Не хотели бы выпить?

После такого бурного и поразительного сна Цзун Ло больше не мог заснуть. Он встал, надел халат и вышел из комнаты. Евнух, охранявший дверь, увидев его, быстро отдал честь: - Третий принц. - Сколько сейчас времени? Евнух прошептал: - Ваше Высочество, сейчас третья четверть Иньши (Прим: период времени с 3 до 5 утра). Сон был таким длинным, что Цзун Ло подумал, будто проспал три дня и три ночи, но оказалось, что прошло всего чуть больше двух часов с момента, как он заснул. Он нажал на лоб и тихо приказал: - Приготовьте мне еще одну ванну с горячей водой. Цзун Ло был весь липкий от пота и чувствовал холод, когда дул ветер. Слуга принял приказ и ушел. Вскоре полутихий дворец снова ожил: в коридорах появились дворцовые фонари, а дворцовые служанки ходили с подносами. Цзун Ло стоял у двери, чувствуя себя как в другом мире. Дворец в его сне был холоднее, пустее и одиночее, чем этот дворец. Когда он лежал в ледяном гробу, кроме шума других людей в начале и последних криков о пощаде, Цзун Ло никогда не видел, чтобы кто-то еще входил в спальню Юй Бэйчжоу. В течение девяти целых лет. Он всегда верил в существование ореола главного героя. Цзун Ло переместился в книгу, и в книге, естественно, был свой главный герой. Более того, Цзун Ло был всего лишь обычным и незаметным пушечным мясом, который в оригинальном тексте погиб от рук главного героя. Что касается Юй Бэйчжоу, то хотя он начинал с нуля, его предыдущая жизнь была действительно гладкой. Как и было написано в оригинальном тексте, он сначала перешел из страны Вэй в Великую Юань, шаг за шагом завоевал благосклонность императора Юаня, одним махом поднялся на вершину, окруженный бесчисленными мужскими второстепенными персонажами, и в конце концов преуспел в захвате страны и взошел на престол. Цзун Ло сначала не верил в это, он не верил в небеса, поэтому пытался всеми способами противостоять Юй Бэйчжоу. Однако так совпало, что эти противостояния либо автоматически превращали риски в безопасность, либо блокировались группой лояльных мужских второстепенных персонажей, и ни одно из них не причинило Юй Бэйчжоу реального вреда. Говоря прямо, когда они в молодости учились искусству в Долине Призраков, они сражались друг с другом. Иногда, когда Цзун Ло раздражался во время сражений, он сражался на смерть. В самый серьезный момент острие его меча вонзилось на цунь в сердце Юй Бэйчжоу, но на следующий день после исцеления последний все еще прыгал, как ни в чем не бывало, продолжая раздражающе прилипать к нему. Весь мир был на стороне Юй Бэйчжоу, все были на его стороне. Что бы он ни хотел сделать, даже если у него ничего не было, ему абсолютно ничего не мешало, все как будто само приходило к нему, он мог легко получить это, не прикладывая ни малейших усилий. Он тренировался, и ему приходилось вставать рано утром и тренироваться до захода солнца. Юй Бэйчжоу тренировался, спал до полудня, брал меч и небрежно делал несколько движений, и всего за год он догнал Цзун Ло, который начал тренироваться раньше него. Очевидно, что они оба были учениками, лично отобранными Мастером Долины Призраков как обладающие необыкновенными способностями, но Цзун Ло приходилось прилагать в два, а то и больше раз больше усилий, чтобы догнать Юй Бэйчжоу, которому небо даровало талант. Но Юй Бэйчжоу отказался от всего этого. Он явно догадался, что с этими людьми что-то не так, понял, что он, кажется, является центром всего мира, и что люди вокруг него, похоже, повторяют заранее подготовленный сюжет. Он все равно отказался от всего. Так что в этой жизни почти все люди, которые его окружали, перебежали на сторону Цзун Ло. Будь то лояльность Гунсунь Ю, признательность Пэй Цяньсюэ к Юй Бэйчжоу, которая до сих пор не была раскрыта, преданность Е Линханя, потеря благосклонности Цзун Хунцзю и столкновение с препятствием, или отношение императора Юаня и других к нему, или другие вещи, все это должно было быть обращением с главным героем, которое Юй Бэйчжоу имел в своей прошлой жизни. И все же Цзун Ло все еще не понимал, в чем причина всего этого: было ли это из-за потери Юй Бэйчжоу, главного героя, что все вернулись к нормальной жизни, и все было просто совпадением; или же эти золотые удачи прибежали к нему по линии массива обратного хода времени, сделав его новым главным героем. Независимо от того, что из этого верно, Цзун Ло не знал, как к этому относиться и как это принять. Дело не только в том, что он без причины оказался в большом долгу, но и в том, что были вещи, которые Цзун Ло сам не мог понять и не мог объяснить. - Плюх! Он погрузился в горячий бассейн, как будто мог смыть с себя сцену, которую только что видел во сне, когда Юй Бэйчжоу перерезал себе запястье и смешался с его кровью. Но Юй Бэйчжоу посчитал, что это слишком медленно, погрузился глубже, и кровь хлынула, как будто это ничего не стоило. Цзун Ло наблюдал за этим со стороны и был потрясен. Слова ведьмы все еще были свежи в его памяти. - Хотя обращение времени — это метод бессмертия, он является абсолютным табу в методах бессмертия. Бессмертные Великой Пустыни должны были сразу же после обретения бессмертия вознестись, разбивая пустоту, и больше не могли вмешиваться в этот мир. Причина, по которой бессмертная гробница называлась бессмертной, заключалась в том, что бессмертные, спящие внутри, были все земными бессмертными, которые не смогли вознестись в древности, и, строго говоря, их нельзя было назвать настоящими бессмертными. Земные бессмертные не могли вознестись, и их жизнь была ограничена, поэтому они могли только ломать голову, придумывая другие способы. Например, продлить жизнь или обратить время вспять и начать все сначала. Называть это методом бессмертия было просто приятно для слуха, но в конце концов это ничем не отличалось от темных искусств, а цена, которую приходилось платить, была еще выше. Даже земной бессмертный, который создал этот метод бессмертия, израсходовал всю свою кровь, и даже его плоть разложилась до костей, но все равно потерпел неудачу. Открытие Дхармы было признано Небесным Путем, но никто не заплатил за это полную цену. (Прим: врата просветления; буддизм, относится к пути, по которому практикующие вступают в Дао) Перед началом большого формирования ведьма не предупредила Юй Бэйчжоу. Однако тот сделал вид, что не слышит, а вместо этого рассмеялся и сказал: - Если я умру, разве все в мире не будут хлопать в ладоши и ликовать? Это же замечательно. Просто слушая это, становится ясно, что Юй Бэйчжоу не сделал ничего серьезного после вступления на престол. Действительно, как может быть хорошим императором тот, кто каждый день держит его и разговаривает с ним в спальне? Каждый день он говорил Цзун Ло, что ему не нравится этот министр, ему не нравится тот министр, и решения были удивительно последовательными: всех, кто не подчинялся, нужно было казнить. С ним рядом император Юань мог быть оправдан. Но когда Юй Бэйчжоу был в Долине Призраков, изучая с ним путь монарха, он всегда давал беглые ответы. Он был сумасшедшим, убивал людей, не моргнув глазом, но на самом деле он был неплохим человеком, который совершал много зла. Даже иногда, когда ему было интересно, он совершал добрые поступки. В противном случае, оригинальная книга была бы давно запрещена, и ее нельзя было бы положить на полку, чтобы люди могли ее увидеть. Настроение Цзун Ло было крайне сложным. Как мог быть кто-то, кто бы заплатил такую цену за возрождение смертельного противника, как мог быть такой человек. Впервые в жизни он хотел любой ценой выбежать из дворца и спросить Юй Бэйчжоу напрямую. Он насильно извлек свою удачу, встал на большую формацию и выпил последнюю каплю крови. Заплатив столько, он действительно хотел убить его своими руками? В конце концов, Цзун Ло все же не пошел. Последующие дни вернулись к обычной повседневной жизни. Пребывание во дворце не было скучным, за исключением того, что ему приходилось пить лекарства три раза в день, что было более трудоемким, чем в особняке принца, все остальные процедуры были на высшем уровне. После семидневных новогодних праздников суд возобновил свою работу, и чиновники также один за другим вернулись на свои посты. Цзун Ло устроил Гу Цзыюаня на не слишком большую и не слишком маленькую гражданскую должность по его просьбе. После весны у вновь продвинутых чиновников есть заранее запланированная программа весенних прогулок перед вступлением в должность, с целью познакомиться с коллегами и сосредоточиться на объяснении правил. Банкет Байцзя только что прошел, и почти половина вновь продвинутых чиновников были учениками Сто школ мысли. Такую возможность пообщаться и завоевать сердца людей Цзун Чэнси и Цзун Юнлю, естественно, не упустили. Что касается Цзун Юаньу, то он также поспешил туда по просьбе большой группы своих подчиненных. Что касается Цзун Ло, то он в очередной раз не смог устоять перед горячим приглашением Гу Цзыюаня и присоединился к веселью. Вслед за Гу Цзыюанем появился Е Линхань, которого не видели уже несколько дней. Увидев его, Цзун Ло нахмурился, вспомнив слова управляющего Ляо, сказанные им несколько дней назад при входе во дворец. Когда Гу Цзыюань обсуждал с другими поэзию, он повернулся и пошел в уединенное место. С того момента, как он сошел с кареты, Е Линхань молча стоял позади него и в этот момент естественно последовал за ним. Когда вокруг никого не было, Цзун Ло не стал ходить вокруг да около, а прямо спросил: - Ты в последнее время снова бывал на улице Хуалю? Е Линхань удивленно поднял глаза. Цзун Ло не знал, что сказать: - Ты ходишь туда, ты все еще хочешь вернуться в страну Вэй? Недавно Великая Юань в конце года вывела войска, но страны Вэй и Юй часто предпринимали активные действия, пытаясь воспользоваться этой возможностью, чтобы лучше подготовиться. В конце концов, никто не знал, на кого Великая Юань набросится первой после весеннего равноденствия. По мнению Цзун Ло, в текущей ситуации Великая Юань неминуемо захватит Центральную равнину, и даже если Е Линхань вернется, он не сможет напрямую контролировать власть и, в конечном счете, уже бессилен изменить ход событий. - Нет, это не так. Е Линхань несколько раз шевельнул губами. Он все еще хочет вернуться в страну Вэй? Конечно, хочет. Но после последнего раза он давно отказался от этой нереальной мечты. - Я всего лишь бесполезный человек, но я тоже хочу помочь Его Высочеству. Он не мог просто сидеть в особняке третьего принца. Поразмыслив, он пришел к выводу, что его единственная ценность заключалась в том, чтобы пойти в такое место и собрать больше информации. Не то чтобы Е Линхань не хотел найти другой выход, но после того дня Бай Тайнин сказал много вульгарных вещей за его спиной, что привело к резкому падению его репутации. Теперь, когда он выходит на улицу, большинство людей относятся к нему с вежливостью не из-за лица наследного принца страны Вэй, а из-за лица третьего принца Великой Юань. Цзун Ло вздохнул: - Почему ты это делаешь? Статус Е Линханя был слишком особенным, даже если он действительно хотел дать ему какое-то задание, это было нелегко организовать. Благодаря благословению Юй Бэйчжоу за эти два дня, Цзун Ло теперь не знал, что делать с Е Линханем. Если все действительно так, как он предполагал, то Е Линхань теперь проявлял признаки своей прошлой жизни, следуя за Юй Бэйчжоу и занимаясь грязными делами. Как раз когда он собирался что-то сказать, сбоку раздался топот копыт. Девушка в одежде ху, с хвостом, с луком и стрелами, верхом на лошади, подъехала, привлекая внимание почти всех присутствующих. Особенно Цзун Юнлю, который как раз разговаривал с людьми, сразу же закрыл свой складной веер, увидев это. Когда она подошла ближе, она спрыгнула с лошади, даже не посмотрев на Цзун Юнлю, а бросив взгляд на Цзун Ло вдали. Цзун Ло внезапно почувствовал легкую зубную боль. Это была старшая внучка Тай Вэя, которую он держал в своих руках. Ее фамилия была Шэнь, а имя — Синьюэ. На весеннюю прогулку пришли не только студенты банкета Байцзя, но и многие молодые господа и дамы из аристократических семей. Шэнь Синьюэ была очень популярна среди них. Не будем говорить о молодых господах, ведь никто не смел соперничать с шестым принцем, но молодые дамы из аристократических семей были отзывчивы. Как и следовало ожидать, когда несколько студентов предложили состязаться, Шэнь Синьюэ сразу же повела лошадь вперед и сказала: - Дочь министра, Шэнь Синьюэ, приветствует третьего принца.