Под Древом Ши

Среди высоких елей, под серебряной россыпью звезд, вторив ветру, гуляющему меж ветвей, вдохнув одиночество грудью, Вена парила в танце. Одеждой ее служили лишь нити, да тонкие белые шрамы. Нагое тело было свободно от всякого смущения. Здесь, в Созерцании, внутри собственной души, она была свободна от всех границ. Шаг за шагом, рассекая воздух нитями, наполняя все вокруг музыкой струн, она чувствовала себя более свободной. Ей бы хотелось навечно утонуть в этом танце, больше не открывать глаз, не лишаться этих звезд над головой и чувства свободы. Но, даже потерявшись в подсознании, чувство времени никуда не уходило. Время бежало сквозь пальцы потоками холодной воды, обжигающими каплями дождя. «Странно. Не люблю дождь, — подумала она. — Это знак?» Тут же она почувствовала чужое присутствие, нити оплели все ее тело, скрывая его прелести от посторонних глаз. Но никого не было. Лишь тяжесть правой руки, будто она стала неподъемным камнем. Окинув взглядом лес, Вена выискивала тень. Чужой взгляд очень быстро исчез. Так же быстро как и закончился проливной дождь. Тяжесть никуда не делась. Озадаченная видением, девушка двинулась вперед, заскользила между деревьев, пытаясь найти смысл тому, что увидела и почувствовала. И тут лес исчез. Ловушка. Мир погряз в черном тумане. Он стоял стеной вокруг Вены. Из тумана эхом, еле слышно, донеслись знакомые голоса. Но она все не могла разобрать, кто там говорит. «Дому Хрусталя повезло меньше всего». Другой голос подметил: «Не всем. Она была готова». Стена становилась ближе. Клубы тьмы стремительно пожирали остатки леса. В тумане мелькнули знакомые лица. Сердце Вены сжалось, в голове загудело, а комок душащей боли перекрыл дыхание — она догадалась. Этот день наступил. Стремительно и бесповоротно. А лица родителей и брата, которые туман показал вскользь, она видит, возможно, последний раз. Тьма коснулась ее. Заструилась под кожей. Дымка просочилась в нос, оттуда спустилась в горло и легкие. И мир окончательно потемнел.

***

Ранним утром Амиль пропадала на тренировке. Поляна была пуста, будто мир вокруг вымер, а она осталась единственной выжившей. Такую судьбу ей и пророчили. Она застыла, огляделась, почувствовала эту давящую тишину. Мимо, громко закричав, пролетела птица. Этот звук был настолько громким, что в голове зазвенело. Амиль сощурилась и сжала пальцами виски. Тело на мгновение перестало ее слушаться, и она упала на колени. К горлу подступил недавно съеденный завтрак. Девушку вырвало. — Неужели сейчас? — вскрикнула она звенящим от страха голосом. Сжав пальцами землю, стиснув зубы, она тряхнула головой из стороны в сторону, сорвалась с места и помчалась к дворцу. Ноги не слушались. Мысли в голове спутались. Только одна из них вырывалась из паутины и пульсировала в сознании: нужно успеть. На выходе из сада Амиль повело в сторону. Она завалилась в кусты, поцарапала до крови щеку, но не обратила на это никакого внимания. Сил едва хватило, чтобы встать. Снова собравшись, она стала искать дорогу — в глазах все плыло, было тяжело разобрать в какую сторону идти. Надежда ускользала, когда она поняла, что у входа во дворец лежали десятки тел. Но она шла вперед, не зная наверняка был ли в этом хоть какой-то смысл.

***

Риз только проснулся. Он лениво натянул на себя одежду и уже собирался покинуть комнату и отправиться на завтрак, как вдруг стены поплыли. Решив, что еще не до конца проснулся, он открыл окно, чтобы отдышаться. Тем более в желудке заурчало и его затошнило от голода. Свежий воздух был сейчас необходим. Что его удивило, так это то, что вокруг дворца расстелился густой, почти синий туман. Погода к этому не располагала. Риз насторожился. Недоброе чувство скребло под ребрами. Хотелось бежать от него без оглядки, как и от проклятого — именно так он выглядел — тумана. Так он и сделал. Порвался к выходу, но ноги словно запутались и повалили тело на пол. Дверь уплывала. А потом резко распахнулась и перед ним на полу расстелилась Амиль. — Твои припасы и лук… — выдавила она. — Где? Риз хотел ответить, но язык онемел. Он лишь испуганно посмотрел на сестру, а потом перевел взгляд на закрытую дверцу шкафа. Амиль поднатужилась, подняла тряпичную руку вверх, рассекла воздух, и из шкафа вылетела сумка, лук и колчан со стрелами. Голубые глаза закрылись, встречая тьму. Риз не мог пошевелиться. Руки тянулись к оружию и припасам, но было сложно сдвинуть их хоть на сантиметр. Он ощущал себя каменной статуей, без возможности управлять своим громоздким телом. Мир вокруг испарялся. Медленно, но так быстро. Он хотел верить, что все это не правда. Он все еще сладко спит, а это очередной кошмар. Слишком реальный кошмар. Прежде чем туман поглотил и Риза, в комнату вошел кто-то еще. Быстрые шаги приблизились, тень наклонилась над парнем, но он не успел ее разглядеть. Глаза предательски закрылись, а сердце гулко провалилось в груди. Наступила тьма.

***

Холодный каменный пол слегка поцарапал щеку, когда Риз дернулся от пробуждения. Голова еще кружилась, в горле стоял неприятный горький ком. Силы пока не вернулись, как и координация, поэтому ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы сесть и вдохнуть полной грудью. Взгляд пробежался по залу, который больше походил на пещеру. С потолка свисали острыми копьями сталактиты, и при этом стены украшали разрушенные временем колонны. В скалистых частях стен торчали самоцветы, излучающие свечение, похожее на то, что исходило от световых колец. Риз огляделся вокруг. Кто-то уже тоже очнулся, приходил в себя. Из сумрака слышался тихий плач ужаса. В другом углу кого-то рвало. Некоторые уже стояли на своих двоих и изучали пространство, тихо перешептываясь. — Риз, как ты? — голос справа отвлек его. Амиль. Точно, она успела найти его, до того как отключиться. Успела предупредить. Риз помнил, что так и не смог дотянуться до своих вещей. Но они были в его руках: лук, стрелы, заготовленная сумка. Или все-таки смог? — Пока еще живой, — парень нервно выдохнул. — А ты? В порядке? — Ага. — Девушка протянула ладонь, на которой лежала веточка сушеной мяты. — Вот, положи под язык — тошнота пройдет. Неофиты стали собираться своими группами — не удивительно, все в начале захотят объединиться. Риз и Амиль поспешили найти своих друзей. Спустя более четверти часа все пришли в себя и разбились на группы. Никто не знал, что им теперь делать. Выходить из зала не решались. Альтернатив так же не выдвигали. Перешептывания заглушил громкий голос одного парня. — Ребята, послушайте, — начал он, слегка заикаясь. — Я тут кое-что проверил и… Как бы сказать… — Да говори как есть! — не выдержал неизвестный из толпы. — Нас ведь было двести семьдесят три неофита? — Вопрос не требовал ответа, но он сделал паузу. — А в зале я чувствую двести семьдесят четыре. Толпа зашумела. Те, кто хорошо читал энергию, решили проверить. Риз в нетерпении уставился на Амиль — она уже явно пересчитывала присутствующих. Тут девушка резко развернулась, глядя в дальний темный угол. Теперь парень тоже чувствовал — кто-то скрывался в тени. — Эй, что происходит? — крикнула Амиль. — Покажись! Из темноты послышался тихий смешок. Риз сразу представил хитрую ухмылку того, кто точно так же смеялся. Он тряхнул головой, отгоняя страшную мысль. «Я точно все еще сплю! Это мой ночной кошмар! — надеялся он. — Показалось! Ведь точно — показалось!» Он сделал шаг назад, а тот, кто прятался в тени, напротив, уверенной поступью двинулся вперед. Самоцвет в стене будто ярче загорелся, представляя вниманию того, кто потревожил спокойствие неофитов. Зеленые глаза недобро заблестели, глядя на Риза. — Ну вот мы и встретились. Снова, — фальшиво-сладко протянул голос. — Гран? — опешила Амиль. Она сделала шаг в сторону, закрывая спиной брата, который впал в ступор. — Объяснись! Что тут происходит? Парень подошел ближе, но все таки остановился в нескольких шагах. — Полагаю Искупление наступило, — ответил он беззаботно. — Ты нас за идиотов держишь? — выкрикнул кто-то из толпы. — Какого хрена ты тут делаешь? — Ах, да. — Он улыбался. Так изящно, будто находился на сцене театра, а не в жерле ада. — Видите ли, забыл вам сообщить, что я тоже полноправный участник Искупления. — Как такое может быть? — подключился Риз. — Ты же не можешь… Мы бы заметили раньше! Твоя энергия… — Другая, — прервала Амиль. — Она отличается от той, что была раньше. — Девушка подняла глаза на Грана. — Как? — Мой отец скрыл ее. Как и мое рождение в Адар. Не оставалось сомнений, что это так. Все знали, в чем заключалась сила Кесаря, каким образом он получил свою победу в прошлом Искуплении. Его прозвали невидимкой, потому что он обладал бесполезным для боя даром. Но не для испытания. Он умел прятать и блокировать энергию, и это привело его на трон. А теперь его сын, о котором никто ничего не знал, стоит тут, довольный собой, уверенный в собственных силах, без тени страха, готовый убивать. Жажда крови читалась в его недоброй улыбке. Гран сделал еще один шаг вперед. Амиль напряглась и прошипела: — На первом рубеже запрещено убивать. — А я и не собирался. Это слишком скучно. — Взгляд парня скользнул за спину Амиль и уставился прямо на Риза. — Я всегда хотел сразиться с тобой в полную силу. Не волнуйся, Нефрит, еще не время умирать. Я хочу. чтобы ты все вспомнил. Чтобы ты знал, почему я тебя ненавижу! Поэтому не сдохни раньше времени. Зал заполнила тишина. Такого поворота никто не ожидал. «Я хочу, чтобы ты все вспомнил», — повторилось в голове Риза. Что-то и правда случилось тогда в детстве? Может и правда Советники почти год держали его в комнате наказаний, а болезнь была лишь отговоркой. Он не помнил ни единого дня. Как и то, что случилось накануне. Неужели он совершил что-то страшное? Из-за чего Гран всю жизнь вынашивал план мести? — Как мне вспомнить? — Риза охватила решимость. — Я хочу знать, что тогда случилось! Расскажи! — О, нет, Нефрит. Ты вспомнишь сам. Благо Искупление раскроет все карты. — Гран прошел мимо, двинулся к выходу из зала. — Вперед! Чего же вы ждете? — Когда он скрылся в проходе, последняя фраза отразилась эхом от стен. — Да начнется игра!