Смерть за чертой барьера

Аинз расставил руки в стороны. За его спиной вспыхнул золотой циферблат - причудливая, изощрённая конструкция из переплетённых рун и вращающихся колец. Он озарял воздух позади него, как нимб, отбрасывая длинные тени на землю. На самом внешнем кольце дрогнула стрелка. «Нужно лишь продержаться двенадцать секунд...» Палачи тем временем уже расправились с остатками его армии. Промежуток в несколько сотен метров до Аинза они преодолели за один миг, и теперь уже ОН был окружён. Тела демонов вдруг начали деформироваться, теряя свои звериные очертания и превращаясь в нечто бесформенное. Они издавали высокий болезненный вой, предчувствуя пир. Первый демон вцепился в правую руку Аинза, оторвав её одним рывком. Второй впился в грудную клетку и начал раздирать её, будто раскрывал скорлупу. Третий обхватил череп позади, медленно раздавливая его. Но Сузуки не кричал. Не дёргался. Он лишь отсчитывал. Третья секунда. Грудина треснула. Рёбра рассыпались в руках демона, как тонкие веточки. И Сузуки вдруг почудился чудовищный жар, будто он снова обрёл плоть. Пятая секунда. Лёгким движением кисти челюсть Аинза раскрошили в костяную труху, мелкую белую пыль, рассыпавшуюся сквозь десницу. Седьмая. Череп прогнулся и с хрустом проломился под лапами третьего. Алые огоньки в глазницах затухали. Десятая. Его палачи прижались к нему ещё сильнее. Они неестественно широко раскрыли пасти, всасывая голубую дымку, выходящую из его черепа Он чувствовал, как тело разваливается. Как сознание начинает мутнеть. Оставшиеся 2 секунды казались для него вечностью. И вот стрелка дошла до отметки 12 — [ЦЕЛЬ ВСЕЙ ЖИЗНИ — СМЕРТЬ]! — Крикнул не Аинз, а сам Сузуки Сатору, чью душу почти успели вытащить демоны. Над полем вспыхнул свет, такой яркий, что на мгновение он поглотил все очертания. А затем пришла тишина. Местность в радиусе двухсот метров была полностью... Стерилизована. Трава рассыпалась в пыль. Деревья обуглились, а животные обратились в пепел. Произошёл мгновенный биологический коллапс: спирали ДНК распустились в нити; белки свернулись в бесформенные клочки; а клеточные мембраны лопнули. Ничто не уцелело. Аинз стоял посреди выжженной им зоны. Его тело было изуродовано - грудная клетка разорвана, рука отсутствовала, череп разваливался на куски. А перед ним лежали его палачи. Их тела не исчезли. Их некогда чёрная плоть стала серой, дряблой и местами отслаивающейся. Их некогда пылающие огнём глазные сферы стали мутными и запавшими. Мышцы размягчились, как при аутолизе. А из пасти сочилась жёлтая, густая жидкость. Они выглядели так, будто погибли днями ранее, хотя прошло меньше секунды. Мифические чудовища, тысячелетия обрекавшие бесчестное множество смертных на вечные страдания, были биологически живыми - этого достаточно, чтобы его заклинание сработало. Вокруг воцарилась абсолютная пустота. Ни травинки, ни звука, ни даже запаха. Только серая, мёртвая земля. Словно здесь никогда и не существовала жизнь. Аинз победоносно поднял левую руку. Некогда неуязвимые истязатели были уничтожены руками смертного человека. Это была победа не только для Сузуки, но и для всех мучеников в угодьях Гекатии.