Не хотели бы выпить?

Внезапно пораженный таким прямым вопросом от Гу Цзыюаня, Цзун Ло все еще был несколько ошеломлен. Принц в белом замер на мгновение, прежде чем понял значение слов «давно восхищаюсь», и не смог сдержать сильного смущения. Ему признались в любви? Цзун Ло не придавал большого значения вопросам любви и не имел представления о своей популярности. Перед тем, как перенестись в книгу, в День дурака его разыграл неизвестный скучающий студент, который заполнил онлайн-анкету для свидания вслепую, указав его образование, возраст и должность, сильно преувеличив его достоинства как гениального научного руководителя аспирантов. В результате в тот вечер его телефон разрывался от звонков. Однако звонившие не думали, что им посчастливилось найти редкую находку на рынке свиданий вслепую, а звонили, чтобы отругать его за ложную информацию. Цзун Ло был так зол, что в ту ночь отругал студента. Позже не было так, что новые студенты не задавали подобных вопросов. Цзун Ло всегда отвечал, что он скучный и любит только зарываться в лаборатории, не нравится людям. На свиданиях никто не хотел с ним встречаться, так что ему, возможно, придется остаться одиноким до конца жизни. Студенты: ??? Наш преподаватель, похоже, имеет какое-то странное заблуждение о себе. Не говоря уже о том, что он ежемесячно выплачивает студентам обычные стипендии для аспирантов, а деньги, которые должны выплачиваться в рамках проекта, никогда не уменьшались. Он был также хорош собой, просто красив и добр, и был известным гениальным научным руководителем аспирантов в университете. При таких условиях его не найти и с фонарем, но оказывается, что он одинок с рождения??? (Прим: человек, который был одинок с рождения и никогда не был в отношениях) Необъяснимо, но все студенты были мотивированы. Неудивительно, что он достиг таких успехов в молодом возрасте, оказывается, в его сердце нет любви, и он — природный бог в академической сфере! После перемещения в книгу, хотя она и не была такой открытой, как в современности, глядя на корзины с фруктами и овощами, которые время от времени ставили перед особняком третьего принца, он также мог понять, каким он был в сердцах людей. Публичное признание в любви от представителя того же пола было действительно первым опытом для Цзун Ло в его нескольких жизнях. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но внезапно поднял глаза настороженно. Только когда его взгляд коснулся темно-красной стены дворца, Цзун Ло пришел в себя. Это был не особняк третьего принца, а дворец. После перерождения Юй Бэйчжоу часто перелезал через стену особняка третьего принца, чтобы открыто подслушивать, заставляя Цзун Ло подсознательно цокать языком, когда он слышал малейший шум во время разговора с другими. Цзун Ло подсознательно проигнорировал неестественность, которая только что возникла в его сердце, как будто его поймали на месте преступления, и повернулся назад. - Да, это я был невежлив только что! Лицо Гу Цзыюаня было красным, а глаза стали гораздо тусклее. - То, что я сказал брату Ло, я не просто хотел получить ответ. Я просто хотел рассказать брату Ло о своих чувствах. Он тоже не знал, что с ним не так. Узнав хорошую новость о выздоровлении глаз брата Ло, он с большой радостью побежал к нему, чтобы отпраздновать это событие. Однако по дороге он услышал от своих коллег, что император намерен дать руку третьему принцу, поэтому он повернул назад, долго метался, и наконец набрался смелости войти во дворец. Перед тем как прийти, Гу Цзыюань неоднократно упрекал себя, что, раз дерево уже превратилось в лодку, ему следует отказаться от ненужных иллюзий. Да, иллюзий. До этого Гу Цзыюань еще мог немного фантазировать. Но когда Цзун Ло восстановил свою личность и вошел во дворец, он понял, насколько наивными и смешными были его прежние мысли. Если бы это была другая личность, возможно, это еще было бы возможно. Но брат Ло был не только принцем, но и жил во дворце Юйчунь, и, скорее всего, был единственным кандидатом на роль будущего наследного принца. Их личности были так же разные, как облака и грязь. Но когда он действительно подошел к нему, увидел принца в белой одежде с полностью восстановленным зрением и услышал, как тот сказал, что дело о брачном соглашении было всего лишь ложной тревогой, Гу Цзыюань, не понимая, что происходит, закипел мозг и неожиданно просто выпалил это. Таким образом, Цзун Ло не знал, как ответить. Но что бы ни было, даже если это больно, Цзун Ло должен был прояснить ситуацию и не оставлять места для сомнений. - Если ты имеешь в виду то, о чем я думаю, Цзыюань, то прости, у меня нет таких чувств к тебе. Ожидаемый ответ. Однако, несмотря на то, что это было ожидаемо, когда он услышал это, его сердце все равно разрывалось от печали. - Прости, что беспокою брата Ло. - Гу Цзыюань опустил голову, его глаза покраснели. - Я, я чувствую себя не очень хорошо, я пойду. Он встал, не сказав ни слова, несколько раз подряд извинился и поспешно ушел, опустив голову. Глядя на спину Гу Цзыюаня, Цзун Ло беспомощно вздохнул. Если бы речь шла о чем-то другом, он бы точно не высказался так категорично. Но если дело касалось чувств, то тянуть время или оставаться неопределенным было вредно. Он потеребил виски, чувствуя себя ошеломленным, и начал с недоверием вспоминать. Но в какой бы период их общения он ни вспомнил, Цзун Ло не замечал никаких отклонений от нормы. Включая себя, он всегда считал Гу Цзыюаня другом, не испытывая к нему никаких других чувств. Цзун Ло пробормотал про себя: - Неужели я настолько очарователен? Примерно через время, необходимое для чашки чая, другой слуга пришел сообщить, что прибыл премьер-министр Пэй. Цзун Ло быстро привел в порядок свои эмоции и приказал маленькому слуге добавить новую чашку чая. Пэй Цяньсюэ переступил порог и, увидев его, серьезно посмотрел на него. Принц в белой одежде сидел прямо перед столом, с высокой и прямой осанкой, живописными бровями и глазами, а также черными волосами, похожими на водопад. Сняв белый шелк, его глаза были похожи на карпа, прыгающего через лед, весь человек избавился от болезненного вида, был полон жизненной силы и вернулся к первоначальной энергичной, прямой осанке третьего принца Великой Юань. - Поздравляю. Обычно холодный Пэй Цяньсюэ тоже не смог сдержать легкой улыбки. - Новый год, новая атмосфера, одни хорошие новости. - Кстати, я только что видел, как ученик Конфуция по фамилии Гу спешно уходил, что случилось? Когда Пэй Цяньсюэ только что пришел, Гу Цзыюань выбегал с опущенной головой и чуть не столкнулся с ним. Услышав это, Цзун Ло внезапно покраснел. - Что-то случилось, ничего серьезного, просто некоторые личные дела, пусть А-Сюэ посмеется. По его выражению лица Пэй Цяньсюэ заметил что-то необычное. Однако он не хотел говорить больше, поэтому Пэй Цяньсюэ, естественно, не стал задавать дополнительных вопросов. Сегодня как раз был последний день отложенного отпуска Пэй Цяньсюэ. Как и в эти несколько дней, он пришел к Цзун Ло, чтобы попить чаю, поиграть в шахматы и поболтать обо всем на свете. После трех кружек чая премьер-министр в зеленой мантии поднял руку, сбросил фигуру и, казалось бы, нечаянно спросил: - Я слышал, что Его Величество намерен дать руку законной дочери семьи Тай Вэй Шэня? Услышав, как Пэй Цяньсюэ затронул эту тему, Цзун Ло рефлекторно вспомнил прямой вопрос Гу Цзыюаня, заданный им только что. Придя в себя, Цзун Ло быстро возненавидел себя в душе. О чем он только думал, Пэй Цяньсюэ был его искренним близким другом! Считать себя таким привлекательным было действительно слишком самолюбиво. - У императора действительно есть такой план, - неопределенно ответил Цзун Ло. Он действительно не хотел больше думать о вопросе разрешения на брак, как будто это могло замаскировать его две последовательные аномалии. На шахматной доске, где переплетались судьбы, Пэй Цяньсюэ замедлил темп, с которым он сбрасывал фигуры. - А каково мнение Цзинь Юя? Цзун Ло бспомощно сказал. - А-Сюэ, не дразни меня. Даже ты еще не устроился, как я могу иметь такое настроение? Смысл этой фразы был в том, что, если он не устроился, то у него не будет такого настроения. Возможно, так и бывает, когда питаешь любовь, зная, что она невозможна, но настаивая на своем. Еще немного. Пэй Цяньсюэ не смог сдержать свой самоконтроль, которым он так гордился, и импульсивно спросил. Однако он все же сдержался, улыбнулся и не сказал ничего. Подожди еще немного. Пэй Цяньсюэ подумал, что еще не время. Цзинь Юй явно еще не пришел к такому выводу. Страны еще не объединились, и война в Центральной равнине неизбежна. Потакать любви явно неразумно. Может быть, если подождать еще немного, все будет по-другому? Пропрощавшись с прямолинейным Гу Цзыюанем и странно себя ведущим Пэй Цяньсюэ, Цзун Ло принял третьего неожиданного гостя за день. - Ваше Высочество, леди Шэнь просит аудиенции. По сравнению с двумя предыдущими, эта действительно заставила Цзун Ло почувствовать себя крайне неловко. Он еще не дал императору Юань причину, а император Юань не станет обращаться к Тай Вэю и говорить, что его третий сын не любит его старшую внучку. Поэтому, когда Шэнь Синьюэ пришла к нему, ее цель была совершенно ясна: она хотела развить чувства. Но чем больше он об этом думал, тем меньше хотел ее видеть. В отличие от Гу Цзыюаня, Шэнь Синьюэ была женщиной, и даже если она была страстной, она не могла быть прямолинейной. Цзун Ло гордился тем, что был джентльменом, и тем более не хотел давать понять, что у него нет таких намерений. Уже решив в душе отклонить предложение о браке, он понимал, что открыто продолжать встречаться с ней явно не пойдет на пользу ее репутации. Просто не видеться с ней с самого начала. Если он отклонит ее еще несколько раз, Шэнь Синьюэ, с ее мягким и добрым сердцем, естественно поймет его невысказанный смысл. Цзун Ло в душе извинился, повернулся и велел слуге пойти сказать Шэнь Синьюэ, что он только что принял лекарство, немного сонлив и сейчас отдыхает в постели. Однако вскоре слуга вернулся, выглядя озабоченным. - Ваше Высочество, госпожа Шэнь сказала, что сегодня днем у нее случайно появилось свободное время, а Тай Вэй был вызван Его Величеством, поэтому она планирует подождать перед дворцом Юйчунь. Цзун Ло долго молчал, а затем подошел к окну, чтобы посмотреть. Действительно, недалеко во дворе Шэнь Синьюэ уже быстро распорядилась, чтобы ее служанки приготовили столы и стулья, и села в небольшой беседке перед дворцом Юйчунь, выглядя расслабленной и в хорошем настроении. С его угла зрения он мог видеть только силуэт. - Пусть ждет, если хочет ждать, а вы, ребята, идите и приготовьте чай и закуски, хорошо ее обслужите, не пренебрегайте. Поскольку Шэнь Синьюэ хотела подождать, Цзун Ло не мог ее прогнать, он просто приказал слугам не разглашать новость о его присутствии здесь. Он думал, что, пока он не выйдет к ней, она уйдет сама. Однако Цзун Ло не ожидал, что Шэнь Синьюэ будет ждать от рассвета до заката. - Евнух, третий принц еще не проснулся? Прождав так долго, Шэнь Синьюэ тоже постепенно стала нервничать, хотя сначала была спокойна, и то и дело оглядывалась. Однако, к ее разочарованию, дверь спальни по-прежнему была плотно закрыта, а евнух у двери опустил голову от стыда, не показывая никаких признаков того, что его хозяин проснулся. - В ответ на вопрос госпожи Шэнь, Его Высочество только два дня назад восстановил зрение и принял лекарство, прописанное императорским врачом, поэтому, боюсь, он еще не скоро проснется. Услышав это, Шэнь Синьюэ сжала в руке парчовую шкатулку. Это была закуска, которую она специально научилась готовить с тетей сегодня утром. Если бы третий принц еще не оправился, она могла бы на что-то надеяться. Но если он оправился и только взглянул, это заставило бы людей почувствовать стыд. - Леди, прошептала служанка. - Подождите еще немного. Шэнь Синьюэ прервала ее. Подождите третьего принца, а также подождите её саму. Однако Шэнь Синьюэ не знала, что прямо за стеной благородный принц, который в ее сердце был недосягаем, как изгнанный бессмертный, был прижат к стене кем-то. Горячее дыхание медленно приближалось, и голос с колеблющимися эмоциями был намеренно понижен. - Как ты думаешь, человек снаружи знает, что старший брат имеет такую сторону, которая позволяет другим играть с ним?