Девиант

Солнце безжалостно прожигало даже через стекло, и сидеть рядом с окном становилось невыносимо. Ребята плавились под таким вниманием солнечных лучей в середине сентября. Ричард первым не выдержал, снял кофту, оставшись в футболке, и, буквально стекая с раскалённого дивана, пошёл за новым напитком; уже не кофейным, а каким-нибудь охлаждающим. Лололошка в это время продолжал листать новостную ленту соцсетей. Единственным желанием было найти там хоть какую-то информацию о Харрисе или его сестре. Однако, сколько бы страниц в различных соцсетях он ни просмотрел, нужного найти не удалось. Оно и понятно, такими навыками поиска всей родословной человека по одному только слову, как у Дилана, Лололошка не обладал. Он вообще мало знал о способах поиска людей в интернете. Вскоре белый свет от экрана перестал освещать черты его лица. Телефон был убран подальше, как только Ричард начал возвращаться, но уже не один. – Вот Шэрон, знакомься, это мой друг, – представил он. – Здравствуйте, – быстро среагировал парень, поднявшись с места и, протянув руку, представился самостоятельно, – Лололошка. Девушка приняла рукопожатие, нежно улыбнувшись, а в голове представляла примерный план работы. – Ну, в первую очередь, ты хотел бы более личную встречу, – она покосилась на Ричарда, доставая свой блокнотик, – или тебя всё устраивает? Лололошка не успел толком обработать и ответить на заданный ему вопрос, как его друг уже забрал свою кофту со спинки дивана и направился к выходу, крикнув через весь зал: "Напиши, как всё пройдёт" после удрав. И было непонятно, кому именно это адресовано. – Видимо, всё решилось само собой, – подытожила Шэрон, садясь на место Ричарда. Взглянув на парня пронзительными зелёными глазами, заговорила, жестом прося его тоже сесть, – Итак, Лололошка, для начала расскажи мне причину, по которой ты решил ко мне обратиться. Повисла тишина. Сначала неловкой её назвать было сложно, однако то, какое давление от неё исходило, говорило об обратном. Сердце не раз пропустило сильный удар, отдаваясь звоном в ушах. Нужно было рассказать причину совершенно незнакомому человеку, но о чём именно говорить, а о чём вообще умолчать, Лололошка не знал. Его мозг в принципе отказывался анализировать данную ситуацию, предъявляя перед глазами сцену из ночного кошмара. Точно, тот кошмар! Может, стоило бы рассказать про него, ведь многие люди мучаются страшными снами, и это не будет чем-то странным, да? По крайней мере, Лололошка подумал именно так, отсрочив рассказ о реальных проблемах ещё на немного. – Дело в том, – замявшись, начал он. Его глаза бегали вокруг, только бы не встретиться взглядом с собеседницей, – меня тревожит мой ночной кошмар. – А как давно начались кошмары? Они как-то связаны с событиями в жизни? – Сразу посыпала вопросы Шэрон. Он сглотнул, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Прям как тогда в больнице. Но сами кошмары его не интересовали, только прощупать почву нужно было. Так они проговаривали примерно часа два, а после Лололошка понял, что можно перейти к сути. Он качал ногой под столом, стараясь таким образом избавиться от лишней энергии и стресса. Стресса о котором ему рассказывала Шэрон. Как оказалось, тот кошмар был вызван перевозбуждением нервной системы. – Знаете, больше всего в последнее время меня беспокоит совершенно иное: изменение в моём поведении, – сейчас говорить нужно было предельно аккуратно, не вызывая лишних вопросов, – мои друзья часто говорят, что я веду себя по-другому, как другой человек. Шэрон кивнула, делая пометки в блокноте. Её зелёные глаза, казалось, сканировали каждую частичку его лица, пытаясь уловить малейшую деталь. Лололошка уже не испытывал внешнего давления от ситуации, однако доверять пока не мог. – Ты неосознанно копируешь модель поведения реального человека или совершенно неизвестного? – Уточнила она. – Реального. И с недавнего времени, знакомого. Шэрон слегка насупилась, отводя взгляд куда-то в сторону. Она не ожидала, что простое обсуждение ночных кошмаров резко перейдёт на такую сложную тему. Нервно постукивая ручкой по столу, она вынесла вердикт: – Знаешь, все темы, которые мы с тобой обсуждаем, немного не в моей компетенции. Но раз уж я за это взялась, – она сложила руки в замок и внимательно посмотрела на Лололошку, – давай взглянем на ситуацию поглубже. Представим, что сейчас в тебе находятся две личности: одна – настоящий ты, вторая – та, чье поведение ты неосознанно копируешь. – Подождите, пожалуйста, – он неловко потёр шею, тихо добавив, – момент, когда я начал, как вы говорите, "копировать" чужую личность, был осознанным. Но это было лишь в определённых ситуациях, и только недавно начало выходить из-под контроля. Шэрон приподняла бровь, слегка удивлённая таким откровением. Осознанное копирование личности? Это уже выходило за рамки обычного желания подражать, или всё было куда сложнее, чем она думала. Перевернув страницу она спросила: – Так значит, ты намеренно менял своё поведение? Расскажи подробнее, зачем тебе это было нужно? Кто этот человек, чью личность ты пытался воспроизвести? И какая ситуация вынуждала тебя к этому? – Её голос звучал ровно и спокойно, но Лололошка чувствовал напряжение, исходящее от неё. Он глубоко выдохнул, возвращая себе самообладание. Полностью рассказать о Джоне нельзя было. Про мафию тоже. – Так вышло, что меня приняли за другого человека, а из-за сложившихся обстоятельств этой лжи пришлось очень долго придерживаться, – он поджал губы, прикусив кончик языка. Подбирать слова, а уж тем более рассказывать о своих внутренних проблемах тяжело, – только вот я теперь ненавижу этого человека. Повисло молчание, прерываемое отдалёнными разговорами посетителей. Шэрон впервые за свою небольшую практику столкнулась с такой тяжёлой и будто бы непосильной для неё проблемой. Может, стоит отказаться, чтобы не рисковать? Она покачала головой, отгоняя накопившиеся сомнения. – Это… Признаться, нестандартная ситуация, – её взгляд задержался на лице Лололошки, и в голове что-то щёлкнуло. Чувство дежавю, но, пытаясь уйти от наваждения, она вновь уткнулась в блокнот, перечитывая всё, что записала в ходе их беседы. – Ладно. Назовём личность, которую ты пародируешь, ну, например, Джоном. И вот так вышло, что есть настоящий Джон, а есть "второй Джон", и есть ты. Шэрон подняла взгляд, чтобы оценить реакцию парня, но то, что она увидела, не было в её ожиданиях. Лололошка выглядел раздражённым? Видимо, имя, которое она выбрала, было не самым удачным. – Итак, скажи мне, этот предполагаемый Джон, настоящий, если что, он плохой человек? Чем именно обоснована твоя ненависть? Последовал короткий моток головой, и парень упёрся лбом об стол, бубня себе под нос. – Тем, что он существует. Его существование приносит мне одни проблемы, но при этом без его личного участия. – Шэрон чуть приблизилась, чтобы лучше слышать, но случайно столкнулась головой, когда Лололошка поднялся обратно. – Извини. – Ничего, – чувство стыда заполнило её, и пришлось отодвинуться подальше, – знаешь, мне кажется, если этот человек лично никак не причастен, вы можете сгладить ваши отношения. Но проблема заключалась в том, что он буквально застрял в чужой жизни, что его постоянно путают с чужим ему человеком, что он боится за свою жизнь и за жизнь своих друзей. Шэрон отложила ручку и внимательно посмотрела на Лололошку, который продолжал молчать, погрузившись в себя. – Хорошо. Это сложная ситуация, но не безвыходная. Мы можем попробовать разобраться в этом вместе. Нам предстоит большая работа, но я думаю, что мы справимся. Говоря это, она не была уверена, что действительно сможет помочь. Ей самой было страшно, и хотелось отправить парня к другому специалисту, более опытному, а с другой стороны, отказаться от такого случая было сложно. С одной стороны – её друг Ричард, который доверился, а с другой – потерянный в себе человек. Шэрон не могла позволить себе их подвести. Не могла. – Я, пожалуй, возьму себе водички. И мы продолжим. Лололошка понимающе кивнул, разворачиваясь в сторону окна. Шэрон, на его взгляд, девушка довольно миловидная. Аккуратная причёска, хоть это и были просто распущенные короткие блондинистые волосы. Приятная глазу одежда: жёлтенький кардиган и белое платье. Начинающий психолог, который абсолютно точно умеет работать с людьми, вот только что-то до конца не давало покоя. Шэрон вернулась со стаканом воды, стакан был лишь наполовину полон. Она села на место, сделала глоток и внимательно посмотрела на Лололошку. Она знала, что Ричард доверяет ей, а значит, и ей приходится отвечать за Лололошку. Её совесть не позволяла ей отказаться, несмотря на страх и неуверенность. Пусть и была начинающим психологом – это был её шанс доказать себе и другим, что она чего-то стоит. Сделав глубокий вдох, девушка заговорила. – Итак, давай мы продолжим. Стечение обстоятельств или судьба в принципе перестала как-то считаться с чувствами людей, но уже после ухода Шэрон Лололошка замечает, как в кофейню на этот раз входят не типичные для этого заведения гости: Джон и его сестра. Саша. Парень моментально разлёгся на столе почти полностью, скрывая свою шатеновую макушку за спинкой дивана напротив, чтобы не привлекать внимания. Вот теперь ждать или незаметно уйти? Зачем он только остался здесь сидеть. Буквально весь день проторчал в этой чёртовой кофейне, на этом чёртовом месте, под этим блядски ярким солнцем. Ричард – не мастер выбирать места куда лучше сесть. Из недолгой дилеммы в собственной голове Лололошку вырвал звук скрипучего по полу стула. Джон и Саша заняли столик недалеко от входа, оживлённо переговариваясь. Захотелось прислушаться, о чём именно велась их беседа, всяко полезно будет. Он видел, как Саша что-то рисовала в блокноте, а Джон внимательно слушал её, иногда перебивая с улыбкой. Они выглядели совершенно умиротворённо, и ещё долго Лололошка не мог оторваться от взгляда на них, смотря на такое расслабленное лицо Джона. Такое поведение не вязалось с характеристиками, который ему всегда приписывали окружающие. Пошло более получаса, когда те наконец ушли, и парень смог встать, разминая затёкшие ноги. Лололошка вышел на улицу; солнце к этому моменту спряталось за высотками, позволяя спокойно разглядывать чистое небо. Колокольчики на стеклянной двери мелодично звякнули и остались позади. Наконец можно было возвращаться домой, и на этот раз не пешей прогулкой. Машина припаркована неподалёку. Лололошка глубоко вздохнул свежий воздух и направился к своей машине. Вечерний город потихоньку стал зажигать свои огни, создавая атмосферу жизни. Реальной жизни, не той, что в Гнезде. Там было гнилое существование отчаянных в жизни людей или не способных ничего поменять. Лололошка не относил себя ни к одной из этих категорий, он был по отдельной "вынужденной ситуации", но размышлять об этом сейчас не хотелось, он чувствовал себя максимально выжатым после насыщенного дня и нервного пребывания в кофейне. Поёжившись от мыслей, Дейвисон оставил их позади и подошёл к машине. Дверь беззвучно открылась, и салон встретил хозяина той же духотой, что была пару часов назад в кофейне. Запустив двигатель и включив кондиционер, Лололошка откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза. Начинает казаться, что я безбожно тону в собственной лжи. Сколько ещё это будет продолжаться? Как скоро вскроется моя игра? А если они уже всё знают… Я не хочу умереть так тупо, но, скорее всего, меня просто пристрелят на месте. Нервный смех ощущался Лололошкой чужим, где-то снаружи. Нет, это нужно прекращать.

***

Дорога домой пролетела незаметно. Вернувшись в квартиру, парень первым делом скинул с себя лишнюю одежду, которая теперь привычно валяется на старом диване. Холодильник встретил своей пустотой и еле ощутимым холодком, от которого Лололошка тут же избавился, пренебрежительно хлопнув дверцей. Пока желудок настойчиво требовал к себе внимания, в него попадает лишь очередной стакан воды и какие-то печеньки. Не самый лучший рацион, и это было очевидно, но желание готовить сейчас было минимальным. Вот была бы тут Райя… А она бы была, если не это всё. Голова снова забилась размышлениями о ситуации с Джон. Снова этот проклятый Джон! Лололошка не хотел более разговаривать с ним. Впрочем, хоть одна тёплая частичка в этом охладевшем человеке ещё оставалась, она была видна в его отношении к любимой сестре; они много разговаривали на любые темы и проводили свободное время вместе, Джон окружал её, насколько умел, покоем и вниманием. Эта черта позволяла Лололошке верить, что их отношения могут перестать существовать на односторонней ненависти и стать приемлемыми для обоих. По крайней мере, если отталкиваться от слов в конце его первой консультации. Мотнув головой, Лололошка остановил себя от дальнейшего самоанализа, и его познания в психологии должны закончиться лишь знакомством с одним из психологов. Но перестать копать дальше вглубь себя, вглубь "второго Джона", как назвала это Шэрон, и попросту не вырыть себе место захоронения самостоятельно, он не мог. Это всё давило. Давило противоречивое поведение Джона, отношения с Диланом, семья в целом, в какой-то степени, стала его грузом на плечах. И вот опять он вернулся к началу. Для отвлечения внимания было решено встретиться с новыми-старыми знакомыми и заодно обсудить нынешнюю ситуацию по поводу пополнения в их команде, уже можно было догадаться о реакции Радана. Он подхватил лежащую неподалёку кофту и на том же месте пытается найти телефон, которого не оказалось и в других местах дома тоже. Скорее всего, оставил с той кофейней. – Блять, – громко выругался Лололошка, закидывая голову назад и закрывая лицо руками, – ну вот какого черта мне вообще сегодня приспичило выйти из дома? Решение однозначно – вернуться за телефоном. Но не успел он выйти за порог, как по квартире раздался заглушённый звонок. Обрадовавшись, что никуда не надо ехать, Лололошка стал ориентироваться на звук, и в итоге оказалось, телефон просто завалился за спинку дивана, когда кофта неудачно упала на него. – Ну, слава богу, – выдохнул он, отвечая на звонок, даже не посмотрев, кто это был, – Слушаю. – О, ты всё же удосужился мне ответить, как мило! – на том конце провода раздалась до ужаса наигранная радость, быстро сменившаяся недовольством, – А ещё, если ты следишь, то уж постарайся делать это менее раздражающе. – Что? Слежу? – Лололошка сначала не понял, что Джон имел в виду. То, что он несколько раз ошивался около его дома, или… – Я просто был на встрече с знакомой моего друга, с психологом. Не зная зачем, но он пояснил цель своего нахождения в кофейне, а в конце ещё и добавил о неудачном появлении самого Джона, а не его. – М-да, – голос был похож на тот, когда твой собеседник совершенно не заинтересован в разговоре, – Ты не видел этого, конечно, но я закатил глаза. Обращаться за помощью к неквалифицированному специалисту? Умо, ничего не скажешь. – Откуда ты знаешь, что Шэрон ещё учится? Лололошка стал постепенно разуваться и, заходя на кухонную зону, ставит звонок на громкую связь, чтобы заняться параллельно делами. Со стороны это выглядело как беседа двух друзей, а не людей, ищущих в друг друге личную выгоду. Допустив данное сравнение у себя в голове Лололошка усмехнулся. – А разве ты по своей воле самостоятельно можешь записаться на приём? – язвит Джон, – да и вообще, я не за этим трачу время на разговор. У тебя есть тридцать пять минут, и чтобы я видел тебя у чёрного хода в здании, где обосновалась Империя. Там, где ты был раньше. – Зачем? Рука с телефоном дрогнула. Что Джону от него опять нужно было – неизвестно, тот сразу отключился. Лололошка не стал даже предполагать его цель, сразу собравшись на выход. Его личные планы не особо поменялись, ибо изначально он сам собирался туда ехать, однако то, что об этом попросил ещё и Джон раздражало. Парень хлопнул дверцей машины, вновь заведя двигатель. Нормально порефлексировать и обдумать сказанные Шэрон слова сегодня вряд ли удастся, а на завтра о об этом забудет. Ещё и Ричарду не написал… – И что только нужно этому Харрису, – ругался себе под нос Лололошка, прокручивая руль, – Как вообще он умудрился втереться в доверие к Кейт, и зачем?! Время стремительно приближалось к позднему вечеру. Лишних людей на дороге почти не встретить, но даже глубокой ночью Хэнфорт не засыпал, как и любой город-миллионник. Ночью – обратная сторона дня. На улице появляются люди, которые ещё не выходили за эти сутки, и одними из таких людей когда-то был и сам Лололошка, когда раньше работал вместе с Санчезом. Самого Диего не то чтобы волновала скрытность проведённых операций, он мог заставить своих людей провернуть нужное ему дело хоть перед нос правозащитников. Но Лололошка ориентировался на советы сказанные когда-то Джуди, поэтому лишь раз не рисковал. Заглушив мотор, парень вышел из машины. Осматривая территорию. Он не был уверен, что приехал именно туда, ведь когда в первый раз их вёз Калеб, его сознание было, мягко говоря, не в лучшем состоянии, и по ощущениям ехали они тогда значительно дольше. Как он должен был успеть приехать за полчаса добраться было не понятно. Глубоко вздохнув, Лололошка сел обратно и набрал Джона по номеру, через который тот звонил недавно. – У тебя есть пять секунд, чтобы изъяснить причину, по которой тебя ещё нет, – на удивление спокойно произносит Джон, а на фоне приглушённо слышится голос недавно вспомнившегося Калеба. – Я не уверен, что приехал на тот адрес, – честно признался Лололошка, оглядываясь на тёмные здания. – Дорогу к нему совсем не помню и сомневаюсь, что успею за назначенные тобой тридцать минут. – Да потому что ты идиот, Дейвисон, – цокнул языком Джон, и Лололошка был уверен, что тот ещё и закатил глаза. – Слушай внимательно и постарайся запомнить. Знаю, для тебя это тяжело, но тогда запиши куда-нибудь. Такое контрастное поведение Харриса насторожило. Раньше тот не выказывал такого явного пренебрежения и уж точно не оскорблял. Джон начал описывать нужный перекрёсток, улицы, по которым следовало двигаться, и даже примерное время, которое должно было уйти. Лололошка слушал, стараясь удержать в голове всю информацию и параллельно выезжая обратно на дорогу.

***

– Ну наконец-то, – буркнул Радан. – Да-да, нам же всем так интересно твоё мнение, – кинул комментарий Джон, подходя к Лололошке и слегка улыбнувшись. Но не так, как обычно, а надменно. Радан закатил глаза, оперевшись спиной о стену, но моментально отстранился, когда увидел выходящую из-за угла Кейт. Он поправил свой воротник и сдел свой взгляд серьёзным. – Лололошка, – радостно обратилась она, неловко теребя манжет своей формы, переступая с одной ноги на другую, – ты уж извини, что так резко попросили прийти. – Да ничего, – спокойно ответил парень, отходя от Джона на полшага в сторону, и это заметила Кейт. Она слегка нахмурилась, понимая, как подвела своего сокомандника и подорвала его доверие тем, что согласилась работать с Харрисом. – В общем, нам нужна ваша помощь в выполнении одного дела, – она выпрямилась в спине, и сейчас звучала более уверенно. – Так как каждый из нас сотрудничает исключительно из-за личных обстоятельств, то вы должны нам помочь, пока мы решаем ваши проблемы. Радан шумно вздохнул, потирая переносицу, и заговорил: – Короче говоря, вам выдадут адрес, информацию об убийце, и неважно как, но вы должны не дать ему сесть. Понятно? Джон хмыкнул, повернувшись в сторону Лололошки, стараясь разглядеть его эмоции, но тот был безразличен, даже слишком. – В общем, стать его адвокатом или найти такого, чтобы молчал, – пояснила Кейт. – Второе, конечно, в нашем случае будет куда сложнее, поэтому ориентируемся на первое. – Но у меня нет юридического образования. – Есть, ты по умолчанию умеешь всё. Ты и уборщик, и биолог, и важная шишка в правительстве, ты – всё, – вдруг вмешался Джон. По его глазам читалось, что он знал уже об их совместном задании. – Или забыл в какой среде находишься всё жизнь? Это выбесило Лололошку ещё больше, чем тот разговор по телефону. Он стал прожигать Харриса взглядом, пока перед ним не встала Кейт, что-то говоря, но её будто не слышали. – Ты не мог мне сказать раньше? – спросил Лололошка, уже готовясь к тому, что Джон его проигнорирует. – А зачем? – Джон пожал плечами, поворачиваясь к нему спиной и осматриваясь. – Как это зачем? – вспылил Лололошка, отодвигая Кейт за плечо. – Ты заставил меня проехать по всему городу, только чтобы мне сказали информацию, которую ты знал и мог сам мне сообщить? – Не разводи драму, – парировал на чужие обвинения Джон, – я узнал, когда ты уже был в пути. Мне было слишком скучно ждать тебя. Радан, которому, казалось, весь этот спор был лишь шумом, снова потёр переносицу и резко прервал Харриса. – Итак, задача ясна. Найти убийцу и не дать ему попасть за решётку. Как вы вдвоём это сделаете – я понятия не имею. Но вы это сделаете. Любой ценой. Он поднял свой взгляд, встречаясь с холодным взглядом Джона, но даже не дрогнул. Этот человек слишком бесил его, как и Лололошка впрочем, но больше. – Ну, значит, мы всё решили? – неловко улыбнулась девушка вставая рядом. – Допустим, – выдохнул Лололошка, качая головой. – Тем более я у вас в долгу. Он посмотрел на смягчившегося от этих слов Радана и улыбнулся уголком губ. Может хоть так у него получится наладить отношения с ним. – Ладно, идём, – Джон похлопал Лололошку по плечу, легонько толкая за собой, а после сунул руку в карман. Тот, попрощавшись с ребятами, недовольно отправился следом.