Твоя судьба: два брата

Потертые двери старого лифта со скрипом открылись. Толик, стараясь быть незаметнее, выскользнул из него и направился к квартире. Не успел он вставить ключ, как на его руке легонько сомкнулись тонкие пальцы. - Коля… Толик, прошептав это, побледнел. Емельян коснулся щеки брата, заставив посмотреть на себя. Губы Анатолия задрожали. - Ты ни в чем не виноват. Емельян снял солнцезащитные очки и заглянул в глаза Толе. - Я не лгу. Это мой выбор, и я ни о чем не сожалею. Я рад, что смог тебя спасти, рад, что ты жив, и одновременно… Его голос дрогнул. - Я… прости, что не был рядом эти десять лет. - Нет… Толик с горькой усмешкой покачал головой. - Я испоганил тебе жизнь. Он рванул на себя дверь. — Прости… И скрылся в квартире, стараясь не смотреть на брата. — Толя! Захлопнулась дверь, щелкнул замок, и Толик сполз на пол, обнял колени и уткнулся в потертую ткань джинс. Скоро послышались удаляющиеся шаги. Брат ушёл. - Может, вам стоит поговорить начистоту? Выслушать друг друга? Рома, ставший невольным свидетелем сцены, присел перед Толей на корточки и погладил по волосам. Тот подался вперёд и обнял друга, разрыдавшись. Рома обнял его в ответ, шепча успокаивающие слова и мысленно строя очередные планы, как свести двух братьев на нормальный диалог. Несмотря на все усилия друзей Толик упорно избегал Емельяна уже неделю. Тот безуспешно пытался объясниться с младшим братом, но Анатолий, чувствуя вину, уходил как от разговора, так и от самой встречи, игнорировал звонки, не читал сообщения. Сердца его товарищей разрывались, а Зинаида, словно оправдывая прозвище “Ангельский дьявол”, умыла руки. *** — Друг, а давай тяпнем вместе! От главного алкоголика дома дяди Паши за километр разило водкой, но сейчас Толику было жизненно необходимо напиться, выпустить накопившееся, расслабиться. А потому парень согласился на приглашение бывшего слесаря стать его собутыльником на вечер. Первый стакан пошёл легко, второй тяжелее, а на третьем в затянувшемся алкогольной дымкой сознании пришла мысль: «Что я творю?…» Руки задрожали. Уйти в запой явно на выход. Но что тогда остаётся? Пашка уже заливал в себя вторую литровую бутылку и окончательно был готов, что позвонило Толику незаметно покинуть его квартиру. *** — Толя, да выслушай ты меня наконец! У лифта его вновь перехватил Емельян. — Прости… — Толя… Емельян попытался взять его за руку, но почувствовал толчок в грудь, а в следующий момент больно ударился спиной о двери лифта. — Прости, что я вообще появился на свет, брат. Толик убежал. — Братик… Емельян медленно сполз на грязный бетонный пол. Послышались спокойные шаги. Сердце парня пропустило удар. Шаги слишком спокойные, слишком равнодушные и размеренные для братика, который убежал в слезах. Что-то было не так, неправильно. Подъездная лампа замигала, по обшарпанным, с полусбитой зелёной штукатуркой стенам побежали тени. — Обидно, что самопожертвование не оценили? Сивый возник будто из ниоткуда. Тот же полурастегнутый кожаный плащ, из которого на этот раз выглядывает голая, идеально выбритая, накаченная грудь. Зажженная сигарета в руках испускала запашок крепкого табака, а лицо чёрта исказила довольная усмешка. — Опять ты! Емельян попытался встать, но тело будто парализовало. - Что за… Его лицо исказил неподдельный ужас. Страшная догадка пронзила сознание. - Ты использовать Толю, что сломать и заполучить меня! Сивый улыбнулся. - Умница. Как думаешь, кто подсобил, чтобы мальчишку затравили и довели до черты, а после его “случайно” нашли вы? Кто устроил пожар в вашем доме? Черт наклонился к Емельяну и выдохнул облачко дыма ему в лицо: - Я давно увидел твой потенциал. Хочу выпить тебя досуха. А после добью твоего братца, он наверняка тоже будет вкусненький. - Не смей трогать Толю! Емельян попытался призвать нож. - Сволочь! Ты искалечил его! Не прощу! Черт фыркнул. - Да больно надо. И в следующий миг Емельян почувствовал сильный удар по голове, и перед глазами все померкло. *** Новость о том, что Емельян похищен чертями быстро дошла до ушей Зинаиды. По всем разумным доводам ей не стоило рисковать ради простого слуги. Емельян не обладал уникальным даром, не был особо силён. Но она дорожила им, а потому… — Мы спасём его. Зинаида выглядела бледной и измождённой. Все свои силы она потратила на определение местонахождения Емельяна и ослабление барьера Сивого. Она пойдёт на все, чтобы спасти дорогого ей человека. Даже если придётся пожертвовать силами. Даже если придётся нарушить инструкции. Даже если придётся умереть. *** — Я такой идиот. Толя уткнулся в худенькое плечо Ани. Перед битвой он добровольно решил её подкормить, и сейчас через его хрупкое тело проходили током волны боли. — И вовсе нет. Аня крепче обняла Толю, а тот неожиданно поцеловал ее в приоткрытые тонкие губы. Отстранившись, она уткнулась в его грудь и прошептала: — Я стану твоим оружием, Толя. Теперь в его чувствах сквозило новое: искренняя любовь. И она наполняла девушку невероятной мощью. “ Я спасу твоего брата, и ты будешь улыбаться” - Я люблю тебя, Толя. Она заглянула в его глаза. Он крепче обнял её, и ответил. - А я тебя. - Знаю.