Не хотели бы выпить?

Цвета во сне казались особенно тусклыми и унылыми. Это было время, когда зима переходила в весну. Едва войдя в сон, Гунсунь Ю сразу же отреагировал. Он не часто видел сны, но когда они приходили, то почти всегда были ясными, такими, в которых он мог контролировать свой собственный сонный мир. Но этот сон казался особенно реальным. Он стоял на высокой городской стене, а вдали надвигались темные облака, из которых сверкали молнии. Любой, кто понимал знаки неба, мог с первого взгляда сказать, что скоро начнется гроза. Как и он, здесь стояли бесчисленные люди, все смотрели в даль, их лица были нерешительными или неуверенными. Гунсунь Ю бегло оглядел лица окружающих его людей и с удивлением обнаружил, что их черты лица были четко расположены на лицах, четкие, без размытых границ. Обычно, когда он видел сны, незнакомцы, которых он видел в своих снах, в основном имели пустые лица. Однако люди в этом сне все имели черты лица, а некоторые лица были даже такими, которые Гунсунь Ю видел раньше, например, Дуань Цзюньхао, великий командующий гарнизоном Имперского города, и старый генерал, который долгое время не выходил из гор и которого он видел только однажды издалека. С одного беглого взгляда он увидел не менее двух или трех сил, борющихся за трон. В обычные дни люди шестого и пятого принцев, которые были в ссоре друг с другом, друзья по вину и мясу Цзун Чэнси, и даже девятый принц Цзун Хунцзю. (Прим: друзья по вину и мясу — братья по разврату) Даже если это был сон, такая группа людей не могла собраться у ворот имперского города. Гунсунь Ю пробормотал про себя и вдруг услышал, как «он сам» заговорил. - Все, какие новости? Сразу же генерал в доспехах сказал: - Гунсунь Дарен, разведчик вчера сообщил, что Третий принц был неожиданно атакован на пути обратно в город, и только несколько сотен человек прорвали окружение. Они должны прибыть вскоре. Гунсунь Ю помнил этого воина. Раньше на Цинси он следовал за пятым принцем и, вероятно, был его вассалом. - Пятый принц все еще не высказался? На этот раз старый генерал, который до сих пор закрывал глаза, чтобы отдохнуть, наконец заговорил: - Мое присутствие здесь достаточно, чтобы выразить отношение пятого принца. Городские стены снова затихли. Хотя старый генерал давно не интересовался делами, его авторитет по-прежнему оставался высоким, а его особняк также представлял армию Динбэй, поэтому никто не хотел добавлять еще больше раздора. - Если бы Третий принц знал, что так много людей приветствуют его возвращение, он был бы очень счастлив. Услышав это, «Гунсунь Ю» ответил саркастическим тоном. Остальные просто смотрели прямо перед собой, занимаясь своими делами. Гунсунь Ю был в душе потрясен. Сейчас он был ничем иным, как неизвестным стратегом, следующим за Цзун Чэнси. Однако во сне казалось, что у него было немало власти. Всего несколько случайных замечаний, и несколько сил смотрели на него, как будто все считали его одним из своих. Через некоторое время старый генерал наконец сказал: - Вместо того, чтобы беспокоиться о Пятом Высочестве, Гунсунь Дарен мог бы позаботиться о себе. Был ли этот шаг одобрен Шестым Высочеством. Шестое Высочество? Какое отношение это имеет к Шестому Высочеству? Может быть, во сне он был стратегом Шестого Высочества? Это заявление казалось агрессивным, но на самом деле оно просто обозначало «Гунсунь Ю» во сне. Гунсунь Ю чувствовал, что этот сон был чрезвычайно странным, настолько, что он был полностью сбит с толку. Он не знал, что означал этот сон, но инстинктивно чувствовал, что он был важен, и начал анализировать ситуацию во сне. - Генерал Вэй, наверное, шутит. Если бы Шестое Высочество не согласилось, я бы не был здесь. «Гунсунь Ю», стоя с руками за спиной, рассмеялся: - Кроме того, молодой господин Е позже придет лично, его отношение не нужно объяснять. - Молодой господин Е! - кто-то сбоку ахнул. Ранее беспокойная толпа внезапно затихла. Гунсунь Ю внимательно прислушался и услышал, как они шепчутся, смешивая в своих голосах такие фразы, как «протон страны Вэй Е Линхань», «гончая короля Бэйнина», «сначала думали, что в этом замешаны только три принца, не ожидали, что этот тоже будет причастен». Вскоре Гунсунь Ю выделил ключевые моменты. Пятый принц, шестой принц и четвертый принц фактически объединили свои силы, по-видимому, намереваясь совершить что-то грандиозное. Похоже, в этом был замешан и король Бэйнин. Чтобы облегчить проведение этого грандиозного мероприятия, они пригласили многих посторонних чиновников. Именно так, многие из чиновников на городской стене не знали, что собирается произойти, и только доверенные лица трех принцев знали правду. Хотя в обычные дни у каждого из них были свои позиции, их влияние было неоспоримым, не говоря уже о том, когда они объединяли свои силы. Гунсунь Ю хорошо знал, что они могли объединиться только ради общего интереса или общего врага. В сновидении Е Линхань представлял фракцию короля Бэйнина, а он был стратегом шестого принца. Неизвестно, какова была позиция пятого принца, а выступил старый генерал. Конечно, оставалось открытым вопросом, был ли этот «Гунсунь Ю» действительно лоялен шестому принцу. Он знал его характер и был более склонен верить, что тот держал руку на пульсе обеих сил, но на самом деле был лоялен кому-то другому. Кроме того, среди стольких людей, собравшихся вместе, не хватало одного человека. Гунсунь Ю вдруг почувствовал в душе недоброе предчувствие. Среди стольких принцев не было его господина, может быть... Прежде чем он успел понять, почему, издалека донесся голос евнуха. - Премьер-министр Пэй приказал быстро закрыть городские ворота! Никто не имеет права входить! Как только эти слова прозвучали, чиновники пришли в возмущение. - Премьер-министр Пэй действительно отдал такой приказ. - Увы, похоже, третий принц действительно потерял расположение Его Величества, уже два года как. - Но разве премьер-министр Пэй не был изначально сторонником третьего принца и даже его близким другом? Теперь, когда Его Величество прикован к постели, он так обращается со своим бывшим другом, это действительно пугает. «Гунсунь Ю», который только что был уверен в победе, выглядел спокойным, как будто он предвидел это. Гунсунь Ю горел от беспокойства, напрягая слух, чтобы услышать голоса других. Собрав воедино различные кусочки информации, он наконец смог сложить некоторые фрагменты. Во сне уже состоялась церемония жертвоприношения ведьмы, и во время церемонии произошло нечто неожиданное. Император Юань был в ярости и два года не назначал преемника. Позже он даже отправил третьего принца на границу, где тот пробыл два года. Теперь император Юань внезапно заболел и был прикован к постели. Он не назначил преемника и успел только поручить премьер-министру Пэю исполнять обязанности регента. Как только император Юань заболел, люди в императорском городе начали волноваться. В глазах этих людей, хотя премьер-министр Пэй в ранние годы был хорошим другом третьего принца и восхищался королем Бэйнина, в конечном итоге он все же служил императору Юань. Другими словами, его намерения были намерениями императора Юань. Поскольку премьер-министр Пэй приказал закрыть городские ворота, это означало, что Его Величество не приветствовал возвращение третьего принца. Толпа не могла не вздохнуть. Они не знали, чем Третий принц обидел Его Величество два года назад, или какого результата он добился на Церемонии жертвоприношения ведьм, что заставило Его Величество безжалостно отправить его охранять границу, и даже в этой ситуации ему не разрешили вернуться с визитом. - Подождите! Сразу после того, как городские ворота были закрыты, медленно подъехала карета. Четвертый принц вышел из кареты с улыбкой на лице, за ним следовала знакомая фигура. «Гунсунь Ю» присмотрелся, и этот человек действительно был бесстрастный Е Линхань. Странно, что Е Линхань во сне производил на него другое впечатление, чем Е Линхань, которого он видел ранее, следующим за его господином. Е Линхань из сна больше соответствовал его представлению об этом человеке: он был зловещим, безжалостным и беспринципным. - Все должны знать. Отец-император много лет хранил красную шкатулку. Теперь, когда отец-император без сознания, пришло время, чтобы императорский указ, находящийся внутри, снова увидел свет. Цзун Чэнси взмахнул веером и приказал двум евнухам, которые держали печать и перо, принести красную шкатулку, открыв императорский указ из парчи, чтобы все могли его увидеть. «Гунсунь Ю» стоял на месте и не подошел посмотреть. Он смотрел на Е Линханя, и они обменялись многозначительными взглядами. Очевидно, «Гунсунь Ю» тоже знал, что было в красной шкатулке, и даже... С такого расстояния Гунсунь Ю не мог разглядеть, он только знал, что он в сновидении и Е Линхань были настоящими соучастниками, и сразу же забеспокоился. Затем кто-то крикнул: - Третий принц прибыл! Как только «Гунсунь Ю» посмотрел вниз на город, сон внезапно погрузился в хаос. Люди, стоявшие на городской стене, и слабый шум за пределами города исчезли. Бесчисленные разрозненные воспоминания пришли, как прилив осколков. Гунсунь Ю не мог видеть ясно, он не мог вспомнить, сколько он видел внутри, и забывал это, как только видел. Последняя сцена происходила в особняке короля Бэйнина. Вдали императорский дворец был безмолвен, а все храмы ведьм в императорском городе звонили в колокола десятки тысяч раз. Это была траурная музыка, которая звучала только после смерти императора Даюаня. Она символизировала, что властный, безжалостный тиран навсегда закрыл глаза. - Кто разрешил тебе действовать опрометчиво? - В оцепенении раздался спокойный голос, в котором, однако, с трудом сдерживалась ярость. Наступила мертвая тишина. Гунсунь Ю вспомнил, что это был голос короля Бэйнина. - Двоюродный брат, это были те три принца, я только что, ах! Е Линхань, казалось, что-то говорил, но он не успел расслышать. Сразу же он почувствовал сильную боль, а затем потерял сознание. В конце концов, Гунсунь Ю наконец вырвался из сна, сел на кровати, закружилась голова, и он чуть не упал. Проснувшись, он не обратил внимания ни на что, поспешно надел одежду и обувь и вышел, как порыв ветра. По пути, встречая слуг из особняка четвертого принца, он сразу же применил технику управления марионетками, чтобы ни одна новость не просочилась наружу. Когда он получил письмо от слуги, Цзун Ло сидел на корточках в дворце Юйчунь и из скуки играл в шахматы сам с собой. Накануне он слишком много спал, из-за чего сегодня, после того как жар спал, он был полон энергии и не мог заснуть. Однако посреди ночи во дворце не было много возможностей для развлечений. Его зрение еще не восстановилось, но, к счастью, император Юань ранее наградил его шахматной доской из холодного нефрита и теплого камня, поэтому ему не нужно было смотреть, он мог ориентироваться на ощупь. Когда Гунсунь Ю попросил о встрече, Цзун Ло был несколько удивлен: - Уже так поздно, что за срочное дело? Первый стоял на месте, трогая голову с запутанным выражением лица. Он не знал почему, но его первой реакцией после пробуждения от сна было поспешить к своему господину и рассказать ему. На мгновение он даже забыл использовать свой гордый ум, чтобы подумать, что с начала до конца все, что он пережил, было всего лишь сном. Но, раз уж он пришел и вошел в спальню, если он ничего не скажет, это будет выглядеть так, будто он лжет о военной информации. Если он скажет, то будет казаться, что он делает из мухи слона. Гунсунь Ю сказал с некоторым самоуничижением: - Дело в том, мой господин, что я только что видел сон. - Мне приснилось, что все принцы объединились, чтобы навредить вам, они даже пошли на то, что подделали императорский указ. В следующую секунду он увидел, как принц в белой одежде, который всегда был спокоен и собран, внезапно вскочил, его лицо побледнело, а черно-белые шахматные фигуры в его руке разлетелись по полу.