они подтвердят, что с Лиззи всё в порядке. В кабинете повисла такая тишина, что Кларк слышала собственное сердцебиение. — Жди, — скомандовала Лекса. — Не выпускай телефон из рук. Прошло бесконечных пятнадцать минут. Сонни фиксировала всплески активности на сервере кураторов. Наконец, экран планшета в руках Лексы мигнул. — Есть ответ, — прошептала Сонни. Кларк затаила дыхание. — Они назначили встречу, — голос Джулии в динамике дрожал от едва сдерживаемого ужаса. — Двенадцать ночи. Сказали... Сказали, что координаты скинут за час до времени. Предупредили, если увидят хоть одну машину хвоста — сделка отменяется. Лекса выругалась сквозь зубы. Координаты за час — это классический прием, чтобы не дать полиции подготовить засаду. — Спокойно, Джулия, — Кларк взяла телефон в руки, стараясь, чтобы её голос звучал максимально уверенно. — Ты молодец. Сиди в офисе. Лекса резко развернулась к карте города. — Час. У нас будет всего шестьдесят минут, чтобы выставить периметр и не засветиться. Сонни, подключай Хадсона и Донована. Коллинз! — крикнула она в коридор. Коллинз вошел в кабинет, на ходу застегивая куртку. — Слышал. Час на развертывание — это чертовски мало, Грейвс. — Поэтому мы распределимся заранее, — Лекса ткнула пальцем в карту. — Выезд в 18:00. Хадсон уходит на северо-запад, Донован — на восток. Мы с тобой и Сонни берем юго-запад и юг. Как только придут координаты, тот, кто окажется ближе всех, начинает скрытое наблюдение. Остальные подтягиваются в режиме невидимки. Она повернулась к Гриффин. Её взгляд смягчился лишь на долю секунды. — Тебе придется остаться здесь, Кларк, домой ты не поедешь для своей же безопасности. Это не обсуждается. Если пойдет захват, Риверс обеспечит тебе прямую трансляцию. — Хорошо, — выдохнула Кларк. — Но пообещай мне... Лекса подошла вплотную. Она не обняла её, в комнате были люди, но накрыла руку Кларк своей. — Я сделаю всё, чтобы она вернулась домой. Впереди были долгие, изнурительные часы ожидания.

***

Долгая пауза в оперативных действиях была самым изматывающим испытанием. В Управлении время текло иначе: здесь оно измерялось не минутами, а литрами выпитого кофе, короткими фразами дежурных и гулом вентиляции. Группа Лексы была переведена в режим ожидания. Риверс, понимая значимость предстоящей ночи, перераспределил текущие вызовы на другие смены, фактически законсервировав команду Грейвс внутри здания. До шести вечера, расчетного времени выхода на точки, оставалось еще несколько часов, которые нужно было чем-то заполнить, чтобы разбавить напряжённое ожидание. Кларк чувствовала себя лишним элементом в этом отлаженном механизме. Она сидела в небольшом кабинете, перелистывая документы, смысл которых ускользал от неё через секунду после прочтения. Воздух в комнате казался спертым. Ей нужно было движение, хотя бы иллюзия нормальности. Поднявшись, она вышла в коридор. Управление жило своей суетливой, грубой жизнью. Кларк дошла до автомата с кофе в конце холла и уже протянула руку к кнопке, когда над ухом раздался бодрый, чуть ироничный женский голос: — Мисс Гриффин, сенатор. Я бы на вашем месте этого не делала. Этот кофе по вкусу как вселенское сожаление в одном стакане. Серьезно, он способен убить веру в человечество. Кларк вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла молодая женщина в темно-синей форме парамедика. У неё были живые, смеющиеся глаза и легкая, уверенная манера держаться, которая свойственна людям, ежедневно видящим смерть и научившимся над ней подтрунивать. Кларк мгновенно узнала её. Та самая женщина, которую она видела в медкабинете с Лексой, а позже — на парковке. В груди у Кларк шевельнулся странный укол, который она предпочла бы назвать просто любопытством, но правда была в том, что вид этой улыбчивой девушки рядом с Лексой в её памяти вызывал глухое раздражение. — Я просто хотела немного взбодриться, — ответила Кларк, пытаясь вернуть себе маску вежливости. — Понимаю, — Эрика широко улыбнулась. — Но поверьте моему опыту, эта жижа вам не поможет. Я как раз собираюсь за настоящим кофе в кофейню через дорогу, у них там есть нормальные зерна и даже приличные сливки. Могу принести вам стакан, чтобы вы не испортили окончательно мнение о нашем управлении. Считайте это актом гуманитарной помощи. Кларк была обескуражена этим внезапным дружелюбием. В этой девушке не было ни капли официоза или трепета перед её статусом. Она была искренней и легкой — полная противоположность самой Кларк в этот момент. — Это очень мило с вашей стороны... — замялась Гриффин. — Мисс?.. — Блейк. Эрика Блейк, — девушка сделала шаг вперед и открыто протянула руку. Кларк вложила свои ледяные пальцы в её ладонь. Рука Эрики оказалась неожиданно мягкой и очень теплой, почти горячей. Это мимолетное прикосновение подействовало на сенатора странно: на секунду показалось, что чужое спокойствие и уверенность передаются ей через это рукопожатие, немного утихомиривая дрожь в груди. — Рада знакомству, Эрика. Но мне неудобно вас обременять... — Пустяки. Считайте, что я спасаю ваши рецепторы, — Блейк подмигнула ей, не спеша разрывать тактильный контакт, словно проверяя, не упадет ли Гриффин в обморок прямо сейчас. — Пряный латте или черный, как душа оперативников в этом здании? — Черный, пожалуйста, — невольно улыбнулась Кларк, чувствуя, как комок в горле немного рассасывается. — Спасибо. — Не уходите далеко, сенатор, я скоро буду. Когда Эрика скрылась за дверями выхода, Кларк почувствовала, что стены управления снова начинают на неё давить. Ей не хотелось возвращаться в душный кабинет. Она решила пройтись, ей казалось, что если она будет в движении, то ожидание станет хоть немного легче. Спустившись по лестнице, она оказалась в длинном коридоре с серыми стенами. Здесь было тише, только из-за некоторых дверей доносились глухие звуки. Кларк остановилась, чтобы ответить на звонок — её пресс-секретарь был довольно настойчив. — Сенатор, извините за беспокойство, но редактор Politico требует утверждения обложки прямо сейчас. Вы договаривались в прошлый четверг, помните? После интервью. — Да, Эмма, я помню, — вздохнула Кларк, прижимая телефон к уху. — Пришли мне файл, я посмотрю. Но не обещаю, что это будет быстро. — Они ждут до вечера. У них дедлайн. — Хорошо, я разберусь. Всё, мне нужно идти. Сбросив вызов, Кларк почувствовала глухое раздражение. Всё это казалось ей далеким и фальшивым по сравнению с тем, что происходило сейчас. Какая разница, как она будет выглядеть на глянцевой бумаге, если в течение пары часов может случиться неизбежное? Она прошла дальше по коридору и вдруг услышала ритмичные звуки: глухие удары и резкий голос Коллинза. Дверь была приоткрыта, Кларк замерла на пороге, увидев за ней спортзал, и у неё буквально перехватило дыхание. В центре зала была Лекса. На ней был только черный боксерский топ, открывающий рельефную спину и плечи, и свободные шорты. Её кожа блестела от пота, волосы выбились из тугого узла, прилипая к вискам. Она вела спарринг с мужчиной, который, несмотря на свои габариты, выглядел рядом с ней неуклюжим подростком. Лекса двигалась с пугающей грацией. Она уходила от выпадов с такой легкостью, будто знала его мысли наперед. Её удары были резкими, точными, короткими. — Давай, Марк! Работай ногами! Ты не в очереди за пончиками стоишь! — Коллинз стоял у канатов, скрестив руки на груди, и его лицо светилось саркастическим удовольствием. — Грейвс тебя сейчас разберет на запчасти, если не начнешь двигаться! Лекса сделала резкий выпад, Хенли попытался блокировать, но она ловко поднырнула под его руку и нанесла легкий, но ощутимый удар в корпус. — Ты открыт, — бросила она низким, хриплым от нагрузки голосом. Кларк стояла как вкопанная в дверях. Она не могла отвести взгляд от Лексы — от того, как играли мышцы на её спине, от её сосредоточенного, почти трансового лица. Это была чистая, концентрированная сила. Лекса казалась воплощением контроля, «твердой материей», о которой Кларк думала сегодня утром. В этот момент Лекса, совершая очередной разворот, заметила её. Она поймала взгляд Кларк — прямой, нескрываемый, полный неосознанного восхищения и желания. Лекса не сбила темп, но её губы тронула едва заметная, самодовольная ухмылка. Она знала, какое впечатление производит. Она сделала еще два быстрых движения, заставив Хенли окончательно потерять равновесие, и легко спрыгнула с ринга. — На сегодня хватит, Марк. Иди в душ, пока ты окончательно не опозорил звание полицейского, — бросила она через плечо. Хенли, тяжело дыша, кивнул и поплелся к раздевалкам, даже не заметив сенатора в дверях. Кларк всё еще стояла в трансе, рассматривая, как капля пота медленно скатывается по ключице Лексы, исчезая в ложбинке между грудей. — Сенатор, — голос Лексы вывел её из оцепенения. — Решили сменить кабинет на более динамичную обстановку? Кларк прочистила горло, чувствуя, как к щекам приливает жар. — Эм… Я… Я решила прогуляться. Нужно было проветрить голову. — И как успехи? — Лекса подошла ближе, вытирая лицо полотенцем, которое ей бросил Коллинз. От неё исходил жар и терпкий запах соли и усилий. Она встала неприлично близко, глядя на Кларк сверху вниз со своей обычной невозмутимостью, в которой сейчас сквозило торжество. — Мисс Гриффин! Я вас обыскалась! Голос Эрики прорезал тишину зала. Парамедик вошла, неся два стакана с кофе. Она широко улыбалась, но, заметив Лексу и Коллинза, её брови удивленно поползли вверх. — О, я вижу, тут вся элита в сборе, — Эрика подошла к ним, протягивая Кларк стакан. — Вот ваш кофе, сенатор. Клянусь, это лучшее, что можно найти. Кларк взяла стакан, ощущая тепло картона через пальцы. — Спасибо, Эрика. Грейвс замерла. — Привет, Эрика, — негромко сказала Лекса. Её тон был мягким, лишенным привычной командной стали. Она сделала полшага назад, намеренно увеличивая дистанцию с Кларк, чтобы не заставлять Эрику чувствовать себя лишней. — Не знала, что ты сегодня на смене. — График поменяли в последний момент, — Эрика улыбнулась, но в уголках её глаз залегла тень. — Решила угостить сенатора нормальным напитком, а то вы тут совсем одичали. — Это было... очень кстати. Спасибо, что присмотрела за ней, — Лекса кивнула Эрике, и в этом простом жесте было столько искреннего расположения, что Кларк почувствовала легкий укол чего-то похожего на зависть. Эти двое понимали друг друга без слов. — Ну, я не могла допустить, чтобы мисс Гриффин отравилась твоим любимым дегтем из автомата, — Эрика попыталась разрядить обстановку шуткой, на которую Лекса ответила короткой, понимающей улыбкой. Кларк чувствовала себя крайне неловко. Она стояла между двумя женщинами, которые, очевидно, имели общую историю. Она знала об их связи по тем коротким моментам, что видела раньше, и эта сцена «дружеского» общения вызывала у неё глухое чувство собственности, которое она не имела права испытывать. — Я, пожалуй, пойду, — произнесла Кларк, чувствуя, что ей нужно выйти на воздух. — У меня еще дела с документами. Эрика посмотрела на Кларк, потом на Лексу, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Она была умной женщиной и быстро считала то, как Лекса смотрит на сенатора. Она еще не знала наверняка, но интуиция уже кричала ей о том, что крепость, которую она пыталась взять штурмом, сдалась без боя кому-то другому. — Да, мне тоже пора, — отозвалась Эрика, её голос стал чуть тише. Она на мгновение коснулась руки Лексы — мимолетное, почти прощальное касание. — Рада была повидаться, сенатор. Лекса, Джек — берегите себя. Она развернулась и вышла, оставляя за собой шлейф цитрусовых духов. Лекса проводила её долгим, тяжелым взглядом. В зале повисла пауза. Лекса еще несколько секунд смотрела на закрывшуюся дверь, а потом медленно обернулась к Кларк. Напряжение никуда не исчезло, оно просто сменило полярность. — Она очень милая, — тихо сказала Кларк, нарушая тишину. Лекса вздохнула, вытирая шею полотенцем. — Лучшая из всех, кого я знаю, — просто ответила она. Она сделала шаг к Кларк, и теперь в её глазах было что-то другое — открытость, от которой у Кларк перехватило дыхание. — Значит, ты уже обзаводишься здесь союзниками? — Лекса чуть наклонила голову, возвращаясь к их диалогу, но теперь это звучало почти интимно. — Она просто была очень любезна, — Кларк сжала стакан с кофе. — Не вижу в этом проблемы. — Проблем нет, — Лекса ухмыльнулась. Коллинз, который всё это время тактично молчал, наконец громко хмыкнул. — Грейвс, ты сейчас звучишь как собственница. Дамы, сцена была высший класс. Я почти прослезился от вашей вежливости. — Исчезни, Джек, — беззлобно бросила Лекса. Когда Коллинз вышел, Лекса снова сократила расстояние. — Ты на меня смотрела, — негромко произнесла она. Это был не вопрос, а утверждение. Кларк почувствовала, как кофе в стакане дрогнул. — Это... впечатляет. — Только впечатляет? — Лекса сделала еще шаг, сокращая расстояние до минимума. Кларк чувствовала жар, исходящий от её тела. — Боже, Грейвс… — прошептала Кларк, и её дыхание сбилось. — Не можешь же ты быть настолько высокого мнения о себе. — Нет, могу. — Лекса протянула руку и кончиками пальцев коснулась щеки Кларк. Кларк закрыла глаза на мгновение, наслаждаясь этим коротким контактом. — Я думаю, мне пора идти, — выдохнула она, открывая глаза. Лекса ухмыльнулась, на этот раз мягко и почти нежно. Она убрала руку и отступила. — Да, мэм. Как скажете. Кларк развернулась и быстро вышла из зала, чувствуя, как сердце колотится о ребра. Она шла по коридору, сжимая стакан с кофе. Она вернулась в кабинет. Напиток действительно был отличным — крепким, ароматным и горьким, как реальность, в которой они оказались. Кларк открыла файл от Эммы, обложка была хорошей, на ней она выглядела безупречно: строгий костюм, волевой взгляд, уверенная поза. «Кларк Гриффин: Новая надежда Капитолия». Она горько усмехнулась. Если бы читатели журнала знали, что эта «надежда» сейчас прячется в полицейском управлении, сходя с ума от страха за дочь и отчаянно желая женщину-полицейского. Кларк отложила телефон. До шести вечера оставалось три часа, напряжение усиливалось. В это же время Лекса стояла под ледяными струями душа в раздевалке, прижимая лоб к кафельной плитке и позволяя воде смывать лишние мысли. Перед глазами всё еще стояло лицо Кларк в дверях зала — её взгляд, полный голода и тревоги. Лекса знала, что делает: она провоцировала её, вытягивала из кокона отчаяния, заставляла чувствовать хоть что-то, кроме боли. Это было жестоко, но необходимо. Им обеим нужно было помнить, за что они сражаются. Через десять минут Грейвс вышла из душевой. Ледяная вода притушила пожар в мышцах, но не в голове. Она натянула свежую футболку, форменную рубашку и, не застегивая её, накинула куртку. Влажные волосы холодили шею. Ей нужно было найти Коллинза и Сонни. Старое крыло Управления было немноголюдным. Здесь не было глянцевых панелей и современных датчиков; только скрипучий паркет, высокие потолки и тусклые желтые лампы, которые моргали в такт перепадам напряжения. Лекса шла почти бесшумно, её шаги поглощал толстый слой старого ковролина. Она толкнула тяжелую дверь кабинета, ожидая увидеть Джека или Сонни, но замерла на пороге. — Черт... — выдохнула Кларк, резко прижимая руку к груди. От неожиданности её пальцы разжались, и смартфон с глухим стуком упал на пол, проехав прямо к ногам Лексы. Кларк тяжело дышала, глядя на вошедшую широко раскрытыми глазами. — Лекса. Ты когда-нибудь научишься заходить как нормальный человек, а не как призрак? — Кларк попыталась усмехнуться, но голос предательски дрогнул. — У меня сердце чуть не выпрыгнуло. Лекса промолчала, но медленно наклонилась, поднимая телефон. Экран всё еще светился: на нем был макет обложки Politico. На фото Кларк выглядела безупречно, образ женщины, которая правит мирами. Лекса задержала взгляд на фото, а затем посмотрела на Кларк. Сенатор стояла перед ней с расстёгнутым воротником блузки, слишком хрупкая и живая в этом тусклом свете. — Тебе идет этот костюм, — негромко произнесла Лекса, подходя ближе и протягивая телефон. Её губы тронула почти неуловимая улыбка. Кларк взяла телефон, и её пальцы намеренно медленно прошлись по ладони Лексы, задерживаясь на мгновение дольше необходимого. — А где все? — спросила Лекса, оглядывая пустую комнату. — Я думала, группа здесь. — Все разошлись минут десять назад, — Кларк пожала плечами, не отводя взгляда. — Коллинз ушел к Риверсу, Сонни тоже куда-то вызвали. Я осталась одна. В этой тишине начинаешь слышать собственные мысли, а это сейчас не самое приятное занятие. Лекса кивнула, понимая, насколько громкой может быть тишина в такие моменты. Она сделала еще шаг вперед, оказываясь совсем близко. — Знаешь, — Кларк вдруг слабо улыбнулась, глядя на экран своего телефона, — я полчаса пытаюсь найти изъяны в этой обложке. Как будто если я найду там ошибку, то и вся остальная реальность окажется просто опечаткой. Лекса осторожно коснулась ладонью её локтя, и Кларк почувствовала, как по коже пробежали мурашки. — И как? Нашла? — Нет, — Кларк подняла на неё глаза. — Там всё слишком идеально. А я сейчас чувствую себя так, будто разваливаюсь на части. — Не разваливаешься, — Лекса переместила руку выше, медленно ведя ладонью по предплечью Кларк, пока не сжала её плечо. Пальцы через тонкую ткань блузки чувствовали лихорадочное, почти обжигающее тепло чужой кожи. — Ты держишься лучше, чем любой на твоем месте. Кларк повернулась к ней всем телом, и пространство между ними схлопнулось. Лекса не отпустила её, напротив, её пальцы чуть сильнее впились в плечо, фиксируя Кларк на месте. Когда сенатор неловко дёрнулась, пытаясь убрать телефон в карман брюк, их бёдра соприкоснулись. Лекса почувствовала это касание всем телом, и по спине прошёл электрический разряд. Лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга; Лекса ощущала на своих губах прерывистое, горячее дыхание Кларк. — Лекс, — прошептала Кларк. Её голос сорвался, а взгляд опустился к губам Лексы. — Ты ведь понимаешь, что это... плохая идея? — Ужасная, — выдохнула Грейвс. Она сократила последние миллиметры, повинуясь почти болезненному импульсу. Это был короткий, но отчаянный поцелуй, на который Кларк ответила мгновенно, с какой-то надрывной, голодной жадностью. Её ладони взметнулись вверх, вцепились в плечи Лексы, пальцы судорожно смяли плотную ткань форменной рубашки, притягивая женщину ещё ближе, словно пытаясь врасти в неё, найти в этом контакте спасение от всего того ада, что творился снаружи. Лекса чувствовала, как Кларк дрожит под её руками, и эта дрожь передавалась ей самой. Это длилось всего несколько секунд, за которые мир успел перевернуться. Лекса первая услышала движение в коридоре — тяжёлые шаги Джека и приглушённый голос Сонни. Они отпрянули друг от друга за мгновение до того, как ручка двери повернулась. Лекса моментально сделала вид, что проверяет замок кобуры, пытаясь унять сбившееся, рваное дыхание и заставить сердце биться тише. Кларк судорожно поправила воротник, коротким движением пригладила волосы и отвернулась к столу, невидящим взором уставившись в разложенные бумаги. Дверь распахнулась, и в кабинет уверенно зашли Сонни и Коллинз. — Рипер! Вот ты где, — Джек, не сбавляя шага, прошёл к столу и с грохотом бросил на него сумку. Он явно не заметил сгустившийся воздух в комнате. — Мы тебя по всему управлению ищем. Сонни замерла у входа. Её взгляд медленно прошёлся по лицу Кларк, а затем переместился на Лексу, которая всё ещё стояла слишком близко к Гриффин. Сонни промолчала, но едва заметно прищурилась. — Я была здесь. Проверяла… обстановку, — голос Лексы звучал почти ровно. Она сделала шаг в сторону, разрывая интимный круг и подходя к Коллинзу. — Какие новости от Риверса? — Всё по плану, — Джек, не оборачиваясь, протянул Лексе снаряжённую обойму. — Машины в гараже, Майк и Том уже всё подготовили. Риверс ждёт нас через час для финального брифинга. Кларк медленно опустилась в глубокое кожаное кресло, стараясь, чтобы её движения выглядели естественно, но её пальцы всё ещё мелко дрожали, и она поспешила спрятать их, вцепившись в подлокотники. — Грейвс права, порядок должен быть во всём, — произнесла Кларк. Её голос был чуть сиплым, но она быстро справилась с собой, возвращая лицу маску. Сонни подошла к столу и молча забрала один из планшетов, не сводя внимательного взгляда с Лексы. — Нам пора, — коротко бросила она, первой направляясь к выходу. — Нужно проверить связь в гараже. Джек, забирай оставшееся железо. Коллинз подмигнул Кларк, сгрёб вещи в сумку и последовал за Сонни. Лекса уже дошла до двери, но в самый последний момент, когда её рука уже лежала на ручке, она на секунду обернулась. Коридор за её спиной заполнился шагами и голосами коллег, уходящих вперёд. — Лекса? — негромко окликнула её Кларк. Грейвс замерла в дверях. — Тот костюм на обложке... — Кларк слегка улыбнулась. — Он на самом деле чертовски неудобный. Я всегда мечтала его сжечь. Лекса ухмыльнулась, и в этой улыбке промелькнуло что-то очень личное, предназначенное только для них двоих. — Когда всё закончится, я сама куплю тебе бензин и лично поднесу спичку. Она вышла из кабинета, аккуратно прикрыв дверь. Лекса шла по коридору старого крыла, чеканя шаг. Она всё ещё чувствовала на губах едва уловимый вкус помады Кларк, а в груди — тяжесть ответственности, которая теперь стала почти физической.