5. Спальня, в которой останутся секреты
30 октября 2025 г., 21:13
И чьи-то целые нервные клетки.
– Что, прям так и сказала?.. – Да! В спальне мужского общежития царил полный хаос. Беспорядок хозяйничал не только в помещении, но и в головах его обитателей: оба героя просто хотели лечь и поорать в подушку. От безысходности и вихря мыслей, разумеется. Ощущений. Ксавье сглотнул, болезненно зарываясь пальцами в волосы, пока с соседней койки Аякс мучительно мычал в покрывало. Что это? Коллективное сумасшествие? Помешательство? Заражение безумием, которое передаётся воздушно-капельным путём? Художник не знал, уже готовясь биться головой об стену ради ответа. – Может быть, её способность – заставлять людей чувствовать к ней... чувства? – Поняв, что сказал, горгон, только оторвавшийся от кровати, вновь упал лицом вниз, принимая своё поражение с глухим стоном. Змейки тихо зашипели, но с момента знакомства с этой... удивительной персоной, что теперь занимала все мысли, Петрополус перестал их понимать. Как и вообще всё происходящее в целом. Все его суждения, понятия и принципы были одним махом вытеснены образом стройной высокой фигуры в чёрном... В цвете, который той очень сильно шёл. Девушка, странная даже для Невермора, не покидала головы друзей с самого своего появления. К ней тянуло всем нечеловеческим естеством, а жуткая аура не отторгала, что было бы логично, а... наоборот. Завораживала. Хотелось коснуться гладкой кожи, провести ладонью по линии скул, опуститься к столь манящим ярким губам, наверняка сухим и обветренным... Пружины кровати тоскливо заскрипели, как и натянутые до предела нервы Торпа: надо было что-то делать и делать быстро, спасаться от новой уничижительной связи, пока она только возникла и не успела пустить корни. Ему хватило своей недавней влюблённости в Уэнсдэй, которая на все его попытки привлечь внимание только отмахивалась или же вообще не воспринимала их всерьёз. Ещё одной такой проблемы неверморец не выдержит. И что-то подсказывало ему, что в этот раз всё будет гораздо сложнее... «Довольно унижения, чёрт с этой любовью и романтическими отношениями. Пора взрослеть», – так решил он, хлопая себя по ноге. – Она говорила, что её дар – телепатия... А не любовный эфир!! – Однако, несмотря на принятые доводы, оставался вопрос, каким образом девушка умудрилась так... впечатлить их обоих. Таких совпадений не бывает, а изгоев тяжело чем-то удивить, всё-таки у них тут вечно убийства, погони и тайны, которые лучше не раскрывать. Так почему же она..? Казалась такой привлекательной? Почему её так отчаянно хотелось коснуться? Зарыться руками в волосы... Оттянуть эти кудри назад, открывая тонкую шею... Впиться в ту зубами, оставляя свой след... Глаз дёрнулся от нервного тика. Ксавье почувствовал, как горит лицо, а уши полыхают в огне. Тело напрягалось, руки сомкнулись в замок. Резко стало жарко. – Это фиаско, братан... – донеслось глухое, обречённое. Ксавье попытался выравнять дыхание. Час назад они наконец-то расстались: теперь уже знакомая девушка отправилась в выделенную ей комнату неподалёку отсюда, а он, пару минут тупо простояв на месте, приходя в себя, рванул к себе, чтобы поделиться пережитым с дорогим другом. К счастью, после ухода Роуэна их поселили вместе; крайне удачно совпало, что сосед горгона уехал до следующего года по каким-то своим «семейным» обстоятельствам. В общем, теперь они жили вместе. И вместе переживали и горе, и радости бытия... – Аааааааа... – донеслось снова до ушей Торпа несчастное. – Я не понимаю себя. Своих змей. Этот мир. Что, твою мать, происходит, Ксавье? – поднятый уже почти плачущий от отчаяния взгляд был встречен обречённым. От одного лишь воспоминания о бледном лице с острыми скулами бросало в дрожь. Можно было бы списать это на лихорадку, но болезнь проявлялась только при упоминании неё. «Нет, с этим точно надо что-то делать...» – удручённо думал Торп, чья голова уже гудела от переизбытка эмоций за день.***
– Ты сказала, что что-то тянет тебя в лес. Ты можешь описать это подробнее? Шаги прекратились, тёмные глаза с лёгким оттенком безразличия метнулись к нему. Ксавье встретился с ними взглядом, полным решимости. Тишина в пустом коридоре оглушала и ощутимо напрягала. Края пальто зашуршали, руки сжались в кулаки; впившиеся в ладони со следами угля ногти неплохо отрезвляли. – Хм... – Девушка задумалась, повернувшись к окну; блики, отскакивающие от стёкол, по которым неспешно стекали прозрачные капли, – начался дождь, – отразились на тёмных одеждах, красиво обрамив точёную фигуру. Парень засмотрелся на неё, пропустив косой быстрый взгляд, и вернулся в реальность, только когда зазвучал глубокий тихий голос. – Пожалуй, это сравнимо с магнетизмом, как я и упомянула в прошлый раз. Я... – она замялась, словно не зная, как объяснить то, что чувствовала. – Я знаю, что там, в лесу, находится что-то, что мне очень дорого. Не спрашивай, что именно, этого даже я сама не ведаю, – отмахнулась она, вернувшись к шагу. – Лучше расскажи-ка мне побольше о Неверморе и себе... Дыхание на мгновение спёрло. Сердце замерло, а после гулко забилось в ускорившемся темпе. Все заготовленные заранее слова снесло двумя чужими. Она сказала: «О себе». Ксавье ей интересен. Его чувства могут оказаться взаимными. Стремительная яркая мысль промелькнула стрелой и впилась в самое сознание, сметя все остальные. Торп уже пробовал любить, но каждый раз натыкался на невзаимность. Что с Бьянкой, контролирующей своим голосом разумы других, что с Уэнсдэй, которая своим хладнокровием отравила его чувства. А сейчас, смотря на худую спину, обтянутой плотной тканью, удаляющуюся в глубь коридора... Стало казаться, что шанс ему быть любимым всё-таки есть.
