Marvel 11 Здорового Человека

— Опозориться? — под пристальными взглядами всего класса я спокойно сел напротив неё. Чтобы было удобнее, я расстегнул верхние пуговицы на рубашке и, сняв пиджак, небрежно повесил его на спинку стула. — Не слишком задирай нос, — мой голос прозвучал ровно, без тени волнения. — Посмотрим, кто из нас сильнее. Моя уверенность вызвала в толпе одобрительный гул. Джина, наблюдавшая за моими действиями, широко ухмыльнулась. Она откинулась на спинку стула, зеркально повторяя мою позу, и смерила взглядом мои руки. — О, мы раздеваемся? Становится интересно, — её голос прозвучал громко, девушка играла на публику, и класс снова рассмеялся. — Храбрости тебе не занимать, Хаммер, признаю. Но одной храбрости мало. — Она наклонилась вперёд, её лицо снова стало серьёзным. — Хватит болтать. Руку на стол. Я поставил локоть на парту. Джина сделала то же самое, и наши руки встретились в захвате. Её ладонь была тёплой, сильной и ожидаемо мозолистой – рука настоящей спортсменки. Моя, по сравнению с ней, казалась рукой малолетки, что вызвало новую волну смешков. Разница была очевидна для всех, и это было частью моего плана. Легко сработать на неожиданности, и если первое впечатление можно оставить лишь однажды, то вот исправить его можно всегда. Уверены, что «домашний мальчик» окажется ничего не представляющим из себя изнеженным слабаком? Ох, как же я счастлив буду вас разубедить в этом! К парте подошёл спортивный парень, видимо, из футбольной команды. — Я судья! — пробасил он, кладя свою ладонь поверх наших сцепленных рук. — Правила простые: локоть не отрывать, корпусом не валить. Готовы? — Он посмотрел сначала на Джину, которая уверенно кивнула, а затем на меня. Я лишь молча встретил его взгляд. Толпа затихла в ожидании. — На счёт три, — объявил судья. — Раз... Два... Три! — пробасил он спустя секунду молчания, и в ту же долю секунды я ощутил сокрушительное давление. Сила Джины была не просто большой – она была просто охренеть какой огромной! Моя кисть мгновенно прогнулась, и рука с пугающей скоростью пошла вниз, к поверхности стола. Я едва успел напрячь мышцы, чтобы остановить её в паре сантиметров от поражения. Чёрт, я думал, что она попытается сначала прощупать меня, поиздеваться и показать доминацию, а не закончить «бой» в первую же секунду! По классу прокатился смешок, переходящий в одобрительный гул в поддержку Джины. Девушка победно ухмыльнулась, её лицо покраснело от напряжения, и надавила ещё сильнее, вкладывая в движение вес своего тела. Чёрт, она оказалась намного сильнее, чем я ожидал. Чистая, грубая мощь, сильно превосходящая мои, казалось бы, вполне достойные силы. Но в этом и была её ошибка. Она давила бицепсом, как и любой любитель, полагаясь только на одну мышцу, мой же опыт из прошлой жизни, опыт парня, который потратил годы на изучение этого спорта, тут же подсказал мне, что делать, чтобы одолеть её, даже будучи слабее физически. Игнорируя боль в запястье, я резко скрутил корпус, вжимаясь в стул и подключая к движению мышцы спины и плеча, одновременно я провернул кисть, стараясь занять более высокое положение – классический «верх». Её уверенная ухмылка дрогнула, когда моя рука, до этого почти прижатая к столу, замерла на месте. Давление ослабло, ведь она была в невыгодной позиции, её бицепс больше не мог работать с максимальной эффективностью. Смешки в классе стихли, сменившись удивлённым молчанием. — Какого?.. — прошипела Джина сквозь сжатые зубы, пытаясь вернуть контроль. Это был мой шанс. Я вложил в движение всю силу, какую только могло выдать моё молодое тело. Мышцы предплечья свело судорогой от напряжения, но я не обращал на это внимания, её рука медленно, с отчаянным сопротивлением, пошла вниз. Сантиметр за сантиметром. Я видел, как на её лбу выступили капельки пота, а в глазах уверенность сменилась сначала шоком, а затем – упрямой яростью. Она боролась до последнего, но техника оказалась сильнее грубой силы. ХЛОП! Её костяшки с глухим стуком ударились о лакированную поверхность парты. В наступившей тишине голос судьи прозвучал оглушительно громко: — Победил... Хаммер! Я отпустил её руку и тяжело откинулся на спинку стула, пытаясь унять дрожь в перенапряжённых мышцах. Моё предплечье горело огнём. Класс взорвался гулом недоверчивых голосов. Я поднял взгляд на Джину. Она сидела напротив, тяжело дыша, и смотрела на свою руку, лежащую на парте, а затем на меня. На её лице было написано полное, абсолютное изумление… Да, такого исхода девочка не ожидала однозначно. — Не «Хаммер», а «Зик». Зовите меня так, — моя победная улыбка, должно быть, выглядела донельзя самодовольной, но мне было плевать – я наслаждался этим моментом: гулом ошеломлённой толпы, жжением в мышцах и, главное, выражением чистого, незамутнённого изумления на лице Джины. Она несколько секунд смотрела на свою руку, потом на мою, потом снова на свою, словно не могла поверить в произошедшее. Ошеломлённая тишина в классе была нарушена нарастающим гулом взволнованных шёпотов. — Вы видели это? — Как он это сделал? Да он же хиляк! — Она ему поддалась, не может быть! — Нифига себе, реально Флэша победил?! Внезапно Джина откинула голову назад и громко рассмеялась. Это был не злой или униженный смех, а искренний, полный веселья. Она поднялась из-за стола, встряхивая своей проигравшей рукой. — Зик, значит… — она повторила имя, пробуя его на вкус, и снова усмехнулась. — Чёрт возьми… Откуда в тебе столько дури, а? — спортсменка подошла ко мне и с силой, по-дружески, хлопнула меня по плечу. Удар был таким, что я бы, наверное, пошатнулся, если бы не сидел. — Ладно, Зик. Признаю, ты настоящий мужик. — Она с уважением посмотрела на меня, в её глазах больше не было насмешки, только живой интерес. — Парта твоя. Честно заработал. Она отошла на шаг, подбоченилась и смерила меня новым, любопытным взглядом, а потом облизнувшись произнесла: — Кстати, ты же ещё что-то там хотел? Уже придумал, что именно? Не успел я ответить, как в классе раздался резкий звонок, возвещающий о начале урока. Тут звонок был в динамике и играл в классах, а не в коридоре, как в моей прошлой жизни. В ту же секунду дверь открылась, и в кабинет вошла учительница – строгая женщина средних лет в очках. — Всем сесть по местам! Что здесь за сборище? — её взгляд строго прошёлся по толпе, собравшейся у парты. Ученики мгновенно бросились врассыпную. Джина бросила на меня последний быстрый взгляд, подмигнула и села за соседнюю парту со своими подругами. Я же пересел за честно выигранную парту, пока учительница подходила к своему столу. Обведя взглядом класс, её глаза остановились на мне. — Так, а вы, молодой человек, — она указала на меня ручкой, — будьте добры, выйдите к доске. Познакомимся. Я коротко кивнул классу. — Иезекиль Хаммер. Можно просто Зик, — мой голос прозвучал ровно и спокойно. Я обвёл взглядом лица моих новых одноклассников. Большинство смотрели с любопытством, некоторые – с завистью. Я поймал взгляд Джины; она с усмешкой помахала мне пальцами. На третьем ряду сидела Генриетта Озборн, которая рассматривала меня с таким же интересом, а вот её рыжеволосая подруга в очках, сидящая рядом, наоборот, тут же отвела взгляд и уткнулась в учебник. — Хорошо, Зик, садись на своё место, — сказала учительница. — С ребятами познакомишься на перемене. Я молча вернулся за свою парту. Следующие десять минут учительница, миссис Дэвис, с воодушевлением рассказывала о том, как важна алгебра, а я откровенно скучал. Весь этот материал был пройден Зиком года три назад, а моим взрослым разумом воспринимался как таблица умножения учёным-математиком. Так что я просто смотрел в окно, наблюдая, как ветер гоняет по двору осенние листья, и размышлял о своём. Флэш мне понравилась. Характер, который она продемонстрировала вообще не вяжется с тем, как я представлял себе феминизированного хулигана, у которого проблемы в семье. Джина была уверенной в себе девушкой, но и проигрывать она не боялась, при этом обладала какой-то внутренней харизмой, чем притягивала ещё больше внимания и её внешность только сильнее притягивала взгляд. Нда, странновато меня приняли, класс-то этот сформирован давно, ещё в средней школе, а учительница познакомилась только со мной. Предупредили, может? Наверное, так… Стоп! Это ведь совмещённая школа! Здесь, как и у нас, часто младшие, средние и старшие школы совмещены. Вот почему учительница ни с кем не знакомится, видимо, просто работает учителем математики и для средних классов и этих оболтусов видит уже который год, фух, а-то я уже начал теории заговора строить, но никто кроме меня потерянным не выглядит и вполне привычно слушает женщину, не разглядывая незнакомый кабинет. — Мистер Хаммер! — резкий голос учительницы вырвал меня из раздумий. — Я вижу, мой рассказ кажется вам не слишком интересным? Может, вы тогда перескажете классу, о чём я только что говорила? Я неторопливо встал. — Вы говорили, что сегодня ознакомительный урок, — ответил я. — И последние десять минут вы рассказываете не тему урока, а то, как важна алгебра. — Я помолчал секунду, затем достал из портфеля калькулятор, продемонстрировав ей экранчик с надписью «2+2=4». — Как видите, с математикой у меня проблем нет. С этими словами я спокойно сел на своё место. Было видно, как миссис Дэвис открыла рот, чтобы взорваться гневной тирадой, но тогда я просто пристально посмотрел ей в глаза и медленно поднял палец, указывая на едва заметную эмблему в виде молота на нагрудном кармане моего пиджака. Её гнев моментально испарился. Лицо сменило цвет с красного на бледный, она сглотнула и, резко отвернувшись, продолжила урок уже совершенно другим, тихим и сдержанным тоном. Я снова отвернулся к окну. В конце концов, я поступал в эту школу не для учёбы. Эти знания абсолютно мне не нужны, так как были пройдены и освоены Зиком да и мной уже давным-давно, как говорится, «ещё в прошлой жизни», причём буквально. В среднюю школу Зик ездил, дай Бог, пару раз в неделю, но «расплачивался» с учителями идеально написанными контрольными и самостоятельными работами. Я хотел делать точно также, так что учителя должны в первый же день понять какой путь я выбрал, чтобы потом не было вопросов и претензий. С директором вопрос уже был решён, если что… Когда наконец прозвенел звонок, я не успел даже встать, как ко мне подошла… Генриетта Озборн. — Иезекиль Хаммер, — она произнесла моё полное имя, выделив фамилию. — Генриетта Озборн. Рада знакомству. Она протянула мне руку, я пожал её. Рукопожатие было коротким, но крепким. — Просто Зик. — Просто Генриетта, — ответила она, и в уголках её губ мелькнула тень улыбки. С этими словами она развернулась и ушла из класса вместе с той рыженькой. Не успел я обдумать этот визит, как рядом нарисовалась Джина. — Вижу, наша принцесска уже успела тебя оценить, — хмыкнула она. — Это Генриетта Озборн. Её папаша владеет «Озкорпом». Держись от неё подальше, если не хочешь проблем. Её бывшего госпитализировали с пулевым ранением в районе задницы… Этот идиот решил, что она простит ему измену с его кузиной. Ну и страсти у молодых людей в Америке… А парень, похоже, получал от жизни всё, звучит как кликбейтное название для какого-нибудь ролика на оранжево-чёрном ютубе… — Спасибо за предупреждение. — Ответил я. Вот и очередной факт того, что Флэш здесь не урод, вполне спокойно пояснила и предостерегла, даже приятно немного. — Да не за что, — отмахнулась она. — Слушай, как ты это сделал? Я до сих пор поверить не могу. У меня рука до сих пор гудит! — У меня тоже болит, — честно признался я. — Ты намного сильнее, чем я думал, просто я использовал технику, а ты – только грубую силу. Её глаза удивлённо расширились. — Техника, значит... Круто. А научишь? — Возможно. Если расскажешь, как у вас тут всё устроено. — Ха, легко! — она широко улыбнулась. — После уроков устрою тебе личную экскурсию. Идёт? — Идёт. Она подмигнула и убежала к своим подругам, а я остался один, размышляя о странностях местной системы образования. Почему мы сидим в одном классе? Я всегда думал, что в американских школах ученики сами ходят по аудиториям к разным учителям. Так было и у меня в старших классах в прошлой жизни, и уж тем более в университете. А тут... сидим и сидим. Ну ладно, в чужой монастырь лезть не собираюсь, так даже удобней. Больше на этой перемене ко мне никто не подходил. Либо побоялись, либо чёрт его знает, я-то в местных нравах не разбираюсь, может у них не принято ни с кем знакомиться? Хотя вон, Генриетта подошла же, так что, наверное, просто боятся знакомиться с очередным мажором, вот и всё. Через несколько минут прозвенел звонок, возвещая конец перемены и начало урока английского. Я делал вид, что слушаю, но сам смотрел в окно, просто ожидая, когда этот день закончится и я смогу вернуться в свою лабораторию. Никаких подвижек не предвидится в ближайшее время, но эксперименты меня действительно поглотили, а жизнь этим летом превратилась в сумасшедший марафон лаборатория-кухня-тренировочный зал-кухня-лаборатория-комната. Не жалуюсь, но подобное сильно так выматывает, вот и пассивный я немного, можно сказать даже сонный, но это не совсем так, со сном у меня проблем нет, даже кошмары давненько не снились, и это хорошо… Питера, кстати, я так и не увидел, получается единственный вариант это тот запуганный рыжик в очках. И с Озборн она общается и очочки носит и характер подходит, насколько я успел понять. В общем, местный Паркер по какой-то причине обладает копной рыжих волос и это может значить много вещей: либо в ней слились два персонажа – Питер Паркер и Мэри Джэйн, либо это просто совпадение. В некоторых вселенных Марвел Мэри Джэйн переводилась в школу в последний учебный год. Не уверен так ли это здесь, но хоть основных персонажей я узнаю, спасибо комиксам и фанфикам, прочитанным в прошлой жизни. Ну и киновселенной спасибо, хотя вот уж кого я благодарить не хочу, ибо киновселенная Марвел просто пиздец как отличается от комиксов, в том числе и отсутствием логики… Ладно, что там у нас сейчас? Обед? Хм, надеюсь в местном буфете будет что-то съедобное, а-то я уже привык к еде высшего класса и буквально зависим от готовки нашего шеф повара… А уж эти рёбрышки… М-м-м…